Дорога до Киёмидзу-дэра

Автобус уходил в час ночи, а это значило, что у них есть немного времени, чтобы успеть то, что не успели до этого. Пока они ехали в автобусе, дождь прекратился. Первым делом они отправились в храм Фусими-Инари-тайся, где прошли через тоннель из десяти тысяч оранжевых ворот-тории. Пока Йонас шел, держа Рейна за руку, он пытался вспомнить что-нибудь о синтоизме. Вспоминалась только история о первых гендерных богах: Идзанами и Идзанаги. После того, как Идзанами родила бога огня Кацугути, она ослабла и ушла в страну вечного мрака Ёми. Идзанаги отправился за ней, но пришел слишком поздно. Она попросила его не смотреть на нее, но он зажег факел и увидел вместо своей прекрасной жены обезображенное страной мрака существо. Он побежал, а она отправила за ним восемь уродливых женщин. Конечно, уродливых. Каких еще? Очень символично. И совершенно отвратительно. Он скинул с головы повязку, и она превратилась в виноградную лозу, и эти уродливые женщины решили поесть его. Тогда в погоню бросилась сама Идзанами. Она нагнала его у самого прохода в страну Ёми, который Идзанаги загородил большой скалой. Он предложил ей расторгнуть их союз, на что Идзанами ответила, что будет убивать по пятьсот человек ежедневно. Идзанаги на это сказал, что будет каждый день возводить тысячу пятьсот домиков для рожениц. На этом из союз закончился. Несправедливо. А впрочем, ничего нового. Ворота-тории Йонасу, однако, очень понравились. Они шли быстро, потому что у них было очень мало времени, но люди вокруг прогуливались медленно. Степенно. Умиротворенно. После этого они поехали в поющий бамбуковый лес, чтобы послушать поющие деревья. Ветра не было, поэтому деревья не пели, а просто красиво стояли. По тропинкам прогуливались люди. Некоторые были одеты в юкаты, обуты в гэта и держали в руках традиционные японские зонтики. Йонасу тоже хотелось умиротворенности и спокойствия. Но вместо этого он думал о том, почему за неделю в Киото он практически ничего не успел посмотреть. Почему он всегда так спешил, но почти ничего не успевал. Почему он терял драгоценное время непонятно на что. Почемупочемупочему. И почему именно сейчас, когда надо было спешить, спешить вдруг не захотелось. Он сел на свободную скамейку и глубоко вздохнул. — Ты в порядке? — спросил Рейнард, сев рядом. — Не знаю. Наверное. Да. Да, пожалуй, в порядке. Просто вдруг захотелось не спешить. — Понимаю тебя, Йонас. Но автобус уходит в час. А до этого надо еще собраться. — Да, конечно. Но я хочу посидеть здесь немного. Рейнард откинулся на спинке скамейки и уставился на небо. Синее-синее небо, которое уже начало темнеть. — У меня дежавю, — сказал Рейнард после недолгого молчания. — Как будто я уже был здесь. — А ты не был? — Был, — кивнул он. — Но не летом, а зимой. Но сейчас мне кажется, что я был здесь именно в это время года. Странное ощущение. — У тебя было такое же ощущение в Золотом храме? — Да, примерно. — Может, ты был там в другой ветке мультиверса. И здесь тоже. — Видимо, — кивнул Рейнард. Они сидели молча, пока не подул ветерок. Тонкие зеленые стволы начали перестукиваться друг с другом, и лес запел. Если бы они ушли раньше, то не услышали бы этого. — Иногда и правда нужно остановиться, — Рейнард улыбнулся. Йонасу показалось, что он читает мысли.