Любовь по расчету

Гермиона Грейнджер: Что такое свобода? Какова цена этой свободы? Сколько можно отдать за то, чтобы стать свободным? И как наконец понять, что эта свобода наступила? Я всю ночь не могла сомкнуть глаз, все думая о том, на что я согласилась. Буду ли я свободна потом? Оставит ли мама меня в покое? Смогу ли я тогда жить так, как я этого хочу? А что если нет? Что если все, что сейчас со мной происходит не принесет никаких результатов? Кто-то постучался в дверь моей комнаты, я перевернулась на другой бок. Голова была совсем тяжелой. Мне ужасно хотелось уснуть, но все никак не получалось. Дверь открылась, послышался голос Мэри. — Доброе утро, мисс Грейнджер. Завтрак на столе, миссис Грейнджер попросила вас разбудить. — Мэри прошла в комнату и начала открывать шторы, впуская в комнату утренний свет. — Я скоро спущусь. — тихо произнесла. Представляю, как плохо я сейчас выгляжу. Вчерашний день был не из легких. Я села на постель, с трудом собирая свои силы на то, чтобы встать и умыться. — Я уже читала новости о вашей помолвке, вы так хорошо смотритесь вместе с мистером Малфоем. — Мэри остановилась возле моей кровати. Ее глаза блестели нешуточным интересом. — Спасибо. — промямлила я. Мне совершенно не нравился интерес окружающих к моей свадьбе. — Я даже не подозревала, что между вами что-то есть. А где вы познакомились? И как долго вы встречались? — Мэри задавала слишком личные вопросы. Как бы грубо это не звучало, но это не ее обязанность — следить за моей личной жизнью. — Мэри, наверное тебе стоит спуститься вниз и приготовить чай, мама любит, чтобы он был свежезаваренным на завтрак. Я спущусь минут через десять. — встала с кровати, надела шелковый халат поверх пеньюара. — Конечно, мисс, но мне просто интересно. Все только о вас и говорят. — Мэри иногда бывала надоедливой. Я дошла до своей ванной комнаты. — Я не хочу это обсуждать. — закрыла за собой дверь ванной. Мне не хотелось есть, мне теперь совершенно ничего не хотелось. Мне казалось, что я совершила ошибку, согласившись на эту сделку. Но что теперь можно исправить? Голова пухла от мыслей и сомнений. И завтра еще идти на работу в министерство, и наверняка, все уже в курсе моей свадьбы, а значит меня ждут бесконечные расспросы и обсуждения предстоящего торжества. Мне становилось жутко от одной этой мысли. Я выглядела немного помятой, волосы растрепаны, на щеке остался след от подушки. Мне нужен горячий душ и крепкий кофе, чтобы прийти в себе.

***

Только мне стоило откусить бутерброд, как в столовую зашла мама, держа в руках стопку газет и журналов. Она их положила на стол и поджала губы, рассматривая меня. — Ты только проснулась что ли? Время почти 11! Сколько раз я тебе говорила о том, что нужно соблюдать режим? Если ты не начнешь вовремя ложиться, то к 30 годам будешь выглядеть ужасно! — очередная нотация от мамы. Ей всегда было что сказать и чем упрекнуть меня. Мама коснулась ладонью стопки газет. — ваша свадьба с Драко стала темой обсуждения во всех газетах, эта новость на первой полосе. Я запила бутерброд кофе, пока им не подавилась. Первая полоса? Во всей Британии закончились новости что ли? О, Мерлин, дай мне сил. Мама достала из стопки газет журнал