Нелёгкая жизнь тайного агента

      Этот город давно погряз во лжи и грязи. Серые фонари освящали такие же серые улицы, лишь подчёркивая мрак, что окружающие предпочитали не замечать. Сигарета во рту предательски закончилась, оставляя меня наедине со своими мыслями. Она была последней. Новый я не курю.       Люди проходили мимо, совсем не обращая на меня внимания. Я могу их понять. Быть слишком любопытным – страшно. Косой взгляд, одно неверное толкование – и твои мозги будут растекаться по стене в ближайшем переулке. Один прохожий резко отшатнулся – не от меня, а от собственной тени, упавшей на место, где час назад кто-то размазал по асфальту кровь.       Убийства, грабежи, разбой – повседневные события, которые не вызывают эмоций у окружающих. Нужно лишь переступить через тело и скорее спешить на работу. К таким же трусам, как и ты сам.       Заслуживают ли эти люди спасения? Я не знаю. Но я стану тем, кто их спасёт. Вернее, мне придётся им стать. И никто и никогда об этом не узнает – такая уж у меня работа. Действовать из тени, скрывая своё истинное нутро. У меня несколько имён, несколько личностей, но какая из них подлинная – не помню даже я.       Личность №99: Наблюдатель.

***

— Я обязательно буду ухаживать за Вашими фикусами, тётушка, — Ёсан закрыл дверь перед носом неугомонной женщины. На самом деле, он очень её любит и уважает, но сегодня, когда она решила съехать из квартиры, она превратила спокойную, размеренную жизнь студента в ад. Он мог бы её понять: не каждый день переезжаешь в соседний город, оставляя своим кровом нажитую квартиру чужому человеку. Он снимал комнату в её квартире уже год и за время совместной жизни они успели прижиться друг с другом, как настоящая семья – бабушка и её послушный внучок. Ёсан был благодарен женщине, потому что она заменила ему семью, с тех пор как он переехал в столицу, чтобы поступить на ту специальность, которая его интересовала. А именно – программирование. Создавать игры и новые механики на её основе было его целью.       Парень отошёл от двери, выдыхая, но тут же споткнулся о коробку, больно ударяясь босой ногой. В сердцах он проклял нового соседа, что должен был въехать завтра и все его вещи уже находились в квартире. Тётушка нашла его буквально за один день, и он внёс платёж сразу на пару месяцев вперёд, так что старушка не стала отказывать, но всё равно предупредила Ёсана держаться подальше, потому что слышала от друга-брата-свата, что он – какой-то бунтарь или вроде того. Ёсан не склонен верить слухам, так что не возражал. Оплачивать квартиру целиком в одиночку он бы не потянул.       В дверь постучались и Ёсан, закатив глаза, открыл её: — Да я как раз шёл поливать эти фикусы!       На пороге стоял парень в тёмных очках и кожанке, перебросив сумку через одно плечо. Он был одет очень просто – в белой футболке и узких джинсах, и выглядел очень уверенно. Он слегка приспустил очки и поднял бровь: — Привет, ты, должно быть, Ёсан? Приятно познакомиться, будем жить вместе. Меня зовут Чонхо. — Ох… — Ёсан замешкался. — Конечно, проходи. Мне тоже приятно.       Ёсан пропустил парня в квартиру, захлопывая за ним дверь. Их квартира находилась не в самом богатом районе города, но большой её плюс был в том, что он находился в десяти минутах ходьбы от университета и в двадцати – от его места работы. — Разве ты не должен был приехать завтра? — спросил Ёсан, пока Чонхо разувался и снимал свою куртку. — Так вышло, что приехать пришлось сегодня. Не вникай. Это всё мои вещи? — Чонхо осмотрел коробки, которыми была забита небольшая прихожая. — А чего же их в комнату не занесли? — спрашивал Чонхо, попутно открывая дверь в свою комнату. Она ударилась в другую коробку, преграждающую путь. Вся комната была заставлена коробками с неизвестным содержимым, будто парень переезжал сюда навсегда, а не только на время учёбы. — Ну, вот поэтому, — Ёсан пожал плечами.       Чонхо вскинул голову к потолку, произнеся что-то шёпотом. Ни то молился, ни то ворчал: — Прости, ты не будешь против, если я займусь уборкой немного позже? Я так устал с дороги. — Разумеется. Я в своей комнате, если что, то зови, — Ёсан помахал соседу рукой, когда тот скрылся за дверью. Чонхо показался Ёсану очень милым парнем, вежливым и приветливым. Ёсан не слишком разбирался в людях, так что просто надеялся, что они уживутся.       Ёсан вернулся в свою комнату, где большую её часть занимал компьютер. Разумеется, топовая видеокарта и большая диагональ экрана нужны были ему исключительно для учёбы. Исключительно для неё, да. Ёсан вовсе не пропадал в сетевых играх всё своё свободное время, и они ну совсем не мешали его учёбе. Он воспринимал их как практику для своих последующих проектов. По крайней мере, отец с матерью в это охотно верили и потому оплатили покупку Ёсана, но взамен – он должен был сам оплачивать свою квартиру. Ведь у него есть ещё две младшие сестры, которые тоже нуждались в родительской заботе. Ёсан обязательно ещё отблагодарит родителей за то, что они поверили в его мечту и отпустили в столицу.       На учёбе Кан Ёсана знали как добросовестного студента, который выполняет всю работу в срок и сдаёт экзамены на «отлично». И потому его даже не дёргали за частые пропуски. «Раздолбаи» – слово, которым преподаватели обычно описывали курс, на котором учился Ёсан. Поэтому стать лучшим студентом не составило труда, на удивление даже для самого Ёсана. Он горел своим делом и изучал языки программирования сам ещё со школьных времён. Так что на лекциях для себя он не находил почти ничего нового. Стараться ради повышенной стипендии приходилось совсем чуть-чуть.       Внезапно в дверь постучали. От неожиданности Ёсан дёрнулся. Наушники с грохотом приземлились на стол, а персонаж на экране погиб в то же мгновение. Ёсан с ужасом для себя осознал, что солнце уже давно ушло за горизонт и город погрузился в августовский сумрак. В комнате Ёсана было темно, но это то, к чему он привык.       Ёсан открыл дверь и обнаружил своего соседа, который был уже в домашней серой футболке и свободных красных шортах. Зачесав сырые чёрные волосы назад, Чонхо слегка отшатнулся, обнаружив отсутствие света в комнате: — Ой, ты спал? Прости, пожалуйста. — Нет-нет, всё хорошо. Что-то хотел? — Ёсан выглядел немного потрёпанным из-за наушников, его голубая футболка постоянно спадала с одного плеча, а серые штанины постоянно волочились по полу. Но даже не смотря на свой неряшливый вид и давно отросшие корни когда-то осветлённых волос, Ёсан был довольно чистоплотным. По крайней мере, если сравнивать с другими «дотерами». — Да, можешь показать, где здесь магазин? Нужно купить продуктов. Да и думал взять выпить. За знакомство, так сказать, — Чонхо подмигнул, рукой показывая жест опрокинутой рюмки. — Это дело мы любим, — Ёсан не удержался от улыбки. Он быстро выхватил кофту от своих штанов и поплёлся за соседом. По дороге выяснилось, что Чхве Чонхо перевёлся в тот же университет, только на другой факультет – юриспруденцию. И пусть учился он только потому, что на этом настояли родители, Чонхо не особо сопротивлялся их воле. Оказалось, что он на год младше, но парни сразу отказались от формальностей, предпочитая западный стиль общения. Никаких «хён и сомбенним».       Парни быстро нашли общий язык – оба увлекались играми, сериалами и в целом всем тем, что можно назвать «гик-культурой».       С едой тоже оказалось всё довольно просто: никакой правильной пищи. Лапша, снеки и пиво – весь их рацион. Они договорились готовить «человеческую» еду два раза в неделю по очереди, а на продукты скидываться пополам.       В общем, Ёсан был доволен своим соседом более чем. Чонхо тоже Ёсан пришёлся по душе. Когда он впервые его увидел, то подумал, что он какой-то художник или писатель. Выглядит он слишком «возвышенно» для обычного человека. Чонхо даже готов признать, что его сосед очень красивый для мужчины, но Ёсан от комплимента только отмахнулся, прося больше не упоминать его внешность. Он густо покраснел и разлохматил волосы, отворачиваясь. А Чонхо в тот момент, кажется, словил свой первый микроинфаркт. Конечно, Ёсану он об этом не расскажет.

***

      Отчёт №1: Объект «Сосед» проявляет дружелюбие. Конфликтов не ожидается. Продолжаю наблюдение.

***

      Разговор шёл плавно и оба парня смеялись, пока озадаченный кассир пробивал им ананас – самую «человеческую» еду, которую эти двое смогли представить. — Карта заблокирована, — кассир подал голос еле слышно, отчего-то пугаясь вечерних гостей. — О, должно быть, это какое-то недоразумение, возьмите наличные, — Чонхо был удивлён ведь раньше никогда не сталкивался с блокировкой карты. Он поблагодарил сам себя, что закинул в карман кошелёк. А иначе поставил бы себя в неловкое положение перед новым соседом. — Всё в порядке? — лицо Ёсана возникло перед лицом Чонхо очень неожиданно, да так, что задумчивый парень аж подпрыгнул на месте, чем очень рассмешил соседа. Они оба взяли по пакету с едой и закусками и поплелись обратно домой. Магазин находился неподалёку от дома, но Чонхо отметил, что он был достаточно дороговат для магазина в спальном районе. Внезапно телефон Чонхо зазвонил, прерывая разговор о недавно вышедшей дораме. — Отец..? Да… Да как? И как я по-вашему…? — Ёсан предпочитал не вмешиваться в разговор, а только притворялся вешалкой, идя за соседом. И совершенно неважно, что вешалки не ходят. Тем более по улицам. Главная его суперспособность – отрекаться от мира. Ёсан быстро уходил в себя, погружался в собственные мысли с головой, и поэтому даже не заметил, что они уже были дома. Чонхо своим ключом отворил дверь, по-прежнему ругаясь по телефону.       И лишь когда Ёсан собирался скрыться в своей комнате, Чонхо закончил разговор на грустном выдохе. Переглянувшись с обеспокоенным соседом, Чонхо лишь пожал плечами и грустно открыл себе банку пива: — Если в двух словах, то мне нужна работа. — О, отлично. У нас в ресторане как раз есть свободная вакансия, если не возражаешь, то давай завтра сходим вместе? — с радостью предложил Ёсан, забивая свободную полку чипсами. — У тебя ресторан, а ты живёшь в этой конуре? — удивился Чонхо.       Ёсан резко обернулся, удивлённый не меньше: — Ты дурной? Я – официант.

