Семя персика на ирисовом поле.

"- Значит, когда дождь закончится, ты уйдешь?

- Я хочу, чтобы он никогда не кончался... Тогда, я смогу остаться здесь навсегда."

Аниме "Самурай Чамплу", одиннадцатая серия "Падший Ангел", Синъитиро Ватанабэ.

      День 0

      Жертва хрипло выдыхает, пальцы на его шее сжимаются сильнее, отчего даже редкие глотки воздуха даются тяжелее. А садистская ухмылка на чужом лице лишь расплывается шире, агрессивные толчки его мучителя становятся учащеннее, оттого и болезненнее. Изо всех сил он старается не издавать никаких звуков, раз он уже допускал подобную ошибку, расплата не заставила себя долго ждать. Ведь для насильника нет никакой разницы отчего именно будет стонать жертва. Для него все едино - похоть и боль одно, сменяющее друг друга, но сплетающееся воедино. С горла руки перемещаются на бедра. раскрывая их шире. Ногти с силой вдавливаются в кожу, совсем не скрывая истинное желание пометить и присвоить тело под ним. Резкое движение оставляет полосу ссадин, пальцы давят образовавшиеся ранки, сподвигая кровь течь быстрее. Несколько финальных толчков, удовольствие для мучителя и долгожданное освобождение для жертвы. Он отстраняется и с удовольствием проводит ладонью по чужим бедрам.       Француз старается лишний раз не дышать, словно только это может сподвигнуть Рико начать пытку вновь. Глаза Жана направлены на потолок, тумбу, стол, что угодно, только не чужое, отвратительное лицо. Но это не нравится Морияме, он наклоняется вперед, сильно стискивает его за щеки и заставляет смотреть на себя. Пальцы свободой руки пробегаются по нижним векам француза.       - У тебя красивые глаза. Если не хочешь, чтобы я тебе их вырвал, смотри на меня. Только на меня. Слышишь? Ты мой и будешь делать то, что сказал я. - Рико говорит твердо, уверенно, словно Жан уже точно не просто человек, должник, а его личная собственность.       - Пошел ты... - Из последних сил, выдавливает Моро.       - Неправильный ответ.       Конечно, это приводит Рико в бешенство, он отпускает его, но в следующую же секунду Жан получает сильную пощечину, его голова откидывается на подушку, а японец забирается на него сверху. В черных глазах не отражается ничего, кроме наслаждения происходящим, абсолютное и нескончаемое обожание к Жану, граничащее с одержимостью. Это не просто переизбыток чувств, нет. Такое обычно испытывают к собачкам. Например, декоративным, которые без человека не могут выжить. Почему их тогда разводят, к чему эти виды? Возможно, людям нравится наблюдать за тем, как то-то нуждается в них, когда для этого не стоит стараться, так просто уже заложено кем-то сильно до происходящего.       Так же и с ними. Их ситуация создана искусственно, но ничто не помешало Рико привязаться к этой игрушке. Ведь у Жана нет выбора, кроме как подчиниться. Да и его никто особо не спрашивает. Чужие колени с силой стискивают тонкую талию, а Морияма заливается смехом.       - Какой ты забавный. Может, мне стоит снова начать тебя душить? Или приступим к пыткам с водой? Мне нравится то, как ты барахтаешься, хватаешь меня за руки. Воистину, этому чувству нет равных. - Он говорит с неподдельным весельем, после чего наклоняется и целует Жана. В этом нет никакой романтики, чужие губы кусают, изводят и не дают вздохнуть. Было бы легче, будь у него возможность представить кого угодно на месте Рико. Поцелуй не длится долго, Морияма вскоре поднимается и бросает на француза взгляд, полный напускного переживания. - Приведи себя в порядок. Через час у нас тренировка.       С этими словами он покидает Моро, благоразумно закрыв за собой дверь. Жан остается один, лежит на кровати и пытается собраться с мыслями. Как вообще до этого дошло? Мысли невольно подкидывают воспоминания о родителях, и, действительно, все обошлось не без помощи этих уебков. Кто их дернул брать в долг у мафиозной семьи? Хоть один нормальный человек так поступит? Нормальный вот вряд ли, а отец и мать Жана не то, что бы таковыми были. Иначе, зачем приводить в мир нищеты сразу двоих детей? Сердце тут же больно кольнуло. Элоди... Его малышка-сестра осталась там, с ними. Его родители уж точно не любят дочь, а, значит, вероятность ее пропажи велика, очень велика! Да будь воля Жана...        Хрен с его волей. Кого она волнует? В его жизни, пока ни одного такого человека не было, так что вакансия свободна. Были бы желающие. С трудом, но Жан заставляет себя встать. Даже несмотря на это дерьмо, ему нужно оставаться сильным. Иначе, какой смысл? Он направляется в душ, быстро моется и тут же идет переодеваться. Но перед этим, Моро быстро обрабатывает ссадины и заклеивает их пластырем. Хорошо хоть ему разрешили иметь свою личную аптечку. Мягкая ткань бережно окутывает его, даря долгожданное чувство комфорта и прикрытой кожи. Жан выдыхает и снова ложится на кровать, прикрывая глаза. Ему хочется отдохнуть, он так устал от всего этого. Может, сбежать? Француз тут же садится, широко распахивая глаза от удивления. Побег... Мысль становится настойчивее, пробиваясь сквозь остальной ворох. А ведь действительно. За два года в Гнезде он так и не задумался о побеге. Странно, и почему? Жан бегло смотрит на дату. 13 февраля. Через почти полторы недели день рождение у Кевина. А значит, сегодня они должны уехать в Японию. Поэтому и Рико был особенно жесток. Чтобы в его отсутствие никто не посмел тронуть помеченное, да и японец был уверен, что Моро тайно влюблен в его дружка, хотя это и близко не так. В его голове медленно, но верно рождается план.       Мориямы обычно вылетают вечером, а значит у него будет, как минимум, вся ночь. Рико явно зайдет к нему попрощаться, что послужит ему знаком для начала побега. Он снова встает с кровати и смотрит на время. Пора идти на тренировку и изо всех сил стараться не улыбаться. Он хотя бы попробует... Моро спускается вниз, облачается в форму и выходит на поле, руки его крепко стискивают клюшку. Тут же рядом оказывается Рико с широченной улыбкой на лице, а за ним семенит Кевин.       - Кто у нас тут? Все же почтил команду своим присутствием? Я-то думал ты и встать не сможешь после нашего времяпрепровождения. - Он стискивает футболку Жана и заставляет того наклонится ближе. - Признаться, приятно тебя увидеть. Ты на редкость вынослив.       - Убери от меня свои грязные руки, тварь. - Моро огрызается, пытаясь резко отстраниться, но хватка Рико слишком сильна.       - О, нет. Ты, кажется, совсем не понимаешь, да? Что же, мне придется провести с тобой еще один сеанс.       Морияма начинает тащить его в сторону раздевалок, Дэй позади него замирает, не в силах сделать и шагу. Остальная команда продолжает тренировку, за прошедшие полгода они успели смириться с подобным и особо не задают вопросов. Рико швыряет Моро в сторону шкафчиков и, пока тот не приходит в себя, подходит ближе. Японец резко сжимает чужие плечи, его колено впечатывается между чужими бедрами. Он буквально усаживает Жана на свою ногу. Моро поднимает на него неприязненный взгляд.       - Съеби на три метра от меня. Бесишь.       - Не могу. Сам понимаешь. Непослушных животных принято наказывать. - Рико снисходительно качает головой, он говорит так, словно объясняет что-то очень простое маленькому ребенку.       - Я не животное. - Жан реагирует молниеносно, но Морияма не отстает. Его пальцы с напускной нежностью зарываются в чужие волосы, а в следующую секунду, он с силой ударяет француза головой о шкафчики.       - Твое мнение меня интересует в последнюю очередь. Ты потерял право быть личностью, когда попал сюда. Должен был уже запомнить. А раз нет, я помогу.       Хватку на чужих волосах Рико не ослабляет, наоборот. Его губы находят чужую шею, начиная оставлять поцелуи поверх синяков от пальцев. Дальше сыпятся укусы, остаются засосы, руки Мориямы спускаются ниже, к шортам Жана. Он спускает их, ткань послушно падает на пол и тут японец отстраняется.       - Ты так рьяно ненавидишь меня, но не противишься моих касаний. Странно, правда. Или в глубине души, ты тоже это испытываешь. Желание быть любимым и только я могу тебе его дать. То тепло, в котором ты нуждаешься...       Жан вздрагивает, а касания продолжаются. Неужели он действительно этим наслаждается? Все происходящее его устраивает? И ему не противна извращенная любовь Рико? Да быть не может... Но его тело сдается под чужими действиями, в какой-то момент ему даже кажется, что ему приятно. Чудится наслаждение, которого нет в реальности. Так приятно... На колени он встает послушнее, уже не кричит, несмотря на новые попытки удушья, синяки и ссадины. Рико использует его просто как тело для самоудовлетворения, но Жану мерещится что-то нежное. Любовь и ненависть ведь разделяет один шаг?       В себя он приходит только уже лежа в своей спальне. Рико поднимается и принимается неспешно одеваться, совсем не обращая внимания на Моро. Нормально Морияма натягивает лишь штаны, а на плечи накидывает рубашку. Японец подходит к двери и поворачивается к Жану.       - Я не успею поздравить тебя завтра, так что сделаю это сегодня. С четырнадцатым февраля, 私の愛.       Жан на это никак не отвечает, а Рико этого и не ждет, подросток молча покидает комнату, закрывая за собой дверь. С кровати Моро не встает еще долго, в его голове постепенно развеивается иллюзия возникшей на миг любви. Он садится, по всему телу проходит дрожь от боли. На полу разбросана одежда Жана и пластыри, который тот наклеил поверх ран в первый раз. Француз недовольно цыкает, ему придется заново заботится о ссадинах, увеличившихся в количестве. На столе одиноко лежит красная гвоздика, принесенная Рико в момент, который вылетел из его памяти.       Жан повторяет свою недавнюю рутину, душ, обработка ран и новая одежда. Но теперь на его кровати лежит рюкзак. Пора приступать к исполнению плана. В сумку летит все, что понадобится в первую очередь. Одежда, какие-никакие лекарства и немного еды, которую оставил для него Рико. Пара запасенных бутылок воды, спички, зажигалка и перчатки. Он закидывает рюкзак под кровать, прикрывает его одеялом и ложится. Ждать приходится долго. После отбоя Жан все еще остается в своем положении. А вот как только захлопывается дверь комнат Рико и Кевина он привстает. Француз максимально напрягает слух, желая услышать все до мельчайшего шороха. Три человека выходят из Гнезда и Жан встает. Он надевает куртку и закидывает на плечи рюкзак. Немного подумав, Моро решает сделать обманку и с помощью одеял. Так на кровати остается отдаленно похожий на человека силуэт. Жан удовлетворенно кивает, натягивает капюшон толстовки и выходит из комнаты. Первым делом он забегает в комнату медицинского персонала и тащит оттуда перчатки и маску. Лицо француз закрывает сразу, а перчатки пока остаются в его кармане.       Следующим пунктом значились деньги, ведь ему нужно на что-то жить, собственных сбережений у него никогда не было. В голову закрадывается шальная мысль проникнуть в кабинет Тэцудзи. Там явно можно будет что-то найти и забрать. Он выдыхает, пытаясь успокоиться. Жан поднимается обратно и застывает перед нужной дверь. Моро дергает ручку и, конечно, оказывается заперто. Нервно оглянувшись, он сгибает руку и ломает замок. Внутрь Жан попадает уже без особых проблем и тут же кидается к столу. Сама комната обставлена относительно скромно. Из мебели особо ярко выделялся только письменный стол, стоявший ровно посередине, к которому было приставлено массивное, черное кожаное кресло на колесиках. Диван, находящийся сбоку, был практически незаметным, комната сама по себе была выполнена в мрачных оттенках, серый паркет, темно-синие обои с замысловатыми узорами, по левую сторону располагались два больших шкафа, в темной комнате было трудно разглядеть содержимое. Жан предполагает, что там хранятся книги, досье игроков, возможно записи каких-то матчей и прочие мелочи. Но его больше сейчас интересует стол. Поверхность чиста, Тэцудзи не прятал только зеленую лампу, зажигаемую каждый вечер, простенькие электронные часы, чистый лист бумаги и ручку, аккуратно лежащую рядом.       Защитник делает глубокий вдох. И тут же начинает шариться по ящикам. В одном из них обнаруживается толстый конверт. Вытащив его, Жан осторожно осматривает находку и прощупывает ее. Содержимое плотное, это явно что-то из бумаги. Делать нечего, Моро вскрывает конверт и замирает. Внутри все битком было забито купюрами разного порядка. Тут и стодолларовые, и пятьдесят, и два и один, кажется, тут все возможные варианты. Жан тут же кладет найденное в карман джинс и прикрывает толстовкой. Ящик, в котором обнаружились деньги, Моро медленно закрывает. После чего мгновенно срабатывает тревога. На мгновение, он теряется, вой настолько громкий и неожиданный, что собраться с мыслями получается не сразу. А придя в себя, Жан тут же начинает осматриваться. Нужно бежать и срочно.

