Гарри, еп твою мать...

      Густую летнюю тишину разорвал резкий писк будильника. Гарри, не успев даже подумать о том, что бы проснуться, на автомате клацнул пальцем телефон.       Едва ли он вспомнил бы о том, что отключил будильник или вообще просыпался сегодня, если бы не громогласный крик Дадли, который с разбегу запрыннул на него сверху, заставляя кровать прогнуться:       — Га-арри! А ну подъём, именинник! – Гарри едва не забыл, что сегодня является виновником праздновства и по совместительству гордым носителем звания "десятилетка".       Он резко распахнул глаза и хохотнул, стасктвая с себя Дадли, которому всё не терпелось оттаскать его за уши. Может повезёт и родители не заметят, что он дёрнет лишний раз?        Гарри спускался в гостинную не торопясь, даже не переодевшись, весь заспанный: сегодня его день – можно. Там его встретила тётя Петунья, приветливо обнявшая его, и дядя Вернон, весело хлопнувший его по плечу и сказавший "ну, ещё на годок ближе к взрослой жизни!", а на столе, словно маня подойти по ближе, стоял огромный сгущённый торт. У Гарри едва не потекли слюни от одного только взгляда на этого шикарнейшего красавца.       На самом деле это действительно было очень приятно и Гарри ещё пару минут только и делал, что стоял, утыкаясь носом в тётушкин фартух, обнимая её и стараясь не расплакатся от счастья.

—————◇—————

      Едва Гарри успел задуть свечи на торте, как в дверь постучали: глухо, быстро, напористо.       Ему даже не пришлось вставать с места, что бы открыть дверь – за него это сделала тётя, пропуская в дом Миссис Фигг. Он разочарованно простонал: Гарри её ненавидел, честное слово. Она жила здесь всё время, что он себя помнит и всегда влезала в то, во что ей влезать не следовало: то перехватит машинку на управлении, с которой они с Дадли играли, то змея летучего собьёт башмаком. И вечно настырно предлагала зайти в гости; Гарри, конечно, любил её смешных кошек и ему нравилось с ними играть, но зайти домой к этой старушке... Упасите. Если там пахнет и на один процент так же противно, как от неё самой, затхлостью и старость, то нет уж, спасибо.       Петунья хмуро выпроводила бабульку за дверь только спустя десять минут споров о том, что она не собирается отдавать Гарри ей, да ещё и в его собственный день рождения.       Наверное, было плохо так думать, но Петунья не взлюбила старушку Фигг почти сразу: та, едва переселившись в дом напротив, ещё тогда, девять лет назад, стала настырно требовать проводить с Гарри больше времени: то в гости зовёт самого, то на праздники всё пытается Петунью уговорить мальчика оставить с ней. И если сначала это казалось ей обычной навязчивой заботой, то теперь стало немного пугать, так что лишний раз Петунья с миссис Фигг старалась даже не пересекаться.

