Где-то в иной реальности, в иной плоскости мироздания...

Весна вступает в свои права неспешно. На смену жестоким вьюгам приходит вялый снегопад, а потом его сменяет влажный снег, из-за которого все заснеженные просторы покрываются хрустящей коркой. Солнце выглядывает всё чаще: под теплыми лучами ледяной налёт над входом в грот истончается капающей водой, создающей мелодичные переливы. Опасливая тишина зимних дней сменяется набирающими силу перекличками птиц и задорным щелканьем юрких белок. Мир оживает. Из грота осторожно выглядывает чернявая голова. Докча осматривается пару мгновений, с непривычки щурясь от яркого солнечного света. Медленно, он выбирается немного вперед, помогая себе руками, низко пригибаясь к снегу, почти что ложась на него грудью. Джинву не так осторожен. Он появляется в проходе миг спустя, лениво зевая. Понаблюдав пару секунд за своим сожителем, черный наг тянется, разминаясь, и выдвигается наружу. Решив проползти над Докчей. Черно-белый змей издаёт возмущенный перелив чешуей, когда по нему буквально проползают сверху. Чужой непроглядно-черный хвост скользит по его собственному, озорно загибает кончик прежде, чем соскользнуть на землю. Докча смотрит на демонстративно-невозмутимого Монарха, выбивает хвостом дробь по ледяной корке на камнях.

~ Ýвâжăēmый Møнåрх любűt ūгрãtь c ôгнёm.

Он старается быть зловещим, но лукавый блеск звездных глаз портит всё впечатление. Сун Джинву тянется. Его чешуя переливается на солнце. Он безропотно принимает правила игры, поглядывая на Докчу.

'Это угроза?' ~ Ø, kák эtöt нėдôcтôйный cмēēт?

Докча елозит хвостом по снегу, кроша ледяную коросту. Он улыбается и внешне совершенно безобиден, но Джинву уже хорошо изучил этого строптивца. Те моменты, когда черно-белый наг ведёт себя так покорно - именно их и нужно опасаться. ...Докча не из тех, кто подчинится. ...никогда. Поэтому Джинву притворяется расслабленным, отворачивается, поддерживая образ расслабленности. Его слух ловит малейшую перемену в звуках и, стоит изменится ритму хрустящего заледенелого снега, Монарх сразу же понимает. Вот оно! Он проворно скользит в сторону - мимо него вспышкой белого и черного мелькает другой змей. Ловко изворачивается, на мгновение изгибаясь в невероятной гибкости: белая чешуя переливается, мерцает, и это завораживающе красиво - прежде, чем наг вновь льнет грудью к земле, всем своим видом демонстрируя готовность повторить попытку.

'Хитрец...'

Джинву довольно улыбается, переваливаясь хвостом по снегу, разминаясь. Им обоим это нужно - стычка, чтобы позволить закостенелому телу вспомнить, каково это, двигаться - но Сун Джинву всё же нуждается в этом сильнее. Докча был активнее зимой, чаще покидал лежанку и ползал по гроту, в то время как Теневой Монарх большую часть провел в спячке. Осознание, что Докча всё это понимает и провоцирует его намеренно, оседает внутри приятным теплом. Черный змей слегка пригибается, не сводя взгляда с оппонента. Кончик его хвоста постукивает по снегу, поднимая в воздух кусочки ледяной корки. Он видит озорную улыбку Докчи, и его губы растягиваются в такой же.

'Я поймаю тебя~'

Его шелест разбавлен резкими щелчками чешуи: попытка звучать более угрожающе, скрыть это детское предвкушение, зудящее в каждой его кости. Но это Докча. От Докчи невозможно такое скрыть. Джинву видит это - в более широкой улыбке, в прищуре звездных глаз. В том, как насмешливо другой самец опускается, словно в поклоне...

~ Ĕcлū тøльkø я нĕ пõймăю têбя пēрвыm!

