Black Swan

"Если выживу, я тебя найду". Данная фраза может быть как обещанием, так и угрозой в зависимости от контекста. Для Тэхена же это было признанием в любви. . Встреча в баре прошла очень странным образом. Чонгук был беспокойный, постоянно бегал туда-сюда и суетился. Было видно, его мозг судорожно пытался до чего-то додуматься, но не мог. Тэхен молча наблюдал за ним со слегка скучающим видом. Все-таки он был еще молод, этот мальчишка. Невероятно умен, возможно, даже гениален, но по-молодецки горяч и наивен. А может, это была часть его маскировки, кто знает. Когда ушел последний гость, и они остались вдвоем, Чонгук поставил на стойку еще один стакан и сел напротив, выпивая за компанию. - Камеры в пабе не пишут звук. - Зачем-то сказал он. Тэхен поднял на него ледяной взгляд, для несведущих глаз не выражавший ровным счетом ничего. - Тебе хоть восемнадцать есть? - Спросил он, опуская взгляд на алкоголь в чужих руках. Чонгук усмехнулся. - Переспать со мной будет абсолютно законно. - Сказал он, вглядываясь в лицо напротив. Он отчаянно хотел увидеть в нем хотя бы какие-то эмоции в ответ на провокацию, но ожидаемо, его не удостоили даже взглядом. Самоконтроль Тэхена был поистине невероятным, это стоило признать, ничего в нем не выдало ни одной его мысли. Но и Чонгук был не промах. Он потянулся через стойку и взял Тэхена за запястье, считывая пульс. - Ты же уже спал с кем-то раньше? Тэхен отнял руку, заставив Чонгука пошатнуться. Лицо его все так же не выражало эмоций, и он все так же на него не смотрел. - Боже, серьезно? - Это важно? - Холодно спросил Тэхен, отпивая виски. И именно этот жест дал Чонгуку понять, что тот смущался. - Просто я удивлен. - Он продолжал внимательно разглядывать его. И снова ему захотелось позволить себе вольность. Он протянул к нему пальцы, мягко касаясь очертаний шрама. Тэхен смотрел куда-то в сторону, когда Чонгук коснулся его, и невольно дернулся, не ожидая почувствовать такую нежность на своей коже. - Такой красивый и влиятельный человек... И ни разу ни с кем не спал. Тэхен вздохнул, стараясь успокоиться, но выдох получился рваным. Сердце мешало дышать. - Мне это было не интересно. - Было? Чонгук все-таки был несносным человеком. Острый ум замечал мельчайшие детали и цеплялся за каждое слово, что обычный человек пропустил бы мимо ушей. - Зачем на самом деле ты меня позвал? - Тэхен поджал губы, но не двигался, рук чужих не убирал, не стремился встать и уйти, а покорно сидел, признавая поражение. Власть была не в его руках, он больше и не пытался вернуть ее. С того самого момента, как Чонгук осознал его чувства, при этом раньше самого Тэхена, его приговор был подписан. - Нам надо узнать, что Хваса передала Намджуну. - Для чего? - Мне до жути интересно. - Признался Чонгук, все также самозабвенно обводя пальцами шрам на чужом лице, добравшись уже до брови. - Ты еще ребенок. - Сказал Тэхен, все-таки убирая от себя его руки. Он задержал их в своих перчатках, повернувшись теперь в анфас, и разглядывая их, словно впервые видел. Чонгук не мешал, наблюдая. - Это может помочь нам. - Нам? В чем? - Я хочу убежать с тобой. Тэхен почувствовал как сердце болезненно дрогнуло. Он зашипел, опуская голову и прижимая чужие костяшки к своему лбу словно в молитве. Чонгук не отнимал рук, лишь неловко улыбнулся внезапной близости. - Несносный мальчишка... - Ты доверяешь мне? - Вдруг спросил Чонгук. Тэхен невольно поднял на него глаза. Взгляд напротив горел огнем и решимостью. - Пытаюсь. - Честно