и протянула его мне. На обложке красовалась колдография на которой я целовалась с Драко. Я взяла в руки этот журнал. — Здесь вы даже на обложку попали. А тут целая статья. — мама показала еще один журнал. И когда они все это успели написать? Мама, казалось, была рада, а вот я не очень. Теперь все в министерстве узнают о том, что я помолвлена с Драко. Это ужасно! Моя личная жизнь стала достоянием общественности. Я посмотрела на второй бутерброд на тарелке, аппетита уже не было. Завтра нужно выходить на работу, надеюсь никто из нашего отдела не читает эти газеты и журналы. — Почему ты такая грустная? У тебя совсем скоро свадьба. Ты должна быть счастлива. — мама коснулась моего плеча. — Драко же вкурсе, что это временный брак? — я перевела взгляд на маму, она нахмурилась. — Должно быть, я не могу точно этого утверждать. Мы с ним не говорили на эту тему, его родители должны были ему все сказать. Он тебе совсем не нравится что ли? — мама отодвинула стул и села рядом со мной. — Драко красивый, успешный парень. Любая была бы рада быть с ним, а ты нос воротишь. — Мама, я тебе сразу сказала о том, что не хочу замуж, и что согласилась на все это только ради бизнеса отца. Понимая, как это важно для него. И Драко, как мужчина, меня не интересует. Мне не понятно его поведение. Поэтому я и спросила. — встала из-за стола. Бросила взгляд на стопку газет, на самой верхней была наша колдография с Драко, где он приобнимал меня. Мы и вправду хорошо смотримся вместе. — Я пойду встречусь с Джинни, вернусь вечером. — Хорошо. — ответила мне мама, я торопливо вышла из столовой. Вчера с Джинни мы так и не поговорили о том, что было вечером. О ней и Блейзе, и о том, что было между ними. Практически сразу же в библиотеку вошла миссис Малфой и сказала о том, что Джинни ждет ее брат.

***

— Ты ешь штрудель, у мамы он особенно вкусно получается. — Джинни лопаточкой отломила кусок пирога и положила его на мою тарелку. С самого моего прихода она постоянно суетилась, рассказывая о своей новой идеи для картинной галереи. — Джинни, нам, наверное, стоит поговорить… — в этот же момент Уизли подскочила со стула. — Точно, нужно же еще чай налить. Ты ешь, я сейчас сбегаю в сад и нарву траву для чая. — Джинни убежала из кухни. Я устало выдохнула. Она явно избегает разговора о произошедшем вчера. На кухни Уизли был деревянный пол и стены. Обвела взглядом потрепанный кухонный гарнитур, несколько тумб были явно из другого гарнитура, на некоторых ящиках не хватало ручек. Уизли особо никогда не волновало обстановка вокруг, главное, чтобы все было практичное. В кухню, через занавеску, которая висела тут вместо двери, вошел Рон. Он был в рабочей одежде, старой рубашке и брюках, его рыжие волосы растрепаны. — О, Гермиона, привет. Мама штрудель испекла? — Рон подошел к столу и отломил небольшой кусочек от пирога и тут же съел его. — вкусно. А ты чего не ешь? — Я Джинни жду. — посмотрела в окно, облицованное деревянными рамами. И долго она от меня бегать собирается? — Ты и Малфой во всех газетах. — Рон оперся о кухонный гарнитур. — Все только и говорят о вас, мама нам вчера вечером чуть ли допрос не устроила об этой помолвке. — Понятно. — протянула я. — а в какой части сада