День 1

      Часы довольно резко и шумно предупреждают о начале нового дня, а французу остается лишь чертыхнутся. Он поворачивается к большому окну. Прыгать страшно, но попасться в руки охране не хочется, поэтому выбора не остается. Моро с разбегу влетает в стекло и оно трескается, выпуская преступника наружу. Жан падает на землю не сразу, он барахтается в листве каштана и только после приземляется. На то, чтобы полежать времени совсем нет, защитник начинает бежать, сразу поднявшись на ноги. Он мчится к главным вратам, на ходу доставая веревку. Там обнаруживается машина Мориям, те пока не уехали. Едва заметив беглеца, из машины выскакивает Рико. Тот вероятно узнает Жана, но ему плевать. Француз бегло запрыгивает на ворота, веревка летит наверх, петля затягивается на двух пиках, что позволяет быстрее забраться наверх. Моро оборачивается, уже будучи на верху.       - Пошел на хуй, урод. - Шепчет он себе под нос и показывает Рико средний палец левой руки. Из его кармана падает оранжевая лилия, прямо под ноги японцу.       Криков в свою спину француз не слышит, он бежит что есть сил. Потому что совсем скоро за ним начнется настоящая охота, а уж этого ему хочется избежать. Жан никогда не был в городе, ориентира кроме своих чувств он не припас, поэтому прокладывать путь наугад выглядело наилучшей тактикой. По дороге, Моро мрачно сетует на то, что не додумался взять с собой какую-нибудь карту или компас. Всяко лучше, чем идти вслепую. Вскоре, ему видятся очертания города, ближайшим зданием оказывается автобусная остановка. Жан ускоряется в эту сторону. Вот оно. Его шанс попасть домой. Сначала нужно уехать как можно дальше из этого штата, купить где-то карту, найти способ добраться до ближайшего аэропорта, да еще и купить билет. Касса оказывается круглосуточной, Моро тут же подлетает туда.       - Мне один билет на ближайший рейс. - Сразу выпаливает Жан. Работник смотрит на него уставшим взглядом и кивает. Из будки слышится тихое постукивание по клавишам, после чего молодой человек протягивает ему билет.       - Автобус уже здесь, отъезжает через две минуты. Ваш билет, место посмотрите сами. С Вас тридцать долларов.       Жан не задает лишних вопросов, он выхватывает у кассира билет в обмен на деньги и отправляется искать свой автобус. На глаза попадается единственный транспорт на стоянке и он сразу идет туда. Водитель, куривший снаружи, бросает незаинтересованный взгляд на билет в руках подростка и кивает. Моро входит внутрь. Салон оказывается более приятным, чем он ожидал, мест занято немного, запах неприятный отсутствует, а большая часть пассажиров уже спит. Француз занимает свое место во втором ряду у окна и кладет сумку на незанятое место. Водитель возвращается за руль как только его сигарета заканчивается и автобус трогается с места, увозя Жана из Западной Вирджинии.       В течении поездки происходит несколько остановок. Одна у заправки, где путники утоляют голод, Жан еще покупает там долгожданную карту и компас, и две у других автобусных станций. Их транспорт заполнился новыми пассажирами, но рядом с Жаном все еще пусто. Он подмечает, что никого особо не интересует мрачный подросток, точно не ведущий себя подозрительным образом. Хотя, со здешним сбродом это не удивительно. Вряд ли таким образом путешествуют нормальные люди. Водитель ведь пустил несколько бомжей за украденные бутылки виски и сигареты. Но Жан не то, что бы осуждает такое. Он сам-то деньги украл, нечего тут возмущаться. Едва они заезжают за границу Южной Каролины, Моро вытаскивает карту. Он решает остановиться в Колумбии, там как раз будет следующая остановка. Оттуда ему стоит пересесть на другой автобус или поискать аэропорт. А пока, можно поспать.       Водитель, будучи крайне любезным мужчиной, тормозит автобус так резко, что Жан ударяется лбом о впереди стоящее кресло, и объявляет о стоянке и выходит. Моро поступает так же, он отдаляется от транспорта, направляясь в город. Пока, он не голоде, судя по времени у него пару часов до обеда, нужно себя чем-то занять. Например, поисками информации. Жан так и ходит по окрестностям, пытаясь хоть что-то сообразить. Останавливать прохожих не имеет смысла, кто знает, как они отреагируют. Поэтому подросток шляется по округе, не останавливаясь где-либо надолго. В обед им принимается решение сходить в местную библиотеку. Для этого он одалживает из кармана школьников, выходящих из здания, пропуск и проходит внутрь. Жан обнаруживает компьютеры и тут же идет к ним. Поиск в интернете почти ничего не дает, да и Моро быстро отвлекается на игры, установленные кем-то. Особенно сильно затягивает его игра, связанная с солдатским долгом и какими-то там миссиями. За этим он и проводит время, еще и ища попутно статьи на эту тему. Отвлекается он только в тот момент, когда к нему подходит библиотекарь.       - Мы уже закрываемся, сохраните свой прогресс и сможете придти завтра доиграть. - Работник добродушно улыбается, он помогает Жану не только закрыть игру, но и уберечь пройденное.       - Спасибо Вам.       Подросток поднимается и быстро уходит, не желая показывать смущение при постороннем человеке. Улица встречает его ночной прохладой, но помимо этого приходит и осознание. Сейчас темно, он непонятно где и без места ночлега. Еще и живот начинает предательски урчать. Жан невольно вздыхает и идет вперед. С каждой минутой ему становится все менее комфортно, людей почти нет, а навязчивые образы головорезов Мориям лезут в голову и мерещатся всюду. Он идет час, второй и не может остановиться. Мозг прямо диктует - остановка равна смерти, значит, нужно идти. Но в этот же момент, его внимание привлекает совсем неприметная кафешка. Название заставляет его поморщится, но табличка радует, заведение круглосуточное. Недолго думая, Жан входит внутрь.       Зал оказывается светлым и просторным, у стенки стоят диваны, к ним придвинуты столики и стулья спереди. Отдельные столы со своим местом для сиденья тоже есть, даже виден бар с табуретками на высоких ножках. Он принимает решение сесть с самого края, где ближе к выходу. Сочетание приятных, теплых оттенков оранжевого, желтого и красного не рябит в глазах, а странным образом успокаивает. Моро кладет рюкзак рядом с собой, туда о уже успел переложить конверт. Несмотря на круглосуточную работу ресторанчика, посетителей оказывается не так много, поэтому к нему быстро подлетает официант.       - Здравствуйте, добро пожаловать в наше кафе "La douleur exquise"! Вот Вам наше меню, прошу, ознакомьтесь. - Он протягивает гостю цветастое меню и остается стоять рядом. Жан мельком подмечает на бейджике имя "Подсолнух". Это немного шокирует его.              - Простите за бестактный вопрос, но на Вашем...       - Вы про мой бейдж? - Официант перебивает и неловко усмехается, потирая шею. - У нас так заведено. Шеф помешан на цветах, поэтому даже названия наших блюд носят имена каких-то цветочков. А сотрудники могут по своему желанию брать подобные клички. Нам так удобнее, есть некая анонимность и здесь можно быть кем захочешь! - Работник поправляет черную, с вышивкой в виде подсолнухов, маску на пол лица и снова замолкает. Жан не знает, что ответить на сказанное, поэтому его внимание переходит вновь на меню. Спустя недолгое изучение, он делает свой выбор.       - Принесите мне, пожалуйста, "Гортензию". - Моро остается немногословным, что мало смущает официанта.       - Вы уверены? Это довольно приторное блюдо, скажем так, не для всех. Многие заказывают его с энтузиазмом, но по итогу не едят. Слишком изысканное сочетание продуктов. Может, лучше "Тигровую Лилию". О, клянусь, вы будете довольны. Еще ни один наш клиент не оставлял плохой отзыв этому блюду. Это сочетание нежнейшей курочки под специями карри и брусничного сиропа. А гарнир из булгура приходит по душе даже нашим привередам. У повара свой особенный ингредиент.       - Но я...       - Послушайте меня! Я тут достаточно работаю, чтобы уверить Вас. Если что, оплата будет с меня. - Даже учитывая маску, улыбка молодого человека очевидна. Его выдают озорные глаза, натянутая ткань и даже тон. Он явно не желает ему зла, но подобная настойчивость несколько отталкивает. Жан даже не знает какими словами покрыть стоящего перед ним человека, как рядом тут же возникает другой работник. Скрученной в трубку меню, он ударяет навязчивого официанта по голове.       - Тебе же четко сказали. Гортензия. А ты тут спектакль устроил, еще и клиента запугиваешь. - Строгий голос пристыжает Подсолнуха и он поворачивается к старшему. Молодой человек складывает ладони вместе и опускает голову.       - Прости, Ирис. Я хотел как лучше. Парнишке ведь не понравится миндальный тофу. Мне казалось, мы должны помогать. - Извиняющийся тон Подсолнуха пробуждает сочувствие даже у Жана. Все же, тот действительно пытался помочь. Хоть и чересчур навязчиво. Названный "Ирисом" вздыхает.       - Так уж и быть. Сегодня я не стану тебя наказывать, но впредь смотри мне. Клиентов не пугай. И, брысь, ты прозевал целую компанию для обслуживания. - Ирис устало качает головой, а официант кивает.       - Есть, старший! За мной должок. - Подсолнух подмигивает Жану и все же уходит. Теперь француз полностью концентрируется на пришедшем ему помочь сотруднике. Бейджик и вправду подписан именем "Ирис", а от работника приятно пахнет духами с запахом ириса. У него тоже маска, но без вышивки, простой фиолетовый цвет. Карие глаза отражают усталость от явных переработок, каштановые волосы кажутся тусклыми, вся его поза кричит об утомлении. Но, тем не менее, он умудряется улыбнуться под маской.       - Итак... Вы хотели блюдо под названием "Гортензия", я Вас правильно понял?       - Да, пожалуйста. И не наказывайте того официанта, он правда просто хотел помочь. - Жан чувствует явную неловкость от своей просьбы, но иначе поступить не может. Видя это, Ирис чуть наклоняет голову.       - Ну, он у нас и правда чересчур настойчивый. Спасибо Вам, что не стали устраивать скандал. Ваш заказ скоро будет готов, ожидайте.       Ирис не дает ему времени на ответ и просто уходит. Французу остается лишь сидеть на месте и разглядывать все вокруг, чтобы не было так скучно. Изначально заведение выглядело пустоватым за неимением гостей, но сейчас Жан отчетливо видит, сколько тут всего самого разного. Здание совсем не было квадратным, а вот зал да. Поэтому две стены были полностью в окнах, а другие две в многочисленных полочках, на которых стояло множество растений. Уже обслуживший пьяную компанию Подсолнух усердно протирал и опрыскивал каждый цветочек по очереди. Жану показалось самоубийством работать тут, но усердием официанта он восхитился. Правда, помимо Ириса и Подсолнуха других сотрудников зала он не заметил. А из посетителей тут еще сидели двое подростков, на вид чуть младше Жана, за другим столом и что-то активно обсуждали. Минут пять спустя, Моро понял, что они близнецы. Долго пялится было невежливо, поэтому он отворачивается. Вскоре, к его столику снова подходит Ирис и на идеальной белой поверхности появляется ваза со свежим букетом красивых цветов.       - Не против? Босс вот вручил и приказал куда-нибудь деть. - Ирис неловко потирает шею и кидает на Жана вопросительный взгляд. А посетителю становится стыдно от того, насколько незнакомый человек заботится о его комфорте.       - Оставь. Я даже рад буду. Спасибо, что спросил. - Жан выдыхает и смотрит на букет. - Никогда раньше таких не видел.       - И я. - Ирис вытирает лоб и делает шаг назад. - Фух... Вроде, этот род мальвы. А какие конкретно тут растения, я тебе не скажу. Кстати, хотел сказать. Для Вашего заказа нужен был тофу, у нас не нашлось нормального, видимо, кончился. Мы принесем другое блюдо за счет заведения. Устроит?       - О... Эм, да, ничего страшного.       - Благодарю.       Ирис опускает голову и уходит, вновь оставляя Жана одного. И на этот раз, его образ впечатывается в голову француза. Как он успел понять, Ирис точно не рядовой официант. Потому что тот же самый Подсолнух носит белую рубашку и черные джинсы, если не считать маски. А вот у Ириса помимо стандартной формы, как у Подсолнуха, есть белые перчатки, аккуратные электронные часы на запястье и темно синий фартук с карманами. Да еще и галстук. А если спросить, Жан всеми силами будет отрицать, что заметил пирсинг в ушах парня. В этот момент, Ирис подходит к подросткам-близнецам и взашей прогоняет тех, прикрикивая что-то про дармоедство. Жан невольно восхищается, те мальчишки сидели без какой-либо еды и, видимо, сильно разозлили Ириса. Подсолнух стоит рядом со своим товарищем и пытается того успокоить, получается у него правда плохо и злой Ирис уходит на кухню, а к Жану подходит Подсолнух.       - Эх, не обращай на злюку внимания. Он вечно такой нервный. - Официант вздыхает и смотрит на букет. - Ого! Так он тебе его притащил?       - Ага. Сказал, больше деть некуда. - Жан вслед за Подсолнухом глянул на цветы. - Они красивый.       - Не спорю... Кстати, извини, что так с твоим блюдом вышло. Это не я! Ну все, я пойду работать, не скучай.       Подсолнух машет ему рукой и уходит. Француз растеряно смотрит ему в спину, затем его глаза находят Ириса. Тот о чем-то переговаривает с подошедшим официантом, а потом заходит на кухню. Спустя пару минут, Ирис выносит блюдо и торопится к Жану. Едва тарелка оказывается на столе, Моро понимает, что выбрали ему блюдо одно из лучших. Такое, что он даже не смотрел на такие позиции в меню. Тут конечно не самые дорогие блюда, но тратить на что-либо двенадцать долларов он не был готов.       - "Подснежник". Фунчоза, то есть рисовая лапша, с четырьмя видами сыра, жаренными овощами, ломтиками сочной курицы и посыпанная кусочками нори и кунжутом подано. Очень надеюсь, что Вам понравится.       Ирис делает смотрит на реакцию француза, а тот и не знает что сказать. Такого насыщенного на ингредиенты блюда он не видел очень давно, если вообще когда-то такое было. Настолько, что присутствие Ириса отходит на второй план, в его руках мгновенно оказывается вилка и Жан пробует блюдо. На вкус это оказывается восхитительными. Мягкий сыр приятно объединяет все составляющие воедино, отчего вкус кажется ярким и незабываемым. Все четыре вида не сильно чувствуется, но ощущается все равно восхитительно. Моро даже не замечает, как съедает все за какие-то пять минут. Рядом стоящий Ирис мягко хихикает.       - Видимо, я правильно выбрал. Очень рад, что Вы оценили нашу еду. - Сотрудник забирает тарелку и смотрит на Жана с какой-то теплотой. - Спасибо, что пришли. Будем ждать Вас в нашем заведении еще.       Ирис разворачивается и уносит грязную посуду, а подростку остается лишь замереть, глядя на чужую спину. И правда. Он закончил с едой, значит нужно идти и искать ночлег. Но уходить совсем не хочется. Сделать особо Жан ничего не может, разве что заказать другую позицию из меню, но принесенная Ирисом еда оказалась слишком сытной, в него попросту не влезет. С другой стороны, ему никто не мешает придти завтра. Сделав тяжелый вздох, Жан встает. Ночь уже полноправно вступила в свое право, на улице холодно и дует сильный ветер. Так как француз особо с городом не познакомился, ему остается просто идти до тех пор, пока ему не встретится какой-нибудь отель. Жан идет опустив голову, он старается ни с кем не пересекаться и, проходя каждого прохожего, оборачивается, внимательно следя за тем, чтобы люди уходили по своим делам, а не следовали за ним. Таким образом, мимо Моро проходят много человек и он расслабляется, не следя ни за кем. Но, в какой-то момент, ему начинают мерещится чьи-то шаги сзади. Это немного напрягает, но он решает не подавать виду. Мало ли его сознание сильно разыгралось, показаться любому может. Однако это достигает края и Жан все же решает обернуться. Как же было удивительно обнаружить пятерых парней с видом не самых доброжелательных людей в округе. Он вздрагивает и делает шаг назад. В голову не лезут разумные мысли, зато вот ругательства пожалуйста.       - Спокойно. Тут все свои. - Один из тех парней приближается к нему, демонстрируя пустые руки. - Мы тебя не тронем. Если ты сам отдашь нам деньги. Сколько у тебя есть - неважно. Хоть 5 долларов. Нам сгодится любая сумма.       Жан хмурится и стискивает руки в кулаки. Ему не особо хочется верить незнакомцам. Но у них численное преимущество, а хилый подросток вроде него мало что может противопоставить выросшим на улицах. Он припоминает сколько денег было у Тэцудзи в конверте и выдыхает. Будет проще отдать им немного, тогда он избежит проблемы и возможной драки.       - Ладно. - Моро не решает огрызаться, поэтому говорит скорее спокойно, чем нет. Не отводя взгляда от всей компании, француз снимает с плеч рюкзак и начинает шариться в нем наощупь. На свет он вытаскивает пару 20 долларовых купюр и протягивает их. - Это все, что у меня есть. А теперь, оставьте меня.       - Хм, - бандит принимает предложенные деньги и усмехается, - занятно. Парень. Не могут быть последние купюры настолько гладкими. Вытрясите у него все. - Главарь, судя по всему, щелкает пальцами и его подчиненные кидаются вперед.       Жан шустро разворачивается и сразу начинает убегать, натягивая на плечи сумку на ходу, но его хватают за расстегнутый карман и резким движением тянут назад. Не ожидавший подобного подросток мгновенно падает и ударяется об асфальт. А прилетевший пинок в висок не упрощает ситуацию, Жан теряет сознание, а приходит в себя посреди улицы в полной тишине. Вокруг ни души, его рюкзак пропал, с него стянули даже куртку. Хорошо хоть не всю одежду. Моро пытается сесть и тут же кривится от боли в голове. Сука. Как он умудрился-то? Череп раскалывается от мигрени, Жан едва сдерживается от того, чтобы завыть. В ушах настолько сильно шумит кровь, что он не слышит шагов. А подошедший человек вмиг садится рядом с ним.       - Эй, - мягко зовет его чей-то голос, - ты в порядке? Слышишь меня? - Лишь когда прохожий касается его плеча, Жан вздрагивает и поворачивается к человеку. Это...       - Ирис? Н-но почему ты здесь?       - Я просто проходил мимо и увидел тут тебя, лежащего на земле. Что случилось?       Ирис осторожно подхватывает его под руку и помогает подняться. Полные тревоги карие глаз быстро проходятся по чужому телу в поисках любых травм. Не найдя ничего подозрительного, тот выдыхает. А Жан снова ловит себя на том, что изучает молодого человека. Снова работник кафе со странным название в маске и перчатках, но хоть под пальто видно, что форму Ирис не носит вне рабочего времени. Подмеченная верхняя одежда тут же привела его к мысли о теплой одежде. Его ведь в эту холодную февральскую ночь продувает колючий ветер. И словно услышав его мысли, Ирис снимает пальто и накидывает на плечи подростка.       - Я провожу тебя. Где твой дом? - От чуткого и взволнованного тона Ириса Жан чувствует смущение. Он и правда сильно переживает.       - Понимаешь, тут такое дело... Мне нельзя домой. - Моро неловко потирает шею, а Ирис позволяет проступить шоку в своем взгляде. Затем, он снова расслабляется.       - Понял. Проблемы дома? - Он серьезно смотрит на француза и дожидается кивка. После Ирис проводит рукой по лицу и возвращает взгляд к Жану. - Ничего. Я проведу тебя в кое-какой мотель и оплачу эту ночь. Завтра приходи в кафе как сможешь, найдешь меня и мы разберемся со всем.       Ирис похлопывает его по плечу и тут же начинает уходить. Спохватившийся Жан мигом начинает идти следом, забыв даже толком поблагодарить. До ночлега они идут минут пятнадцать, Ирис входит первым и, спустя недолгий разговор с девушкой на регистрации, забирает ключи от номера, куда проводит Жана. Комната находится на втором этаже, в самом конце коридора. Обставлена неплохо, кровать, стол, небольшой шкаф и дверь в ванную, где есть душ, унитаз и раковина. Совсем просто, но подросток привередничать не собирается. Все же, это за чужой счет и только на одну ночь. Жану и так кажется, что для подобного места, чистая комната уже роскошь. А тут еще и постельное белье свежее вместе с полотенцами. Ирис удовлетворенно кивает, осмотрев все, и поворачивается к Жану.       - Выселение в 12:00, у тебя оплачен завтрак. Не переживай, мотель сотрудничает с нашим заведением, еду готовят у нас, сюда просто доставляют. Можешь приходить в любое время завтра, я работаю допоздна. - Ирис похлопывает его по плечу, забирает свое пальто и кладет ключ от номер на край стола. Едва он движется к выходу, как Жан его окликает.       - Ирис. Спасибо. Как мне тебя отблагодарить.       - Никак. Поверь, я знаю какого это - не желать возвращаться домой. Просто... Не натвори глупостей, хорошо? И постарайся позвонить родителям. Уверен, за тебя сильно переживают.       Ирис уходит, едва заканчивая говорить. Словно ждет, что Жан отвергнет его слова и сравнит их с бредом. Но Жану не стал бы так делать. Не с Ирисом. Ему совесть не позволит расстраивать человека, который пришел ему на выручку в непростой момент. Хотя, от поведения Ириса внутри начинает зарождаться подозрения. Чисты ли его мотивы? Пес знает. Уж совсем не хочется думать о том, что все это подстроено Мориямами и Ирис просто сдаст его. Не может же такого быть, верно? Чушь какая-то. Жан качает головой и первым делом запирает дверь, после чего идет в душ. Свежей одежды у него нет, поэтому подросток ложится в том, что есть. Правда, поначалу лежать оказывается неудобно, а потом он вспоминает о том, что в его карманах есть немного барахла. На столе, помимо ключей, появляются зажигалка, компас, пропуск в библиотеку и пара смятых купюр. Немного денег поднимают настроение, поэтому засыпает Жан спокойно.