***

         Досье объекта №1:

Имя: Сосед, Паук.

Возраст: неизвестно.

Вид деятельности: хакер-одиночка. Взлом, подмена транзакций, создание фантомных счетов.

Характеристика: неконфликтный, неподозрительный.

Уровень опасности: низкий.

Заметка: плетёт сети из кода, сам не подозревая, что угодил в мою. Является самым уязвимым в банде и потому стал случайной жертвой. Продолжаю наблюдение.

         Я мысленно извинился перед наивным мальчишкой. Он думает, что тащит в пасть хищника добычу, но она напичкана ядом. Его позже обвинят в предательстве, возможно даже убьют. Но я честно постараюсь раскрыть их быстрее, чем они меня.

***

— Завтра я приведу кое-кого. Он ненадëжный, подозрительный и появился в моей жизни в очень удобный момент, — Паук не церемонился, сразу бросив папку с «чистым» досье на стол, следом приземляясь рядом. Сирена чуть не взвыл от наглости, но сдержал свой гнилой нрав при боссе, мысленно обещая вырвать Пауку все его «лапки» при подходящем случае.       Граф даже бровью не повëл, с интересом рассматривая, как переливается виски в его бокале. Лëд медленно покачивался, нещадно плавясь под чутким взглядом. — Ты только что назвал три причины, по которым мы не можем его взять? — бровь Сирены изогнулась, выражая недоумение. — А ещё он исполнительный, имеет сильное желание подчиняться Графу и чист, что очень важно для следующего дела, — Паук скрестил руки, продолжая сидеть на краю стола босса. — Намекаешь на мой проëб? — Сирена цыкнул, смотря куда-то в сторону. — Грязно играешь. — Учился у лучших. У тебя.       Сирена закатил глаза, а Граф наконец-то перестал гипнотизировать бокал взглядом и опрокинул содержимое в свой желудок, сильно поморщившись. С глухим стуком он поставил стакан на стол, чем заставил обоих подчинённых вздрогнуть: — Пригодится. Если что, то просто уберëм его. Не первый год работаем, а вы всë так же собачитесь. Клянусь, закатаю в бетон обоих, если из-за этого сорвëтся сделка, — Граф не угрожал. Он констатировал факт. И от этого обоих парней передëрнуло. Эта перспектива не нравилась обоим. Ещё раз злобно переглянувшись с Сиреной, Паук вышел из кабинета, попутно кивая Скале.       И всë-таки Наблюдатель был очень подозрителен.

***

— Вот здесь я и работаю, — Ëсан рукой показал на задание, что несильно выделялось на фоне других. Если бы не табличка с броским названием «Fix on», то Чонхо бы вряд ли подумал, что это ресторан. Хотя, возможно, глаз замылился после учëбы, потому что они пошли сюда сразу после пар. — А что с названием? — Чонхо заметил, что буквы на вывеске странно дублировались, когда они подошли ближе. — А это фишка такая. «Fix on» днëм – ресторан для клерков и семей, а ночью – «Fix off» – клуб для молодëжи. — Странный выбор контингента. Ваш начальник вообще умеет бизнес вести? Звучит как бред. Если он не может определиться даже со своей концепцией, то как выходит в плюс? — Спроси у него сам, — Ëсан пожал плечами. — Моë дело маленькое – платят и ладно.       Парни вошли через главный вход. Зал, слегка душный, сразу встретил их приятным ароматом приготовленных блюд, а взгляд притянула большая диджейская установка на втором этаже.       Хостес даже не поднял на ребят взгляд, но привычным любезный тоном произнëс: — Добро пожаловать в «Fix on», Вы бронировали столик? — он перестал листать какой-то журнал и, наконец, взглянул на гостей. Он тут же узнал Ëсана и мгновенно расслабился. — О, привет. Это друг, о котором ты рассказывал?       Хостес оценивающе оглядел Чонхо с ног до головы. Что-то про себя отметив, он довольно улыбнулся. — Иди переодевайся и приступай к работе. Людей пока что не так много, но через полчаса начнутся первые брони. Уëн пока что справляется, но всё равно спроси не нужна ли ему помощь, — Ëсан кивнул, выходя из ресторана, оставляя Чонхо наедине с незнакомым парнем. — Пойдëм, Минги, наш работодатель, должен быть у себя.       Парень учтиво проследовал в зал, захватив с собой папку с меню, скорее по привычке. Чонхо понял это, когда парень сам обратил внимание на свой неосознанный жест и слегка стукнул себя этим же меню по лбу, неловко улыбаясь: — Ох, прости, я сегодня так плохо соображаю. Я не представился. Меня зовут Пак Сонхва. Я хостес и администратор. Твой непосредственный начальник, если тебя устроит договор. — Чхве Чонхо, — Чонхо кивнул, рассматривая чистые и аккуратные столы. Признаться, он ожидал худшего.       Вообще, Чонхо ещё не говорил Ëсану, но его отец и сам владеет ресторанным бизнесом. Так что внутренняя кухня такого заведения для Чонхо, как родной край.       Они быстро прошли весь зал и поднялись на второй этаж с танцполом, где так же находился довольно большой бар. За стойкой лениво читал книгу бармен, чем сразу привлёк внимание администратора: — Юнхо, ты уже всё сделал? — Сонхва остановился, грозно уперевшись рукой в бок. — У меня давно всё готово, — Юнхо махнул рукой, не отвлекаясь от книги. — Лёд есть, стаканы готовы, запасы соломинок пополнены.       Сонхва подозрительно прищурился, но всё равно сдался: — Ладно, живи пока. Минги у себя? — Ага, — Юнхо резко отложил книгу. — Скажи, чтобы он заказал ещё несколько сиропов. Он пропускает мои слова мимо ушей! — Он всё ещё их не заказал? — Сонхва удивился, а после достал телефон из кармана, быстро что-то листая на экране. — Ладно, сейчас втык дам.       Юнхо благодарно кивнул и дружелюбно помахал Чонхо. Сонхва повёл новенького дальше – дверь для персонала находилась сразу за баром. Они попали в небольшой коридор, где находились ещё несколько дверей: подсобные помещения, раздевалка для персонала и ещё несколько неподписанных дверей. В этом же коридоре находился вход для персонала, выходящий на лестничную площадку. Они даже столкнулись с уже переодетым Ёсаном по пути. В конце коридора находился нужный кабинет.       Сонхва, даже не удосужившись постучаться, быстро толкнул её, сразу начиная разговор с претензии: — Почему сиропов до сих пор нет? Они нужны уже завтра! И почему я узнаю об этом только что?       Минги, заполняющий какие-то документы за компьютером, подпрыгнул от неожиданности на месте, опрокидывая стакан на стол. Благо, тот был накрыт крышкой (видимо, такая ситуация была не в первый раз). Босс, поняв, что произошло, удручающе уронил голову на стол.       Сонхва улыбнулся, прикрывая лицо меню и обернулся к Чонхо, указывая на стул, что стоял напротив стола.

***

      Досье объекта №2:

Имя: Граф.

Возраст: неизвестно.

Вид деятельности: глава Синдиката. Имеет несколько легальных контор по отмыву денег. Замешан в нескольких мировых скандалах, но избежал ответственности.

Характеристика: властный, агрессивный.

Уровень опасности: ЗАПРЕДЕЛЬНЫЙ.

Заметка: неизвестно, кто его крышует, но это явно люди из Правительства. Возможно, даже кто-то из «своих». Не могу делать выводы, пока не соберу достаточную доказательную базу. Остаётся делать всё, чтобы не попасть под подозрение.

***

      Отчёт №2: Внедрение прошло успешно. Я вызываю опасение у других членов Синдиката, но под протекцией Паука, могу пока что залечь на дно и продолжить сбор информации и улик. Намечается крупное дело, после которого, вероятно, меня попытаются убрать. Но я сделаю всë возможное, чтобы произвести впечатление на Графа. Продолжаю наблюдение.