...за миг до того, как вновь кинуться на Монарха. Джинву восторженно приподнимает чешую, слегка уклоняясь. По черному боку скользит белый чешуйчатый хвост: начищенные совсем недавно ромбы отражают белое мерцание. Монарх изгибается, бросается вдогонку за оппонентом - его заводят в подобие хоровода, ловко ныряя под черные кольца, оставляя призрачное ощущение чужого тепла. Он успевает схватить паршивца за талию, такую мучительно тонкую и обманчиво хрупкую, что внутри на миг замирает от мысли - а если сломаю?.. Этот мимолетный страх стоит желанной победы: Докча ускользает, напоследок озорно шлепнув его по рукам, словно кокетка во время Брачного Сезона. Джинву видит его яркую улыбку, показывающую зубы, и внутренности скручивает - до странного сладко, до пугающего ненасытно, и, не в силах противиться этому порыву, он кидается следом за черно-белым змеем. ...поймать, удержать, заключить в круг рук и кольца хвоста. Эти мысли - они словно и его, и не его одновременно. Они кружат, руша спокойный пейзаж, вспахивая снежные просторы своими телами. Это как танец - и непонятно, кто ведёт, кто следует: у них нет определенности, роли меняются, и тот, кто преследует, в следующий миг становится объектом охоты, только, чтобы мгновение спустя вновь перехватить инициативу. Джинву ощущает, как внутри всё трепещет, взрывается каплями масла на раскаленных камнях. Он ловит - или ловят его? Он преследует - или же убегает? Быть может, с самого начала он покорно следовал чужому плану, слепо и радостно? ...а какая разница? Кровь молодого Монарха кипит, обжигая вены, и он проворно кидается снова вперед, ловко перехватывая руками чужой хвост. В этот раз Джинву держит крепко. Игнорируя возмущенный стрёкот-вскрик, самец скользит ладонями выше по чешуе, стискивает бедра Докчи, затем сжимает его талию. Черный хвост ловко оплетает белый, заключая в тиски: ошеломляющий жар, что не идёт ни в какое сравнение с тем огнём, бушующим сейчас внутри Сун Джинву. Теневой наг валит своего оппонента на снег, торжествующе перебирая чешуей без какого-либо ритма. ...он задыхается от восторга. Ладони Джинву скользят с талии Докчи дальше, выше - по его спине. Самец притягивает сожителя к себе ближе, дикий контраст тепла и окружающей их прохлады кружит голову. ...еще. Джинву улыбается, показывая зубы - словно опьяненный, будто переевший забродивших ягод. Черные длинные волосы растрепанным каскадом свисают по обе стороны чужого лица, искаженного смесью какого-то детского недовольства от проигрыша и воодушевлением от самой схватки. Пурпурные глаза неотрывно смотрят в темные, внутри которых словно мерцает звезды. ...этого недостаточно. Улыбка застывает на красивом лице Монарха. Шальной взгляд скользит по лицу Докчи, и Джинву даже не осознает, что притягивает того к себе еще ближе. ...слишком мало.

~Вcё, вcё, tы пøбêдūл. Ötпýстů.

Докча примирительно похлопывает его по напряженным плечам. Недовольство исчезает с этого лица, сменяясь мягким смирением и усмешкой. Кусочки снега на щеках и волосах стремительно тают. ...Джинву не может понять, почему Докчу звали выродком. ...он совершенен.

~ Đжūнвý?..

Звездные глаза смотрят слегка удивленно. Снег, попавший на ресницы, уже обратился искрящимися каплями - прозрачный жемчуг, щемящее сердце украшение. Докча моргает, и блестящие горошины скатываются подобием слёз по его щекам. Сун Джинву сглатывает, давит рвущийся из глотки звук, который не должен прозвучать. В стороне звучит хруст снега, сопровождающийся характерным скрипом камня о камень. Докча слегка изворачивается в его руках, реагируя на звук: на раскрасневшемся от схватки лице расцветает улыбка.

~ Ůгpűс прūшĕл.

Джинву неосознанно ослабляет хватку и чувствует, как пьянящее тепло ускользает из его рук. Что-то внутри сжимается, почти болезненно, от этого осознания. Теневой Монарх следит взглядом за черно-белым нагом, что встречает группу големов переливчатыми звуками, после чего смотрит на свои когти - сжавшиеся сами собой. Эти мысли... Эти внезапные желания... Джинву снова сглатывает, уже с явным трудом. В его глотке сухо. ...что он только что хотел сделать?