День 2

      Подъем в шесть утра, вбитый еще в Гнезде никуда не уходит. Чтобы хоть чуть-чуть себя занять, Моро отправляется на пробежку, после которой снова принимает душ. Ему в голову приходит идея сходить в библиотеку снова, но, зараза, та открывается только в десять. А каким хреном он узнает время за неимением часов остается загадкой. Он пробует упражняться в номере, стараясь хоть как-то унять скуку. Неизвестно сколько проходит времени, но ему наконец доставляют завтрак. Названия блюда он не узнает, хотя вряд ли яичница с беконом была удостоена такой чести. Еда оказывается невероятно вкусной. После приема пищи Жан снова распихивает вещи по карманам и спускается вниз. Он отдает ключи от номера и выходит из мотеля.       Новой целью является исследование района, но едва он замечает подростков, играющих в экси, цель идет в жопу. По итогу, пару часов он убивает просто на игру. До такой степени им начинают восторгаться импровизированные игроки, что решение, в какой команде будет играть Жан, заканчивается дракой. В приподнятом настроении, Жан направляется в библиотеку, а мальчишки по домам.       Работник со вчерашнего дня не сменился, он приветливо улыбается французу, а тот кивает в ответ. Он занимает все тот же вчерашний компьютер и начинает игру снова. Миссии кажутся легче, а управление удобнее, по сравнению с вчерашним днем. А смерти, почему-то, выросли в геометрической прогрессии. Почесав затылок, Моро пожимает плечами, но игру продолжает. Ему начинает нравиться и сама история и герой, которым он управляет. Игра затягивает его снова почти до вечера, но в этот раз Жан встает сам. Ему нужно еще найти что-нибудь, что он может почитать. Поэтому и начинается поиск по полкам, что приводит его к стеллажу с русской классикой. Подобные произведения Жан считал чересчур мрачными, но название "Мцыри" его цепляет. Полностью уверенный в том, что берет рассказ о каком-то индийском мальчике, Жан подходит к работнику.       - Мне, пожалуйста, вот эту книгу. - Моро протягивает вещицу и свой пропуск. Он видел, что другие ребята так делали. Библиотекарь кивает и принимает протянутое.       - Так. даю тебе книжку на пять дней, пойдет? И тебе лучше не возвращать ее по выходным. - Пожилой трудяга подмигивает подростку, а тот непонимающе моргает.       - Простите? - Жан глупо хлопает глазами, чем вызывает у библиотекаря хриплый смех.       - Это я так... Приятного чтения, молодой человек.       Библиотекарь возвращает книгу и пропуск, а Жан уходит из здания все еще пребывая в странных чувствах. Что имел в виду тот мужчина? Вздохнув, Моро начинает вспоминать дорогу к кафешке, пытаясь идти именно так, как он шел вчера. Спустя время, заведение попадается ему на глаза и остаток пути Жан пробегает. Внутрь француз вваливается самым шумным образом, тут же привлекая к себе внимание всех посетителей. Но первым же делом сам Жан находит Ириса. Тот тоже его замечает и быстро подходит.       - Привет. Ну ты и шумный, пойдем, тебя уже ждут. - Ирис поправляет маску и подзывает Жана следовать.       - Эм... Кто?       - Увидишь.       Они проходят через весь зал, в котором сидит гораздо больше людей, чем вчера. Между столами носится несчастный Подсолнух, но все равно успевает махнуть Жану в качестве приветствия. Ирис же проводит подростка на кухню, где старательно готовят блюда повар и повариха, а в ногах кружатся поварята. Моро мало смыслит в готовке, но дети такого возраста вряд ли ведь должны быть здесь. Хотя, насколько он успевает заметить, малыши лишь подают то, о чем просят родители или же относят блюда Подсолнуху. А Ирис, тем временем, замирает перед белой дверью.       - Пришли. Заходи внутрь, мне пока нужно пойти к Подсолнуху. Ты, главное, не бойся. Да, я говорю загадками сейчас, но так надо.       После этих слов, ошарашенный Жан остается стоять, пока Ирис убегает, на ходу подхватывая несколько блюд. Моро провожает его взглядом, прежде чем повернуться к двери. Ну нихуя себе. Не бояться. А еще что? Сделав глубокий вдох, Жан все же открывает дверь и входит внутрь. А там оказывается кабинет, почти идентичный Тэцудзи. Только меньше раза в два, так же здесь в цветах доминируют белый и зеленый, а в воздухе витает запах мяты. За столом сидит грузный мужчина, с усердием что-то печатающий на компьютере. Но едва его взгляд цепляется за Жана, так он отвлекается и кивает на стул.       - Ну же, проходи. Меня зовут Эдман, мои работники успели о тебе рассказать. Итак. По словам Ириса, ты сбежал из дома, вчера случайно попал в наше кафе, но позже тебя ограбили и забрали все деньги. А теперь тебе нужно место для ночлега и заработок. Ирис предполагает, что ты живешь не в этом городе. Это правда? - Эдман поправляет очки прямоугольной формы и внимательно смотрит на подростка. Тот даже не сразу собирается с мыслями, чтобы начать говорить.       - Да, сэр. Это правда. Поссорились, потому что мать хочет, чтобы я оплачивал ее долги. Но я к этому не имею отношения! - Жан быстро принимает решение начать играть типичного подростка максималиста, но часть правды все же есть в его словах. Это поможет предрасположить к себе. По крайней мере, он на это сильно надеется.       - Хм. Если это так, то я согласен тебе помочь. Правда, если в мое кафе придет полиция и потребует тебя, я не стану противиться. Дать тебе безопасное место и средства на существование мне по силам, но не укрывать от правоохранительных органов. Уверен, если дойдет до такого, ты сможешь воззвать к справедливости. А если нет? Такова жизнь, сынок. Ну что, по рукам? - Мужчина щурится, изучая Жана какое-то время. А Моро понимает, что это выбор без выбора. Хотя, отказывать у нет особых причин.       - Я согласен, сэр.       - Отлично. Работаешь, естественно, неофициально, без документов. Зарплата каждый день, просто подходи к Ирису. И вообще, иди уже к Ирису. Он тебе и форму выдаст и бейджик подпишет. Заменишь эту одноразовую хрень на своем лице. Видел маски наши? И тебе такую дадим. А если захочешь, Ирис сделает тебе какую-нибудь вышивку. Он у нас рукастый. И твое имя мне, кстати, не нужно. Скажешь Ирису какую хочешь кличку, он мне передаст. Все, брысь. Мне еще нужно работать.       Эдман отмахивается от Жана и возвращается к своему компьютеру. Моро пожимает плечами и встает. Его взяли. Его действительно взяли работать. Он еще ни разу не работал, это так волнительно. Но одно остается нерешенным.       - Сэр... Вы говорили про места для ночлега.       - Что? - Мужчина отвлекается от своего занятия и на секунду задумывается. - А, ты про это. Ирис сказал, что ты был в том хостеле, которому мы поставляем еду. Будешь жить там же, Ирис после смены оформит все необходимое. Надеюсь, ты понимаешь, что в таком случае твое жалование сокращается. Номер все же не бесплатный.       - Да, я все понимаю. Спасибо, сэр. Правда, спасибо.       - Ага-ага, сгинь с глаз моих. - Эдман вздыхает, а Жан поворачивается, чтобы уйти. Но едва его рука касается двери? - Эй, парень. Благодари лучше Ириса. А ему будет приятно, если ты будешь хорошо работать. Не подведи его. И Подсолнуха поблагодари. Он тоже за тебя вступился.       Жан тут же смущается и спешит покинуть чужой кабинет. Так официанты и правда за него вступились? Подсолнуху наверное стыдно за вчерашнее. Или он устал от вечного ворчания Ириса, но даже учитывая это, ему и правда помогли в непростой ситуации. Жан делает глубокий вдох и проходит через кухню в зал. Оба сотрудника зала носятся вокруг, но Ирис успевает заметить Жана и кидается к нему. Правда, перед этим передает новый заказ кухне, после чего все его внимание переключается к подростку.       - По твоему довольному лицу вижу, что все получилось. Я рад. Идем. - Ирис проводит его к складу и принимается там шариться. - Вроде, у нас должна быть форма для тебя. Мы с тобой одного роста, это Подсолнух коротышка.       - Ничего я не коротышка! - Подсолнух, явно прибежавший на кухню и не сумевший пройти мимо Жана, сильно возмущается, упираясь руками в бока. - Я же не виноват, что вы оба пиздец какие орки.       - Не выражайся. - Раздраженно отчитывает его Ирис, а официант в ответ показывает средний палец. Старший его не ругает, а протягивает французу комплект белой рубашки и джинс. - Примерь. Мы пока выйдем.       - Почему?!       Возмущенного Подсолнуха вытаскивает Ирис чуть ли не за шкирку, а Жан еле как сдерживает желание захихикать. Он смотрит на одежду и все решает примерить. От верха особенно сильно пахнет духами Ириса, видимо, тот раньше чередовал свою форму, а сейчас решил пожертвовать ради него. И правильно, нового работника надо ценить. Жаль что не постирали еще. На удивление, садится довольно хорошо и ощущается удобно. Ткань не натирает, наоборот, очень приятно прилагает к телу. Жан решает еще пошариться в поисках масок и находит целую коробку, откуда выуживает один экземпляр и тут же заменяет им свою старую медицинскую маску. Он так же вспоминает про книгу, которую стискивал в руках все это время, пока во время переодевания не отложил ее в сторону, на одну из полок. Пусть там и остается, а Жан пока начинает поправлять рубашку. В этот же момент, дверь склада открывается и на пороге стоит Подсолнух.       - О! А тебе идет. - Он мгновенно подлетает ближе и подхватывает с одной из полок фартук. - Дополним-ка твой образ до конца. - Подсолнух помогает Жану с дополнительным элементом одежды и снова осматривает его. - Красота. Я даже вижу, что ты нашел маски. Это хорошо. - Официант чуть щурится, внимательнее разглядывая лицо Жана. - Похоже, в вышивке ты не нуждаешься. А я и забыл, что Ирис все маски расшил. Ты не смотрел, когда брал, да?       - Нет... А что там? - Голос подростка полон чистого любопытства. Он мало про какие растения знал, а значит с выбором не придется мучится.       - Да так. Ирис чего-то разошелся с вышивкой этой маски. У тебя тут семечко, какой-то цветочек и персик.       - Подсолнух, у тебя же маска полностью вышита... - Жан зыркает на него чуть осуждающе, над маской для официанта Ирис явно промучался немало.       - Ой, да ничего ты не понимаешь. Это не в счет.       - Вот как. - Недовольно бормочет себе под нос Жан, а Подсолнух весело похлопывает его по плечу.       - Да ладно тебе, не ворчи. Лучше пойдем, прежде, чем Ирис нас убьет.       Жан покорно кивает и следует за товарищем. В процессе работы, Подсолнух учит его буквально на трех заказах, а после бросает на произвол судьбы. Пришедший на замену наставника Ирис просто крепит Жану бейджик с именем "Персик" и так же уходит восвояси, предоставляя его самому себе, наедине с гостями. Хотя, у Жана вроде неплохо получается, но бегает он очень много между столиками. Первая смена всегда такая. Тяжелая. Хорошо хоть Ирис всегда был готов подхватить заказ и дать возможность отдохнуть. Но посетители не жаловались и сегодня почти не было никакого сброда, а лишь теплая семейная обстановка. Жан определенно остался доволен, хоть у него и безумно сильно начали болеть ноги через несколько часов. А спустя еще час, к нему подошел Ирис. Официант оглядывает его, уставшего и вымотанного, вздыхает, после чего забирает из рук бумажку с заказанным и отводит на кухню. Ирис сам передает заказ поварятам, а Жана уводит на склад.       - Садись. Я скажу, чтобы тебе принесли что-нибудь поесть. Как закончишь, пойдешь спать. - Он говорит твердо, не оставляя места для спора, но француз тут же стискивает его за фартук, не давая уйти.       - Ирис... Спасибо тебе.       - Ты уже благодарил. - Ирис вздыхает, но все же немного расслабляется. Его рука замирает над чужой макушкой, а Жан, не успевая подумать, кивает. Ладонь в перчатке осторожно зарывается в чужие кудряшки. - Просто постарайся отдохнуть и не перетрудиться. Сегодня у нас много посетителей, ты отработал на славу.       Его голос чуть смягчается, но он быстро отстраняется и уходит, оставляя Жана в одиночестве. Спустя минут пятнадцать ему приносят блюдо. Вкуса подросток почти не замечается, утомленное тело принимает любой способ восполнить недостающую энергию, не привередничая. Мысли его снова возвращаются к плану. Он, между прочим, хотел улететь отсюда и увидеться с сестрой. Но сейчас, без денег, это будет трудно осуществить. Стоит завтра расспросить кого-нибудь. Интересно, а как там Элоди без него? Он лишь надеется, что девочку не убили родители ради продажи ее органов. Жан тут же кривится от пришедшей мысли. Что за хрень? Хотя, по прошествию нескольких часов на работе это не удивительно. Ему срочно стоит принять душ и лечь спать, иначе просто невыносимо. Тарелка в его руках уже пуста, значит, пора двигаться. Грязную посуду он оставляет у раковины и переодевается в свою привычную одежду. Книга снова оказывается в его руках и Жан быстро уходит из кафешки.       Свой вчерашний маршрут повторять стало боязно, но, с другой стороны, у него нет денег и каких-либо ценных вещей. Да и вряд ли подросток в середине февраля без верхней одежды покажется кому-то перспективной наживой. С таким же успехом можно ограбить бомжа. Жан движется не очень уверено, старясь припоминать какие-то детали и отличительные знаки. Правда, тут вся улица один гребаный отличительный знак, так что эта тактика становится бессмысленной. Как бы ни хотелось, приходится опрашивать редких прохожих, благодаря чему он и возвращается к мотелю. На этот раз, за стойкой регистрации стоит уже тощий парнишка. К нему-то Моро и подходит.       - Э-э, здравствуйте. Тут такое дело, я работаю в кафе, которое сотрудничает с вашим хостелом и мне должны были предоставить тут жилье. - Жан чувствует колоссальный прилив смущения в этот момент. Серьезно, он будто вымаливает себе место для ночлега. Хотя, по сути, так и было.       - Хм. Имя? - Молодой человек строгим и оценивающим взглядом проходится по Жану. В его глазах не то, чтобы читается неверие, скорее скепсис. Ну серьезно, время три ночи, какая к хуям кафешка.       - Персик. - Подросток буквально чувствует, как начинает гореть от стыда. Эдман ведь просил без имен, Жан очень надеется, что этот момент тут учли. На его удивление, администратор просто кивает и берет в руки телефон. Спустя непродолжительный телефонный разговор, он кладет трубку и протягивает один из висящих за его спиной ключей Жану.       - Ваша комната №303, спокойной ночи. - Учтиво желает парень и возвращается к своей работе.       Француз почти выхватывает ключ и убегает, желая поскорее скрыться. Хуева социализация. Жан входит в номер идентичный тому, в котором он останавливался вчера. Уютная обстановка. Так как форма осталась на работе, из вещей у него только книга и мелочи, оставленные в карманах. Все это отправляется на стол, а сам он идет в ванную. Перед душем приходится заняться стиркой, у него ведь нет другого комплекта одежды, а деньги за сегодняшнюю смену Ирис забыл отдать. Поэтому Жан руками моет джинсы и белье, толстовка пока остается. Потому что после того, как он принимает душ, нужно будет в чем-то поспать и кандидатом становится именно верхняя одежда. Носки он тоже пока не хочет стирать, щеголять босиком по полу, еще и оставлять после себя лужи, такое себе. Кровать принимает его самым радушным образом, а Моро настолько сильно устал за день, что даже выключить свет оказывается выше его сил и он просто засыпает.

