Вкус Запрета

Лаборатория была тёмной, но не мрачной, свечи стояли в нишах, отражаясь в стекле банок, в металлических крышках, в жидкостях от густого чёрного до молочно-опалового. Всё было разложено идеально, ни одной лишней травинки, ни смещённой склянки. Лаборатория Северуса это не просто место, это порядок, логика, контроль. Он провёл ладонью над серебряным котлом, проверяя чистоту магией.       — Хорошо. Начнём с основы. Снимай мантию. — Сказал он строго, не поднимая глаз. Алиса уже знала, что он хочет и аккуратно повесила мантию на крючок. В лаборатории действительно командовал он, но она чувствовала, как его присутствие обволакивает, не давит, а… направляет. Северус активировал огонь, пламя вспыхнуло зелёным, тихим, ровным. Северус щёлкнул пальцами и крышка от ящичка сама открылась. Он достал фиолетовый стеклянный флакон, в котором мерцала густая, почти чёрная жидкость.       — Настой ночного плюща. — сообщил он ровно. — Определяет структуру зелья. Безупречная точность. Он взял серебряную пипетку. Руке не дрогнуло ни на миллиметр. Котёл вспыхнул зелёным, затем успокоился и стал сапфировым. Северус чуть поднял подбородок.       — Так и должно быть. Алиса смотрела, не отрывая взгляда, он работал как дирижёр, будто знал, как будет звучать каждый ингредиент заранее. Северус направил палочку на огонь. — Ignis Stabilio. — Пламя стало ровно три дюйма высотой, как будто приковано невидимой рамкой.       — Температура это фундамент. Ошибка на два градуса и взрыв. — Спокойно прокомментировал он. Он проверил рукой, не касаясь огня, как будто чувствовал тепло кожей. Алиса невольно улыбнулась, это было восхитительно. Он подошёл к шкафу и достал серебряную коробочку, открыл. Внутри была одна изумрудная чешуйка.       — Этот ингредиент можно использовать только для наследника. — произнёс Северус тихо, бросив взгляд на Алису через плечо. — Для тебя. Он аккуратно положил чешуйку в центр котла. Жидкость взорвалась чёрным светом. Резко, угрожающе. Алиса вздрогнула, но Северус только поднял палочку:       — Не бойся, все хорошо. — Следующий жест резкий, чёткий. — Circumvolvo. — Затем семь оборотов. Жидкость закрутилась по спирали. Цвет менялся от чёрного к серебристому, от серебристого, к глубокому зелёному. Пламя стало пурпурным. Северус не сводил глаз с котла. Он разложил перед собой, серебряный корень, фиалку змеиного масла, дымчатый порошок драконовой кожи.       — Ты будешь подавать ингредиенты. — Велел он ей тихо, но уверенно. Алиса кивнула.       — Серебряный корень, итак, первый. — Она подала, он бросил корень, котёл загудел.       — Второй. — Он добавил, цвет стал серо-зелёным.       — Третий. — Зелье стало плотным, как туман.       — Семь капель Змеиного масла. Следи за моими движениями. — Северус поднял фиалку и снова, безупречные жесты. Его рука двигалась так плавно, что капли выглядели будто подвешенными в воздухе. Кап..кап..кап... На седьмой капле котёл вспыхнул серебром. Алиса поймала себя на том, что не отводит взгляда.       — Сейчас аккуратно, не дыши. — Кротко предупредил он. Он провёл пальцем над порошком, едва заметная нить упала в котёл. И вдруг белая, высокая, ослепительная вспышка. Северус мгновенно схватил Алису за талию и притянул к себе:       — Стоять. — Он держал её крепко, до тех пор, пока свет не исчез. И только потом отпустил, но не сразу. Северус взял серебряный нож и повернулся к Алисе.       — Подойди, будет не больно. — Его тон был мягче. Гораздо мягче. Он взял её за руку, большим пальцем на её ладони, осторожно, почти нежно.       — Одно касание. Одна капля. — Он провёл ножом по её пальцу. Капля упала в зелье. Жидкость вспыхнула изумрудом, ровно таким, как её глаза. Северус задержался на секунду, продолжая держать её руку. Он поднял палочку.       — Последний штрих. — Один плавный круг. Жидкость закрутилась по спирали и стабилизировалась, прозрачная, с ярким зелёным светом в центре. Северус медленно выдохнул.       — Готово. — Он наполнил флакон, закрыл серебряной крышкой и протянул Алисе. Его голос стал тихим, почти бархатным.       — Это зелье, твоё. Оно отражает твою природу. И я сделал его… лично для тебя. Алиса поднялась на носочки и поцеловала его, медленно, искренне. Северус наклонился навстречу, проведя рукой по её талии, удерживая крепко, но бережно. Когда поцелуй закончился, он наклонил голову к её уху.       — Пойдём наверх. Ты должна выпить его под моим наблюдением. И… мне не хочется отпускать тебя ниже уровня земли. Он взял её за руку и они поднялись по лестнице, оставив котёл мягко светиться в темноте лаборатории. Стекло было тёплым, зелье хранило в себе огонь, в котором варилось, и ещё что-то… личное. Северус стоял напротив, не двигаясь, будто любое её действие, часть какого-то древнего ритуала. Зелье в бокале переливалось неестественно красиво, зелёный, серебряный, тёмно-чёрный, цвета будто спорили, кому принадлежит её душа. Алиса подняла взгляд.       — Ты точно уверен? — тихо спросила она. — Я никогда не видела, чтобы ты давал кому-то подобное.       — Я никому и не давал, — ответил Северус так же спокойно.— Это зелье только для тебя. Слова прозвучали тише, чем шелест страниц в тишине библиотеки, но сильнее любого заклятия. Алиса ощутила, как по коже прошёл лёгкий морозок. Её пальцы чуть сжали бокал. Она поднесла его к губам. Запах был едва уловимым, смесь свежего ночного воздуха и чего-то металлически-острого, отдалённо напоминающего грозу перед дождём. Первый глоток был маленьким и в этот момент мир вокруг будто перестал дышать. Холодок коснулся языка. Потом тепло, мягкое, но настойчивое, расползлось по горлу, внутри груди. Каждая нота вкуса была… сложной, многослойной и ивой. Словно она пила не зелье, а чьё-то чувство. Вкус менялся, сначала лёгкая горчинка, как у полыни, потом тонкая сладость, почти невинная, как у груши, а затем, шелковистый, глубокий оттенок, который она не смогла определить. Её сердце пропустило удар, она знала этот вкус. Это был запах его мантии, когда он обнимал её в покоях. Это была тишина его покоя, его присутствие рядом, его взгляд. Это был он. Зелье было… похоже на Северуса. Не полностью, но в каждой ноте, в каждом глотке, что-то от него. Алиса сделала второй глоток, чуть смелее. Третий глоток, глубже. И вдруг всё в ней будто ответило этому зелью. Пальцы дрогнули. Сердце заколотилось быстрее. В голове всплыл странный, тихий образ, тень, силуэт, касание руки, как будто зелье откликалось на её чувства к нему. Она закрыла глаза. Тело наполнилось теплом, которое не сжигало, а… принимало. Словно оно подтверждало то, что она сама боялась признать вслух. Северус внимательно наблюдал так, как смотрел только он: остро, глубоко, будто видел все слои её души. Когда Алиса открыла глаза, цвет зелья в бокале уже перестал меняться. Теперь оно сияло ровным, чистым изумрудом. Северус тихо выдохнул.       — Подходит. — сказал он. — Полностью твоё. Алиса опустила бокал, но не отпустила его. Губы слегка дрожали, не от страха, а от того ощущения, которое раскрылось внутри. Она вдруг поняла, он сделал для неё не просто зелье. Он сделал признание, своим языком, в своей манере и она приняла его, до последней капли. Она подняла взгляд на Северуса. Он стоял рядом, внимательно всматриваясь в её лицо, как будто боялся пропустить малейшее изменение в её дыхании. Он выглядел… нежнее, чем обычно. Строгость всё ещё была, привычная, сдержанная, холодная. Но поверх неё лежало что-то другое, тепло, тихая забота, которую он уже не пытался скрывать. Алиса улыбнулась.       — Похоже, работает. — Сказала она мягко.       — Я вижу. — северус чуть наклонил голову. — Ты… сияешь. Она почувствовала, как щёки вспыхнули. Конечно он заметил. Он замечал всё, что касалось её.       — Северус. — она подошла ближе, почти касаясь его пальцев. — Спасибо. Это… невероятно. Он хотел что-то ответить, но она приложила палец к его губам.       — Подожди. — прошептала. — Мне нужно отойти. Я приготовила кое-что для тебя. Его бровь приподнялась.       — Сюрприз?       — Сюрприз. — повторила она, шагнув назад. — Ты только… не поднимайся наверх раньше времени. Обещаешь? Он смотрел на неё долго, так долго, что сердце Алисы пропустило удар, а потом медленно кивнул.       — Хорошо. Я подожду. Но ты вернёшься?       — Конечно. — Она коснулась его руки. — Я всегда возвращаюсь к тебе. Он поймал её пальцы, слегка сжал, нежнее, чем никто бы поверил, что он может.       — Тогда иди, моя девочка… я дождусь. — Эти слова обожгли её приятным жаром. Она развернулась и вышла из комнаты.