***

       Сонхва отвёл Чонхо обратно к бару, попросив подождать. Юнхо сразу отвлёкся от своей книги, обращаясь к новому официанту по имени: — Чонхо? Приятно познакомиться. Будем дружить? — Как в детстве? — Чонхо улыбнулся, протягивая руку новому знакомому. Внезапно их любезности прервали два голоса, доносящихся с лестницы.       Ёсан вместе с другим официантом тоже поднялись на второй этаж. Уён, как понял Чонхо, сразу упал на барный стул рядом, лбом ударяясь в чистую стойку: — Скажи, что ты куришь, пожалуйста, — раздался гнусавый голос парня. — Увы, обрадовать тебя нечем, — Чонхо пожал плечами, переглядываясь со своим соседом. Оба официанта были в форме – серой рубашке-поло с растёгнутыми пуговицами, а на талии были аккуратно зацеплены чёрные фартуки, почти до самого колена. В ушах обоих парней Чонхо, с удивлением для себя, обнаружил ушную гарнитуру, проводами уходящую куда-то за спину. В карманах обоих торчали блокноты и ручки, что было достаточно старомодным – в ресторанах отца официантами давно использовались собственные телефоны.       Уён издал разочарованный вздох. — Я тебе сразу сказал, — Ёсан говорил куда-то в сторону, аккуратно поглядывая в зал сверху. — Я понадеялся, что ты специально вредничаешь. Сана ждать ещё два часа, я не доживу без сигарет. Напишите в моей эпитафии, что я умер из-за жестокости начальства. Сонхва – зверь. — Не запугивай новых работников, — посмеялся Юнхо, находя у себя в закромах какие-то стаканы. Все четыре он заполнил колой. — Попроси сигареты у Минги. Он точно курит у себя в кабинете, пока Сонхва не видит, но у меня пока что нет доказательств, — он улыбнулся, поднимая стакан вверх. — Не хочу попадаться ему на глаза, — ответил Уён, когда все парни выпили за знакомство. — Он сказал, что, если я опоздаю ещё хоть раз – буду танцевать в клубе в качестве стриптизёра. А я с тех пор уже два раза опоздал. — «С тех пор»? И как давно ты его избегаешь? — спросил Чонхо, этот парень нравился ему всё больше и больше. — Неделю, — просто ответил Ёсан, на что Уён только ещё громче застонал. — Я жду, пока он забудет, — Уён нервно почесал нос. — А я напомню, — внезапно заявил Юнхо, явно загораясь какой-то идеей. — И что ты хочешь за молчание? — Уён сверлил коллегу глазами. — Естественно, будешь дегустировать новые рецепты. Я столько всего нового отрыл в интернете! — в руках Юнхо тут же материализовался телефон. — Ещё и в выходной сюда переться? — обречённо спросил Уён, пока Юнхо с интересом показывал всем какие-то коктейли. — Только давай ты больше не будешь смешивать водку с молоком? — В этот раз это будет ром, — гордо заявил бармен. И Уён даже оживился, пока он не продолжил. — С молоком.       Внезапно оба официанта дёрнулись, будто их ударило током. Уён быстро достал свой наушник, давая послушать Чонхо. В наушнике он сразу узнал голос администратора: — Клянусь, вам обоим не поздоровится, если я не увижу ваши задницы в зале через минуту. Особенно это касается Уёна. Если ты опять в гостевой курилке, то я тебе глаз на жопу натяну. И я уже иду!       Ёсан посмеялся в кулак, мигом отправляясь к лестнице. — Иногда он пугает до смерти и орёт, как сирена, — Уён воткнул наушник обратно. Он быстро выглянул на первый этаж и, заметив Сонхву, что направлялся к курилке, расположенной на первом этаже возле входа в ресторан, поспешил вниз, чтобы как раз успеть проскочить мимо.

***

      Отчёт №3: Члены Синдиката придерживаются строгой иерархии, внутри которой я – лишь пылинка под ногами Графа. Один неверный шаг и моей конспирации конец. Удалось выяснить, что некий «Сирена» – главный советник Графа. Отношения между ними – тайна, покрытая мраком. Но я – тот, кто призван осветить эту тайну. Продолжаю наблюдение.

***

      Дверь с грохотом открылась, и все, кто находился в комнате, включая меня, сразу подняли глаза. Это был Граф. Пыхтя от злости, он вошёл в комнату, втаскивая Тень за волосы, на обозрение всех присутствующих: — Ещё один косяк – и будешь сосать не сигареты, а члены у своих новых «клиентов». Усёк? Пока ты здесь – ты следуешь моим правилам! Ещё один проёб – продам твою задницу сутенёру.       Он закончил свою фразу унижающей пощёчиной. Тень упал на пол, закрывая лицо руками, а разозлённый этим жестом Граф пнул подчинённого ещё пару раз в живот, прежде чем покинул комнату.       Сирена, зло посмотрев на Тень, верной собачкой поплёлся за боссом. По его взгляду было ясно: он предвкушал, какие проблемы на этот раз создал им этот несносок. Если бы не его талант, Сирена лично бы припорошил землёй его могилу. Но увы, пока он приносит пользы Синдикату больше, чем проблем.       Тень ещё лежал на полу, когда рядом с ним присел Паук: — Ты не сдержался и в этот раз?       Внезапно Алхимик, что сидел рядом со мной на неудобном диване, разразился громким смехом: — От моих смесей ещё никто не отказывался, запомни это уже, Паук. Всего грамм – и ты тоже будешь в моей петле. — Эй! — подал голос Тень. — Дай что-нибудь, что приглушит боль.       В следующую секунду к ногам Тени уже прилетел плотно закрытый зиплок-пакетик с дурным веществом. Его руки тут же потянулись к заветной дозе, но Паук первым перехватил его запястья: — Остановись, — строго приказал он. Они ещё с минуту играли в гляделки, пока Паук не сдался первым. Он отпустил его руки, отворачиваясь от бывшего друга. Он вернулся ко мне, на освободившееся место. Алхимик уже куда-то пропал. — Знаешь, я так ненавижу это, — еле слышно произнёс Паук, откидываясь на спинку дивана и закрывая глаза.

***

      Отчёт №4: В рядах Синдиката есть недовольные? Что задумал Паук? Неужели это внутренний раскол? Грядёт ли переворот? Продолжаю наблюдение.

***

— Пойдём, — Сонхва нежно прикоснулся к спине Чонхо, прерывая их разговор с неугомонным барменом. Они вернулись в помещение для персонала. — Ходить в уличном – непрофессионально, — улыбнулся администратор, скрываясь в одной из неподписанных дверей и вернулся, держа в руках аккуратно сложенную серую рубашку. — Переоденься в раздевалке. Это рубашка Сана, но не переживай, она чистая. Надеюсь, она не окажется великоватой.       Рубашка Сана оказалась мала. Чонхо не привык к обтягивающим вещам и чувствовал себя немного смущённо. Но Сонхва похвалил юношу, говоря, что тот отлично выглядит. Он помог Чонхо с фартуком, параллельно зацепляя аппаратуру. — Я буду давать указания, а с кухни будут объявлять номера столиков, которые ты будешь обслуживать. Слушай внимательно, а то шеф будет кричать. Хотя он в любом случае будет кричать, но я бы не хотел, чтобы ты ввязывался с ним в конфликт, хорошо? Я познакомлю вас позже, а сейчас послушай, как это работает.       Сонхва вышел из раздевалки, а его голос тут же послышался из наушника: — Ёсан, подготовь столик у окна на три персоны, в течении пятнадцати минут подойдут.       Администратор сразу показался в дверях: — Ну как? Хорошо слышно? — Чонхо кивнул, понадёжнее закрепляя гарнитуру. — Сегодня понаблюдай за парнями, а со следующей недели начнём обучение. И постарайся выучить меню, я буду строго оценивать. Но главное помни – ты можешь задавать мне любые вопросы, даже если сам посчитаешь их глупыми, хорошо?       Они спустились обратно на первый этаж, где зал постепенно наполнялся людьми и шумом. Чонхо не знал, куда податься, чтобы не выглядеть странно, когда мимо него с подносом в руках прошёл Уён. На секунду он замер и тыкнул пальцем в грудь Чонхо: — Это рубашка Сана? — А? Как ты понял? Она где-то подписана? — Чонхо начал осматривать место, куда ткнул Уён, хотя был уверен, что уже осматривал рубашку и не заметил на ней ничего примечательного. — Да я его рубашки вижу чаще, чем здешнее меню, — гордо заявил парень. — К нему домой как не зайдёшь – они вечно сохнут после стирки. У него их штук двенадцать, наверное.

***

      Наблюдать за обдолбанным Тенью было неприятно. Жалко осознавать, что тот, кто нуждается в помощи лежит прямо на полу в бессознательном состоянии, а я даже повлиять на это не могу. Паук больше не сдвинулся с места, подтверждая свой позывной. Притаился, будто ожидал жертву, что запутается в его паутине.       Но этот трюк не сработал бы, даже если бы я был на десять лет моложе. Не того противника ты для себя выбрал.       Дверь, вопреки ожиданиям, всё равно открылась, впуская внутрь ещё одного члена Синдиката – того, о ком меня предупреждали ещё в штабе. Он вошёл, и воздух стал гуще. Сирена, этот пёс, виляющий хвостом перед Графом, держался с ним на равных. Его статус высок.       Он вернулся с «зачистки». На одежде – ни пятна, а обувь выглядит так чисто, что, клянусь, не побрезговал бы её облизнуть, если придётся. Он оглядел комнату, задерживая взгляд на теле на полу. Поморщился, будто тот испортил воздух одним своим видом. Не сказал ни слова.       Но его тишина опаснее любой угрозы. Возможно, он уже в курсе о моём внедрении. Нужно избегать прямого взаимодействия любой ценой. — Скала? — Сирена заглянул в комнату и оба обменялись жестами и взглядами. Сирена кивнул и сразу вышел. Я не успел ничего заметить. Неужели они использовали какой-то шифр?       Скала подошёл к Тени, легко поднимая того с пола, будто пушинку, что совсем ничего не весит. Внезапно Тень закряхтел и пришёл в себя, резко дёргаясь в чужих руках. Скала быстро сообразил, поставив того на пол. Тень опорожнил содержимое желудка прямо на пол, а Скала отпрыгнул от него, как не отпрыгнул бы даже от гранаты.       В комнату вошёл Алхимик с тазом. Он озадаченно посмотрел на Тень и Скалу, а после на свою тару и почесал голову: — О, как. Значит, он опять похудел. Буду иметь в виду. — Урод… — тихо прошептал Паук.       Скала не дал обессиленному снова упасть, лишь придерживал его так, чтобы не замарать свою одежду. Он аккуратно повёл его к двери, как внезапно опять дёрнулся. Из носа Тени хлынула кровь, и тот сразу, будто специально, прижался к Скале – всем телом, слишком тесно для случайности. На секунду мне показалось, что Скала не отстранился. Наоборот – его пальцы сжались на плече Тени, коротко, почти незаметно. А потом кровь уже была на рубашке, и Скала отдёрнул руку, будто обжёгся. — Тц, третья за сегодня, — впервые подал голос Скала. — Я запишу её в часть твоего долга. — Делай, что хочешь, — лишь простонал Тень. Алхимик уже откуда-то достал чистую тряпочку, подсовывая её Тени – заранее знал, что произойдёт.       Тень поднял расфокусированный взгляд на Скалу. В них не было ни страха, ни злости – что-то другое. Я не успел понять, что именно: Скала уже отвернулся, увлекая его за собой. — Ни грамма, ты понял меня? — предупредил Паук, пока Алхимик достал блокнот, ведя записи о том, как вещество подействовало на случайного подопытного. Я оглянулся на Паука, пока тот с нескрываемой злобой наблюдал за происходящей картиной.