День 3

      Утро начинается довольно неприятно. Жан вскакивает от кошмара, который, каким-то образом, смог произвести его мозг, несмотря на всю усталость. Штаны, как и трусы, что уж скрывать, успели высохнуть за прошедшее время, поэтому Жан одевается полностью и ложится на кровать. Он вспоминает про книгу и пока решает немного заняться чтением. История его даже завлекает, но спустя страниц двадцать, француз решает сходить на пробежку. Утренний воздух приятно бодрит, а образовавшийся туман приводит Жана в восторг. Ему безумно понравилось, как выглядит это явление. Во время бега, на его глаза попадается спортивная площадка и он не смеет удержаться от того, чтобы не потренироваться час-другой. Едва он возвращается в отель, как у его двери уже стоит массивный пакет.       Внутри должен быть только завтрак, как вчера, но тут... При желании, поместилась бы и микроволновка. Ладно, быть может, он преувеличил. Жан вносит пакет внутрь своего номера, закрывает за собой дверь и ставит ношу на стол. Самым первым оттуда он вытаскивает небольшой бокс с завтраком. Внутри, помимо самой еды, оказывается маленькая бутылочка с водой. Как бы сильно не было его любопытство, голодный после тренировки организм требует пищи. Поэтому вкуснейшие сырники под сахарной пудрой и с ягодками оказываются поглощены в рекордные сроки и запиты освежающей водой. После вкусного и сытного перекуса, Жан возвращается к пакету. Следующим он достает наручные электронные часы. Подарок довольно полезный, француз чувствует постоянную дереализацию от незнания времени. Эта модель, правда, сильно ему что-то напоминает... Точно, у Ириса ведь такие же! Значит, подарок от него? Это... Довольно приятно, но сюрпризы на этом не кончаются. Следующая коробочка оказывается от Подсолнуха, поскольку тот ее даже подписал. Боже... Это ебучий телефон. Сукин сын Подсолнух просто взял и подарил ему телефон. Из упаковки Жан осторожно выуживает раскладушку серебристого цвета. Внутрь уже вставлена симка и вбиты номера Ириса, Подсолнуха и Эдмана. Моро глубоко вдыхает, стараясь успокоиться, чтобы не прибить этого олуха, едва они встретятся.       Следующие подарки оказываются от босса и кухонного состава. Первый подарил ему черное пальто, почти такое же, как у Ириса, только теплее и с шарфом в комплекте. Как выясняется из записки Эдмана, шарф он связал сам. Открытие становится неожиданным, а ценность подарка взлетает моментально. То, что босс, знающий его чуть меньше дня, решает подарить именно ему несколько часов кропотливой работы, рождает в нем ощущение особенности момента. На его губах расплывается мягкая улыбка, шарф тут же оказывается на его шеи, а остальные подарки не ждут. Повариха подарила ему целый комплект одежды из серых спортивных штанов, футболки с ручной вышивкой и кофты на молнии. Майка вышита узорами самых разных цветов и насекомых, а светло-зеленый цвет, лишь улучшает создаваемую атмосферу весны. Черная кофта оказывается ему даже чуть велика, а от этого становится еще приятнее, Жану такое нравилось. А вот подарок повара удивил сильнее всего. Мужчина подарил ему набор нижнего белья и носков. Ну, вполне актуально, но принт оставлял желать лучшего... Серьезно, слоники, бегемоты и тигры? Жан хотел попугая, льва и лемура! Шутки в сторону, подарок действительно достойный.       Хотя, остается один вопрос. А как они вообще узнали о его размерах в одежде? Но тут же в голове всплывает Ирис. Точно. Они ведь почти одинаковой комплекции. Тогда, все понятно. Жан вздыхает и встает. Подарки он прячет в шкаф, кладя все обратно в пакет. Оставляет он пока только часы и телефон, последний тут же уходит в карман и прикрывается толстовкой, на всякий случай. Француз накидывает на себя пальто, черная маска неизменно закрывает половину лица, хватает ключ от номера и пропуск в библиотеку, после чего выдвигается из хостела. Работник оказывается все тем же, он улыбается Жану, принимая пропуск.       - Ах, молодой человек. Как тебе книга? - Старичок возвращает карточку, но звучит довольным, явно настроен на беседу. А Жан, после полученных подарков, сильно преисполнился в любви к людям.       - Здравствуйте! Знаете, пока нравится. Главный герой мне импонирует.       - Это хорошо. Далеко забрался в своем прочтении?       - Нет пока. Но собираюсь!       - Вот и замечательно. Твой компьютер никто не занимал, удачной игры. Буду ждать, когда ты дочитаешь. Хоть с тобой пообсуждаю книжку-то. А то не любит молодежь нынче русских классиков. Сложно, видите ли им... А кто ж легко обещал? Всякая книга будет непонятной, для чуждого ума.       - Хм. Вы правы. Постараюсь быстрее дочитать, тогда.       - То-то же.       Библиотекарь удовлетворенно кивает и протягивает Жану конфету. Тот поначалу отказывается, но под старческим напором соглашается и идет к компьютеру снова. На этот раз, он задумывается над тем, стоит ли искать нужную информацию в интернете или попробовать спросить у кого-то? Моро хмурится, но приходит к решению, что чей-то личный опыт окажется в несколько раз полезнее вранья в интернете. А поэтому, он запускает игру и снова погружается в этот мир солдатского долга, трудных командирских решений и изощренных тактик. Сегодня он снова задерживается допоздна, не в силах оторваться от прохождения. Жан этого не замечает, но библиотекарь дожидается его сохранения, прежде чем отвлечь.       - Эй, библиотека уже закрывается. Завтра снова придешь. Негоже засиживаться за играми, знаешь ли. В твоем возрасте об учебе тревожиться надо, а не часы просиживать перед компьютером. - Работник ворчит, показывая Жану, как правильно задвигать стул, впоследствии заставляя помогать приводить порядок. - Что с вашим поколением, не пойму. В мое время, все грызлись за книги. А вам бы лишь компьютеры. Тьфу. Хоть ты, молодой человек, не потеряй свой ум в этом всем.       - Я... - Жан даже теряется, не зная, что сказать в ответ. А что тут можно сказать? Хотя, есть идея. - Я постараюсь...       - Вот и молодец. Даже если врешь, то, хотя бы, меня, старика, пытаешься утешить. А кому-то и это сделать сложно.       Библиотекарь похлопывает его по запястью и наконец отпускает. Жан идет на работу в смешанных чувствах от произошедшего. Ох, знал бы этот дедушка всю правду... Но этого нельзя допустить. Ради безопасности этого человека, как минимум. Путь до кафе Жан вспоминает быстрее и доходит тоже довольно рано. При входе, ему приветливо машет Ирис, но Подсолнуха не видать. Жан переодевается, телефон в этот раз переходит в карман фартуку, и выходит в зал. Гостей оказывается всего трое, Ирис уже всех обслужил, поэтому они могу немного поговорить.       - Персик, привет. Про твою зарплату я помню, сегодня ты со мной будешь работать до прихода Подсолнуха, потом я с тобой рассчитаюсь. - Ирис сразу начинает с дела, что немного шокирует Жана. Он, конечно, хотел об этом поговорить, но такая прямолинейность смущает даже его.       - Я... Да. А, это самое, спасибо за часы. - Моро неловко потирает шею и выдыхает. - Так, где Подсолнух?       - Во-первых, не за что. Ты же теперь тоже официант, часть нашего коллектива. А мы своим помогает. Во-вторых, смена Подсолнуха просто начинается сегодня позже. Мы же работаем с двумя выходными.       - Понял... Просто хотел поблагодарить его. Не ожидал от него телефона.       - Да просто кому-то повезло быть богатым ублюдком, вот и всего. - Раздражение Ириса чувствуется довольно отчетливо, отчего просыпается любопытство Жана.       - Богатым? Стой, он действительно богат?       - Хрен его знает. Вроде, да. Опережая твой вопрос. Работает он тут по своим причинам, если очень интересно, спросишь у него потом сам. Не мой секрет, чтобы выдавать.       Ирис грубо пересекает попытку уже на корню, не дожидаясь лишних слов. Жан невольно восхищается этим, но решает действительно пока помолчать. К тому же, в этот момент в заведение входит новый посетитель. Француз моментально узнает в нем библиотекаря, того самого дедушку. Ирис замечает его взгляд и усмехается.       - Обслужи пока нашего гостя, я схожу на кухню. - Ирис хлопает его по спине и уходит, благодарный Жан тут же мчится к старичку.       - Добрый вечер, сэр. Вот Вам меню. - Моро улыбается под маской и протягивает список блюд старичку.       - Никакой я тебе не сэр. Думаешь, нацепил форму и я тебя не узнаю? Ишь какой. Зови меня мистер Китинг. Джон Китинг. И я буду "Ландыш". Не нужно мне твое меню.       - Понял, мистер Китинг! - Жан кивает и тут же уходит в сторону кухни, попутно оставляя меню у стойки, после чего идет передавать заказ кухне. Поварята шустро забирают бумажку и, поскольку посетителей сегодня не особо много, еда готовиться быстро, так что Жан остается ждать его там. Вскоре, ему передают тарелку с готовым блюдом, француз шустро относит его в зал, ставя перед библиотекарем. - Приятного аппетита, мистер Китинг.       - Спасибо, молодой человек.       Старичок удовлетворенно кивает, жест, после которого официант может быть свободен. Подросток не теряя времени, подходит к Ирису, который сосредоточено считает что-то у стойки работников зала. В его руках блокнот и ручка, записи делаются довольно быстро, Жан на какой-то момент даже замирает, завороженный зрелищем. А подойдя ближе, он понимает, что Ирис просто переписывает меню, записывая так же все ингредиенты блюд, что можно убрать или добавить. А минут через десять, Ирис поднимает голову и протягивает блокнот Жану.       - Тебе. Если собираешься задержаться тут, советую выучить. Тебе пока везло с гостями, но вскоре явятся и те, кто готов задавать вопросы до бесконечности. Считай, это твоя страховка, Персик.       - Эй, не зови меня так. От тебя это звучит, как издевка. - Жан принимает протянутую вещь и осматривает. Гладкая черная поверхность была обклеена множеством наклеек с цветами, а посередине красовался прямоугольный белый стикер, на котором значилось его имя. - Это специально для меня?       - Да. Все почему-то решили, что ты с нами будешь еще долго. Вот и решили задарить тебя. Чтобы помочь почувствовать себя значимым в новом коллективе. У Подсолнуха было так же, он у нас всего две недели. - Ирис улыбается и поглаживает его по плечу.       - Серьезно? Он ведет себя так, будто знает тут всех по меньшей мере три года.       - Ему тоже помогли. И раз ты так говоришь, значит мы хорошо справились. По Подсолнуху не скажешь, но он привык всегда брать ответственность и самостоятельно организовывать все, а в новых обстоятельствах он растерялся и был замкнутым. Тогда мы и придумали посвящать наших новых сотрудников через подарки. Правда, опробовали пока только на тебе и на Подсолнухе. Вы, вроде, не жалуетесь, так что, победа наша.       - Погоди, ты имеешь в виду, что у вас долгое время не было работников? Или что? - Жан сам не понимает, как цепляется за эту деталь. Если Ирис сказал про новых сотрудников, обозначив таковыми его и Подсолнуха, а последний тут всего две недели, то сколько же здесь Ирис? Тоже недолго? А кафе? Ему на вид лет пятнадцать!       - Эм, Персик, ты что-то драматизируешь. Начнем с того, что заведению всего три года. Уж не знаю, кто тут работал до меня, но я тут тоже не особо долго. Босс, вроде, был и официантом и поваром в самом начале. Уж что было потом, я не спрашивал. Я сюда никогда не захаживал до того, как устроился работать, а прямо перед этим бывший официант уволился, если я ничего не путаю. Если тебе действительно так интересно, то лучше спроси шефа. Он побольше меня знает. - Ирис устало вздыхает и потирает лоб. Какое-то время он просто смотрит перед собой, возможно размышляя, стоит ли ему сказать что-нибудь еще или стоит помолчать. В конце концов, он выпрямляется и поворачивается к Жану. - Я схожу к Эдману, нужно посчитать кассу. Побудь пока в зале, в случае наплыва гостей, крикни кого-то из поварят. Они помогут.       - Понял. Спасибо за историю, Ирис.       - Ага, только не переборщи с любопытством. Иногда, есть вещи, которые должны оставаться в секрете.       К чему это сказал Ирис Жан немного не улавливает, поэтому просто пожимает плечами и продолжает свою работу. Гости по-тихоньку заканчивают ужинать, француз ходит по столикам, вежливо спрашивает все ли понравилось посетителям и пробивает всем чеки. Заведение не пустует, каждый час в кафе стабильно сидят минимум пять человек. Жан прекрасно успевает со всем справляться, а заходящие в основном оказываются либо постоянными гостями, либо попадают сюда в первый раз, но никто не привередничает, так что памятка Ириса пока просто лежит в кармане его фартука, немного выпирая, но и ладно. Смена тянется невыносимо долго, если вспоминать вчерашний бурный день, то становится еще тяжелее. Жан уже даже помогает на кухне мыть посуду, пока, наконец, не появляется Подсолнух. Он слишком довольно врывается в помещение с широкой улыбкой.       - Всем привет! О, Персичек мой любимый, как ты? - Подсолнух тут же подлетает к нему и обнимает за плечи. Жан лишь фыркает.       - Порядок. Где тебя носило? - Подросток позволяет тому потрепать себя по волосам, после жеста Подсолнух тут же отстраняется.       - Эй, не у всех есть бесконечное время в запасе! - Официант недовольно упирается руками в бока и качает головой. - Лучше скажи, где там Ирис с нашим жалованием? А то бедные холопы жаждут прибыли! Мои братья ждут не дождутся, когда я куплю им что-нибудь вкусное.       - У тебя есть братья? - Жан удивленно зыркает на Подсолнуха. - Никогда бы не подумал.       - Пф-ф, конечно, есть. Два маленьких засранца. Но я обожаю их. Решено, организую им сегодня мороженное. Они заслужили.       - Сомневаюсь... Хотя, с таким братом и врагов не пожелаешь.       - Что ты сказал?!       - Хватит. - Не начавшуюся ссору мгновенно прерывает пришедший Ирис. Он строгим взглядом окидывает официантом. - Как дети малые, ей богу. Вы вообще знакомы три дня от силы, откуда такой стиль общения, будто знаете друг друга по меньшей мере месяц?       - Не завидуй, Ирис. А лучше, дай нам наши денюжки. Я уже пообещал братьям мороженное.       Ирис вздыхает и начинает раздавать каждому прибыль. Сначала, повара, им все достается по красоте, в конвертике и переходит сразу в руки миссис Кинг, та лучше обращалась с деньгами, а ее мужу оставалось помалкивать. Достается немного даже поварятам, как признавались их родители со слов Ириса, детям так больше нравиться помогать взрослым. Наступает черед сотрудников зала, их зарплату Ирис кладет в протянутые и раскрытые блокноты, чтобы никто, кроме старшего сотрудника, не пачкался о грязные банкноты. Довольные Жан и Подсолнух уходят в подсобку. Оба начинают переодеваться, после чего Подсолнух протягивает Моро сумку, похожую на почтальонку.       - Тебе. Подарок. Не будешь же ты вечно носить все в пакете или в карманах. - Подсолнух усмехается и легонько стукает его в плечо.       - Точно... Я же хотел прибить тебя за дорогущий телефон! - Жан тут же возмущается, стискивая руки в кулаки. - Придурок! Зачем такое дарить?!       - Потому что я могу? Персик, расслабься. - Подсолнух мягко улыбается и крепко обнимает его. Француз поначалу теряется, но тут же тает в его объятиях, расслабляясь.       - Еще раз так сделаешь, я нажалуюсь на тебя Ирису.       - Он ничего не сделает.       - Он ничего не сделает... Только надерет тебе задницу.       - Ну да. Мой типичный вторник. Я же говорю, расслабься. Ирис благодаря мне каждый день выпивает пачку глицина.       - Я бы тоже не отказался.       Жан смотрит на Подсолнуха, тот на него, и оба тут же начинают заливисто смеяться. Подсолнух отстраняется первым, взъерошивает волосы подростку и с улыбкой продолжает одеваться, после чего уходит в зал. Моро остается в одиночестве ненадолго, в подсобке появляется Ирис, но лишь забирает свои вещи, вновь покидая француза. Жан быстро заканчивает возню с одеждой, подхватывает свои вещи и направляется на выход из кафе, попутно засовывая вещи в подаренный рюкзак. С Подсолнухом он банально не успевает попрощаться, его цель - догнать Ириса. Ему очень хочется поговорить со старшим в более уединенной обстановке, а сейчас, когда их смены подошли к концу, время самое, что ни на есть подходящее. Ирис обнаруживается на удивление быстро, официант стоит у здания чуть поодаль кафе, прижавшись к кирпичной стене спиной. В одной его руке зажигалка, а вторая находится в кармане пальто.       - Как думаешь, спортсмены могут курить? - Вопрос срывается с губ Ириса еще до того, как Жан подходит ближе. Моро встает перед ним и чуть хмурится. Их обдувает прохладный ветер, но маски защищают надежно.       -Никогда бы не подумал, что ты можешь иметь отношение к спорту. - Француз качает головой и усмехается. - Занимаешься, или уже бросил? Мало ли, вопросы о курении не просто так.       - А тебе все скажи. - Ирис фыркает и убирает зажигалку в карман. Он бросает внимательный взгляд на Жана и чуть наклоняет голову.       - Расскажешь хоть, что за вид? Может, я тебя по телику видел. А ты поэтому маску не снимаешь даже вне работы.       - Может, и скажу. Эй, наше в кого подобными обвинениями швыряться, сам-то постоянно закрываешь лицо. А у нашего кафе такая фишка. Не только с прозвищами.       - Придумал Подсолнух? Потому что он богатый и боится осуждения?       - Пф-ф-ф, оставь этого выпендрежника. Я пошутил про его богатство. Он до этого просто никогда не работал, разок побывал у нас по чистой случайности и вот напросился. Не хочу разбираться в его тонкой психологии, не до этого. - Ирис недовольно хмурит брови и смотрит на Персика с чуть большим подозрением. Тот поднимает руки в мирном жесте.       - Я просто спросил. Мне же интересно. Я ношу маску, потому что сбежал из дома и не хочу возвращаться. А вот вы с Подсолнухом меня интригуете.       - Вот оно как, - Ирис делает шаг к нему ближе, - хорошо, я скажу. - Он специально делает паузу, пытаясь выдержать интригу, и, черт, это работает. - Когда я сказал про спорт, имел в виду экси.       - ДА БЛИН. ТЫ ПОНИМАЕШЬ, КАК СИЛЬНО МЕНЯ ОБЛОМАЛ! - Жан возмущенно бормочет, активно жестикулируя. - Какого хрена?!       - Остынь. - Ирис смеется, откровенно наслаждаясь чужой реакцией. - Я же не уточнял, о чем именно скажу.       - Твоя взяла. - Моро выдыхает и только сейчас до него доходит истинный смысл слов Ириса. А точнее, что именно тот сейчас сказал. Потому что его мозг выдал реакцию без полной обработки информации, он просто понял что его нае- - Бали. Я тебя туда отправлю после такого! - Жан раздраженно отворачивается, но от вопроса не может удержаться. - Так ты играешь в экси. Давно? На каком уровне.       - Эй-эй, переборщил ты с вопросами. А я не очень-то хочу об этом сейчас говорить. - Ирис уже перестает улыбаться и снова вытаскивает зажигалку. - Иногда я думаю, что на мне слишком много ответственности. Не уверен, что смогу справиться с таким напором. Но начинается следующий день и меня уже не спрашивают о моих желаниях. Я делаю это потому что привык.       Француз замирает, услышав слова Ириса и поворачивается к нему уже с другим выражением лица. Полным сочувствия и переживания. Хоть Ирис и не сможет до конца этого увидеть, но по-трогательному сведенные брови Жана уже говорят о многом. Ирис не зря ведь сказал это после признания своей игры в экси. Сдается ему, что официант кафешки со странным названием выматывается от экси не меньше Воронов. Интересно, тогда в какой команде он играет?       - Ты... Можно я спрошу о другом? - Жан чувствует свое и чужое желание поменять тему для разговора. Как-то после такого откровения хочется подбодрить товарища и отвлечь от тяжелых мыслей.       - М-м-м? Да, давай. Посмотрим, отвечу ли я тебе. - Ирис снова убирает зажигалку, но делает это больше нехотя.       - Почему ты помог мне? Только честно.       - Действительно хочешь знать? Ну, думаю, да, иначе бы не стал спрашивать. Знаешь ли, - Ирис убирает руки в карманы, словно ему стало холодно, - не только у Подсолнуха есть братья. У меня тоже есть младшие братья. Я редко бываю рядом с ними из-за работы, да и по другим причинам. А когда я увидел тебя, без сознания, на том асфальте, без вещей и даже теплой одежды, задумался. Что если с моими братьями произойдет то же самое, что и с тобой? А меня не будет рядом. Или вообще никого не будет рядом. Я не могу и не хочу представлять, что бы я испытал, узнав об этом. В тот момент я уже не видел тебя. Я видел моих мальчишек. И просто не мог не помочь. - Заканчивая, Ирис уже плохо скрывает эмоции, в его обычно спокойном и расслабленном голосе прорываются нотки настолько сильных эмоций, что Жан даже не до конца понимает, каких. Тут и переживания, забота, но так же гнев.       - Эй, Ирис. - Моро окликает его и кладет руку ему на плечо. Ирис хмур и напряжен, но от прикосновения не отшатывается. Уже хороший знак, хотя откуда Жану знать, они знакомы слишком мало. - Я очень хорошо понимаю, о чем ты. У меня есть младшая сестра, я бы свернул шею любому за нее. И твой поступок только подтверждает, что братьев ты сильно любишь.       - Спасибо, Персик. - Ирис порывается его обнять и Жан не противиться.       - Ирис... Я еще хочу тебя кое о чем спросить.       - Валяй.       - О моей сестре. Я очень хочу найти ее. Но для этого, мне нужно полететь на самолете. - Жан знает, что звучит глупо, но чем меньше уточнений и больше расплывчатых фраз, тем ниже шанс сказать лишнее. Но Ириса это мало смущает.       - Так, допустим. Я не слышу вопроса.       - Как мне попасть в аэропорт и купить билет? Я не делал это сам, этим всегда занималась мама. Просто... Мои родители в разводе, сестра живет у отца на другом конце страны, мы не виделись два месяца. Пожалуйста, Ирис. - Жан смотрит на него с мольбой в глазах и Ирису ничего не остается, кроме как помочь.       - Ну... Насколько я помню, нужны документы. Если ты несовершеннолетний, то тут сложнее. В случае твоего самостоятельного полета, служба опеки может озаботиться происходящим. Да и неуверен я, что билеты несовершеннолетний может купить без личной доверенности родителя на всю поездку. А так, нужны документы, их раз десять проверять будут, багаж тоже на постоянном контролем. Легче всего тут с билетами, насколько я помню, их можно купить прям там. Да и то не всегда и нужны. Поработаешь у нас еще немного и сможешь себе это позволить. - Ирис отстраняется и похлопывает его по плечу.              - Понял, спасибо.       Француз выдыхает и опускает голову. Учитывая, что ему платят явно не так как Ирису, тот хотя бы живет отдельно, работать ему явно придется много. Не найдут ли его за это время Мориямы? Да хрен знает, не то что бы у него есть выбор в этом плане. Если хочется попасть к сестре, нужно постараться. А с его везением, придется просить Ириса обо всем. Тому явно не придется отбиваться от местной гопоты. Пока Жан обо всем этом думал, он не заметил, как пристально на него смотрит Ирис. Да и не до того было. Он слишком занят своим планом на Францию, чтобы обращать на что-то внимания. Пока его не окликает Ирис.       - Эй, Персик, - Ирис дожидается, когда Жан повернется к нему лицом и продолжает, - сколько раз в день ты ешь? Извини за столь странный вопрос, но не пойми меня неправильно. Ты работаешь у нас, утром тебе привозят завтрак, а в остальное время? - Он хмурится, а подросток удивленно на него таращится.       - Я... Честно, я ем только с утра...       - Понятно.       Ирис фыркает и отворачивается, что ему там понятно, остается загадкой для Жана, который в это вмешиваться не очень собирается. Разговор дальше клеится плохо, Ирис явно уже вымотался, поэтому они вдвоем просто начинают идти в сторону отеля. Если Моро там живет, то вежливый коллега его просто провожает, просто чтобы не повторилась недавняя ситуация. Внутрь Ирис не входит, они прощаются у входа в мотель и расходятся. Жан поднимается в свою комнату, где вся скопившаяся усталость разом наваливает на уставшее тело. Из рюкзака он ничего не достает, просто оставляет на столе, туда же кидает пальто и уходит в ванную, принимать душ, после которого обессиленно падает на кровать и мгновенно засыпает.