признался Тэхен, жгуче желая отвести глаза. Чонгук, кажется, это почувствовал. Поэтому освободил одну руку из чужой хватки - это было несложно, Тэхен держал его, как люди держат полевые цветы - и приподнял мраморный лик за шрамированный подбородок. - Завтра приходи к Фантому. Я дам себя выследить вашему разведчику, и тебе поступит сигнал. Тэхен хотел что-то сказать, но стоило ему открыть рот, как Чонгук прильнул к его губам. Не утягивая его в поцелуй, просто прижался и остался так на несколько мгновений, закрыв глаза и слушая, как сбивалось чужое дыхание. Когда он тихонько отстранился, успел заметить, что Тэхен тоже прикрыл веки на эти пару мгновений, разрешая себе поддаться чужому порыву, но голубые глаза тут же распахнулись, стоило контакту прекратиться. Тэхен дернул подбородком, сбрасывая с себя чужие пальцы, и отвернулся, смотря куда-то в пол. Он часто дышал, что было ему несвойственно. Обычно его дыхание и манеры были размеренными, как у хищника на своей территории. Сейчас же хищник метался, но слабо. Казалось, можно было понять как часто билось его сердце. Чонгуку чудилось будто он мог слышать заходящийся ритм. Или это было его сердце в ушах? - Чон, - вдруг позвал его Тэхен, когда тот задумался о чем-то своем, приложив ладони к горячим щекам. Чон посмотрел на него, и его тут же схватили за рубашку, притягивая к себе, и уводя в настоящий, взрослый поцелуй, от которого у Чонгука напрочь снесло крышу. Под зажмуренными веками взрывались фейерверки, на губах трещали электрические разряды. Тэхен целовал его мягко, тягуче, без языка, а Чонгук старался подстроиться, но делал это неумело, слишком горячо, и даже немного дерганно. Но он слышал, Тэхену все равно не хватало воздуха от того, что происходило. Его сердце стучало так же часто, как у Чонгука, у него тоже бегали искры по всему телу и это странное, будоражащее сознание чувство, которое разгоняло в жилах кровь. Когда Чонгук отстранился - ощущений стало слишком много - он наверняка выглядел дико. Наркотически расширенные зрачки, нездоровый румянец на щеках, покрасневшие губы, сбитое дыхание и совершенно сумасшедший взгляд, счастливый и безумный. Тэхен даже слегка испугался. Он спокойно наблюдал за тем, как на лице напротив расцветала улыбка. Внутри него самого только что умерло несколько галактик. Звезды взрывались, разгоняя внутри ураган пыли и горячих температур. Даже если то, что он чувствовал и делал сейчас, было ошибкой, даже если раньше он с удовольствием бы всадил себе в висок пулю за то, что позволил себе нарушить самое главное правило - не привязываться - сейчас ему было абсолютно все равно. Он слушал их общее сбитое дыхание, слушал собственное биение сердца, что никак не могло успокоиться, и совершенно ни о чем не жалел. Чонгук улыбался ему такой неприкрыто счастливой улыбкой, что Тэхен вдруг почувствовал, как собственные губы невольно отзеркалили чужие, робко отвечая счастью напротив. Лицо Чонгука вдруг странно вытянулось. - Впервые вижу, как ты улыбаешься. - И он снова разошелся в сверкающей улыбке. - Делай так почаще, тебе красиво. - Дурак. - Мягко сказал Тэхен, открывая кошелек, чтобы расплатиться за вечер. - Эй, - Чонгук положил ладонь на его перчатку, - ты же понимаешь, что я не за деньги тебя целовал? - Игриво спросил он, принимая на себя сердобольный вид. - Непроходимый. - Добавил Тэхен к прошлому оскорблению, положил купюры на стойку и ушел к вешалке надеть пальто. После этого он молча вышел за дверь, непривыкший прощаться. На следующий