***

— Какой сегодня день, не напомните? — внезапно спросил Уëн.       Сонхва, что стоял рядом, мгновенно изменился в лице. Он сначала побледнел, а потом покраснел, а после, кажется, позеленел от злости: — Прости, Чонхо, но не мог бы ты не делать выводы о нас после... Этого? — Сонхва не уточнил чего именно, лишь, озираясь по сторонам, закрывая лицо меню, пошëл в подсобное помещение, что показывал Чонхо ранее.       Уëн и Ëсан тактично помалкивали, но в глазах обоих плескались черти. И лишь когда к ним спустился хихикающий Юнхо, они, наконец, пояснили: — Даже любопытно, что этот клоун в этот раз придумает, — смахивая слезу из глаза, сказал Уëн. — Раз в месяц, а именно в этот день, наш диджей устраивает специальные... перформансы, — пытался подобрать слова Ëсан. — Когда-то он и наш администратор состояли в отношениях. И каждый месяц, в день их расставания, Хонджун пытается вернуть его обратно, используя... Ну самые разные способы. — Это происходит уже на протяжении полугода, — кивнул Юнхо. — В прошлый раз это был двухуровневый торт. А два месяца назад пять или шесть курьеров притащили цветы. Тут всë было усеяно розами. — Он даже столько не зарабатывает! — возмутился Уëн. — Если он эту хуйню в долг делает, то Сонхва прав, что не возвращается к нему. — А чего ж этот ваш Минги его не уволит просто? Раз уж он доставляет неудобства, — не понял Чонхо. — Цитата: «Мне этот кринж так нравится, я хочу, чтобы это продолжалось». Он иногда с попкорном приходит посмотреть, — легко рассмеялся Юнхо.       Внезапно их разговор прервал шум микрофона, гулом привлекающий к себе внимание: — Добрый вечер, дамы и господа! Скажите, а бывало ли у Вас такое, что по собственной ошибке, Вы теряли самое дорогое и ценное, что у вас есть? У меня, к сожалению, было. Поэтому сегодня, подстать упадническому настроению, будет играть грустная мелодия до тех пор, пока я вновь «это» не обрету. Спасибо за внимание.       А после зал снова погрузился в уютную атмосферу музыки с налëтом грусти. — Этот клоун перешëл на шантаж, — Уëн неодобрительно цокнул, скрестив руки. — Наверное, совсем отчаялся, — Ëсан покачал головой. — Но тактика хороша. В клубе не может играть такая музыка, а значит Сонхва обязан будет подойти. — Хорош, чертяка, продумал этот ход, — кивнул Юнхо. — Теперь интересно, чем ответит Сонхва. Пока что 1:0. — Матом ответит, чего тут думать? — пошутил Уëн. — И будет прав. — А знаете из-за чего расстались хоть? — спросил любопытный до сплетен Чонхо. — Изменил, — тут же бросил Уëн.       Чонхо и Ëсан ахнули. — Да не доказано, — Юнхо покачал головой. — Я уверен, что Хон с теми бабами обсуждал, как он любит своего ненаглядного. А этот драму разыграл на пустом месте. — Сонхва жаловался, что Хонджун совсем ушëл в работу и перестал ему внимание уделять, — почему-то шëпотом сказал Ëсан. — Ну и вот теперь вниманием «наслаждается». Я уверен, что ему это самому нравится, — Уëн выудил из фартука телефон и быстро начал скролить свою ленту в поисках чего-то. — Вот, смотри.       Уëн протянул телефон Чонхо, показывая фотки. Лица на фотках не было, лишь огромное количество цветов и описание: «Ну только мой придурок так может». С красным сердечком в конце. — Это его закрытый аккаунт, — посмеялся Уëн в кулак.

***

      Досье объекта №3:

Имя: Шут.

Возраст: неизвестно.

Вид деятельности: влияние на разум толпы с помощью звуковых волн. Аудионаркотики.

Характеристика: хитёр, настойчив.

Уровень опасности: не выявлен.

Заметка: имеет непростые отношения внутри Синдиката. Общее прошлое с Сиреной. Они были сообщниками? Как они встретились? Может ли Граф спонсировать самодеятельность Шута? Данных недостаточно.

***

— Ты и дальше собираешься притворяться, что между нами ничего не было? — Шут сидел насупившись, словно обиженный ребëнок. Карандашом в руке он отбивал какой-то ритм, тихо стуча по столу, чем сильно нервировал своего собеседника. — Ты же не думаешь, что этот трюк пройдëт со мной дважды? — Сирена проигнорировал вопрос, взглядом уперевшись в подельника. Шут цокнул и отложил карандаш. Когда-то с помощью этой техники он затащил безобидного паренька в свои сети, а что же сейчас? Он стоит выше него в иерархии, выше него по статусу. Да даже по росту, как бы горько это не было осознавать.       В глазах Шута всë ещё свежи воспоминания об их первом деле. Огромный фуршет в музее, где собрались все сливки общества. И они: два голодранца, что сорвали большой куш. Сирена, притворившись знаменитостью, попал в зал, а после дело оставалось лишь за малым – гипноз через колонки и вот Шут и Сирена, новые члены Синдиката, принесли такую прибыль, какую ещё не приносил никто до них. Это был фурор, победа, триумф…       Когда же они стали теми, кем являются сейчас? Почему Сирена больше не смеëтся с его шуток, а лишь раздражëнно закатывает глаза, а после и вовсе уходит от разговора? В какой момент Шут стал... Посмешищем? Тень с Алхимиком его не уважают, Скала презирает. Это известно всем, это не скрывается.       Но Граф не ошибается в тех, кого принял в банду. Именно Шут будет смеяться последним.

***

      Домой Чонхо и Ёсан вернулись в хорошем расположении духа. День прошёл спокойно и без эксцессов, что иногда, но всё-таки происходили в рабочие дни. — Приготовим что-нибудь к ужину? — предложил Чонхо. — У меня ноги отваливаются, так что я пас. Да и завтра к первой паре. Мы делаем какой-то важный проект, который сдавать на следующей неделе, а я ещё даже документ не создал, — удручённо сообщил Ёсан из своей комнаты. — Делаешь всё в последний момент? — Обычно нет, просто так вышло. Там программу используют, которой давно никто не пользуется, и мне совсем не хочется лезть в эти доисторические дебри. Но если не сдам, то лишусь стипендии. А если её не будет, то придётся брать больше смен или умирать с голоду, — Ёсан говорил с улыбкой, пока шёл в душ. — А спортом ты занимаешься? — внезапно спросил Чонхо, из-за чего Ёсан резко остановился.       Не смотря на Чонхо, он внезапно слишком быстро и неуверенно ответил: — Да, — а после так же резко закрыл за собой дверь, оставляя Чонхо недоумевать.

