Вкус Запрета

Подземелья Хогвартса были наполнены запахом редких трав и лёгкой влажностью каменных стен. Сквозь ряды котлов тянулся холодный воздух, а ровный голос Снейпа разрезал тишину, как лезвие ножа.       — Сегодня тема, которую большинство из вас, скорее всего, испортит уже на втором ингредиенте. — Произнёс он, окинув взглядом студентов. — Напиток живой смерти. Класс мгновенно стих. Никто не хотел лишний раз попасть под прицел его саркастического внимания. Северус медленно прошёл вдоль столов, руки за спиной, мантия мягко колыхалась при каждом шаге.       — Один лишний грамм. — продолжал он. — И ваш подопытный не уснёт, а умрёт. Прекрасная перспектива, не так ли? Он остановился у стола Алисы. Девушка, скрестив руки, смотрела на него прямо, не опуская взгляда.       — Мисс Слизерин. — начал Снейп холодно. — Раз уж вы, кажется, находите мои слова не такими пугающими, как следовало бы, объясните классу, чем Напиток живой смерти отличается от обычного снотворного?       — Всё просто. — ответила Алиса спокойно, чуть приподняв подбородок. — От обычного снотворного можно проснуться. От Напитка живой смерти, нет. По классу прокатилась волна напряжённого молчания. Снейп чуть прищурился.       — Удивительно… — тихо сказал он. — Неужели вы действительно читали учебник, мисс Слизерин?       — Я читаю больше, чем вы думаете, сэр. — Парировала она с лёгкой, почти дерзкой улыбкой. Кто-то тихо прыснул со скамьи, но Снейп обернулся к ним с таким взглядом, что смех мгновенно оборвался. Он медленно выпрямился, повернулся к доске и махнул палочкой. На чёрной поверхности аккуратными, чёткими буквами проявилась надпись:

Напиток живой смерти:

— Настой лунного цветка

— Слизь червя-безмолвника

— Экстракт валерианы

— Корень асфоделя

— Толчёный боб белладонны

— Порядок добавления важен. — произнёс он. — Если, конечно, кто-то из вас не хочет узнать, каково это, когда зелье взрывается прямо в лицо. Он снова обошёл ряды. У каждого было на лице напряжение, только Алиса сохраняла спокойствие, аккуратно нарезая корень асфоделя и отмеряя дозу. Её движения были точны, уверены, без лишней суеты. Снейп наблюдал за ней из-под полуприкрытых век, но ничего не сказал. Через полчаса подземелье заполнил густой аромат валерианы и горечи белладонны. Некоторые котлы задымились, один даже чихнул искрами, у кого-то пошла реакция. Снейп прошёлся между рядами, слегка ударяя кончиком палочки по краю неудавшихся котлов.       — Катастрофа. — произнёс он, глядя на результат Нотта. — У вас, мистер Нотт, вышло зелье от бессонницы, а не Напиток живой смерти. Можете угостить мисс Паркинсон пользы будет больше. Класс тихо захихикал, но резко стих, когда Северус подошёл к столу Алисы. В её котле медленно переливалась густая серебристо-синяя жидкость. Без осадка, без дыма. Почти идеальная консистенция.       — Интересно… — произнёс Снейп, склонившись ближе. — И откуда у вас такая уверенность в движениях, мисс Слизерин? — Везде кроме покоев они говорили на "вы", что бы никто нечего не заподозрил или не подумал. Алиса не отвела взгляда.       — Может, от природы. Или от наблюдения за вами, сэр. Северус на долю секунды задержал дыхание. В уголках его губ мелькнуло что-то вроде улыбки тень, мгновенная и почти неуловимая.       — Дерзость, не лучший ингредиент для успеха. — произнёс он ровно. — Но сегодня она, похоже, сработала. Он отступил на шаг.       — Почти идеально. Ещё немного и я бы подумал, что вы тайно проникаете в мой кабинет и тренируетесь на собственных котлах.       — А если и так? — Ответила она тихо, не отводя взгляда. Он приподнял бровь, но ответил только коротко.       — Тогда, боюсь, мне придётся повысить уровень охраны. По классу снова прошёл лёгкий смешок, но все знали между ними особое напряжение, ведь только она могла грубить и спорить с зельеваром, никто больше не осмеливался. И никто поэтому не осмелился вмешаться.       — Урок окончен. — сказал Снейп наконец. — Сдайте образцы и уберите за собой. Постарайтесь не устроить взрыв по дороге к выходу. Студенты стали собираться, а Северус задержался у стола Алисы.       — Вы превзошли себя сегодня, мисс Слизерин. — Произнёс он вполголоса, так, чтобы никто больше не услышал.       — Неужели? — усмехнулась она. — Или вам просто не хочется это признавать?       — Возможно. — ответил он тихо. — Но это не отменяет факта. И, глядя на неё чуть мягче, добавил.       — Старайтесь не опоздать завтра. Я не люблю ждать.       — А я не люблю приказы. — Ответила Алиса, но в её тоне было больше игривости, чем вызова.       — Прекрасно. Тогда будем раздражать друг друга взаимно.— Сухо бросил Снейп, но уголок его губ всё же дрогнул. Когда она вышла, Северус долго стоял у её котла, глядя на ровную, почти идеально сваренную поверхность зелья. И едва слышно произнёс.       — Бесстрашная... и всё же чертовски талантливая...

