Сиськи мамочки такие милые!

Исаги знает, что его парень извращенец. Это знают вообще все и никто не додумается это отрицать. Факт слишком очевиден. Сегодня синеволосый юноша убедился в этом ещё раз, а именно тогда, когда Шидо озвучил своё новое желание в сексе: Исаги нужно будет побыть “мамочкой”. Прямо на поле прошептал ему на ухо, как сильно хочет “молоко” мамочки, а затем трахнуть и заделать с ней детей. Возможно, это не так уж и плохо, учитывая то, что старший мог попросить и что-нибудь похуже, а под его напором Йоичи бы вряд ли выстоял и согласился. Исаги знает, что его парень сейчас ждёт в своей комнате Блю Лока. Все эти непотребства стало намного проще делать, после того, как на всё это здание осталось всего двадцать шесть игроков и каждому досталась отдельная комната. После ужина они были вправе делать что захотят, если это не значит, что они выйдут на улицу или начнут буйствовать прямо здесь. Да, то, что они делают, попадает под запрет, разумеется, но нужно было просто действовать тихо и неприметно, чтобы обойти все глаза Эго. Как говорится: “если сильно захотеть, то можно всё”. Пройдя в комнату, Йоичи почувствовал, как в него впивается хищный взгляд, который мигом стал “поедать” его, а это они ещё даже не начали. Шидо подходит к нему и хватает за талию одной рукой, а второй берёт за немного пухлые щёчки своего парня и заставляет посмотреть на себя. — Мамочка вернулась! — в глазах плясал восторг, который можно сравнить с тем, как дети встречают родителей с работы и ждут, когда они им дадут что-то вкусное, купленное в магазине. Не дожидаясь никакого ответа, он потащил Исаги за собой на кровать. — Я хочу, чтобы мамочка накормила меня, — Шидо ждёт: он молча сидит и оценивает реакцию, а когда тот решается спросить, что тот имеет в виду, продолжает. — Я хочу молоко мамочки, позволь мне пососать твою грудь. Это часть их ролевой игры, Исаги должен её поддерживаться. Конечно, у него нет и не будет молока, но это не помешает Рюсэю. — Хорошо. Как ты хочешь, чтобы мы это сделали? — его тело достаточно расслаблено. Он ждёт, что его парень сам решит, что с ним сделать. И тот правда ему позволит. Прямо как снисходительная мать. Они сидели друг напротив друга и Шидо наконец приступил к действиям. Его длинные горячие пальцы подобрались к краю кофты Исаги и пробрались под неё, пока лишь оглаживая живот. Обводил пресс, пупок, сжимал талию — это заставило лицо Исаги приобрести розоватый оттенок. — Здесь бы отлично смотрелись мои дети. Ты хочешь, чтобы я наполнил тебя ими? — он берёт в обе руки края кофты и тянет наверх. Исаги приподнимает руки и оказывается оголённым выше пояса. — Животик мамочки такой милый. Я бы обязательно заставил его выглядеть ещё лучше. Смущение накатывает на Исаги всё сильнее, прямо как волны в океане, которые стачивают камень, где камнем является он сам. Находясь в отношениях с Шидо он стал ему уподобляться. Они стали делить фетиши на двоих. Наверное, попроси Рюсэй его месяцами ранее, то получил бы категоричный отказ, но не сейчас. Исаги также был взбудоражен этим. Ему нравилось получить эту грязную похвалу от своего парня, быть объектом его жаркого внимания, содействовать в исполнении всех желаний. Шидо резво заваливается на спину на колени к Йоичи, отчего тот подхватывает его под лопатки и удерживает так. Теперь два тёмных соска находятся прямо перед лицом блондина, который всё радостнее и радостнее. Что может быть лучше, чем после изнурительных и около нудных тренировок, выпускать все эмоции в то, чтобы трахнуть своего очаровательного парня. Иногда становится трудно сдерживать себя и свой член и хочется взять его прямо на поле, трахнуть в этот милый маленький зад, параллельно сжимая упругое спортивное тело; посреди других игроков и множества камер, чтобы все видели, кто в этом