***

      Я шнырял по зданию главной базы, как я для себя её пометил, в поисках улик. Пустая болтовня пешек меня не особо интересовала – они не говорили ничего, чего я бы уже не успел узнать. Конечно, я не расспрашивал о происходящем всех и каждого. Непрофессионально. Да и подозрения вызывать к себе – опасно. Сирена почти не спускает с меня глаз, но пока у него на меня ничего нет, можно не беспокоиться.       Я решил спуститься в подвал, но, к своему сожалению, не смог ничего обнаружить. Я уже даже собрался уйти, как внезапно до моих ушей добрался странный звук, что исходил из едва прикрытой двери. Там находился что-то вроде спортзала. Вернее, там висело пару груш да пара гантелей. Неужели этим залом действительно кто-то пользуется?       Тенью прошмыгнув к двери, я заглянул внутрь, стараясь не выдать себя. Но картину, представшую моему взору, кроме как удручающей назвать было нельзя.       Паук с остервенелой злостью бил… не грушу. Он будто хотел причинить боль себе, пока бил грушу. Перчатки валялись тут же, у его ног. На одной из костяшек уже стёрлась кожа, но Паук не останавливался.       Я больше не скрывался. Я открыл дверь и вальяжно вошёл внутрь, пусть меня никто и не приглашал. Но Паук он… будто нуждается в по… Я использую его слабость в своих целях. Осталось только понять, что его связывает с Синдикатом. — Эй, — окликнул я Паука, плотно закрывая за собой дверь. Но Паук не останавливался. — Заткнись, если не хочешь быть на её месте, — зло сказал Паук, почти плюясь ядом. Но меня подобным не пронять.       Я лишь усмехнулся, выискивая глазами нужный мне инвентарь. Нашёл. Быстро подняв боксёрские лапы в углу комнаты, я подошёл к Пауку, и с силой надел на него его перчатки, а сам, зацепляя лапы, приготовился к разговору.       Первые удары были сильными. Я едва успевал перехватывать летящие в себя кулаки, ставя блок лапами. По его движениям я понял: он был не здесь, он бил не меня. Наш поединок длился ещё минут пятнадцать, пока Паук наконец не выдохся. Ударив меня в последний раз, он остановился, так и замерев в неестественной позе. Я не видел его лица, лишь наблюдал, как капли пота стекают по его шее, скрываясь за воротником рубашки. Я поднял глаза и внезапно понял, что это был не пот. — Пока я здесь… он там… его там… — голос Паука дрожал, а глаза снова и снова наполнялись слезами. Его плечи тоже затряслись, а рука, которой он держал меня на расстоянии бессильно упала вниз. Вслед за ней на пол опустился и сам Паук, опуская голову.       Я быстро стянул лапы, присаживаясь рядом. Этот мальчишка… Я просто прижал его голову к себе. Простой жест, но только так я смогу его успо… втереться к нему в доверие. Да. Я делаю всё только ради этой цели. — Ты расскажешь мне что случилось? — тихо попросил я, когда Паук начал успокаиваться. Внезапно он оттолкнул меня, что мне пришлось даже упасть, больно ударяясь коленом об пол. — Какого хрена? — лишь спросил Паук, быстро поднимаясь. Он потянулся руками к лицу, но тут же понял, что перчатки ему только мешают. Ртом он отцепил липучку, гневно бросая перчатки в сторону, а сам не сводил с меня глаз. — Какого чёрта ты вообще пришёл сюда? — А как, по-твоему, я должен был себя повести? Просто уйти? — Да! — почти выкрикнул Паук. — Просто уйти! — Как я могу уйти, если вижу, что ты страдаешь? — почему-то я тоже разозлился. Нужно сейчас же успокоиться и взять себя в руки. — Я? Это я страдаю? Это, по-твоему, страдания? Тень – единственный, кто сейчас страдает! Ему нужна помощь, а не мне, — Паук отвернулся, пытаясь унять слёзы, что опять потекли по его лицу. — Ему? Почему? — слабость обнаружена. — Ты знаешь где сейчас Тень? — в полголоса спросил Паук. — Нет, — честно ответил я. Я действительно не видел его с тех пор, как Скала унёс его несколько часов назад. Я даже не задумывался об этом. Но неужели…?       Я знал, что люди могут привыкать к боли. Я не знал, что можно привыкнуть любить того, кто привык к боли. — Скала всегда делает с ним это, когда возвращается со своих заданий, — Паук опустил голову, продолжая говорить в полголоса. — Я знаю, что ему нравится. Знаю, что он сам желает быть с ним… Но я не могу этого принять. Я знаю, что ему сейчас больно. И знаю, что ему нравится чувствовать эту боль. Только испытывая боль, он перестаёт чувствовать себя пустым, никчёмным, ненужным. Я знаю это! Знаю! — плечи снова затряслись, а Паук перестал себя сдерживать. — Но я не могу… Я не хочу видеть, как он ломается и дальше. С каждым днём ему всё хуже. Алхимик ему ещё и дурь толкает. Я не хочу видеть, как он умирает, понимаешь? — Паук схватился за свои волосы, пытаясь хотя бы так унять свою боль.       И я действительно понимал. Я встал рядом, за его спиной. Но не произнёс ни слова. Лишь ждал, пока Паук сам прыгнет в мою ловушку-объятия. Я буду тем, кто вытащит тебя из этой передряги. Я буду тем, кто спасёт Тень. Я буду тем, кто спасёт тебя. И мир.

***

         Отчёт №5: Миссия обрела побочные цели. Но кто, если не я, справится со всем, что будет стоять у меня на пути? Опасность подстерегает даже членов Синдиката. Неужели не все из них подонки? И кто окажется следующим на пути к спасению? Продолжаю наблюдение.

***

«Почему Чонхо спросил про спорт? — задавался вопросом Ёсан, мыля голову. — А киберспорт вообще будет считаться?» — не унимался он, немного хихикая над своим ответом.       Чонхо закрыл ноутбук и долго сидел неподвижно. В соседней комнате шумела вода. Ёсан всё ещё был в душе. Чонхо вдруг отчётливо представил, как тот стоит под горячей водой, закрыв глаза, и пытается ни о чём не думать. Просто стоит. Просто дышит. «Я идиот», — подумал Чонхо. И пошёл на кухню резать лук для совместного ужина.

***

      За месяц Чонхо так ни разу не застал Ëсана за занятием спортом, даже когда входил в его комнату без стука.       Ëсан первое время вздрагивал от появления внезапного гостя, но с удивлением отметил для себя, что вечерами даже ждал, пока Чонхо войдëт в его комнату перед сном, чтобы снова поворчать, что Ëсан сидит в темноте.       Ёсан воспринимал это как заботу, такую же, как и утренний чай, который Чонхо заботливо наливал ему с самого утра, даже когда их расписания не совпадали. Чонхо всегда просыпался рано, делал зарядку, а после шёл завтракать. Ёсан слышал его из своей комнаты. А потом выслушивал нотацию о вреде бессонных ночей.       Ёсан уже даже почти переименовал Чонхо в телефоне в «маму». Настолько его забота ощущалась родной и такой правильной.       Чонхо легко выучил меню и быстро освоился на работе, пусть иногда и косячил: однажды он уронил целый поднос со стаканами и даже был готов оплатить их, но Минги только посмеялся, а Сонхва погладил его по спине и спросил, не поранился ли тот. Юнхо только ворчал, и заставил его позже остаться на ночь, чтобы помочь их мыть, потому что сам бы не успевал с таким малым количеством. А на следующий день Минги притащил новые, и ситуация рассосалась сама собой.       Ещё Чонхо нравилось наблюдать за тем, как работает Уён. Он всегда находил общий язык даже с самыми капризными клиентами. Особенно с детьми. Некоторые клиенты даже специально просили Уёна обслуживать их, что наверняка было неприятно слышать Ёсану. Но Уён потом делился с ним чаевыми, пусть Ёсан ничего и не просил.       Ещё одним приятным человеком оказался тот самый Сан. Оказалось, что они с Уёном дружат ещё с младших классов и живут на одной лестничной площадке (читать как Уён постоянно находится у Сана). Чонхо даже подумал, что если бы Сан не был таким внимательным и заботливым, то Уён бы наверняка перестал забывать свои сигареты/зажигалки/ключи. Но пока у него есть Сан, Уён может позволить себе быть таким безответственным.       Минги тоже оказался забавным парнем. Предпринимательской жилки в нём не оказалось от слова совсем, и ресторан выходил в плюс только из-за продаж алкоголя в клубе, но Минги продолжал упорно вести неприбыльный бизнес, уверяя, что считает его своим хобби. Чонхо видел, что тот вкладывает в «Fix on» всю свою душу, а потому поговорил с отцом и попросил поделиться с Минги контактами некоторых поставщиков. И пусть отца пришлось поуговаривать и даже пообещать кое-что, но тот в конечном итоге согласился помочь своему менее успешному конкуренту.

***

      Дела у Синдиката шли, как на зло, просто отлично. Незаконные сделки совершались, расширяя влияние Графа во все стороны. Они уже даже не боялись полиции – во всех структурах были «свои» люди. И теперь я мог это доказать.       Горожане пропадали среди бела дня, и совершенно никого это не волновало. Никого, кроме меня. Разумеется, я тоже не остался чист. Парочка жертв вполне оправдана на пути к высшей цели. По крайней мере когда-то этому меня учили. Согласен ли я? Как знать.       Паука с того самого дня я больше не видел. Он не пропал, просто работал где-то далеко, там, куда я ещё не могу дотянуться. — Наблюдатель, — этот голос я теперь узнаю из тысячи. Чем же я не понравился ему сегодня? Сирена говорил громко, а его голос резал уши, будто ножом по металлу. — Сегодня работаешь с Тенью. Если он накосячит – по шапке получишь ты. Нам нужны новые исполнители. Паук занимается вербовкой в сети, но его одного недостаточно. — И что ты предлагаешь? Раздавать листовки на улице? — я говорил уверенно. Возможно, Сирену не устраивало именно это. — О, а ты шутник, — на лице не отразилось ни капли эмоций. Когда Паука рядом нет, он держался весьма статно. Его можно было бы даже уважать, но, к его сожалению, я не уважаю чужих шавок. — Тень тебя посвятит в подробности работы. Выметайся.       Сам позвал – сам прогнал. В этом весь Сирена. Что ж, в полевых условиях с Тенью я ещё не работал. Где же он может быть? — Скала всегда делает с ним это, когда возвращается со своих заданий, — пронеслось почему-то в голове, а в подсознании сразу возник Паук. Жалеет ли он о тех словах?       Тень нашёлся спящим в общей комнате. Надеюсь, он хотя бы не под кайфом. Я толкнул его в плечо, совершенно не рассчитав силу: — Эй, подъём, работа не ждёт. — Ай! — взвыл Тень, мгновенно просыпаясь. Он быстро сел, потирая ушибленное плечо. Но я уверен, что не делал ему больно. Тень больше ничего не ответил, лишь повёл меня за собой, посвящая по пути в тонкости своей работы.       Как оказалось, я был не слишком далёк в своём предположении. Тень будет воровать телефоны, а после устанавливать на них шпионское ПО. Изобретение Паука. Стоит лишь воткнуть штекер в телефон, как на него почти в мгновение скачается вирус, который будет отправлять Пауку все нужные данные. От телефонов можно будет даже избавится – бесполезный кусок металла, данные которого люди потом всё равно восстановят уже вместе с вирусом.       На самом деле я нужен был только для того, чтобы проследить, чтобы Паук не нашёл себе лишние приключения на задницу или попросту не отвлёкся на разговор, пока просил случайных прохожих позвонить своему потерявшемуся брату. Иногда это была сестра. Иногда он представлялся иностранцем. Какие же люди доверчивые. Стоит только улыбнуться, или показаться им настолько жалким, что люди теряют бдительность, развесив уши.       Иногда он показывал мне «фокус». — Смотри как могу! — улыбался он и с силой врезался в подозрительных прохожих. Извинялся, а после в его руках оказывался телефон или кошелёк. Карманник и такой искусный. Его способы стары, как мир, но всё равно работают. Иногда его всё-таки кто-то да ловил. И тогда в ход шли уже мои кулаки, если разумные аргументы на них не действовали. Зачастую не действовали.       Вообще, было даже весело, если забыть, что мы занимаемся преступной деятельностью.       Но, к большому сожалению, забывать нельзя. — Скажи, а почему ты вообще работаешь на Синдикат? — как бы невзначай спросил я, когда мы решили сделать перерыв, ужиная в какой-то забегаловке. Народу было немного, но я всё равно удостоверился, что нас никто не слышит. — Я думаю, что с твоими навыками тебя бы везде с руками и ногами оторвали. — Именно. А я ещё целым побыть хочу, — посмеялся Паук, надкусывая бургер. — Денег должен, вот и работаю на этих чертей. — Да ты как будто в другом месте мог намного быстрее заработать, а тут ты только в минус работаешь, — припомнил я ситуацию с рубашкой Скалы. — А тебе не говорили, что если будешь лезть не в своё дело, то долго не протянешь? — Тень говорил беззлобно, но намёк я понял. Жаль, что он не так прост, как мне того хотелось бы. С ним нужно быть начеку.       Дверь закусочной открылась, впуская внутрь человека, которого я совершенно не ожидал здесь увидеть. Паук осмотрелся по сторонам, пока не заметил нас. Отслеживал, значит. Я посмотрел на него удивлённо, а Тень, сидящий напротив, тоже проследил за моим взглядом. Он оглянулся и был удивлён не меньше. Паук подсел к нам, как ни в чём небывало, толкая меня с насиженного места. Благо, сидел я на диванчике, а после так же легко начал есть мою картошку, будто заказано это было для него. — И как давно ты в городе? Сирена знает? — спросил Тень, немного неловко поёрзав на месте. — Не-а, я теперь работаю только в сети, — покачал головой Паук. — Я придумал, как избавиться от долгов.       Тень, не понимая, показал на меня кивком головы. Паук только махнул рукой. Значит, информация не для чужих ушей? Интересно.