у вас растут травы для чая, что-то Джинни долго, я хочу ей помочь. — Травы для чая? Мама их года два уже не выращивает. — Рон нахмурился. — может ты что-то перепутала? Я встала из-за стола, вышла в коридор, заглянула в гостиную, в ней никого не было. Вышла на улицу и обогнула дом, Джинни нигде не было видно. Она тупо сбежала от меня. Блять. Так по взрослому, просто взять и спрятаться. Я села на деревянную скамейку. Легкий ветер колыхал зеленые листья деревьев. Здесь так тихо и спокойно. — Гермиона, ты не видела Рон? Он от меня сбежал. А ему еще две грядки вскопать нужно. — сказала миссис Уизли, она вытерла ладонью пот со лба. Ее юбка была испачкана землей. — Он на кухне. Я сама искала Джинни. Она вышла во двор и куда-то пропала. — я расправила свою цветочную юбку на коленях. — Она около яблони, согласилась мне помочь подвязать ее. — ответила мне миссис Уизли и направилась в дом. Я нашла Джинни в глубине сада, она неторопливо проводила по ветвям яблони волшебной палочкой, подвязывая их. — Джинни, ты избегаешь меня? — прямо спросила я у нее. Она от неожиданности дернулась. — Прости, маме нужно было помочь. — Джинни поджала губы. — о чем ты хотела поговорить? — О вчерашнем. Ты с Блейзом целовалась в библиотеке. Что все это значит? У тебя же есть парень, Джинни. И ты вроде как его любишь. — мне было искренне непонятно ее поведение. Джинни никогда не отличалась постоянством, но я не думала, что она станет изменять Гарри. — Я даже не знаю, что тебе сказать. На меня нахлынул внезапный порыв, мы с Блейзом разговорились, он очень интересный собеседник, он тоже занимается художественными галереями, только они не здесь, а в Италии. И в какой-то момент все так между нами накалилось, что он меня поцеловал, а я не стала сопротивляться. Да и к тому же тебя так долго не было. -Уизли виновато на меня посмотрела. — А как же Гарри? Что будет, если он узнает? Ты понимаешь, что это некрасиво по отношению к нему? — я смотрела на подругу и не узнавала ее. Джинни не была такой раньше, она себя так не вела. Что с ней сделал Блейз я не знаю. — Я все понимаю, и очень надеюсь, что он никогда об этом не узнает. Гермиона, Гарри надежный, умный парень, но он безумно скучный, во всем, и в постели тоже. И мне иногда так хочется отпустить себя и получить наслаждение. Я знаю, что поступаю неправильно, я знаю, что это отвратительно. Но я тоже человек со своими слабостями и ошибками. — Джинни нахмурилась. — не говори ему ничего, пожалуйста. У нас с Блейзом ничего больше не будет, мы увидимся в последний раз на вашей свадьбе, но там я буду с Гарри. Это было лишь мимолетное влечение и все. — Я не собиралась ничего ему говорить. Ты сама вправе решать, что тебе делать, но за каждое действие тебя ждут последствия. Просто не забывай об этом и все. — я коснулась листьев яблони. — тебе нужно быть честной с самой собой в первую очередь. Ты сама должна понять чего ты хочешь: спокойного и «скучного» парня или бури чувств и эмоций. — Я знаю, что правильно, а что нет. И головой я понимаю, что мое место рядом с Гарри, но сердцем… не хочу тебя этим грузить. — Джинни посмотрела на безоблачное небо. — Ты всегда можешь поделиться со мной тем, что тебя волнует. Мы же подруги.

