Ставка на вечность

      Авантюрин скучал.       Он вообще не был заинтересован в банкете: единственное, что привлекало его внимание этой ночью, была Элизабет Бэйли — тридцатидвухлетняя вдова, ещё носившая траур по покойному мужу, которая уже была спутницей одного из приглашенных гостей. Интересовала Авантюрина эта высокопоставленная дама именно по причине внезапной кончины мистера Бэйли. В его смерти, как и в смерти любого государственного деятеля, было множество тайн, и КММ поручила ему кое-что достать.       — Миссис Бэйли, какая приятная встреча, — Авантюрин оказался за спиной высокой худощавой леди, и придал голосу всю возможную слащавость.        — О, — тихо выдохнула женщина, даже не развернувшись. Она прекрасно знала, кому принадлежал этот голос. — Господин Авантюрин.        — Именно, моя дорогая, — Авантюрин положил ладонь на хрупкий стан и потянул женщину в тень. — Не уделите мне минуту?       — Ох, Господин Авантюрин, что вы делаете? — красавица покорно попятилась назад, мелкими шажками переступая на высоких шпильках. Толкнув рукой дверь в заранее подготовленную комнату, Авантюрин чуть более резко, чем следовало бы, втолкнул туда Элизабет и тут же повернул в замке ключ, пряча его во внутреннем кармане пиджака.        — Ты всё такой же нетерпеливый, — прошептала женщина ему в самые губы, как только он развернулся к ней лицом.       — Неужели? Вы хорошо меня знаете, Элизабет. Я польщен, — шёпот в самые губы. Женщина изогнулась в спине, прижимаясь к Авантюрину мягкой грудью. Притворно застонав, Авантюрин обхватил её бедра руками, сминая чёрное платье. Элизабет очертила тонкими пальцами острые скулы, обхватывая лицо Авантюрина руками.       — Я скучала по тебе. Где ты пропадал?        — Нужно было уладить кое-какие дела, — отозвался Авантюрин и резко потянул подол платья вверх. Элизабет глухо рассмеялась, стараясь одёрнуть платье ниже.       — Какой дешёвый фокус, — прошептала она, спустившись пальцами с аккуратными ноготками по груди Авантюрина к ремню брюк.       — Не дешевле, чем ваш траур, — он огладил ягодицу и спустился к бедру, нащупывая под краем чулок маленькую металлическую флешку.       — Отдай её, — тут же замерла миссис Бэйли, продолжая дышать Авантюрину в губы. Её пальцы так и замерли на молнии брюк.        — Боюсь, шоу окончено, — прошептал Авантюрин, быстро поправив чёрное платье и открывая дверь ключом. На пороге уже стоял спутник Госпожи Бэйли.        — Дорогая, что это значит? — Авантюрин не без самодовольства прошел мимо. Краем глаз он заметил перекошенное от ярости лицо Элизабет. Она зашипела, глядя в спину удаляющейся фигуре. Не слушая возгласы себе в спину и оставив Госпожу Бэйли разбираться самой, он быстро скрылся в толпе, связываясь с Рацио.              Он неспешно прошёлся вдоль столов, обмениваясь легкими комплиментами, касаясь пальцами чужих плеч, улыбаясь чуть шире, чем следовало. Всё это — фальшь. Он получил что хотел, теперь можно было незаметно уходить. Он знал, что проблем не возникнет, знал, что Госпожа Бэйли его не раскроет. И знал, что Рацио рядом — что он его прикроет, даже если будет выглядеть при этом так, словно мечтает провалиться сквозь мраморный пол. На губах все еще чувствовалось ощущение чужих губ и тепло её тела под руками.       У него было отличное настроение, и может быть он все-таки выпьет пару бокалов, а уже потом можно будет уходить. Он перекидывается по связи с Рацио парой слов, находясь в разных углах зала, и кажется, Рацио нашел себе интересного собеседника. Авантюрин не отвлекает, позволяет тому хоть немного насладиться вечером, сам раздумывая выйти в сад. Он идет к выходу из банкетного зала, оставляя Рацио, уже высматривая официнатов с подносами с напитками, когда мир лопнул.       Раздается взрыв.              Здание содрогается, как огромное чудовище в конвульсиях, и вокруг раздаются пугливые визги и истошные вопли. Они звучат у Авантюрина в голове как-то медленно, прокручиваясь на старинном граммофоне, но с новым толчком и новым взрывом, дающим по ушам куда отчётливее, всё в мгновение меняется — и зал, всего минуту назад блестевший неоновыми огнями, превращается в горящий костёр. Авантюрин пытается сделать шаг в сторону, пройти вглубь зала, идя напротив потока паникующих бегущих людей, но тут же теряется в общей суматохе. Авантюрин бросает взгляд за окно — там, на фоне, мелькают странные вспышки, будто от всплесков энергии. Авантюрин смотрит по сторонам, пытается выловить хоть что-нибудь из общей суматохи, но видит только бегущих людей, панику и собственный липкий страх.       Рацио, Рацио остался там, он далеко, он не сможет помочь…       «— Какого черта, Авантюрин? Это тоже часть твоего плана?»       — Нет, такого не задумывалось. Где ты? — еще один взрыв сотрясает здание, и Авантюрин хватается за стену. Какой-то мужчина падает прямо перед ним, и Авантюрин с раздражением перешагивает его, пробиваясь в центр.       «— Что происходит?» — Авантюрин слышит такой его тон впервые, и у него спина покрывается холодом от осознания, что Рацио, которому по определению не положено бояться, боится.       — Не знаю, кто-то явно устроил взрыв, нам надо срочно уходить, где ты? — он спрашивает еще раз, чувствуя как тревога поднимается в груди и бегает глазами по толпе, пытаясь найти знакомую макушку.       Рацио нигде нет.       