***

      Отчёт №6: Объект «Тень» демонстрирует отработанную моторику, необходимую для карманных краж. Уровень владения телом говорит о долгих тренировках.       Что за планы вынашивал все эти дни Паук? Во что же ты пытаешься меня ввязать? В какие игры ты играешь? И где же ты всё это время был?

***

      Уëн улыбнулся клиентам, мигом вытаскивая из фартука свой потрëпанный от частого использования блокнот. По какой-то причине, в его руках бумага изнашивалась в разы быстрее, на что недовольный Сонхва только закатывал глаза – уже сдался его отчитывать.       Ëсан аккуратно взял телефон гостя в свои руки, чтобы поставить его на зарядку – частая практика в их заведении. Ëсан воткнул шнур питания и внезапно оглянулся, словно почувствовал взгляд. То был его сосед. Ëсан неловко улыбнулся и отправился на кухню – по гарнитуре сообщили, что салат для третьего столика готов.       Чонхо лишь покачал головой. Всех своих клиентов он уже обслужил и пока что мог сделать перерыв. Он поднялся к бару, чтобы сделать пару глотков воды, но внезапно понял, что Юнхо сегодня отсутствует. Это было даже странно. Юнхо часто бывал на работе даже не в свою смену. — Меня успокаивает шум, — говорил он, прикрывая глаза. —Я из большой семьи, но сейчас живу один. И мне немного не по себе одному. Тишина мне кажется неуютной. Как будто в квартире есть кто-то ещё. А тут всегда шумно, да и Минги часто составляет мне компанию.       Чонхо раньше не смог бы его понять. Но сейчас, когда он сам засыпает под мерное кликание клавиш из соседней комнаты, уже даже не может представить себе жизни иначе. Как будто они с Ёсаном не были простыми соседями.

***

      Чонхо уже разогревал им ужин, когда Ёсан вернулся домой. Он ходил в магазин, отказавшись от компании Чонхо. Ёсан поставил несколько банок энергетика в холодильник, обмениваясь с Чонхо неоднозначным взглядом. — Ты в последнее время ходишь таким загруженным, — Чонхо заботливо поставил две тарелки на стол, уже даже не спрашивая, будет ли тот ужинать. Точно знает, что не сможет отказать, если уже будет накрыто. — Что случилось?       Ёсан с тяжестью упал на стул: — Минги заебал. Прикинь, вызвал сегодня, сказал, что посетители жалуются, мол я мало улыбаюсь. И ладно бы это Сонхва сказал, я бы проигнорировал, но именно Минги! Да и на учёбе профессор спуску не даёт. Всё никак не отвяжется. Постоянно заставляет меня всё по три раза переделывать. И знаешь, что самое весёлое? В конечном итоге я прихожу к своему первому варианту и, тогда этот старый пень ворчит: «Ну вот видишь! Сразу бы так!». Я скоро не сдержусь в рожу ему плюну, серьёзно. Если не сдам, то он не поставит зачёт и плакала моя стипендия.       Чонхо улыбнулся. Нечасто Ёсан позволяет себе жаловаться. Но ему правда нравится, когда он перестаёт сдерживаться. Чонхо поддержал Ёсана ещё парой фраз, а сам пошёл в свою комнату. Его учёбу тоже никто не отменял, да и законы сами себя не выучат. — Чонхо, будешь дораму смотреть? Там по телеку идëт, — Ëсан с мокрой головой заглянул в комнату, отвлекая Чонхо от зубрения очередной лекции. — Бегу! — тут же ответил он, мигом отбрасывая муки совести.       Чонхо на диван упал первым, а Ëсан сел вторым, немного задержавших, пока искал пульт. Несмотря на то, что диван был двухместный, их плечи всë равно немного соприкасались. Тепло, неожиданное и простое разлилось по коже. В голове тут же щëлкнуло: «Слишком... близко.»       Но эти мысли тут же покинули его, как только голова Ёсана оказалась на его плече, а сам он мерно задышал. Уснул. А Чонхо, тем временем, замер, боясь спугнуть своего соседа и запах чего-то сладкого, повисшего в воздухе.

***

      Тень оставил свою еду недоеденной. Просто бросил всё и ушёл, не желая слушать, какой бред несёт Паук. Но его это не смущало совершенно. Будто свои слова он хотел донести не до него, а до меня. — Кто ты на самом деле, Наблюдатель? Во всей мировой сети о тебе нет ни слова правды. Ты не мог за всю свою жизнь ни разу не на следить. Только если вся личность – вымысел.       Меня раскрыли. Я был неосторожен. Иронично, что сделал это именно тот, кого я недооценивал больше всего. — Ты недалëк от истины, Паук. И что же ты предпочтëшь делать с этой информацией?       Паук замер в неверии. Всего на мгновение, но этого хватило, чтобы я успел выхватить припрятанный заранее пистолет. Я не вытащил его из-за пазухи, но Паук точно почувствовал ствол: — Ну же? От твоего ответа зависит будешь ли ты жить. — Ты не сможешь убрать меня без последствий. Граф не оставил это без внимания, — Паук облокотился на стол, чувствуя преимущество. Он странно улыбался, будто наконец нашëл то, что так долго искал. — В этом ты прав. Спасибо за заботу, но тебе не стоит переживать о моих проблемах. — На кого ты работаешь? — Здесь я задаю вопросы, — пальцы привычным жестом плавно взвели курок.       Паук едва заметно напрягся: — Я хочу убрать его. — Что? — Убрать Графа. — И это твой способ избавиться от долгов? Я не могу позволить тебе сделать это, пока не соберу достаточно улик против него. — Тюрьма тоже подойдëт, этого будет достаточно. Я отдам всë, что у меня на него есть. — Похвально, но ты же понимаешь, что сядешь следом? — А вот это – уже моë условие. Я и Тень должны выйти сухими из воды. Что будет с остальными – меня не особо волнует. — Боишься за свою шкуру? — А кто не боится, Наблюдатель?

***

      Отчёт№7: Объект «Наблюдатель» находится под прицелом. Миссия под угрозой обнаружения. Но я ещё не сдался. Я обязательно найду выход. Я спасу тебя.

***

— Ёсан, я же просил не облажаться. Один графин сюда и два на другой стол. А ты сделал наоборот. Ты хорошо себя чувствуешь? — Сонхва отчитывал как-то странно. Будто ребёнка, на обед съевшего конфеты вместо супа.       В этот день зал был забронирован полностью. Какая-то крупная компания отмечала корпоратив и невнимательность Ёсана могла поставить репутацию их ресторана под угрозу. — Прости, я сейчас же всё поменяю, — Ёсан даже дёрнулся в сторону, как администратор преградил ему дорогу. — Значит так. У тебя сегодня выходной. Пойди-ка и отдохни. Официантов и так трое, справятся. А я буду на подхвате, если что. Минги я сам скажу, что дал тебе выходной, хорошо? Выглядишь так, будто не спал несколько дней.       Уши Ёсана залились краской: — Спал… — тихо ответил Ёсан, припоминая, как проснулся посреди ночи на диване вместе со своим соседом.       Но внезапный выходной всё равно был Ёсану как никогда на руку. Он перекинулся с Уёном и Саном, курящими на улице парой слов, и поспешил скорее домой. Проклятый проект сам себя не сделает. Проклятые модельки сами себя не отрендерят. Проклятый профессор не поставит зачёт. И это пугало больше всего.

***

— Где, дери его, Паук? — Сирена рвал и метал, раскидывая ненужные бумаги. Ему никогда не нравилось, когда что-то выходило из-под его контроля. А сейчас, когда Паук не выходит на связь, ему казалось, что мир вот-вот рухнет. — Не думаешь же ты, что его взяли? — Скала оправдывал своë имя, даже не изменившись в лице. — У полиции на него ничего нет. — Не накручивай, — холодно потребовал Граф, проходя мимо. — Без тебя тошно.       Дверь в кабинет закрылась с грохотом, прекращая все распри. — А что такое, зайка? Понял, наконец, что без меня ты ничего не можешь? — ехидству Паука не было предела. Мы с ним пришли как раз вовремя, заставая неприятную картину. На базе не было только Тени. Алхимик противно хихикал – слушать распри этих двоих ему никогда не надоест. — Понадеялся, что ты давно сдох в канаве, не бери на свой счёт, — не остался в долгу Сирена. Рукой он показал в сторону кабинета Графа, и все поняли без слов. Новое задание.       Спустя время, Паук вновь был передо мной. — Только ты и я, — игриво сказал Паук, рукой нежно проведя по щеке. — Сирена приказал выдвигаться. — На что ты намекаешь? — я улыбнулся. Приятный аромат шоколада мигом окружил меня, будто обнимая. — Я? Намекаю? — Паук сделал невинные глаза. И я вспомнил прошлую ночь. Вспомнил, как он смотрел на меня в темноте. Как его пальцы сжимали мои запястья. Как он шептал... — Эй, — он щёлкнул пальцами перед моим лицом. — Ты со мной?       Я моргнул, прогоняя наваждение: — Всё в порядке. Просто вспомнил кое-что. — Что именно? — Как ты умолял меня не останавливаться, — я улыбнулся в ответ. Алхимик со своего места подавился воздухом. Такого шоу он совершенно не ожидал.