***

Захожу в лифт, нажимаю на пятый этаж, и прежде чем закрываются его створки, в кабину успевают зайти двое мужчин. Один из них нажал на кнопку, и лифт поехал, стремительно опускаясь вниз. Боковым зрением я замечаю, что один из них смотрит на меня. Я перевожу на него взгляд. Это мужчина средних лет, с темными волосами и худоватым лицом. — Вы же мисс Грейнджер? — спросил он у меня. Я заметила газету в его руке, на обложке которой красовалась моя колдография. — Да. — перевела взгляд на закрытые дверцы лифта. Сколько еще ехать? Мне хотелось выйти прямо сейчас. — Моя жена не поверит, когда я ей скажу, что встретил вас. — произнес этот мужчина. Я натянуто улыбнулась. — с ума сойти, вы же во всех газетах. Можно с вами сделать колдографию? Дверцы лифта открываются, и к моему огромному счастью, на моем этаже. Я торопливо выхожу. — Нет, простите, я спешу. — зачем этому мужчине моя колдография? Все это очень странно. Это же просто свадьба, очередная свадьба, которая практически ничем не отличается от других. Ну, может бюджетом. Зачем из нее делать такое событие? Пока я иду по коридору, меня не покидает ощущение, что все смотрят на меня. Неужели все в курсе моей свадьбы? Меня это напрягало. Когда я подошла к кабинету, который мне приходилось делить со Сьюзан Гремлин, я заметила репортера из «Пророка», он держал в руках камеру и общался с девушкой из соседнего отдела, а его перо что-то записывало в блокноте. — Здравствуйте. — я здороваюсь с этой девушкой и открываю дверь кабинета. — А вот и мисс Грейнджер! — восклицает репортер и, направив на меня камеру, делает несколько снимков. — мне нужен ваш комментарий. Нашим читателям так интересно, как вы познакомились с мистером Малфоем и стали его невестой. Вы готовы ответить на пару вопросов? Я продолжала стоять, держа в руках ручку. Его наглость поражала. Какие еще вопросы? И зачем он сделал эту фотографию? — Я работаю. У меня нет времени отвечать на ваши вопросы. — я открыла дверь. — Ну может быть мы встретимся во время обеда или вечером, я готов подождать. Мне нужны ваши ответы. — продолжал настаивать на своем репортер. — Никаких комментариев. — я зашла в кабинет и захлопнула дверь. — Привет. — Сьюзен уже сидела за своим рабочим местом, хотя она почти всегда опаздывала. Я бросила взгляд на свой стол. Он был завален конвертами. — Что черт возьми тут происходит? Дурдом какой-то. — я устало выдохнула. На столе было так много писем, что даже некуда было поставить свою сумку. И как я должна работать? — Привет, целое утро тебе приходят письма. — Сьюзен подошла к моему столу. Я начала быстро открывать одно письмо за другим, пробегаясь глазами по строчкам. Дочитав, я сразу выкидывала их в мусорку. Здесь было куча приглашений на различные званые вечера, банкеты, презентации, приглашения о вступлении в различные клубы. Несколько писем от журналов и газет с просьбой о встрече. Пару писем оказались с угрозами и проклятиями. — Ты выходишь замуж? — спросила меня Сьюзен, наблюдая за тем, как я выкидываю письма. — Да, выхожу. — тихо ответила ей я. Меньше всего мне хотелось говорить об этом, особенно зная, какая Сьюзен болтливая. — А почему ты мне раньше об этом ничего не сказала? — спросила она меня с обидой. Я подняла взгляд от очередного письма. Сьюзен была той еще сплетницей, она любила обсуждать личную жизнь других. И я ей не доверяла. — Это было секретом. — я снова посмотрела на письмо, которое было у меня в руках. Это приглашение на вступление в женский элитный клуб. Оно также полетело в мусорку. — И давно вы с ним встречались? — Сьюзен протянула мне конверт, поднимая его со стола. — Мы давно знакомы с его семьей. — расплывчато ответила я. Расспрашивал ли Сьюзен репортер? В этот момент я напряглась еще сильнее. И что она могла ему рассказать? — Это брак по расчету? Так многие думают. Малфои никого не подпускают к себе. — Сьюзен мило мне улыбнулась. Она уже успела с кем-то это обсудить? — Это брак по любви. — я выкинула последнее письмо в мусорку и села на свое кресло. — По любви? Но Малфой бабник, все так про него говорят. И даже было несколько новостей в «Ведьмополитене» о том, с какими моделями он встречался. Или был по крайней мере замечен. — Сьюзен внимательно смотрела на меня. — Меня не интересует его прошлое. — Я видела, что Сьюзен хочет задать еще вопрос. — И мне нужно работать. Я и так достаточно времени потратила на уборку своего стола. Сьюзен обиженно поджала губы и ушла на свое место. Она хотела получить от меня хоть какую-то информацию для сплетен.

