На глубине

Прошло два месяца. Женя восстановилась. Жёсткий режим сна, капельницы, контроль врача — всё это вернуло ей силу. Она снова чувствовала воду, как раньше: тело слушалось, дыхание было ровным, каждое движение — точным. На отборе она плыла идеально. Не просто хорошо — безупречно. Когда она коснулась бортика, табло высветило её лучший результат за всю карьеру. Трибуны загудели. Внутри неё всё сжалось от облегчения. Она нашла взгляд Юры. Он стоял с каменным лицом. Позже, в маленьком зале федерации, где за столом сидели члены комиссии, всё произошло быстро. Сухие формулировки. Официальный тон. — В резерв олимпийской сборной утверждена… Эвелина Соколова. Женя сначала не поняла. Потом посмотрела на Юру. Он не смотрел на неё. — Решение принято с учётом стабильности показателей и стратегических перспектив, — продолжал кто-то из комиссии. Стабильность. Стратегические перспективы. Её лучший результат оказался недостаточным. Эвелина прошла мимо неё, едва заметно улыбнувшись. Это и добило. В тот же вечер она спаковала свои вещи и ушла из бассейна. Он звонил. Она не брала трубку. Через неделю она подала документы в Академию спасателей. --- Учёба оказалась совсем другим миром. Здесь никто не измерял тебя секундами. Здесь измеряли решениями. Первый раз, когда она прыгнула в холодную воду не ради результата, а ради условного «пострадавшего», что-то внутри неё щёлкнуло. Это было про жизнь. В академии хватало всего. Неловких заигрываний курсантов, которые считали, что чемпионка по плаванию обязательно должна быть доступной и потому особенно интересной. Соревнований уже другого рода — кто быстрее соберёт снаряжение, кто чётче среагирует в смоделированной ЧС. И реальных тренировок, от которых тряслись руки: пожары, эвакуации, работа в задымлённых помещениях, первая помощь. Однажды на учениях «пострадавший» слишком реалистично потерял сознание в воде. Паника началась не по сценарию. Несколько человек замешкались. Женя не думала. Она нырнула. Чётко. Спокойно. Профессионально. Когда инструктор позже сказал: «Вот это — хладнокровие», она впервые за долгое время почувствовала настоящую гордость. Иногда она всё же приходила в бассейн на самом далёком краю Москвы. Плавала по пустой дорожке. Без секундомера. Без давления. Просто чтобы чувствовать воду. Иногда, во время заплыва, в памяти всплывали моменты академии: крики инструкторов, запах дыма, смех в казарме, серьёзные лица на экзамене. Через три месяца она окончила академию с отличием. На вручении свидетельств она стояла в форме, с собранными в пучок волосами, и чувствовала странное спокойствие. Никакой эйфории. Никакой истерики. Просто уверенность. Когда официальная часть закончилась, к ней подошёл заместитель начальника. — Морозова, зайдите в кабинет. Она кивнула. Внутри всё равно было лёгкое волнение. В кабинете пахло бумагой и крепким кофе. Мужчина за столом просмотрел её личное дело. — Отличные показатели. Физподготовка — выше нормы. В стрессовых ситуациях — стабильна. Он поднял на неё взгляд. — Вы распределены в первый отряд. Женя чуть приподняла брови. Первый отряд считался лучшим в регионе. — Командир — Андрей Романович Костюк. Имя прозвучало весомо. — Строгий, требовательный. Но если он берёт человека в команду — значит, видит потенциал. Женя выпрямилась. — Когда приступать? — Завтра в семь ноль-ноль. И, Морозова… — мужчина слегка улыбнулся. — В нашем деле медалей не дают. Она кивнула. Выйдя из здания академии, Женя вдохнула прохладный воздух.