***

      Свой проект Ёсан закончил ещё до темноты, бережно скинув все нужные файлы на флешку – старый пердун принимал работы именно в таком формате, за что его ненавидела даже самая добрая часть кафедры.       Не зная, чем себя ещё занять, Ёсан завалился спать. Ведь действительно плохо спал все эти дни. И всё даже шло хорошо, пока телефон не запищал – кто-то написал ему сообщение. Ёсан бы даже проигнорировал его, как внезапно пришло ещё одно. Комнату освещал монитор и Ёсан проклял даже себя за то, что оставил телефон на столе. Пришлось встать.       Сообщений действительно оказалось два. «Я приеду, чтобы проведать вас на следующей неделе!» — гласило одно. Это была хозяйка квартиры. — ПРОКЛЯТЫЕ ФИКУСЫ! — вслух закричал Ёсан. А ведь он и правда совсем про них забыл. Он забегал по квартире в поисках цветов, которые нуждаются в поливании. Он искренне надеялся, что они ещё не умерли.       К своему счастью, он понял, что, кажется, Чонхо поливал цветы во всей квартире. Во всей, кроме его комнаты. Над его столом тоже были цветы и Ёсан даже залез на столешницу, чтобы полить их. Тут же он вспомнил, что ему пришло ещё одно сообщение: «Студент Кан, это профессор Ли. У меня образовались дела, так что ваш проект я хотел бы проверить уже сегодня. Скиньте все материалы мне на эту почту <…>. Жду.» — Вот же противный старикан, всё-таки есть у тебя почта, — Ёсан покачал головой, как внезапно его рука, в которой была бутылка с водой дёрнулась. — Блять!       Комната погрузилась во тьму. Прекрасно, теперь он ещё и залил свой компьютер.       Ёсан стоял на столе, проклиная в очередной раз за сегодня свои руки. Это был точно не его день. Он уверен, что его компьютер не умрёт от обычной воды. Надо только лишь просушить компоненты. — Прости, Чонхо, я воспользуюсь твоим ноутом, — решил Ёсан вслух. Вообще, интересно, когда у него появилась привычка разговаривать с собой вслух?       Повезло, что он был без пароля. Ёсан быстро вошёл в свою почту и отправил все материалы профессору. Почти сразу пришло ответное сообщение, чтобы Ёсан дождался результатов проверки. — Ну, делать нечего, — Ёсан выдохнул, обратив внимание на беспорядок на рабочем столе Чонхо. По какой-то причине у него было много иконок с документами прямо там. Некоторые были подписаны, а некоторые нет. Один такой с надписью «Отчёт» заинтересовал Ёсана. — А разве на его курсе уже проходят практику?       Без задних мыслей Ёсан кликнул по иконке.

***

— А где Ёсан? — внезапно Чонхо понял, что не видел своего соседа с самого начала банкета. Когда полноватая женщина-бухгалтер в очередной раз начала приставать к Хонджуну, прося включить какую-то совсем старую песню, и пока тот отбивался от неё, умоляя администратора глазами чем-нибудь ему помочь, они втроём прошмыгнули на улицу. — Сонхва его домой отпустил. Ему вроде как нездоровится, — Уён шарил по карманам, будто это был совершенно не его рабочий костюм. Сан молча протянул ему сигареты, потому что точно знал, что тот свои, как всегда, забыл.

***

      Домой Чонхо вернулся поздно. По неведомой причине, его одолевало странное беспокойство. Ёсан заболел и даже ничего ему не сказал. Ближайшие аптеки уже были закрыты, так что Чонхо понадеялся, что Ёсан успел купить себе какое-нибудь лекарство. В семье Чонхо редко кто-то болел, так что он даже не представлял, как ему заботиться о больном.       Но, на удивление, дома играла музыка, что иногда позволял себе включать Ёсан, а сам он обнаружился на кухне. Живой и здоровый. Чонхо увидел, как Ёсан, морщась, пытается открыть банку тушёнки тупым консервным ножом. Он взял банку, молча открыл её одним точным движением, поставил на стол и тут же ушёл в свою комнату, будто совершил что-то постыдное. — Спасибо, — лишь озадаченно ответил сосед. — Ужин будет готов минут через пятнадцать. Как прошёл банкет? — Было проще, чем я ожидал. Уён сказал, что тебе нездоровится, как себя чувствуешь? — Напиздел, я просто отпросился. Сдал проект, и профессор даже принял его с первого раза. А ещё тётушка приедет на следующей неделе. Устроим зачистку? — Что? — Чонхо вошёл на кухню, не расслышав, что говорил Ёсан из-за особенно громкого припева. — Уборку, говорю, надо завтра сделать. Ты не против?

***

      Мы сидели в старой машине Паука уже третий час. Отель напротив сверкал огнями, но ни одного «окна» в охране мы так и не засекли. — Может, они вообще не спят? — прошептал я, потирая замёрзшие руки. Осенние ночи становились холоднее, и пальцы совсем онемели. Я пошевелил ими в карманах, пытаясь вернуть хоть каплю тепла.Паук ничего не ответил. Просто снял свою куртку и накинул мне на плечи. — Если заболеешь, то кто будет меня прикрывать? — буркнул он, отворачиваясь.       Куртка пахла шоколадом и чем-то ещё. Чем-то, отчего внутри разливалось тепло, не имеющее отношение к погоде.       И совсем скоро настало время осуществлять наш план. Под видом сотрудников, мы прошмыгнули мимо оставившей свой пост охраны. Как же мало в нашем городе по-настоящему ответственных людей.       Мы шли по служебному коридору. Я считал про себя шаги, сверяясь с планом, который выучил наизусть. В конце концов, именно я в ответе за навигацию. Вдруг Паук схватил меня за руку и затащил в какую-то нишу. — Охрана, — выдохнул он мне прямо в ухо.       Я замер. Он стоял так близко, что я чувствовал его дыхание на своей шее. Сердце колотилось где-то в горле. То ли от страха, то ли…       Шаги стихли. Паук отстранился, но его рука ещё на мгновение задержалась на моём запястье. — Идём? — одними губами спросил он. Я кивнул. Идти дальше почему-то стало труднее.       В хранилище мы проникли подозрительно легко. Слишком легко. Я оглянулся на Паука – он тоже почувствовал. Но отступать было поздно. За огромной дверью хранились вещи гостей отеля. Графа интересовали только документы. Паук быстро подключился к электронному замку, чуть ли не в два клика взламывая его. Дверь с тихим скрежетом начала открываться.       Паук внезапно замер, и в ту же секунду я дёрнул его за воротник. Пуля прошила воздух там, где только что была его голова. Я даже не думал – просто тело среагировало быстрее. — Ловушка, — не успел произнести он, как пули просвистели над нашими головами, едва мы крылись за какой-то витриной.       Три человека устроили засаду прямо внутри хранилища. Откуда же они знали, что мы будем там? Неужели внутри Синдиката есть предатели?       Я переглянулся с Пауком и в его взгляде читалось то же осознание: — Что делать? — он смотрел на меня, но в его глазах не было страха. Была злость и что-то ещё. — Прорываться. Ты со мной? — я вытащил пистолет, в уме просчитывая положение противников.       Паук усмехнулся и вдруг, совершенно не вовремя, прикоснулся губами к моему виску: — За это я тебя и люблю, Наблюдатель.

***

      Чонхо проходил мимо подсобки, когда до его ушей дошёл странный разговор: — Я сказал тебе убрать его! — Уён звучал довольно грозно. — Я не стану этого делать, — упрямо ответил Сан. Видно было, что этот спор длился уже не один день. — Он мне мешает! Он – угроза моей безопасности! — не унимался официант. — Мешает он тебе, а убирать его должен опять я один? Почему вся грязная работа достаётся мне?       Чонхо прикрыл рот рукой, удаляясь. Всё намного хуже, чем он предполагал. — Давай вынесем этот диван на помойку вместе? — сдался Уён, а Сан просто кивнул, незаметно подходя к двери. Случайный свидетель уже ушёл. — Ёсан, а почему мы должны были использовать именно такие формулировки? — Уён подошёл к Ёсану, что тайно тоже находился с ними в комнате.       Он с кем-то переписывался в телефоне: — Я пока не могу сказать, но вы оказали мне большую услугу, с меня сигареты, — он лишь загадочно улыбнулся.

***

      Отчёт №8: Синдикат больше не скрывает свои дела? Уму не постижимо, как Сильные мира сего продолжают подыгрывать Графу, отплясывая чечётку под его дудку. Продолжаю наблюдение. Осталось совсем немного.