мире может испытывать истинное счастье. Неважно: рот, жопа, ляжки, а может что-то ещё — Шидо найдёт применение всему, если это Исаги. Из его узкого ротика с пухлыми губками постоянно льются все эти сквернословия, которые никто из него не вытравит, кроме как член Рюсэя, который отлично помещается глубоко в глотке, позволяя думать только об этом сочном куске плоти и самом парне. Ляжки и попка Йоичи очень крепкие, но от этого они ничуть не хуже. Особенно Шидо нравится их шлёпать и смотреть, как они постепенно становятся красными, а его парень плывёт под ударами и просит прекратить своим милым голосом. Также можно довести Исаги, играя с его членом, не давая кончить или наоборот, заставляя слишком часто. Тот всегда в конце-концов начинает прелестно плакать, как бы не пытался сдерживаться. Такая чувствительность парня была просто как дар божий для Шидо, который не представляет, что бы делал, если бы остался без Исаги. Но сегодня внимание должно быть сосредоточено на другом. Грудь у Исаги такая миниатюрная, едва ли кажется, что она накачалась от тренировок. Шидо сжимает в руке правую и наблюдает, оценивает ощущение. Такая аккуратная, нежная и беленькая по сравнению с загорелой крепкой рукой блондина. Он заворожено смотрит, как под его действиями сосок перед ним твердеет и так и жаждет внимания. — Сиськи мамочки такие милые! — весело замечает и прикусывает за тот же сосок, на который смотрел. Исаги всё это время просто ждал всех этих прикосновений. Он жаждет оказываться под крепким телом своего парня, ощущая себя крохотным и беззащитным. Он знает, что если бы Шидо хотел, то мог бы даже не спрашивать разрешения на близость, потому что определённо превосходит его в силе. Оказавшись под Рюсэем, ему бы только оставалось стонать как сука, ну либо метаться и кричать, что не имеет разницы, ведь всё это нравится блондину. Исаги рвано вздохнул, когда его сосок оказался меж зубов, которые самозабвенно перекатывали и мелко кусали его. Сосание оказалось особенно приятным. Шидо и раньше сосал его грудь, да и не только, но сегодня ощущения были непохожими. К горлу подступают вздохи, а к мозгу желания. Заметив “палатку” на штанах Рюсэя, его ручка потянулась, чтобы помочь справиться с этим. Он достаёт чужой член и первым делом давит большим пальцем на уретру, массируя, а затем распределяя предсемя, чтобы дрочить стало удобнее. От этого действия его парня также стали более пылкими, вызывая новый спектр эмоций. Он схватил другой сосок и стал резко щипать и сжимать, пока всё также усердно сосал другой. Кажется, будто Рюсэй правда рассчитывает, что молоко сможет потечь, если уже не начало, учитывая его наслаждение и упорство. — Да, соси грудь мамочки! Не останавливайся! — Исаги и сам не остался без своего удовольствия. Его грудь не менее чувствительная часть тела, чем все остальные, отчего его член уже стоит и ему не нужно многого для разрядки. Оторвавшись от “кормления”, что повлекло за собой разочарованное мычание, он переводит взгляд на глаза своего парня: — Какой же ненасытный и всё благодаря мне. Он так лукаво улыбается, когда опрокидывает Исаги и прижимает его руки к простыням. Его член всё также стоит, но он знает, что Йоичи найдёт способ, как с этим справиться. Тот смотрит на него с таким милым возмущением и глазами вопрошает, почему тот не дал ему закончить. — Ты ведь хочешь, чтобы тут, — чужие запястья он берёт в одну ладонь, а освободившейся рукой вновь гладит плоский мужской животик. — оказались мои дети? Хочешь правда стать мамочкой? Я устрою тебе это! Уверен, мои сперматозоиды достаточно сильные,чтобы справиться с этим. В обычное время Исаги бы лишь хихикнул со всех этих высказываний, но сейчас… сейчас его разум не менее разгоречён, а сердце пылко, чем у его парня. — Да, пожалуйста, подари мне своих детей!