***

Драко Малфой: — О, Мерлин, это вы, мистер Малфой. Дайте мне, пожалуйста, комментарий. Наша газета собирается выпускать статью и нам было бы важно получить ваше мнение. Эти цветы для мисс Грейнджер? — произнес репортер, когда я подошел к двери кабинета Гермионы и постучал. И не став дожидаться ответа, открыл его. Небольшой кабинет. Два стола стоят напротив друг друга. За одним из них сидела смазливая блондинка, а за другим Грейнджер. Гермиона даже не подняла голову, когда я вошел. Она что-то писала на пергаменте. — Мамочки. — прошептала блондинка. Она восхищенно смотрела на меня. Я знал этот взгляд, он означал, что эта девка уже готова на все. Но меня интересовала Грейнджер, которая только сейчас удосужилась поднять на меня свои красивые глаза. — Привет, любимая. — я широко улыбнулся. А ее лицо помрачнело. На нем буквально можно было прочитать то, что она хочет, чтобы я свалил. Но мне хотелось другого. Весь вчерашний день я только и думал о Гермионе, пытаясь анализировать ее поведение. Мне не давала покоя ее отстраненность и недоступность. Я обошел стол, подходя к ней сзади. Я видел, какой напряженной из-за этого она стала. — Я купил тебе цветы, чтобы порадовать. — положил букет на стол, поверх ее бумаг. Гермиона лишь поджала губы. Не удержавшись я наклонился к ней и поцеловал в щечку. Мягкая бархатистая кожа, которая казалось пахла безумно сладко. Еще один поцелуй чуть ниже. Мне не следует снова ее целовать. Я даже не знаю, зачем я сюда приперся, у меня не было никакого плана. Мне просто до ужаса хотелось ее снова увидеть. Обвел взглядом ее широкие бедра и очертания груди. Член еще сильнее уперся в ткань брюк, оттягивая их. Блять. Нервно сглотнул слюну. Здесь так невыносимо жарко. Моя рука сама по себе легла на ее спину, проходясь по позвоночнику. — Спасибо за цветы, но я сейчас работаю. — Гермиона посмотрела на меня. Я же опустил взгляд на ее губы, очерчивая их контур взглядом. На языке появился фантомный вкус ее губ, языка. Так и хотелось снова к ней прижаться. Что эта ведьма со мной творит? — Давай я зайду вечером, провожу тебя до дома? — предложил ей я. Мне стоит держаться от нее подальше. Мне совершенно не нравилась реакция моего организма на нее. С ней трудно держать себя в руках. Так и хотелось вцепиться в ее губы. В голове всплыли слова Блейза. Он не может быть прав. Это все игра, часть плана, просто я еще не придумал следующий шаг, который был заставил ее отказаться от свадьбы, но я его обязательно придумаю. — Нет, сегодня не получится, прости. — Гермиона натянуто улыбнулась. Она взяла свою палочку и направила его на букет. Через секунду он оказался в вазе. — еще раз спасибо за цветы, дорогой. Я наклонился к ней ниже, практически прижимаясь к ее уху губами. Сладкий запах ее волос заставил зажмурить глаза, моя рука опустилась на ее талию. Сердце ускорило свой темп. — Я уже «дорогой», принцесса? Соскучилась по мне? — сильнее сжал ее талию. — я все никак не мог забыть вкус твоих губ и сегодня я намерен снова их распробовать, по твоему желанию или нет, это уже твой выбор, принцесса. — поцеловал Гермиону в макушку. Гермиона прищурила глаза, и сейчас она была больше похоже на кошку. Разозленную, но домашнюю кошку. — Драко, мне нужно работать. — с нажимом произнесла она. — Вы так красиво смотритесь вместе! Гермиона, тебе так повезло отхватить такого жениха! — воскликнула блондиночка. — Несказанно повезло, я просто вне себя от счастья. — Гермиона тяжело вздохнула. — Нет, что вы, это мне так повезло с Гермионой, она замечательная, лучше