***

      Кровь на моих руках была липкой и тёплой. Паук сидел, прислонившись к стене, и пытался улыбаться. — Жить буду, — прохрипел он. — Ты как?       Я молча прижал его к себе. Спрятал лицо в его волосах. Они пахли кровью и порохом, но где-то там, глубоко, всё ещё был тот самый шоколад: — Только попробуй умереть, — сказал я в его макушку. — Я тебя из-под земли достану. — Романтично, — кашлянул он в ответ, прикрывая глаза.       Дверь склада, где мы прятались, открылась. Я вскинул пистолет, но опустил, увидев знакомую фигуру. — Тень? Как ты нас нашёл?       Он не ответил. Смотрел на Паука, который лежал у моих ног. В руке Тени блеснул нож: — Прости, Наблюдатель. Так надо. — Это ты нас сдал? — до меня начало доходить. — Ты – крыса?       Тень вздохнул: —У меня не было выбора. — Выбор есть всегда, — я снова поднял пистолет. — Например, сдохнуть прямо сейчас.       Раздался резкий выстрел и меня оглушило на мгновение. Тень упал на колени. Нож выпал из его руки, когда Паук выстрелил ему в плечо. Я даже не видел, когда он достал пистолет. — Притворялся? — голос Тени дрожал. — Вот же…       Паук молчал. Он смотрел на Тень, и в его глазах не было ненависти. Была только усталость. И пустота. — Ты сам выбрал, — сказал он тихо. И выстрелил снова. Паук встал над телом, тяжело дыша. Я подошёл ближе, положил руку ему на плечо. Он вздрогнул, но не обернулся. — Я должен был, — прошептал он. — Если бы не я... он бы продолжал. Понимаешь?       Я кивнул. Хотя не понимал. Но сейчас это было не важно. — Пойдём, — сказал я. — Надо уходить.       Паук кивнул. Но, прежде чем двинуться с места, он посмотрел на свои руки. Чистые. В перчатках. Ни крови, ни следов. — Знаешь, — сказал он вдруг. — Я думал, будет легче. Избавиться от груза. А теперь... теперь этот груз просто сменил форму.       Я ничего не ответил, лишь легко прижимая истекающего кровью Паука к себе ближе. Паук, в поисках утешения, прижался плотнее, закрывая глаза. Губами я коснулся горячего лба, но Паук сам притянул меня для поцелуя. Я спасу тебя.

***

      Чонхо проснулся ночью от странного сообщения. Это было голосовое сообщение от Ёсана. — Эй! Не шути так! — разозлённый Чонхо открыл дверь в комнату Ёсана. Пусто. В квартире он был один, хотя когда засыпал – Ёсан точно был дома. «Приходи в «Fix off»! Пожалуйста, это очень срочно!» — голос Ёсана звучал как-то сдавленно и, будто, напугано. Не разбираясь в чём дело, Чонхо быстро оделся, попутно решая, быстрее будет доехать на такси или добежать так.       Решив, что быстрее всё же добежать, он отправился в путь, совершенно не подозревая, что его ждёт в клубе.       Что же случилось?

***

      Я сидел в палате Паука уже который час. Он спал, перевязанный, бледный, но живой.       В кармане зазвонил телефон. Граф. — Ты доказал, — сухо сказал он. — Завтра жду в кабинете. Обсудим твоё будущее.       Я положил трубку и посмотрел на Паука. Его ресницы дрогнули, и он приоткрыл глаза. — Слышал? — спросил я. — Ага, — прошептал он. — Ты теперь свой. — Спасибо тебе.       Он слабо улыбнулся: — Не за что. Ты же знаешь, я это не ради Синдиката делал.       Я знал. И, кажется, уже тоже не ради Синдиката.

***

      Отчёт №9: Граф вызвал к себе. Наконец решится моя судьба – примут меня в Синдикат окончательно или уберут, как свидетеля. Стоит ли рисковать, если все карты уже у меня на руках, вместе с раненным Пауком? Я так не думаю. Настало время выйти из игры.

***

      Клуб был закрыт. «По техническим причинам» – так гласила табличка на двери. У ребят были выходные, но никто не сообщал, что клуб не будет работать ночью. Ёсан не брал трубку, Минги – тоже.       Выругавшись, Чонхо, на удачу, пошёл к дверям для персонала. И те спокойно поддались, будто специально ждали только его. Чонхо двигался аккуратно, чтобы не привлекать к себе внимания, а длинный коридор теперь казался не просто тёмным – ужасно тёмным и пугающим. Он видел, что в зале горел свет. Мерцал, будто приманивая его, как светлячка на огонь.       Выдохнув, Чонхо толкнул дверь. Он услышал музыку, а глаза сразу упали на диджейскую установку. Играла лёгкая, ненавязчивая мелодия, но почему-то от этого становилось не по себе. У бара он внезапно обнаружил знакомую фигуру.       С радостью он окликнул администратора, что сидел к нему в пол-оборота. Но было что-то не так.       Взгляд, холодный и высокомерный обдал Чонхо ни то жаром, ни то холодом. Сонхва смотрел на него, как на какой-то мусор, который помешал его планам. — Что… что здесь происходит, Сонхва? — Чонхо почти задыхался, не зная, куда себя деть. Перед ним будто сидел совершенно другой человек. Совсем не тот, с кем он имел удовольствие работать все эти дни. — Не задавай идиотских вопросов. Будто ты сам не знаешь, для чего ты здесь, — голос Сонхвы тоже будто отличался от того, что он слышал в своей гарнитуре. Внезапно он протянул Чонхо стакан с неизвестным содержимым. Он приблизился почти вплотную, буквально впихивая стакан в руку. — Пей аккуратнее.       Сонхва ушёл в ту дверь, из которой только что вышел Чонхо. Ничего не понимая, Чонхо не решился пить. Но и оставить стакан было страшно. Он услышал какой-то шум снизу и сразу поспешил к лестнице.       К своему удивлению, на первом этаже он заметил всех остальных, с кем работал. Официанты из другой смены, охрана, даже повара. Они тихо о чём-то шептались, искоса бросая на Чонхо неоднозначные взгляды. И только Сан смотрел прямо и пристально. — Сан, что происходит? — Чонхо подошёл ближе. — Я получил сообщение от Ёсана…       Договорить ему не дали громкие фанфары, звучащие из всех колонок. Чонхо даже дёрнулся, сразу поднимая взгляд на трибуну с установкой. Вниз выглянул Хонджун. Он жутко улыбнулся и подмигнул Чонхо прежде, чем вновь пропал.       Под всеобщие аплодисменты у лестницы появился Минги, облачённый в шубу. В руке он держал бокал, который тут же с профессиональной точностью наполнил Юнхо. Минги поднял бокал, спускаясь, а аплодисменты не утихали. Даже Сан хлопал, стоя рядом с Чонхо.       Толпа рассосалась, и внезапно оказалось, что собой они закрыли накрытый стол. Минги подошёл ближе. — Что ж! В этот день все мы собрались, чтобы отметить пополнение в коллективе. Чонхо. Рад работать с тобой. Выпей же с нами, чтобы навсегда укрепить наши узы. Узы семьи. Узы Синдиката!       Чонхо прошибло током. — За босса! — громко сказал Сан, поднимая свой бокал. — За босса! За семью! — вторили ему невпопад.       За спиной Чонхо прозвучало два выстрела. Чонхо в испуге оглянулся, а на его голову внезапно упало конфетти. — Сюрприз! — в два голоса закричали Уён и Ёсан, а над их головами внезапно развернулся плакат, который держали Хонджун и Юнхо. «С днём Рождения, Чонхо!»       Чонхо схватился за сердце от облегчения. Ёсан жив и здоров и стоит прямо перед ним, улыбаясь. Из-за паники Чонхо и не проверил, что уже наступило 12 октября.       Уён первым обнял Чонхо, уводя того к фуршетному столу. Все коллеги засмеялись, начиная банкет. Они улыбались и радовались внезапной вечеринке в мафиозном стиле. Кто-то даже специально шляпу купил ради этого дело. Среди толпы обнаружился и Сонхва, тот, который добрый, он даже подарил Чонхо какие-то дорогие запонки.       Но Чонхо не давала покоя только одна деталь. Синдикат.       Когда половина зала отправилась танцевать, а другие курить, Ёсан первым выцепил Чонхо. Он взял его за руку, отводя на второй этаж, туда, где их никто не услышит. — Эта вечеринка – моя идея, — улыбнулся Ёсан немного грустно. — Ты поэтому странно вёл себя в последнее время, — Чонхо так и не выпустил руку Ёсана. — Я был настолько подозрительным? — Достаточно, чтобы я начал волноваться. «Синдикат»… тоже твоих рук дело? — Прости. Я случайно начал читать… а очнулся уже только на середине. Но даже понимая, что совершаю ошибку, я не смог остановиться читать. Твоя работа – прекрасна. — Она же даже не закончена, — Чонхо смотрел куда-то в пол, пока его уши заливало краской. — А мне хватило, чтобы влюбиться у Наблюдателя. Паук – это ведь я? — Ёсан коснулся лица Чонхо. — Прости, что использовал тебя, как прообраз, я больше так не… — Это я должен просить прощения! Чонхо, Паук – просто замечательный. Остальные ничего не знают. Я попросил Минги упомянуть Синдикат, попросил Сонхву вести себя холодно, но я ничего им не рассказал. Я хотел бы, чтобы твоя история всё ещё была твоей, даже когда я так вероломно воплотил её в жизнь. — Тебе правда нравится? — поднял глаза Чонхо. И спрашивал он вовсе не о своём писательском черновике. — Очень. Я бы хотел воплотить некоторые сцены из него в реальной жизни. — Убьём Уёна?       Ёсан рассмеялся, а после впился в губы Чонхо горячим поцелуем. — За это я и люблю тебя, Наблюдатель, — горячо произнёс Ёсан ему прямо в губы. Второй раз за вечер Чонхо прошибло током.

***

      Отчёт №10: Я собрал достаточно улик, вернулся на свою настоящую работу и Графа посадили, наступил мир во всём мире, а Наблюдатель и Паук жили долго и счастливо.

***

— ... Ты специально слил концовку? — возмущению Ëсана не было предела.       Чонхо только улыбался, обнимая своего первого и единственного читателя. За помощь Минги, Чонхо обещал отцу, что займëтся своим хобби только когда получит образование и унаследует семейный ресторан. На это уйдëт немало лет, но Чонхо уверен, что сможет построить ещё кучу Вселенных и миров, в которых найдëтся место для Наблюдателя и Паука. Но пока что он поживëт в той, в которой счастлив сам.