      День 4

      Жан просыпается гораздо позже своего привычного времени пробуждения. Хотя, откуда ему знать, часы появились только сейчас. Как выясняется, 11:25 неплохое время для утренней пробежки, в ближайшем парке все еще свежо и приятно. Уже в отеле его поджидает пакет с завтраком. Жан подхватывает его и заносит в комнату, но прежде чем преступить к еде, он снова принимает душ и переодевается в подаренную одежду. Правда в пакете помимо типичной одноразовой посуды с его блюдом, оказывается пластиковый бокс, к которому прикреплен конверт. Но организм требует пропитание, поэтому приоритеты оказываются расставлены довольно быстро и четко. Так что к загадочному посланию он приступает лишь через пятнадцать минут. А у сообщения было следующее содержание:

      "Дорогой Персичек,

Пишет тебе твой любимый Подсолнух, Ирис позвонил мне с утра и попросил предупредить поваров, что тебе будет нужен еще и обед. Но они не успевали из-за большого количества заказов, так что наш любимый мини-босс сам сделал тебе поесть. Я от себя добавил немного снеков, не голодай больше.

С пожеланиями приятного аппетита,

твой любимый Подсолнух."

      Жан смотрит на письмо еще какое-то время, после чего тут же открывает бокс. Внутри его ждала на первый взгляд обычная еда, но ее приготовил ему Ирис... Еще и Подсолнух постарался его угостить. Если брать первого, то тот действительно сильно постарался. Мог сделать простой сэндвич, а положил что-то похожее на шаурму, разделенную пополам. Сам контейнер был разделен на три отсека, в самом большом лежали макароны и две котлеты. На десерт Ирис положил нарезанного персика, а обещанные Подсолнухом снеки были на дне пакета. "Немного" означало около пять батончиков самых разнообразных сладостей и даже упаковку сухофруктов. Что же. Его определенно пытались накормить как следует, спасибо Ирису. Письмо оказывается вложено в его блокнот и он ложится на кровать, немного отдохнуть и немного почитать книги. Ему очень нравится, как автор уделяет внимание описанию природы, но спустя час чтения, подросток засыпает.       Связано это наверное не со скучно книгой, а с навалившейся нагрузкой на работе. Проснувшись ближе к трем часам, Жан начинает собираться в библиотеку. Он одевается, не забывая про свою маску, а потом приступает к вещам. В рюкзак, подаренный Подсолнухом, летят обед, книга и блокнот. С этим багажом он и приходит в полюбившееся место, добрый дедушка снова ему улыбается, принимая пропуск.       - А, трудолюбивый молодой человек, здравствуй-здравствуй. Специально прогоняю детишек от твоего компьютера, иди, продолжи свою игру, сынок. - Работник ласково улыбается и возвращает Жану пропуск, вместе с этим протягивая конфету.       - Спасибо... А у вас здесь можно есть? - Моро растеряно забирает протянутые вещи, а мистер Китинг хмыкает.       - Конечно. Важно правильно питаться. Рад, что ты разговариваешь со мной, стариком, а не бежишь к технике. Как книга?       - Вы не старик, мистер Китинг. А книга мне нравится. Я ощущаю от нее так не хватавшую мне свободу. - На лице француза проступает мечтательная улыбка от воспоминаний о книге. Вот это действительно приятно вспомнить. Библиотекарь на его слова улыбается.       - Вот и славно. Ты мне чем-то его напоминаешь. Но я уверен, ты пойдешь дальше. Что же. Приятной игры.       Жан улыбается и кивает, направляясь к компьютеру. Игра встречает его уже привычным загрузочным экраном и подросток с удовольствием приступает к прохождению миссий. Через полтора часа, библиотекарь отрывает его на прием пищи, Моро съедает все, что ему положили, а Китинг еще и оставляет ему чай. Второй заход снова начинается и на этот раз Жан снова засиживается до победного. Они вместе с библиотекарем приводя помещение в порядок, после чего Жан убегает на работу. Его первым делом встречает Ири, вместо приветствия молодой человек сажает француза на свободное место.       - Жди. Скоро я принесу тебе ужин, а потом придет Подсолнух и вы вместе вступите на смену.       - Эм, хорошо...       Подросток наблюдает за тем, как официант уходит от него к другим гостям, ужин ему в итоге приносит одна из поварят. Милейшая девчушка желает ему приятного аппетита и уходит снова на кухню, оставляя Жана. В этот раз у него стейк из семги с овощным салатом. Если бы он мог, то расцеловал бы руки поваров. Готовили те правда отменно. Или это голод в его желудке так считает, в любом случае, неважно. Едва появляется Подсолнух, то подхватывает его под руку и тащит в сторону кухни, так что у Жана есть хорошая возможность выразить свою признательность. Однако вместо этого, он оставляет тарелку в раковине и идет в подсобку. Там уже стоит серьезный Ирис.       - Так. Слушайте меня крайне внимательно. Весь зал я отдраил только утром, посмеете хоть что-то испачкать, буду мыть вашими волосами в следующий раз. Смотрите, без инцидентов. Я тут единственный администратор, без меня, конфликт сразу попадает мистеру Эдману. А как вы понимаете, он долго разбираться не будет, я вам помочь не смогу. Будьте паиньками, старайтесь не попасть в проблемы. Вопросов не жду, по лицу Подсолнуха видно, что вам все и так понятно.       - А почему сразу я? Ирис, ты меня не любишь? - Подсолнух тут же принимается опираться на плечо Ириса, обнимая его за руку. Тот терпеливо вздыхает и треплет младшего работника по волосам.       - Я одинаково ценю всех. Но в зале ты остаешься за старшего вместе с Персиком, так что не накосячь. А мне уже пора. - Он осторожно выпутывается из хватки Подсолнуха и подхватывает свое пальто.       - На свидание к даме помчал?       Подсолнух пытается еще раз, но Ирис невозмутимо накидывает свою верхнюю одежду и уходит, не удостаивая его и толикой внимания. Совсем не расстроенный Подсолнух начинает переодеваться и Жан следует его примеру. Через пару минут они оба, готовые к работе, выходят в зал. Клиентов пока не густо, да и присутствующие уже обслужены Ирисом, так что они могут пока расслабиться.       - Подсолнух?       - М-м-м?       - У Ириса есть девушка? - Жан спрашивает из чистого интереса, спокойный и рассудительный Ирис казался ему каким-то неподходящим для отношений. За эти несколько дней, администратор показался довольно отстраненным от женщин и все подкаты игнорировал. Либо чересчур вежливый, либо не заинтересованный в внимании от прекрасных посетительниц. Или уже в отношениях. Вот Жан и допытывается до ничего не подозревающего Подсолнуха.       - А? Да нет, я просто его подколол. Ирис не любит говорить об отношениях, хотя им часто интересуются девушки. Но от них он краснеет явно меньше, чем, например, от тебя. - Подсолнух подталкивает его локтем, а Моро мгновенно бьет его по плечу.       - Придурок! На нем маска, откуда тебе знать, что он покраснел. - Подросток лепечет смущенно, он не хочет думать о наставнике в таком ключе, к тому же тот сам признался, что видит в нем одного из своих братьев.       - Ну-ну. Ты вот точно засмущался сейчас.       - Потому что ты ведешь себя как идиот.       - Эй, не обижайся. - Подсолнух начинает говорить более мягким тоном, приобнимая Жана за плечи. - Пойдем лучше работать. Пока нет посетителей, один из нас должен оставаться в зале, а второй мыть посуду. Ты пока полей цветы, потом свидимся.       Подсолнух чуть усиливает хватку, прежде чем с улыбкой уйти на кухню, оставляя француза на свое собственное попечение. тот лишь пожимает плечами и начинает делать то, что ему сказали. Находит лейку, заполняет ее водой и принимается за порученное. За это время он успевает изучить полки повнимательнее. В процессе, ему удается узнать, что далеко не все растения хранятся в обычных горшках. Одно было в банке, другое в ботинке, а третье вообще проросло сквозь какой-то корпус. Все это конечно увлекательно, но Жан не сильно уверен, насколько подобное безопасно. А одна из полок вообще хранит воспоминание о дне открытия кафе, счастливый Эдман показывает большой палец на фоне своей забегаловки. Последняя похожая фотография была сделана совсем недавно, на четырнадцатое февраля, весь персонал был запечатлен на фотографиях, но официанты все равно были в масках. Несмотря на это, Жан чувствовал, что они улыбались.       Едва он заканчивает поливать последний цветок, как гости решают, что сейчас самое время зайти. Посетителей прет тьма тьмущая, им приходится всех обслуживать, носясь по максимальной скорости между столиками, еще и стараясь друг друга не потревожить. И как назло именно сегодня посетители решают, что самое время поделать мозги обслуживающему персоналу. А без Ириса под боком приходится решать все исключительно вежливо и учтиво. Иначе им такого добра выскажет администратор позже, мало не покажется. Жан время от времени кидает взгляд на часы, в один момент там значилось 23:21.