день Намджун сам его вызвал. Тэхен шел по коридору, как обычно. Полы его пальто вальяжно развевались, походка была элегантной и четкой, глаза беспристрастно холодные. Коридор был пуст и казался слишком длинным, но скорее всего это было лишь иллюзией, созданной внутренним нетерпением узнать, что такого выкинул Чонгук. Учтиво постучав и войдя в кабинет, Эмэнси коротко поклонился и после приглашения сесть занял место напротив главы. На обычно убранном рабочем столе лежал сверток: платок, на котором были вышиты инициалы А.Х., красная роза из серебра и инкрустрированных гранатов, и  красные цифры на нежной шелковой ткани. Судя по тому, как они растеклись, надпись была сделана кровью. Намджун тут же считал что-то в слегка задержавшемся на предметах взгляде. - Тэхен, ты что-то скрываешь от меня? - глубокий голос звучал размеренно, словно шум прибоя. Он давал шанс не показаться предателем. Эмэнси поднял на него холодный взгляд, в нем уже не было привычной колкости и льда. Намджун и это заметил. - Прежде чем я скажу тебе информацию, ты скажешь мне все, что тебе известно. Ты знаешь, что будет, если утаишь, я не посмотрю на то, что ты мое доверенное лицо. И я не посмотрю на то, что считаю тебя своим близким другом. Тэхен опустил глаза и поджал губы, услышав последнюю фразу. - Я не смог убить ту крысу, потому что узнал в нем человека... - Он вдохнул, собираясь с силами. Смотреть Намджуну в глаза в данный момент казалось невыносимым, поэтому Тэхен разглядывал пол. - Влюбился. Упало лезвие гильотины. Намджун помолчал, выдержав тяжелую паузу. Все так же молча, он положил на стол фотографию, подвинув ее ближе к Тэхену, чтобы тот мог рассмотреть. - Ты о нем? На фото был изображен Чонгук, вполоборота, он смотрел прямо в камеру. Лицо выглядело растерянным, но Тэхен знал, он насмехался над тем, что смог вычислить даже местоположение камеры разведчика, который за ним следил. Благо, ему хватило ума не показывать это столь открыто. Тэхен кивнул, разглядывая фотокарточку. - Это названный брат Фурии, Ан Хеджин. - Он постучал пальцами по иницииалам, намекая на то, что Тэхен знал, о ком шла речь. - Она рассказала мне, что он сбежал из приюта и случайно наткнулся на них, когда Хваса наблюдала за пожаром очередного здания Севера. Он напомнил ей о погибшем брате, и она взяла его к себе. Выросший на Юге, обладающий гениальным умом, он мог запросто обвести тебя вокруг пальца и саботировать дело всей моей жизни. Ты это понимаешь? Тэхен медленно кивнул, поднимая пронзительно голубые глаза, чтобы вглядется в безразлично серые напротив. Несколько секунд они общались лишь глазами, что-то для себя выясняя. - Ручаешься ли ты за его верность? Тэхен кивнул, но не сразу, задумавшись на мгновение. Терять ему было уже нечего, даже собственной жизнью и целью всей этой жизни он более не дорожил. - Мой приказ об устранении его отмене не подлежит. - Спокойно произнес глубокий баритон. У Тэхена сердце упало в пятки, но он старался не подавать виду. Маска на лице держалась прочно. - Эти цифры, - Намджун указал на платок, - означают дату и время. Юг бросил нам вызов. Ты знаешь, как меня достали эти игры, поэтому я решил, что пора покончить с этим. Раз и навсегда. Тэхен смотрел встревоженно, напряженно, пытаясь найти в чужом лице хотя бы тень намека на то, что Намджун говорил не серьезно, что не имел это в виду, но тот лишь встал, оперевшись ладонями о стол, и неспешно прошел к окну. - Мы выступаем завтра в полночь, будь готов. Ты должен будешь убить его.