───༻❦ ༺──༻✦ ༺───

Вечером после ужина коридоры были уже почти пустими. Вместо того что бы проводить время со своим любимым Професором, она шла на отработку к розовой жабе. Стоя возле её кабинета девушка постучала, грубо, настойчиво, будто не Амбридж вызывала её, а она Амбридж. Из кабинета послишалось писклявое войдите и девушка немедля зашла, её шаги были быстрыми и роздражительними, она ненавидела когда её задерживают по пустякам.       – Мисс Нордон вы все таки созвонились прийти, какая честь. — Она говорила пискляво, надменно и с какой то гордостью в голосе.       – Верно Мадам, что от меня требуется? — С того времени когда она начала жить и общаться много с Северусом её характер значительно изменился, ну, а так же с возрастом он поменялся в сторону того кто был с ней чаще всего. Алиса уже имела представление сто сейчас будет и она хотела быстрее закончить эту прелюдию.       – Садитесь Мисс. — Она села, а профессорша достала из высувного шкафчики в столе перо и пергамент, протянула девушке.       — Сейчас вы напишите на бумаге Я не должна грубить. Чернила вам не потребуются. Алиса начала выводить предложение на пергаменте и оно в тоже время начало появляться розрезами у неё на руке.       – Отлично Мисс. — Амбриж была с одной стороны довольна, а с другой нет, ведь девушка не кричала и не стонала от боли. Её лицо не изменилось ни на миллиметр, ни один мускул. На её лице не дрогнул будто сейчас на её руке не красовалась фраза «я ⲏᥱ ⲇ𐔖᥈ⲿⲏᥲ 𐔏ρ𐔤ⳝυⲧь» её же почерком. – Пишите пока я не скажу достаточно, Мисс Нордон. Алиса опустила взгляд и продолжила. Буква ща буквой. Фраза за фразой. Боль за болью. Она писала как будто медленно режет ножом фразу в собственном запястье… и всё равно не сдавалась. Не дрожали. Не стонала. На пятой строке рука уже горела, как будто в неё влили расплавленное серебро. На десятой , кожа пульсировала, слова проступали кровавыми рубцами. На двадцатой, дыхание стало тяжелее, но она держалась. Амбридж это видела и её это ужасно бесило.       — Достаточно. — наконец-то сказала преподавательница. — Надеюсь вы усвоили урок, Мисс Нордон. Можете быть свободной. — Она специально называла Алису, Нордон, Амбридж не признавала что есть самый прямой потомок Слизерина, а если она думает что его нет, значит это нет, по её мнению. Алису это совсем не волновало. Девушка встала и посмотрела на пергамент, он был изписан с одной и с другой стороны полностью одной фразой. Я ⲏᥱ ⲇ𐔖᥈ⲿⲏᥲ 𐔏ρ𐔤ⳝυⲧь. Алиса дошла до своей комнаты, закрыла дверь и, не разуваясь, опустилась на стул. Рука пульсировала так, будто под кожей ходило раскалённое заклинание. Буквы «Я не должна грубить» уже проступили алой резью, словно их выжгли изнутри. Она осторожно подняла рукав. Кровинки выступили у каждой линии, будто перо прошло по живому. Алиса глубоко вдохнула, выдохнула, пытаясь удержать себя в руках. Она потянулась к тумбочке, достала баночку с заживляющим бальзамом, который всегда носила с собой после дуэлей. Пахнущий травами, густой, обычно он помогал почти сразу. Она аккуратно мазнула по коже. Сначала холод. Затем лёгкое покалывание. А потом, будто кто-то ткнул раскалённой иглой прямо в рану. Алиса резко втянула воздух, сжав зубы так, что заболела челюсть. Казалось, что от мази становится только хуже: буквы вспыхнули ярче, кожа словно протестовала.       — Ну же… — Прошептала она, пытаясь стереть мазь. Пальцы дрогнули. Она протёрла рану влажной тканью, но боль не отступила. Наоборот, она тянула руку к локтю, будто по венам разливался огонь. Глаза сами предательски защипало. Она замерла, опустив голову, чтобы никто, даже пустая комната, не видел этого. Пара горячих слёз скатилась по щеке, тихо, почти незаметно. Не всхлипы, просто реакция тела на боль, слишком резкую, слишком живую.       — Чёрт… — Выдохнула она одними губами, не вслух. Она ещё раз попробовала приложить чистую ткань, но стоило коснуться, как кожа болезненно дёрнулась. Алиса откинулась на спинку стула и закрыла глаза, пытаясь вернуть дыхание. Ладонь всё ещё пульсировала, каждая буква, как ожог. Алиса долго ходила по комнате, будто надеясь, что боль утихнет сама. Но каждая минута только усиливала внутреннее напряжение. В голове крутилась одна мысль она должна была сказать ему сразу. Но признаться в этом значит признать слабость. А она терпеть не могла показывать, что с ней что-то не так. Она всё-таки решилась идти к нему. Дорога к подземельям казалась длиннее обычного каждый шаг отдавался пульсом в руке. Когда дверь в его покои тихо открылась, она сама испугалась того, как сильно забилось сердце. Снейп стоял у стола, что-то перебирая среди бумаг. Он поднял голову слишком быстро почти резко, как человек, который ждал именно её. Взгляд коротко скользнул по её лицу, задержался, и в нём мелькнуло беспокойство, спрятанное под суровой маской.       – Ты наконец пришла. — произнёс он ровно, но резкость в голосе выдавала то, что он волновался.– Где ты была? — Алиса прошла внутрь, не поднимая глаз. — Просто… задержалась. Всё нормально. Он нахмурился, он понял что она ему врёт, он ненавидел когда она врала ему, но спорить не стал. Лишь жестом указал на стол там уже стояли тарелки, а запах тёплых трав и тушёного мяса заполнял комнату. Они ели молча, обычно их тишина была спокойной, почти домашней, но сегодня она давила. Девушка старалась держать руку неподвижно, но всё равно иногда едва заметно вздрагивала, когда боль пробивалась через надпись, выжженную на коже. Надеялась, что он не заметит. Это была глупая надежда. На середине ужина Снейп отложил приборы и медленно, очень медленно посмотрел на неё.       – Алиса, что ты скрываешь? Что случилось? — В его голосе было безпокойство, но так же раздражение которое он не мог сейчас скрыть, эта ситуация его бесила. – Ничего. Я… устала. Она даже не успела додумать фразу как он уже оказался рядом, наклонился, и его пальцы аккуратно коснулись её запястья. Она рефлекторно дёрнулась слишком резко, чтобы это можно было скрыть. Тишина упала тяжёлая, как камень. В этот момент сердце Снейпа еркнуло, ему стало больно что она.. боиться его, либо что это ещё могло быть.       – Покажи. — Сказал он. Без гнева, но так, что спорить было невозможно. Алиса вздохнула и медленно стянула рукав. Надпись стала ярче злее, свежее, слова всё ещё горели на коже. На мгновение она увидела, как меняется лицо зельевара,спокойствие исчезло, уступив место холодной ярости.       – Амбридж.. — Произнёс он это имя так, будто выругался. Она попыталась оправдаться, будто виновата сама.       – Я… не хотела, чтобы ты злился. Прости. Снейп выпрямился, будто его ударили.       – Я злюсь не на тебя, я злюсь на то что ты хотела скрыть это от меня. Алиса ты никогдане должна скрывать что-то от меня, я не брошу тебя никогда, ни за что, даже если на кону будут стоять миллионы жизней, я выберу тебя, лишь тебя. — медленно, как через зубы. — И на эту женщину, которая посмела до тебя дотронуться. Я буду убивать её медленно что бы она почувствовала какого это. — Для Алисы такое поведение Снейпа было ей в первые, она знала его уже 5 лет, но никогда не видела его в ярости, так ещё и в такой. Он провёл рукой по переносице, пытаясь вернуть себе контроль, но пальцы дрогнули едва заметно.       – Подойди ближе, Лис, я обработаютвои раны и мы забудем то что ты пыталась от меня что-то утаить. Алиса приблизилась, и он посмотрел на её руку так, будто готов был убить за каждую букву.       – В следующий раз ты сразу скажешь мне. Не скрывай от меня боль.— Он говорил это не приказом, предупреждением.       – Прости, я не привыкла показывать слабость... я подумала что ты посчитаешь меня слабой и разлюбишь... прости...       – Я никогда тебя не розлюблю, ты можешь быть со мной такая какая ты есть, с таким настроением какое у тебя на самом деле, не скрывай от меня нечего, если тебя что-то тревожит мы можем просто поговорить и все решить. Ты меня поняла? — Он задал вопрос не со злобой, а с надеждой что слизеринка больше не будет его бояться и что-то утаивать.       – Хорошо. – Алиса улыбнулась, искренне и с любовью, теперь она была уверена в Северусе. Зельевар осторожно коснулся её ладони, так, будто боялся причинить ещё одну рану.       — Садись, я принесу аптечку и будем тебя лечить моя непоседа, — он поцеловал тыльную сторону ладони девушки, осторожно, еле касаясь губами, что бы не причинить девушке боль или дискомфорт. Затем он ушёл и через пару минут пришёл с зельями и мазьями. – Не волнуйся я буду аккуратно, вот выпейте, не так больно будет.       – Я уже всё перепробывала, не помогает.       – Так ты же у нас и не великий зельевар, пей давай. — На лице зельевара появился улыбка и тут он засмеялся... она ещё не слышала сто бы он смеялся, его смех был низким, баринонным.. для неё это звучала как мелодия.       – У тебя прекрасный смех...