День 5

      А в следующее мгновение уже 04:15. Жану жизненно необходимо измучено застонать, но нужно проводить последних клиентов. Компания каких-то подросток бурно отмечала чей-то день рождения и изрядно выпила, из-за чего проторчала тут аж три часа. ну, они хотя бы регулярно что-то себе заказывали, не просто занимали место. Выпроводить их оказывается той еще задачей, но Подсолнух успешно с этим справляется. Едва они выдыхают, как дверь в кафе снова открывается и внутрь входит посетитель. Измученный Подсолнух молча трет глаза, а ноги Жана уже не выдерживают и он падает. Прямо в чьи-то не особо крепкие, но надежные объятия.       - Боже, посмотрите на них. Оставил, называется, на пару часов. Все хорошо? - Ирис мягко прижимает Жана к себе и к нему тут же подходит измученный Подсолнух, присоединяясь к объятиям. - Ну, мальчики. Хорошо, давайте вот так постоим.       Ирис начинает покачивать их, поглаживая обоих официантов по спинам. Жану уже хочется плакать от пережитой нагрузки, девять часов были для него перебором. Повара-то давно ушли, оставив после себя только инструкции, им пришлось еще и отвечать за приготовление блюд. Ирис явно понимает их состояние, поэтому позволяет им обоим просто опереться на себя. Пока сам администратор оценивает состояние своего кафе. Он удовлетворенно хмыкает.       - Неплохо. Вы оба заслужили награду.       Молодой человек мягко подводит их двоих к диванам и осторожно укладывает. После чего отправляется на кухню. Вероятно он там переодевается, накидывает излюбленную форму. А вот дальше тишина. Пока не начинают доноситься до носов официантов превосходные запахи. Аж слюнки начинают течь от представления, какие блюда же там готовятся. Пока Ирис не выносит в зал две тарелки и не ставит перед Подсолнухом и Персиком.       - Свежеприготовленные "Колокольчики" для моих трудяг.       По сути, это просто классический английский завтрак, состоящий из двух жаренных сосисок, порции фасоли, двух яичниц глазуний, для Подсолнуха это полноценный омлет исходя из его предпочтений, свеженарезанных овощей, жаренных грибов и двух ломтиков хлеба. И, о Боже, это лучшее, что он ел за последнее время. То ли Ирис божественно готовит, то ли Жан настолько проголодался, что готов съесть что угодно. В любом случает, блюда проглатываются в считанные секунды. Ирис лишь фыркает и качает головой.       - То же мне. Идите переодеваться, я отвезу вас двоих.       Официанты послушно направляются в сторону подсобки и уже вскоре Ирис ведет их обоих к выходу. Он усаживает обоих парней в свою машину и закрывает заведение. Жан по дороге засыпает и так не узнает, что его нарочно не стали будить и Ирис отнес его на руках в номер, положил на кровать и укрыл одеялом. Жан-то просыпается только десять часов спустя.       Моро практически вскакивает на постели и растеряно смотрит на часы первым делом. 16:31. Ну заебись. Поспал так поспал, нечего сказать. А на работу ему когда? Стоп, у него есть рабочие часы? Ну бред. Встав с кровати, он первым делом идет в душ, а после забирает свой завтрак-обед в номер, где быстро поглощает еду. В библиотеку и на пробежку он просто не успеет, ему остается лишь сходить на смену и понадеется, что сегодня можно будет уйти раньше. Жан одевается, проверяет рюкзак и выходит на улицу, направляясь к кафе. Дорога спокойна и безлюдна, на улице не сильно темно, все как он любит. На работе он появляется раньше, благодаря чему застает Ириса в гордом одиночестве. В зале нет людей, администратор занят уборкой под какую-то до жути грустную песню. Не теряя времени зазря, Жан подходит к нему ближе.       - Эй, Ирис.       - М?       - Обязательно слушать что-то удручающее? - Он спрашивает чуть надувшись ,чем заслуживает смешок Ириса.       - Да ладно тебе. Это моя любимая песня, а я успеваю ее послушать нечасто. - Ирис снисходительно выдыхает и ставит на паузу мелодию - И чем тебе Twenty One Pilots не угодили. Хит же.       - Никогда про них не слышал. - Бурчит Жан в ответ, чем заслуживает удивленное лицо Ириса. Это становится понятно по забавно поднятым бровям.       - Нихрена себе. Тогда ты обязан первым делом послушать Doubt. Я ее люблю, хотя, она вообще не про меня.       - Валяй.       Жан пожимает плечами, а Ирис отматывает песню к началу. Подросток переодевается в свою форму и присоединяется к администратору в уборке, хотя ему поручают лишь заняться цветами. Музыкальный вкус Ириса он не оценивает по достоинству, хоть и должен признать, приятные песни там тоже нашлись. Жана даже не замечает как начинает подпевать какой-то глупой песне. Появившийся Подсолнух совсем не отвлекает их, он даже дополняет уютную обстановку, хоть и пришел сегодня в качестве гостя, по причине выходного. Жан довольно быстро обнаруживает себя сидящим рядом с остальными работниками и разговаривающий обо всем подряд. Гостей не было совсем, все заказы сделаны, а значит можно и передохнуть. Повара счастливо рассказывают свои семейные истории, их слушают внимательно, не перебивая. Их дети сегодня дома, так что родители не стесняются подробностей самых разных характеров, что раззадоривает официантов, несмотря на попытки Ириса предотвратить непристойные шутки.       Француз даже не понимает, в какой момент у него появляется приглашение зайти пообедать к поварскому составу как-нибудь на неделе, как Подсолнух предлагает пойти вместе на каток через пару деньков, как тот откроется, а Ирис и Эдман зовут паренька на шопинг. Жан практически растворяется в резко накативших приятных эмоциях. Он еще никогда не чувствовал себя настолько любимым. В ту смену, Ирис снова отвозит его, счастливый Моро падает на кровать после душа, он улыбается, вспоминая прошедший день, но... Он так радуется. Искренне наслаждается тем, что любим. А как же его сестра?       Воспоминание вмиг омрачает настроение Жана. То есть, малышка там совсем одна, а он тут живет припеваючи? Элоди ведь осталась с родителями-наркоманами, даже без учета их долгов, в такой обстановке жизнь девочки явно приятной не будет. А что ее старший брат? Хихикает с пошлых шуточек взрослых, как последний идиот? И это справедливо? сестра ведь там в одиночку противостоит их родителям! Подросток тут же садится и прижимает ко рту обе руки. К горлу накатывает тошнота, а в животе сворачивается отвратительный узел из тревоги, заставляя выть от неприятных ощущений. Что если с его сестрой уже что-то успели сделать? А если он не успеет или не найдет ее? Ирис сегодня уже отдал его зарплату, плюс с остальных дней. Но там едва накапливается хотя бы сотня, а по информации в интернете, ему нужно во много раз больше, еще и на обратный путь, чтобы забрать сестру. Ему стоит искать ещ способы заработка, каждая минута на счету. Сколько дней он уже бездельничает? Пять? Если он не успеет во Францию, его найдут и вернут Мориямы. Так быть не должно. Он должен думать о сестре.       Тревога так его и не отпускает, Моро сворачивается на кровати, прижимая к груди колени. Но тревога принесла не только неприятные спазмы в животе, но и бессонницу. Для Жана это означает одно. Он уснет сегодня, но ему приснится самый отвратительный сон, который захочется навсегда убрать из памяти. Вопреки опасениям, случается чудо и он просто проваливается в беспамятный сон.

День 6

      Наутро его встречает отвратительное настроение, даже душ ему не помогает. Пробежка помогает отчистить мысли, но все еще недостаточно. Жан накидывает на плечи пальто и выходит из отеля. Его рука крепко стискивает пропуск в библиотеку, его способно сейчас успокоить только игра. Он сосредоточится на другом и сможет отвлечься. Моро делает пару глубоких вдохов, пока идет, стараясь выпустить немного пара. Ему совсем не хочется расстраивать мистера Китинга сейчас. Однако, за стойкой в этот раз сидит абсолютно другой человек. Молодой парень в очках что-то активно печатает на клавиатуре и даже не смотрит в сторону Жана, когда тот подходит.       - Эм, здравствуйте. - Неловко здоровается француз.       - Добрый день. Я могу чем-то помочь? - Нынешний библиотекарь в кои-то веки отворачивается от экрана монитора и обращает взор на Жана.       - Да. Я хотел пройти. - Он протягивает пропуск, работник с видом человека, делающего огромное одолжение, проводит карточкой по специальной машинке. - Недействителен. Можете уже уходить.       - Стойте, но ведь еще вчера все было хорошо...              - А сегодня нет. Или Вы хотите, чтобы я пустил Вас по доброте душевной? В нашу библиотеку оплачиваемый вход, молодой человек. Если у Вас на это нет денег, идите копайтесь в мусорках, Вам тут делать абсолютно нечего. Всего хорошего, и лучше бы Вам уйти раньше, чем я привлеку внимание полицейский к Вашей нахальной морде.       Брови Жана ползут верх от недоумения, но он благоразумно в конфликт не лезет. Если библиотекарь действительно вызовет правоохранительные органы, то о нем быстро узнают все, кто лучше бы этого не знал. Но смущает сейчас больше другое. В каком это смысле пропуск недействителен? Это просто ошибка, что ли? Либо тот вредный молодой человек решил повредничать? Да ну. Ему за это платят. А если владелец пропуска заметил пропажу и перевыпустил себе карточку? Тогда все сложнее. Но делать-то ему что сейчас? Остается, конечно, просто плакать, но Жан предпочтет оздоровительную. прогулку по парку. К тому же в это время суток тут обычно малолюдно. Плохое настроение на время его оставляет, Жан натягивает маску повыше вовремя своей уникальной прогулки. Он не заостряет внимание надолго ни на чем, пока случайно не видит фигуру в черном, сидящую под деревом у озера. В парке было озеро?       Жана заинтересовывает наличие воды сильнее таинственного силуэта, поэтом он подходит ближе и склоняется над водой. Действительно пруд. А рыба тут есть? Было бы выгодно и умыться и поесть одновременно, потому что сегодня повара не работали, а Эдман не захотел Жану готовить.       - Не думаю, что стоит проверять, клюет ли рыба на симпатичные мордашки. Люди вот да. Животные вряд ли. - Остроумная и полная сарказма фигура встает рядом.       - Почему ты не на работе? - Недовольно отвечает Жан, выпрямляясь.       - Имей совесть, мне ведь позволено иногда отдыхать.       - Да сомневаюсь, что ты любишь.       - И то верно. - Фигура пожимает плечами и снова усаживается у корней дерева. Она даже закрывает глаза, пока Жан снова ее не одергивает.       - Ирис, ты живешь тут рядом? - Француз садится рядом и с любопытством поглядывает на коллегу.       - Можно и так сказать. Но мне здесь просто нравится. Ближайший парк, где растет мое любимое дерево. Грех не приходить.       - Ты про сирень?       - Какая сирень, дурень? - Ирис возмущенно отвечает и даже открывает глаза. Красивые... Карий приятно гармонирует с цветом фиолетовых цветов на маске. - Это плакучая ива. Понятно все с тобой.       - А-а-а-а, понял. - Жан кивает с улыбкой. - А в чем отличие?       - ТЫ ОХРЕНЕЛ?!       Ирис вскакивает и начинает шуточно гоняться за Персиком вокруг дерева. Оба настроены серьезно, хоть и понимают, что это все шутка. Или не до конца... По крайней мере, Жан точно знает, что от происходящего напрямую зависть его жизнь. Ему хочется улыбнуться, рассмеяться, но перед глазами резко всплывает сестренка. Ее детский, невинный голосок снова произносит эти гребаные слова: "Братик, куда ты уходишь?". Жан даже не понимает, в какой момент, он спотыкается о корень дерева и падает. Приземляется француз на корточки, но в голове все еще мерцает этот образ. Точно. Как он мог забыть?       - Персик? - Взволнованный голос Ириса отвлекает его, тот стоит рядом с ним и осторожно поглаживает по спине. - Ты в порядке?       Моро не отвечает, вместо этого он просто крепко обнимает Ириса и утыкается лицом в изгиб его шеи. Ирис глубоко выдыхает и осторожно отползает с ним ближе к дереву, чтобы сидеть оперевшись о его ствол и объятия были удобнее для обоих. Ирис обнимает его за спину и через колени, начиная медленно укачивать, как маленького ребенка. Но ни одна реакция Ириса не говорит о глумлении. Администратор относится к нему с вселенским пониманием, просто предпочитая подарить утешение, а не упреки. Жан крепко стискивает его одежду, Ирис прижимается, сквозь ткань маски, щекой к его макушке. Так они сидят какое-то время, просто давая друг друга время. Спустя долгую паузу, Ирис спрашивает лишь одно.       - Сестра?       - Да.       И этого оказывается достаточно, чтобы Жан начал плакать в его плечо. Без объяснений, без ничего. Он просто начинает нести какой-то бред, что-то хныкать в плечо Ириса. Подросток не помнит, когда доверял кому-то так же сильно, как этому человеку, которого знает пару дней от силы. Но ведь не удержаться... Может Ирису, знающего его не как Жана Моро, а как Персика, действительно легче открыться. О нем не могут подумать плохо, он и так практически ребенок в глазах этого человека. А Жан уже сильно устал и не хочет больше терпеть, держать это в себе. Это стало невыносимо. Со временем.       - Эй, Персик. Я куплю тебе билет, хорошо? Придешь ко мне завтра и мы с тобой организуем поездку на другой конец страны. Я все устрою. Тебе больше не нужно так переживать о сестре, или откладывать деньги. Вы встретитесь и ты сделаешь все ради нее. Может, даже сможешь обратиться в органы опеки и ваш жизнь станет лучше.       - Ирис... - Жан всхлипывает. - Спасибо...       - Нет, Персик. Тебе не нужно меня благодарить. Тебе просто нужно вырасти взрослым и суметь помочь сестре. Слышишь? Пообещай.       - О-обещаю.       - Вот и молодец.       Пальцы Ириса зарываются в его волосы, осторожные и мягкие поглаживания успокаиваю Жана наилучшим образом. Моро не может не думать о том, насколько этот человек понимающе относится ко всему. Его семье и братьям так повезло... Кто вообще когда-либо сможет причинить вред, такому как Ирис? Он ведь замечательный... Жан жмурится, пытаясь сдержать новые потоки слез, а присутствие Ириса успокаивает само по себе. Они встают лишь когда Ирис полностью убеждается в том, что Жан действительно успокоился и готов идти.       - Пойдем, я провожу тебя в кафе. Попрошу, чтобы тебе оплатили ужин и приеду отвезти тебя в гостиницу. Или можем поехать ко мне.       - Давай к тебе... Завтра уж заедем за вещами, я даже рюкзак свой не взял.       - Не страшно. Сейчас тебе лучше сосредоточится на еде, потом на работе. С остальынм разберусь я.       Жан почти тает от этих слов. Ирис отводит его в кафе, как и обещает, он усаживает его за стол и уходит на кухню. А к подростку тут же подлетает донельзя довольный Подсолнух. Официант как всегда одет ярко, прям до ослепления. Натянутая ткань маски с потрохами сдает улыбку Подсолнуха.       - Признайся, ты все же охмурил его да? Никогда не видел, чтобы Ирис так сильно о ком-то переживал. Эх, завидую тебе. А еще скучаю по тем временам, когда проблемы Ирису приносил только я. - Подсолнух театрально прижимает руку к груди и усмехается. Он шустро обнимает Жана. - Но не могу на тебя злиться. Ты слишком милый.       - Пф-ф-ф.       Жан не остается многословным, а Подсолнух от его реакции хохочет. Он мимолетно спускает маску, чтобы поцеловать Жана в висок и выпрямляется уже с закрытым лицом. Глаз практически сияют от проделанной шалости, он треплет Жана по волосам и удаляется в сторону кухни. Вскоре, оттуда же выходит Ирис и ставит перед французом тарелку с едой.       - "Желтый нарцисс". Приятного аппетита, встретимся позже.       Моро кивает ему и Ирис уходит, оставляя его. Нежное мясное рагу почти тает во рту, когда Жан отправляет кусочек блюда в рот. Повара, как всегда, на высоте. В кафе играет спокойная музыка, словно даже здешние стены уже знают о его истерике и стараются успокоить. Еда оказывается съедена не так быстро, как это случается обычно, а в этот раз, он смаковал каждый кусочек. К его столу уже мчится Подсолнух с подносом.       - Специально для моего дорого друга, "Белый тюльпан"! Извини, чизкейк под сахарной пудрой они решили назвать именно так.       - Да ничего, - Жан улыбается под своей маской и поднимает глаза на Подсолнуха, - спасибо. - Подросток опускает его голову, пока официант умиляется его реакцией.       - Ты такой хорошенький! Слушай, оставайся навсегда, а?!       - Я подумаю.       - УРА! - Подсолнух даже подпрыгивает от радости. - Ловлю на слове, а теперь, прошу меня извинить, мини-босс, клиенты не ждут.       Он быстро убегает, а Жан начинает есть свой десерт. Едва с едой оказывается покончено, он спешно присоединяется к коллеге за работой. Смена ощущается чуть спокойней и приятней, все посетители жутко улыбчивые, что сильно поднимает настроение Жану. На кухне работает их босс, на удивление, грузный мужчина, хорошо справляется с работой, готовя блюда даже быстрее, чем основные работники. Жан наслаждается сегодняшней сменой, особенно, когда ночью его снова забирает Ирис. Молодой человек водит машину аккуратно, они проезжают не так уж и много, прежде чем останавливаются. Ирис проводит его внутрь здания, стараясь сильно не шуметь и пускает его в свою комнату.       - Поспи сегодня у меня. Я останусь на диване. - Ирис чуть покачивает головой, он показывает как добраться до ванной и где взять сменную одежду. Жан завороженно наблюдает за чужим бытом, предвещая, как будет рыться тут везде.       - Хорошо, я понял.       - Отлично, сладких снов.       Ирис уходит, закрывая за собой дверь. Жан выдыхает и первым делом подходит к шкафу. Оттуда оказывается вынута бордовая толстовка и оранжевые шорты. Душ Ириса встречает его приятным разнообразием различных баночек и кремов, все, чем надо мазюкать голову естественно оказывается на волосах француза. Моро даже старается, вымывает волосы от грязи, пока его кожа наслаждается горячей водой. Душ оказывает на него только положительное воздействие и он. выйдя, сразу же надевает одолженные вещи. Как и ожидалось, кофта велика, но так даже лучше. На голову он кладет полотенце, а раковина встречает его новой зубной щеткой. Француз довольно улыбается, чистит зубы, немного шарится в шкафчиках и только после этого идет в кровать. Постель оказывается довольно мягкой и удобной, расслабленный после душа Жан засыпает мгновенно.