Пробивается сквозь массы паникующих людей, и где-то совсем рядом мелькает первая вспышка и сразу за ней — полный боли чужой крик. Авантюрин панически оборачивается, надеясь, что не увидит Рацио. Он чувствует такой силы облегчение, когда не узнает упавшего на землю мужчину, что оно чуть не сбивает его с ног.       «— Уходи оттуда живее. Рядом со мной есть путь к коктейльному бару, там есть запасной выход на улицу»       — Ты что, изучил планировку всего здания? — Авантюрина пробивает на нервный смех. Рядом раздается еще один взрыв, и Авантюрин прячется за колонной.        «— Конечно нет, лишь места аварийных выходов. Я должен помочь здесь людям с эвакуацией, а ты беги к выходу» Чертов Рацио с добрым сердцем.       Авантюрину плевать на всех этих людей, но Рацио нет, и по жесткости в его голосе Авантюрин понимает, что у него хватит сил его переспорить.       — Я найду тебя после.       Авантюрин идет к выходу из ресторана, всего на мгновение замирает у площадки с видом на нижний этаж и видит — их.       Видит лица в уродливых, рваных масках и оружие в руках, видит поношенные и окровавленные лохмотья вместо одежды, слышит безумный смех и выстрелы, и на радужке мелькает множество вспышек — огненных, электрических, ледяных. Прямо на его глазах один из гостей застывает глыбой айсберга, а затем от чьего-то выстрела разлетается на куски. Авантюрин только надеется, что Рацио выберется. Он расталкивает людей, игнорируя ругань и отцепляя от себя чужие руки, тянущие его назад.       Кто-то рядом загорается, весь мир полыхает у Авантюрина перед глазами, он часто дышит и ловит ртом гарь и чужие крики. Он чувствует запах горелой плоти заполняющий нос и ощущает ее вкус на корне языка, настолько знакомый что больше не вызывает тошноты. Он пробивает себе путь через весь зал к выходу, когда звучит ещё один взрыв — и станция, которую видно через огромное панорамное окно, взрывается. Авантюрин застывает в самом центре хаоса, наполовину парализованный, наполовину оглушённый. Обломки стального каркаса с ужасающим грохотом падают вниз, следом за ними медленно кренится вывеска с названием ресторана, стекло начинает трещать.       Ужасная какофония смеха, рыданий и криков вызывает желание упасть на пол и закрыть уши руками, просто позволив толпе затоптать себя. Коллективный предсмертный вой, который он уже слышал в пустошах родного дома. Авантюрин оглядывается по сторонам, но не видит Рацио. Знает, что он в другой части здания, и на место страха приходит злость на него, заставляя двигаться дальше. И когда перед Авантюрином вырастает силуэт — не Рацио, машинально отмечает он, — то ему и правда до странного всё равно. Он несётся по лестнице вниз, с трудом удерживая в груди колотящееся сердце, где-то воют сирены — кажется, на этот раз вовсе не у него в голове, а по-настоящему. Авантюрин пытается примерно мысленно воссоздать возможные планы ресторана, где могут быть запасные выходы, но какой толк от выхода, если нигде не видно Рацио? Он бежит по чьим-то следам, по обожжённым и продырявленным трупам, по ледяным осколкам, блестящим от алых капель крови, и Авантюрину дурно, плохо и неотвратимо страшно. Он уже переживал это, такое уже происходило, и панический страх того, что он может где-то найти Рацио где-то под осколками, не дает ему дышать.       Он даже не надеется выжить, он просто хочет, чтобы выжил Рацио. Всё это ошибка, всё должно быть не так. Он выбегает на улицу, где накрапывает дождь, пытаясь скрыться от рева огня и криков. В конце улицы послышались движения и звуки, поэтому Авантюрин слегка отходит назад, направляясь в переулок. На другой стороне больше противников, но немного больше места, чтобы спрятаться и прокрасться незаметно. Он слышит, как кричит один из них на незнакомом языке, словно отдавая приказы. Он слышит сзади тяжелые шаги и резко оборачивается, сталкиваясь взглядом с одним из напавших.       В этот момент Рацио оживает в наушнике: «Авантюрин? Все под контролем?» Авантюрин отвлекается, не успевает сориентироваться, и слышит выстрел. Секундная боль и инерция заставляет его упасть на спину. Затылок простреливает болью, и он чувствует, как его одежда намокает от дождя и крови из раны на груди. Он быстро понимает, что не сможет подняться, но какое-то время лежит, пытаясь собраться с мыслями, как будто это может что-то изменить. Авантюрин думает, что, возможно, он слышит ещё один выстрел, но, честно говоря, он настолько не в себе, что не мог сказать, откуда он раздался выстрел и куда целились. Всё, что он знает, это то, что его тело, наконец, сдаётся, и его глаза закрываются. Авантюрин надеется, что Рацио справится в одиночку.

***

      Авантюрин просыпается на холодной, скользкой от дождя мощёной дороге. Его тело болит, а зрение расплывается, прежде чем вновь сфокусироваться. На мгновение ему кажется, что он просто снова потерял сознание, он мог бы поклясться, что умирал, но, возможно, он слишком драматизировал. Он приподнимается, боль отдаёт в груди, но, за исключением этого, остальная часть его тела, кажется, в порядке. Теперь это определённо странно, потому что умер он или нет, его мозг определённо не воспринял огнестрельное ранение. Он оглядывается, чтобы оценить обстановку, и слышит тяжёлые шаги и быстро бросается за машину рядом, одновременно с голосом в коммуникаторе:       «Авантюрин? Все под контролем?»       Дежавю.