нее я в жизни не встречал. Умница, красавица, а какая она заботливая и добрая. Вы бы знали, как ее любит моя мама. — снова поцеловал Грейнджер, только в этот раз ближе к губам. Из-за этой блондиночки она куда более покладистая. — Драко, можно тебя на минуту? — спросила Гермиона. — Конечно. — я предложил Гермионе руку, но она ее проигнорировала, сама встала и торопливо выпорхнула из кабинета. Я пошел за ней следом. У двери стоял все тот же назойливый репортер. — Можно хотя бы один комментарий, мисс Грейнджер? — репортер пошел за Гермионой, я остановил его, придерживая за плечо. — Мне с моей невестой нужно поговорить наедине, и не беспокойте нас больше. И это далеко не просьба. — я окинул его взглядом. — Я вас понял. — ответил он мне. Гермиона остановилась у дверей справочной, когда я подошел к ней, она утянула меня за руку и затащила в подсобку. — Малфой! — Грейнджер ткнула пальцем в мою грудь. — Тебе так не терпится приступить к делу? Я тебя завел, принцесса? — схватил Гермиону в свои объятия, прижимая к себе максимально близко. Внутри что-то дрогнуло, и странное тепло заполнило грудь. Грейнджер уперлась ладонями в мою грудь и возмущенно посмотрела на меня. — Отпусти меня немедленно, Драко! — она ударила меня по груди своими ладошками. — Ты же сама затащила меня в подсобку, явно желая со мной уединиться. И я еще должен тебя отпускать? Ты уж разберись, чего ты хочешь. — одна моя рука опустилась на ее попку, мягко сжимая ее сквозь ткань юбки. Упругая, полная. Блять. Член сильнее дернулся в штанах. Так и хотелось прижать Грейнджер к стене и отодрать, войти в ее маленькую влажную киску. — Малфой, я хочу только одного, чтобы ты оставил меня в покое! Что ты устроил в кабинете? Что за представление? Что ты задумал? — Гермиона шлепнула мою руку, которая лежала на ее попе. Но я и не думал отпускать ее зад, слишком приятно было сжимать. Я уже не уверен, что так уж и против этой свадьбы. По крайней мере эта сладкая задница всегда будет под рукой. Это звучало многообещающе. — Что я задумал? Это ты что задумала? Ходишь, соблазняешь меня, как я должен устоять? — вторую руку я положил на ее грудь, сжимая. Грейнджер от возмущения открыла свой ротик. Блять. Одного вида ее влажного, розового язычка хватило, чтобы заставить меня прижать ее к стене и впиться в ее губы поцелуем. Гермиона кажется ударяла меня по плечам, груди. Кажется. Я не был в это уверен, все мое внимание захватили ее сладкие губы. Я поочередно посасывал их, пытаясь насытиться. Этого мало. По крови растекается жгучее желание. Член стал невыносимо твердым, я был уже готов обкончаться себе в штаны от одного только поцелуя с ней. Я и сам не заметил, как расстегнул ее блузку и как моя рука заскользнула в ее лифчик. Но я четко ощутил горячую кожу ее груди под своими пальцами и твердый сосочек, который уперся мне в ладонь. Гермиона пыталась мне что-то сказать, но получались лишь невнятные звуки, от того, что я вошел в ее рот языком, сильнее сжимая ее попку. Блять. С головки члена выделилась смазка. Я совершенно не мог остановиться, трогая охуенное тело Гермионы. Она попыталась прикусить мой язык, но у нее ничего не вышло. И лишь когда ее рука легла на мое плечо и это место начало жечь от ее прикосновения, я отпустил ее. — Да как ты смеешь? — Гермиона схватилась за свою рубашку, торопливо ее застегивая. — Что ты себе позволяешь? Я не разрешала меня целовать! Ты не имел никакого права! Придурок! Волосы Гермионы были растрепанными, ее губы опухли, а щеки были ярко-розовыми. Она все пыталась привести