День 7

      Жан просыпается от громкого хлопка двери. Он все еще сонный, его мозг плохо понимает, где он, прежде чем воспоминания о прошлом дне накатывают на него по новой. Так значит, он сейчас дома у Ириса. Француз садится на кровати и трет свои глаза. Время всего около девяти, для него это довольно поздно. Хотя, так это было лишь раньше. Сейчас он может привыкать к новой жизни. Ведь уже сегодня Ирис купит ему билет, и он сможет навестить сестру. Воспоминание заставляет его улыбнуться, и он встает. Нужно начать новый день максимально хорошо. Первым делом освежающий душ, чистка зубов и сборы на пробежку. Судя по дверному хлопку, Ирис уже ушел, значит, придется ему брать чужие вещи без разрешения. Да и вряд ли бы тот стал возражать, иначе зачем уступать собственную комнату и идти спать в гостиную, правильно? Жан думает, что да. Поэтому один из спортивных комплектов Ириса оказывается похищен.       Утро в парке выдается донельзя хорошим, яркое, но пока не слишком греющее, солнце выглядывает из-за облаков, словно приветствуя Жана. Людей встречается по пути мало, и те лишь мимолетные прохожие. Пробежка очищает его мысли, дается ему ежедневная нагрузка потрясающе, давно ему не было так хорошо от упражнений. На одном из кругов подросток даже останавливается около спортивной площадки и немного тренируется. Мышцы принимают неожиданную встряску довольно спокойно, и обратно Жан идет в более приподнятом настроении. Снова душ, снова похищенные вещи Ириса. Возможно, Моро успел бы порыться в ящиках администратора, но не тут-то было. Дверь в его комнату приоткрывается, на пороге стоит Ирис.       - Я так и знал, что ты пойдешь на пробежку, стоило оставить тебе ключи. - Он вздыхает и ставит на прикроватную тумбу тарелку со свежеприготовленными панкейками, от которых даже еще идет пар.       - Ты снова мне готовишь? - Жан, искренне улыбаясь, садится на кровать и берет порцию в руки.       - Конечно. Тебе ведь нравится, а мне не сложно. - С губ Ириса срывается снисходительный смешок. - Знаешь, мне покоя не дает. Мы оба всегда носим эти маски, даже сейчас. И знаешь, о чем я подумал? Именно они и делают нас Персиком и Ирисом. Без них, мы становимся обычными людьми. Но мне нравится быть Ирисом. Я могу на это время забыть о всей моей ответственности и стать администратором небольшой круглосуточной забегаловки. И это... Черт, это подкупает       - И то верно. - Жан кивает, отправляя в рот кусок панкейка. - Тебе ведь тяжко быть капитаном команды по экси. Наверняка, ты секси и по тебе текут фанатки.       - Да иди ты. - Ирис фыркает и кидает в него полотенце. - Кто вообще сказал, что я занимаю такое положение, а? Придумщик хренов.       - Ну и ладно! А я буду в это верить. Мне нравится представлять тебя таким.       - Да неужели? Тогда я уверен, что ты всегда остаешься такой же занозой в заднице. Только с инстинктом самосохранения, хоть у людей и нет инстинктов.       Жан ухмыляется от того, насколько точно Ирис описал его. О точно. Он был именно таким. Пока был Жаном Моро, номером "3" в Воронах, а сейчас он Персик. У Персика нет надоедливого и психозного бывшего с какими-то ненормальными фетишами. Нет, серьезно, Рико им забылся как страшный сон — и слава Богу. Не хватало еще из-за такого придурка страдать, исчез и замечательно.       Ирис больше не пытается его разговорить, он уходит, пока Жан увлеченно жует свой завтрак, наслаждаясь практически таящим тестом. В этот раз блинчики были непростые, а более пышные и нежные. Кленового сиропа и масла Ирис не пожалел, а для простоты сразу смазал каждый панкейк сладкой начинкой. Ну что за мужчина. Француз заканчивает завтрак, откладывает тарелку, и минут пять спустя возвращается Ирис. Тот протягивает Жану кружку чая и забирает тарелку.       - Не думал, что ты настолько быстро все съешь. Стоило сразу тебе принести чай. - Он вздыхает и отстраняется ближе к двери.       - Ты готовишь божественно. Я не смог бы сдержаться дольше трех минут. Не смотри на меня так недовольно. - Жан делает глоток чая, выглядя при этом донельзя довольным.       - О, поверь, я не сомневаюсь.        Ирис снова уходит, оставляя Жана с чаем. Спустя где-то час, тот уходит куда-то, оставив подростку ключи и инструкции на случай разных вопросов. Моро не решается изучить место, где оказался, поскольку соседи Ириса вряд ли обрадуются чужому любопытному носу, поэтому его жертвой становится комната Ириса. К тому же, ему нужно в библиотеку. Попытаться выяснить, что произошло с его пропуском. Он надевает свою старую одежду, проверяет наличие карточки и движется в сторону выхода. Дверь запирается строго по словам Ириса, ключи отправляются в его карман, и француз гордо направляется в свое любимое место. По словам Ириса, у него сегодня выходной, но вот для остальных это обычный будний день. Жан пожимает плечами на свои собственные мысли и чуть ускоряется. Стоит успеть вовремя, и у него это получается. Едва он входит, как обнаруживает внутри мистера Китинга и того надоедливого библиотекаря.       - Мистер Китинг! - Жан тут же бросается к нему, старичок улыбается, заметив подростка.       - А, трудолюбивый молодой человек, узнаю, узнаю тебя. Снова пришел играть в свою игру? Ох уж эта молодежь. - Он усмехается и окидывает его внимательным взглядом.       - Нет, мистер Китинг, я-       - Вор. - Его тут же перебивает вчерашний работник и кривит губы. - Мистер Китинг, сэр, этот мальчишка похитил чужой пропуск и пользовался им. Вчера я поймал его и даже смог определить, какой штраф ему следует выплатить. В правилах библиотеки четко определено наказание за жульничество. - Молодой человек косится на Жана, в его глазах буквально написана победа, но Китинг отмахивается от того, как от назойливой мухи.       - Оставь это, Эмэт. Я позволял ему сюда заглядывать, а значит, все в порядке.       - Вы... что?       - ВЫ ЧТО?!       И Жан и новый библиотекарь восклицают одинаковые слова одновременно, заставляя пожилого человека рассмеяться. Конфуз и смятение буквально написаны на их лицах, пока старческая гримаса говорит лишь об искреннем наслаждении. Он усмехается, прежде чем начать говорить.       - Ну что же вы. Послушай-ка меня, молодой человек. - Джон одергивает француза за рукав и заглядывает в его глаза. - В мою библиотеку всегда приходили дети. Самые разные. Но не все они тянулись к знаниям или не могли себе позволить дорогой компьютер. Большинство заходило лишь из необходимости сделать домашнее задание, подготовится к чему-то, но еще чаще просто от скуки. А такие как ты... Такие ребятишки как ты не приходят сюда от безысходности. Вам книжки нужнее воздуха. Для вас компьютер это технологическая революция. Ох, как же я люблю горящие глаза таких ребятишек. Да разве повернется у меня язык вякнуть в сторону такого ребенка что-то плохое? Выгнать его? Выписать штраф? Нет. Я не могу. Потому что все дети заслуживают хоть немного счастья. Так что возьми, молодой человек. - Старик протягивает ему золотую карточку, с выгравированным именем "Персик" и наклейкой соответствующего фрукта. Сердце Жана сжимается и он тянется обнять библиотекаря. Тот не противиться.       - Спасибо, мистер Китинг...       - Тебе спасибо. Дети как ты — причина, по которой я все еще тут работаю. Помни, молодой человек. Не растеряй этот огонек в своих глазах. Рядом с тобой всегда будет кто-то, готовый помочь. И обязательно береги себя. Это наказ.       Жан кивает, молча давая клятву. Он сделает это. Сделает все, что от него зависит, чтобы этот человек не разочаровался. Жан обязательно привезет сюда свою любимую сестренку, она увидит мистера Китинга, книжки, игры и многое другое. Все обязательно будет. Его еще раз стискивают в объятиях, прежде чем отпустить. Мозолистая рука библиотекаря смахивает слезу подростка.       - Встретимся завтра, молодой человек. Жду тебя снова, с едой и до закрытия. Клянешься? - Китинг протягивает мизинец, и Жан с удовольствием скрепляет обещание.       - Даю слово.       - Вот и славно.       Он похлопывает Жана по плечу и они вновь расстаются. Но на этот раз, Жан идет домой, стискивая свой пропуск. Скоро он снова увидит Ириса, если тот, конечно, приехал. Они пообедают и отправятся за его вещами, после чего француз получит свой билет, привезет сестру сюда и сможет начать новую жизнь. Да... Так и будет. Дома уже обнаруживается донельзя довольный Ирис в уютной домашней одежде. Серые спортивные штаны, футболка и вязанный кардиган, оба предмета гардероба в цвет ирисам на его маске. А распущенные волосы только добавляют непринужденности его образу.       - Вернулся? Я рад. Смотри, что у меня есть.       Ирис тут же протягивает ему папку, где лежат доверенность и какие-то документы. Пока Жан листает все, что есть внутри, Ирис рассказывает, что Эдман смог по своим связям найти знакомых, которые подобным занимаются. Так что у них есть все шансы вернуть сестру Жана. Француз даже не дослушивает его до конца, он отбрасывает папку и пропуск и кидается вперед. Персик прижимает Ириса к стене, крепко стискивая его кисть и просовывая ногу меж чужих коленей. Вторая рука закрывает глаза Ирису, он на время отпускает его ладонь, снимает свою маску, приподнимает чужую и прижимается к его губам в поцелуе. Ирис вздрагивает от неожиданности, с его губ срывается тихий вздох, язык Персика проскальзывает внутрь. Оба закрывают глаза, жмурятся, лишь бы не дать моменту закончится. Персик становится чуть напористее, а Ирис ему все позволяет, полностью расслабляясь в чужих руках.       Отстраняются они так же внезапно, как и случается поцелуй. Ирис и Жан натягивают маски обратно и какое-то время просто смотрят друг на друга, пытаясь осознать произошедшее. Жан чувствует, как к его щекам приливает румянец, сердце начинает стучать в несколько раз сильнее. Он делает судорожный вздох и сглатывает слюну. Минут десять они молчат, после Ирис начинает говорить первым.       - Персик... Не делай так больше. По крайней мере, пока тебе нет восемнадцати. Я... Я явно старше тебя, и... Прости, мне хочется, чтобы это был твой выбор. И нет, я не против такого. Ну... Ты понял. Я немного не по девочкам. - Ирис краснеет не меньше Жана, он неловко потирает свою шею, а Жан медленно успокаивается. Так, отлично, значит ненависти уже не- Стоп! Так это получается, Ирис гей?! Ахуенно же. Подсолнух теперь должен ему пять баксов.       - Я понял, Ирис. Так, тебе понравилось? - подросток интересуется абсолютно бесстыдно, на что Ирис тут же бьет его по плечу.       - Придурок! - Затем, тише: - Понравилось. Пойдем уже на кухню. Приготовлю тебе "Утреннее сияние". И поедем уже в отель, заберем твои вещи, а то ты задрал ходить в моем.       - Лады!       Жан с широкой улыбкой следует за Ирисом, будь у него хвост, тот бы явно вилял. В этот же момент, на улице стояла черная машина, из которой вышел человек в черном, официальном костюме. Мужчина был явной японской внешности, он неспеша подошел к дому и позвонил в дверь, позже — постучал. Отправившаяся на кухню парочка естественно все услышала.       - Персик! Иди открой, я пока занят.       - Принято, босс!

День ???

      Все произошло... Все произошло несправедливо. Жан едва открывает глаза. Конечно, его нашли, а на что он, блять, надеялся? Еще и Рико был счастлив заполучить его в свои руки обратно. С каким же удовольствием тот его пытал. Ему сломали все пальцы на обеих руках: начали со среднего на левой руке. Рико впервые пустил его по кругу Воронов. Это... Это было невыносимо. На его глазах сожгли отель, где он жил... А после и библиотеку, в которой погиб лишь один человек. Мистер Джон Китинг. Жан плакал, рыдал и пытался вырваться, но зачем? Добрый библиотекарь уже погиб, вместе со своей мечтой. Точно так же и сожгли кафе. "La douleur exquise" - название, выбранное Эдманом оправдалась. В тот день, в тот, сука, единственный день, не работали официанты. Все остальные, кто был внутри, погибли. Вся семья поваров, что пригласили его на ужин, умерли. А он не удосужился узнать их имен. Все цветы, что так усердно поливал Подсолнух, сгорели. Порядок, который так любил Ирис, уже навсегда останется только воспоминанием. Целая коробка вышитых Ирисом лично масок исчезла навсегда. Сгорело все, что ему стало так дорого за недолгий срок побега. Все, что значило для него свободу, утеряно навсегда. Элоди нашла семья Мориям. Ее смерть была показана Жану на записи. Ничего особенного, просто видео о том, как его сестру насилуют до смерти, та кричит от безумной боли, а затем ей перерезают горло. Совсем ничего. Пустое место. Осталось в нем после пережитого. Он еще многие дни запирался в душе и просто плакал. От боли, от злости, от бессилия. Но сможет ли он изменить хоть что-то из этого? Нет, конечно. Станет ли ему легче? Тоже нет. Его страдания бессмысленны, лишены причин. Это просто происходит, а у него нет и шанса хоть что-то исправить. Хотя...