—————◇—————

      Гарри, удобно умостившись на диване, принялся распаковывать подарки, которые громоздкой кучкой возвышались на столе.       Первыми он взял самые незначительные – от дальних родственников или знакомых. В основном это были разного рода сладости: конфеты, шоколад, леденцы и, Гарри был уверен, что видел даже приятно пахнущий чай, который он собирался заварить уже сегодня.       Следующими на очереди были подарки от близких друзей. На самом деле это больше была компания дадли, но все они знали Гарри и иногда гуляли вместе. Гарри общался с ними не много, больше предпочитая уединение под каким-то красивым и весьма удобным деревом, но всё таки считал их своими друзьями тоже.       И так, Гордон Фоук и Деннис Крэгбби скинулись ему на весьма интригующих своей обложкой комикс, как гласила записка, уложеннная поверх перевязаной лентой упаковки. Гарри мельком глянул страницы и, благодарно улыбнувшись, спрятал лицо за волосами, склоняя голову. Это было по истине приятно – чуствовать, что тебя знают.       Малкольм Битчейз не изменял себе: он подарил Гарри смешную фигурку чёрной собаки, которая от любого движения мотала головой. Кажется, он видел такие в машинах. Фигурка была приятной на ощупь и мила глазу, что заставило Гарри улыбнутся ещё шире.       И, в конце концов, Пирс – лучший друг Дадли и тот, с кем Гарри общался, наверное, больше всего, как с тем, кто часто оставался у них на ночь. Он не поскупился: подарил коробочку с наушниками, красивыми, беспроводным, с интересным голубым принтом на контейнере и Гарри был ему безумно благодарен. Не смотря на то, что у него были наушники, они были проводными и это было не совсем удобно. Кажется, он упоминал это всего раз, но Пирс всё равно это запомнил. Что ж, Гарри тоже этого не забудет и обязательно скажет ему спасибо лично.       К подаркам от семьи Гарри добрался с волнующим трепетом. Он с нежностью любовался на три совершенно разные коробки: первая была небольших размеров, просто чёрная с золотистой надписью. Это была коробочка от дяди Вернона и Гарри с энтузиазмом её открыл.       Неуверенно застыв, он глупо моргнул, пялясь на золотистые часы с тонким ремешком до тех пор, пока дядя весело его не подтолкнул:       — Надевать то будешь? – Гарри действительно нацепил их на руку, осматривая со всех сторон.       Мальчик со всей силы обнял дядю и обернулся на кузена, который уже подтолкнул к нему плоскую коробочку, пакостливо улыбаясь.       Гарри подозрительно его оглядев, принялся за коробку: внутри оказалась книга по биологии. Хохотнув, он притянул к себе Дадли, обнимая его за шею. Гарри увлекался биологией достаточно сильно и немного прошёл вперёд школьной программы, не заметив, как увлёкся. Так что на уроках он скучал, не узнавал для себя ничего нового и, конечно, жаловался после этого Дадли.       — Признавайся, – хохотнул Гарри. — Тебе просто надоело, что я жалуюсь, а? – Дадли выкарабкался из его захвата громко гогоча:       — А как же! – он провёл пальцами по двёрдой обложке. — Тут тебе грызть и грызть свой гранит, класса до девятого.       Очередь наконец дошла до последнего подарка – от тёти Петуньи. Это был маленьких крафтовый пакетик и Гарри аккуратно поднял его со стола, бережно избавляясь от скотча.       Когда он заглянул внутрь, его сердце словно пропустило удар. Знаете, где-то Гарри читал о том, что когда тебе что-то нравится, то твои зрачки расширяются. И сейчас, он на все сто процентов он был уверен, что так и было: когда он увидел это маленькие блестящие заколочки, напоминающие месяц и солнце, то ощутил себя словно кот. Тот самый, который нашёл мышку, с которой можно поиграть, и теберь глядит на неё широко распахнутыми глазами, в которых зрачки совсем пожрали радужку.       Гарри готов был на месте расплакаться, вместо этого он мигом соскочил с дивана, вжимаясь в тётушку с обьятьями.       — Спасибо... – хрипло отозвался он. — Они такие красивые.       В руках у него оказались две заколки: одна – золотистая, она изображала солнце, яркое и тёплое, сверкая белыми камнями. Вторая – серебряная, она изображала месяц, загадочный и острый, будто мерцающий слабым светом.       Тётя громко втянула воздух и Гарри от неожиданности отцепился от неё, склоняя голову в бок. Она задержала взгляд на его волосах и протянула к ним руку, а Гарри нетерпеливо бросил взгляд на ближайшую отражающую поверхность: стеклянный шкаф.       Так он и замер на месте, разглядывая в отражении своих волос маленькие зелёные ниточки. Ему понадобилось немного времени для того, что бы понять, что это были ростки небольших цветов, распускающихся один за другим у него в волосах.       Гарри сделал ненамеренный шаг назад, не зная, что ему делать. Иногда с ним и правда происходили странные вещи: например, как-то раз ему пришлось бежать от одной очень злой собаки и в какой-то момент он оказался у себя в комнате, весь запыхавшийся и грязный. Он не помнит, что бы забегался туда, но списал это на страх и адреналин.       Такие странности просходили не часто, наверное, только тогда, когда он был сильно чем-то взволнован, или именно такие случаи просто запоминаются чаще всего?       Но проблема была не в этом, а в том, что он никогда не говорил об этом тёте, дяде или даже Дадли а теперь такая странность произошла прямо у них на глазах.       Гарри боялся отвести взгляд от собственного отражения, не зная, что ожидать. С одной стороны его почти никогда не ругали по пустякам, а с другой – это и не пустяк вовсе...

—————◇—————

      В окне, один за другим, сплошной цветастой полосой показывались дома и деревья. В машине играла приятная музыка, а Дадли всё никак не мог замолчать, с интересном разглядывая подарок Гарри от тёти.       — Та-ак всё таки платья... – протянул он. Гарри насмешливо фыркнул, отбирая обратно заколки:       — Не платья, а юбка! – Дадли закатил глаза, мол "какая разница".       — Ай-й, плевать, главное, что меня поведут в автоматы! – у него в глазах виднелся такой азарт и предвкушение, что Гарри не смог сдержать тёплой улыбки:       — Смотри мне, что бы все призы потом показал! – Дадли громко хохотнул, обнимая его за плечи.       Тётя на переднем сиденье время от времени поглядывала на них, следя за разговором и улыбалась, когда ловила взгляд кого-то их мальчишек.