себя в порядок. А я лишь поправил свой член в штанах, чтобы он так больно не упирался. Грейнджер применила против меня магию. Эта сучка не знает, что она играет с огнем. Мне ничего не стоило ее обезвредить и взять все, что я захочу. — Я не придурок, а твой жених. Помнишь, я тебе предлагал отказаться от свадьбы, ты не согласилась. Так что терпи, таких моментов еще будет много в твоей жизни. — я ухмыльнулся, оперся спиной о противоположную стену. Мне всегда было просто напускать безразличный вид. Но слова Грейнджер почему-то задели меня. И я даже не хочу думать, почему. Сучка. — Ничего подобного! Ты же сам все знаешь! Это временный брак, и мы через два года разведемся. И все это время нам не обязательно трахаться. — Гермиона нервно поправляла свою юбку, у нее все никак не получалось вернуть ее в исходное состояние. — Какая у тебя бурная фантазия. Еще что придумаешь, принцесса? — я подошел к ней, и одним движением повернул юбку, коснулся большими пальцами ее выпирающие тазобедренные косточки. — мы не разведемся. Малфои не разводятся. Так что готовься провести свою жизнь в моих объятьях, принцесса. — Хватит мне голову морочить! Ты это все говоришь специально, чтобы я разорвала помолвку. У тебя такой план? Раз не получилось меня трахнуть, так решил по другому достать? Так вот, усеки это на своем красивом носу, я разрывать помолвку не буду. Если ты хочешь это сделать, то делай сам, а не моими руками. Я не похожа на твоих предыдущих невест, меня таким не проймешь! — Гермиона нахмурилась. Она выглядела такой милой, когда злилась. — Изучила мою биографию? Да я смотрю, ты сталкер. Преследуешь меня? Уже установила слежку? А, принцесса? Или ты из ревности решила узнать, кто у меня был раньше? — я скрестил руки на груди, смотря на нее сверху вниз. Даже на своих каблуках она была низкой для меня. — Больно нужно! Обо всем этом было написано в газетах. Стоило лишь поднять архивы выпусков. И я же должна была знать, с кем мне предстоит провести ближайшие два года. Вот и изучала материал. — Гермиона заправила прядь волос за ухо. — А вот о тебе никакой информации в прессе не было. Откуда же ты вылезла, принцесса? Идеальная дочь, студентка, сотрудница. Кристально чистая репутация. Правда никто о тебе ничего не знает. Ты что-то скрываешь? — я провел взглядом по изгибу ее бедер. Ее биография меня совершенно не волновала, в отличие от ее попки. Интересно, как долго эта сучка будет ломаться? — Мне нечего скрывать. — Гермиона направилась к двери, я преградил ей дорогу, придерживая за талию. — ты мало получил? Плечо немного болело, но физическая боль меня практически никогда не беспокоила. Мне не хотелось ее так просто отпускать. Грейнджер подняла на меня взгляд. Ее зрачки были огромными в этой полутьме. — Поцелуй меня и я тебя отпущу, принцесса. — потребовал я, не давая ей вырваться из моих объятий. — Да пошел ты! — Гермиона ударила меня по груди и снова попыталась уйти. — Вот мне даже интересно, ты всегда был таким или только со мной? — Каким таким? Таким красавчиком? Таким харизматичным? Таким сексуальным? Да, всегда. — Я ухмыльнулся. Гермиона недовольно закатила глаза. — Таким придурком, Малфой! — Гермиона устало выдохнула. — пропусти меня немедленно! — Поцелуешь в щечку, тогда пропущу. — улыбнувшись ответил ей я. Что-то было приятно в том, что ее раздражать. Гермиона быстро чмокнула меня в щеку и лишь тогда я ее отпустил. — Держись от меня подальше! — напоследок сказала она мне. Вот это вряд ли получится. Меня магнитом тянуло к ней и я ничего с этим не мог сделать.