День 94

      Жан стоит посреди шумного клуба, внимательно осматриваясь вокруг. Он все еще не пришел в себя после пережитого, но Рико и Тэцудзи дали ему шанс исправиться. Задание проще некуда. Проследить за тем, чтобы одного человека убили. Ну да, типичный вторник в его жизни, каждый день такое. А если без шуток, то какой-то смельчак посмел отказать Воронам в вступлении в команду, прилично так оскорбил Рико и теперь заслужил наказание. Жан не знает, кого именно будут убивать, но ему подадут знак. Он вздыхает и делает глоток напитка через трубочку. В клуб его решили одеть довольно неприметно. Ярко-фиолетовая толстовка, черные штаны с цепями и маска на пол лица. Когда ему впервые вручили маску, хотелось выть. Нет, она не та, что была у него, эта всего лишь обычного черного цвета, но воспоминания было не остановить. Наверное, это был первый раз, когда за долгое время, подросток снова вспоминал то время.       Музыка становится громче, француз опускает голову ниже. Судя по времени, совсем скоро уже должно произойти должное, он не собирается этому противиться. Из примечательного: не тронутыми остались только подаренные Ирисом часы. То ли Рико не обратил на них внимания, то ли саму вещицу сочли не такой уж и опасной, но так или иначе, у него есть хоть что-то материально подтверждающее, что его побег не был просто сном. Это было по-настоящему. Часы щелкают, оповещая о времени. Ровно 23:25. Осталось недолго. Жан отходит к стенке и прижимается к ней спиной, откидывает голову, закрывая глаза. Он устал, чертовски устал. Но не мог не отметить, что вынужденная вылазка стала спасением. Хоть он и приехал смотреть на смерть другого человека.       В этот же момент, кто-то резко хватает его за руку и с недюжинной силой начинает уводить в сторону. Все происходит настолько внезапно, что Жан даже роняет стакан. Он не сопротивляется пока из чистого любопытства. Кому он мог понадобиться? На спину ведущего его человека пялится не очень хочется, на нем обычная полупрозрачная сиреневая рубашка, под которой белая футболка и обычные синие джинсы. Макушка тоже не представляет из себя ничего интересного, каштановые волосы встречаются не то что бы редко. Они оба выходят на улицу, Жана упорно тащат в ближайший переулок и тут же прижимают к стене. Человек поднимает голову, и француз вздрагивает.       - И-ирис? - С его губ срывается неверящий шепот. Как тут оказался Ирис, черт возьми. Тот смотрит на него строго, характерная маска на нем кажется не самым подходящим аксессуаром.       - Персик. Что за херня? Куда ты делся, ты знаешь, насколько сильно мы переживали?! - Вместо обвинений, в Жана летят лишь слова беспокойства? Правда? Ирис не винит его в произошедшем? Хотя, откуда тому было знать о причастности мафии к произошедшему. Но сам факт... Глаза подростка вмиг наполняются слезами, он крепко стискивает Ириса в своих объятиях и утыкается лицом в его плечо. Тот вздыхает, обнимает его в ответ и бережно кладет одну руку на его спину, а вторую на голову. - Дурачок... Как ты тут оказался?       - Я... Ирис, я не могу сказать правду, ты... Не поверишь. - Он тихо всхлипывает, его пальцы сжимаются на чужой рубашке крепче.       - Пойму. Персик, мне лишь важно знать, что у тебя все хорошо. Расскажи мне. Обещаю, я со всем разберусь. Веришь мне? - Ирис осторожно поднимает его голову, прижав свои руки к его щекам, и прижимается к чужому лбу через маску. Жан не выдерживает.       - Ирис! Все хреново, моя сестра мертва, я стал причиной всех ваших бед. - Он одергивает руки Ириса и срывает с себя маску, демонстрируя татуировку римской тройки. - Ты ведь наверняка знаешь, что это. Я отношусь к "Королевской свите" Эвермора, Ирис, я... Мориямы они вовсе не добрые люди. Из-за них пожар... Я просто попытался сбежать, и... Ты видишь. А сейчас меня прислали сюда присмотреть за убийством. Просто какой-то мальчишка отказал Воронам и теперь должен расплатиться за это. Но разве так можно? А я... Я пришел, потому что так сильно боялся за собственную шкуру, что готов стать соучастником убийства. Ирис... Прости меня.       Он отстраняется, по его щекам начинают обильно течь слезы. Впервые за много времени у него действительно есть возможность кому-то рассказать это. Пускай часть. Пускай Ирис ничего не понял и скорее всего возненавидит его сейчас. Но ведь рассказал. И ему честно стало легче, но поднять глаза и снова посмотреть в чужие глаза смелости ему не хватит. Ирис хмурится и тут же достает телефон. Какое-то время молодой человек просто нажимает на кнопки, то хмурясь сильнее, то расслабляясь. Спустя пару минут, он протягивает устройство Жану.       - Возьми. Не поверишь, но я совсем не знаю "Королевскую свиту". Твое имя останется для меня прежним. Телефон пусть будет у тебя, тебе сейчас нужнее. Ни о чем не переживай, иди внутрь. Я помогу все устроить. - Ирис медленно подходит ближе, словно пытаясь уговорить Жана. Тот поднимает на него удивленный взгляд.       - Ирис... Ты не понял. Эдман... Дети... Мистер Китинг... Они погибли из-за меня, а ты... Хочешь помочь?       - Персик, послушай меня. - Ирис снова берет его лицо в свои руки, делая так, чтобы Жан смотрел на него безостановочно. - Я сильно сомневаюсь, что ты лично стоял у каждого здания с канистрой и спичками в ожидании подходящего момента для поджога. Поэтому осмелюсь предположить, что ты все же не при чем. А твой побег? Персик, все хотят свободы, ты не исключение. К мистеру Эдману приходили люди, спрашивали о мальчике, по описанию сильно похожим на тебя, даже фотографию дали. Никто не сдал тебя, понимаешь? Персик, я не говорю, что они были готовы умереть зе тебя. Но и ты пойми. Это был их выбор. А последствия были выбраны не ими. А тем, кто решил, что человеческие жизни - его личная игрушка. Пожалуйста, не плачь. Я все устрою.       Ирис разворачивается и снимает с себя маску. Она падает в руки Жана, с губ Ириса срывается шепот на странно грубом языке, после чего тот убегает внутрь. Минут десять спустя, на улицу выносят бедолагу. В какой-то момент, ему даже кажется, что тот похож на Ириса. Но жертва лишь ухмыляется, пьяно заигрывая с огромными мужчинами, да и наряд у него совсем другой. Черные шорты и коричневая рубашка с ярко-зелеными кляксами. Ничего схожего с Ирисом. Его избивают, Жан не выдерживает и отворачивается. Он не хочет смотреть на то, как невинному человеку причиняют боль. Перед глазами снова всплыл образ сестры. То, как ее мучали. Невольно, француз сравнивает ее с этим бедолагой. Они бы оба могли жить, но... Мориямы решили иначе. Едва кряхтение жертвы стихает, Жан разворачивается. Вовремя, чтобы увидеть, как белобрысая молния несется прямо на них. В этот момент, жертва резко садится, она тоже замечает угрозу и поворачивается прямо к Жану.       - БЕГИ!!       Резкий и хриплый окрик раздается на весь переулок, Жан вздрагивает, не успевая до конца осознать чужие слова. Но ноги-то все понимают. На всех порах он начинает убегать, крепко стискивая в руках телефон и маску Ириса. Из головы никак не уходит лицо незнакомца. Как тот узнал? И почему так легко встал? А если Ирис вмешался? Стоп, как тот вообще вмешался, он ведь понятия не имеет, кто конкретно отказал Мориямам. Да и Жан не знал. Вот какого хуя?! Что натворил Ирис?! Жан лишь надеется, что тому хватило ума не вызваться на место несчастного. Хотя Ирис не любит самопожертвование. Жан пока убегает, он садится в первое попавшееся такси и уезжает в сторону автобусной остановки. Рико будет в бешенстве, его маленький план потерпел крах, а расплачиваться за это Жану. Француз вздыхает и прижимается лбом к стеклу автомобиля.       - Dieu, si tu existes, garde Iris...

День 1456

      Жан мягко улыбается, лежа головой на коленях Джереми. Уже давно он не в Гнезде, он вышел из этого ада и вот уже как два года находится в отношениях с любимым человеком. Все давно позади, он ходит к психотерапевту, пытаясь справиться с травмой. Единственное, он никак не выкинет старый, по мнению Джереми и всех Троянцев, телефон, но что поделать, если ему так дорога эта вещь. Уже прошло четыре года с его маленького побега. Не последнего в дальнейшем, но самого успешного. Джереми в шутку сжимает его волосы и резко встает.       - Хорош лежать! Мы ведь договорились, что на четырнадцатое февраля останемся у меня дома, но это не значит, что мы можем весь день лежать в кровати. - Нокс притворяется, но Жан видит его хитрую ухмылку даже с закрытыми глазами.       - О, неужели? И чем ты хотел заняться? - Француз лениво потягивается, спрашивая из чистой вежливости, а не из желания что-либо делать.       - Ты знаешь! У меня давно завалялись старые коробки с каким-то хламом, их надо разобрать. А ты поможешь как нельзя лучше, идем!       Джереми подходит ближе к кровати и берет Жана за руку, переплетая их пальцы. Моро не противится и покорно следует за возлюбленным, не сдерживая улыбку. Джереми действительно стал для него всем. Но временами, в его голове всплывал Ирис, и... Жану действительно нравилось представлять, что Нокс со своим родным цветом волос - это Ирис. Но даже если это не так, он все равно любит Джереми. Этот человек стал его спасением, стал его солнцем, что ослепляло в самые сложные моменты, никогда не потухало и всегда было теплым. За это Жан ценил Джереми больше всего. Нокс умел разогнать тьму в самый подходящий момент.       - Думаю, перетащим пару коробок вниз, с чердака, и можем начинать уборку. Что думаешь?       - Как тебе угодно, mon amour.       - Замечательно!       Джереми ярко улыбается на согласие Жана и начинает идти быстрее. Они поднимаются наверх с помощью лестницы, по очереди, вытаскивая коробки с помощью друг друга. Жаг замирает перед горой коробок и со вздохом начинает спускать самые верхние. Его глаз цепляется за единственную коробку, полностью покрытую узором цветков, при чем вручную. И дата. 01.02.05-03.03.05.       - Жан? Любовь моя, все в порядке? - Джереми окликает его, поняв, что тот замялся, поскольку коробку он передал одну.       - Да-да, отвлекся, прости. - Жан вздыхает и решает вернуться к этому позже, а пока сосредотачивается на другом.       Вещей там и правда оказалось много, для начала они взяли по три коробки каждому и отнесли их обратно в спальню Нокса. Капитан Троянцев так же отлучается за парочкой мусорных пакетов и тряпок, после чего начинается полномасштабная разборка. Как бы Жан ни любил Джереми, вещей оказалось действительно много. Всего за шестью коробками они просидели два часа, после которых сделали перерыв и отлучились на кухню. Жану взбрело в голову сделать сэндвичи в виде сердечек, так что они вдвоем страдали с этим.       - Тебе действительно нравится отмечать день Святого Валентина, не так ли? - Джереми спрашивает с лукавой ухмылкой, отправляя в рот кусочек ветчины.       - Это яркий праздник. А я люблю все яркое. - Жан кивает, не отрицая его слов. После черно-белого Гнезда полюбишь и день шуток.       - О, ты мне напомнил!       Джереми отлучается от готовки и куда-то убегает. Его возлюбленный справедливо предполагает, что его просто бросили делать закуску одного. Но тот быстро возвращается с двумя пакетами, выглядя донельзя довольным.       - Я приготовил нам подарок. Ты уже подарил мне сделанный твоими руками шоколад, поэтому я решил не отставать. Это нам! Открывай.       Нокс ярко улыбается, а его возлюбленный неловко берет в руки пакет. Внутри оказываются свитера, нежно-розового и красного цвета. На обоих нарисованы милые котики, и Жан невольно улыбается. Парную одежду было принято оставить на потом, а пока они вернулись к бутербродами. За ними было решено испечь пиццу в виде сердечка, а пока та запекалась, они занялись приготовлением подноса, напитков и фруктов. По итогу, вместо простой закуски у них вышел праздничный ужин за просмотром какой-то романтической комедии, пока на них были эти свитера. Да, коробки они разобрали, но уже сильно позже. На еще один заход они пока не решаются, поэтому решается сходить в душ, после Джереми отвезет их в ресторан.       А пока его возлюбленный отвлечен, Жан все же решает сходить за той, самой яркой коробкой. Он снова поднимается на чердак — старая пыль и прочий храм встречают его, как долгожданного гостя. Моро чихает, направляясь к коробкам. Он поднимает ту самую и направляется обратно. Как будто бы, подъем был легким, спуск должен быть таким же, но нет. Руки заняты, нога соскальзывает со ступеньки и Жан падает, вместе с ним коробка. Естественно, ее содержимое оказывается на полу, а Моро садится, потирая ушибленное плечо. Внутренний вопрос, как же объяснить все Джереми, обрывается, едва его взгляд падает на вещи.       Он лихорадочно тянется к черной маске и разворачивает ее. Вышивка. Вся ткань вышита узором подсолнухов. В голове тут же возникает яркий образ Подолнуха, его маска... Она была такой же? Нет... Бред! Но руки тянутся к другому предмету, к фотографии в рамке. Жану не составляет труда узнать весь состав работников той самой кафешки, они все стоят на фоне своей гордости... Он проводит рукой по стеклу и вздыхает. Среди прочего, тут еще несколько масок, но... Откуда это все у Джереми? Еще и дата коробки. Всего месяц? В голове Жана тут же всплывают слова Ириса. "... Подсолнуха было так же, он у нас всего две недели...". Жан тут же вскакивает, а перед ним возникает взволнованный Джереми.       - Жан? Я слышал, как ты упал, все в по-... - Джереми опускает глаза и замирает. - Оу.       - Джереми... - Жан опускает голову и стискивает руки в кулак. - Что это?       - Эй... - Джереми выдыхает и стискивает его руки. - Все хорошо. Не знаю, о чем ты подумал, но я могу объяснить. В какой-то из годов моего обучения, наш университет и университет Колумбии договорились об учебе по обмену, и я поехал туда на месяцок с лишним. В первый день зашел в кафешку одну и тут же решил, что хочу тут работать. Босс был святым человеком, блюда недорогие, заведение круглосуточное, еще и работать можно когда угодно. Я как узнал, что они раздают подросткам бесплатную еду, так тут же напросился! Меня взял стажировать паренек, который там с основания работал, еще и был официантом и администратором. Ты не поверишь! Кафе прям особенное, у парня того было самое настоящее прозвище. И мне он его дал. Вот и работали мы вместе две недели. А потом, к нам Ирис, это тот парень, привел к нам мальчишку. Худющего, но высокого. Назвал его "Персиком" и устроил работать. Хороший был парень! Представь наш дуэт. Подсолнух и Персик! Только вот Ирис с ума сходил. - Джереми, словно не замечая состояние Жана, неловко потирает шею и усмехается. - Но мне он нравился, работали мы прям дружно. Только он потом исчез, а Ирис... Боже, я тогда впервые узнал, что он умеет плакать. С тех пор он месяца три работал каждый день, надеясь Персика встретить. Да вот никак. - Он наклоняется и подхватывает из коробки большой квадратный конверт. - Даже пластинку купил со своей любимой песней и подарить хотел. Жаль мне его было... Хочешь взять? Все равно меня уволили потом, и я украл это у Ириса, ахах.       Джереми протягивает ему конверт и продолжает что-то рассказывать. На этот раз, Жан не слушает. Он крепко сжимает подарок в руках и не может не задаться вопросом. Почему? Неужели, Господь не мог быть к нему милосердным? Обязательно стоило лишить его Ириса? Будь воля Жана, он бы разревелся. Вот уже пару лет он задается вопросом. Он любит Джереми, потому что невольно сравнивал его с Ирисом, или Ирис остался его первой любовью, потому что ей стал Джереми? Вся болтовня Джереми так и проходит мимо его ушей, за исключением...       - А, кстати, тот парень, Ирис. Он оказался в команде Лисов, его зовут Ники Хэммик, представляешь? Те убойные близнецы — его братья. Оторвы каких поискать, вот честно. Слышал один из них отказал Воронам, за то поплатился.       - Что ты сказал?

***

      Все равно сделанного не воротишь. Он полюбил Джереми и отказываться от него не собирается. Ники усмехается и сбрасывает очередную сигарету. Он этого и не ждал. Все, чего он когда-либо хотел для Персика, так это счастья. Поэтому молчал. Ники закрывает глаза, стоя на крыше высокого здания. Жан будет счастлив. Как Жан, но не как Персик. А Персик? Пусть будет их воспоминанием. Все равно Ники не светит такой, как Жан. Моро заслужил Джереми, такого яркого, солнечного. Даже вскрывшаяся правда ничего не изменит, и Ники не против. Только вот...

Don't forget abou-bou-bou-bou-bout me Don't forget abou-bou-bou-bou-bout me Even when I doubt you (Doubt you) I'm no good without you, no, no Temperature is dropping, temperature is dropping I'm not sure if I can see this ever stopping Shaking hands with the dark parts of my thoughts, no You are all that I've got, no...