Последний солдат "Свободы"

Они начали долгий подъем по заваленной обломками лестнице к верхним уровням бункера. Каждый шаг давался Джону с трудом — криосон оставил в мышцах ощущение застывшего бетона, но он упрямо шел вперед, отказываясь от помощи Варла. Когда тяжелая гермодверь, поддавшись напору Элой, скрежеща, отползла в сторону, Джона ударил по глазам невыносимо яркий, живой свет. Он инстинктивно вскинул руку, прикрывая лицо, и замер. Воздух. Он не пах гарью, озоном и жженой резиной, как в его последних воспоминаниях о 2066-м. Он пах хвоей, влажной землей и чем-то сладким, цветущим. — Твою мать... — прошептал он, когда зрение начало возвращаться. Перед ним расстилалась долина Запретного Запада. Пышная, агрессивная зелень поглотила скелеты небоскребов, превратив их в причудливые коралловые рифы из бетона и лиан. Небо было пронзительно синим, без единого следа смога или пепла от выжженной атмосферы. — Мы это сделали, — выдохнул он, и в его голосе прозвучала болезненная гордость. — Мы правда дали этой планете шанс. Но идиллия длилась недолго. Элой внезапно коснулась своего визора и жестом приказала обоим пригнуться за обломком старой парапетной стены. — Тихо. Внизу патруль, — шепнула она. Джон выглянул из-за укрытия, ожидая увидеть что-то знакомое — может, дрон или старую модель танка. Но то, что он увидел в полукилометре от них, заставило его сердце пропустить удар. Из-за рощи гигантских папоротников, сотрясая землю тяжелыми шагами, вышла тварь. Это был стальной кошмар размером с двухэтажный дом, напоминающий тираннозавра, но обвешанный дисковыми пилами, лазерными турелями и пусковыми установками. Машина издала низкий, вибрирующий рык, от которого задрожали кости в груди Джона. Джон замер, его глаза расширились, а лицо из бледного стало мертвенно-серым. — Это что еще за херня?! — заорал он шепотом, хватаясь за пустое бедро, где когда-то висела кобура с табельным пистолетом. — Элой, какого дьявола?! Вы сказали, что Рой Фаро отключен! Что это за хромированный Годзилла на стероидах?! — Это Громозев, — спокойно ответила Элой, не отрывая взгляда от машины. — Одна из машин ГЕИ. Раньше они были мирными, но теперь они... не в духе. Джон посмотрел на неё как на сумасшедшую, затем снова на стальное чудовище, которое одним движением хвоста сбило вековое дерево. — «Не в духе»?! Да эта хреновина выглядит так, будто сожрала на завтрак три моих взвода и закусила бронетранспортером! — Джон сорвался на злой, истерический смешок. — Вы ходите с луками против этого? Сумасшедшие дикари... У него на спине пушки с калибром, который шьет танковую броню, а на вас — перья и кожаные штаны! Матерь божья, во что я вляпался... Варл понимающе усмехнулся и похлопал Джона по плечу. — Не волнуйся, солдат. Мы умеем с ними бороться. Джон медленно повернулся к девушке, которая в этот момент хладнокровно проверяла тетиву своего лука. — Этим? — он посмотрел на лук с необычными стрелами и снова посмотрел на Громозева, который издал леденящий душу механический вопль. — Знаешь что, рыжая... Либо вы мне ещё что-то не договариваете, либо я всё еще в криокапсуле и мне снится очень плохой, очень дорогой трип. Джон не сводил взгляда с Громозева. Машина внизу методично крушила заросли, и каждый удар ее многотонных лап отдавался в подошвах ботинок Джона. Он видел на корпусе чудовища радарные панели, сенсорные узлы и — что пугало его больше всего — узнаваемые крепления для тяжелого вооружения, очень похожие на те, что использовали в его время. — Ладно, — Джон наконец заставил себя отвести глаза от стального монстра и посмотрел на Элой. — Ты сказала, что коды Фаро взломаны. Ты сказала, что ИИ по имени ГЕЯ строит этот мир. Но я был военным, Элой. Я знаю, как выглядит техника для терраформирования, и у этой «хреновины» на спине явно не сеялка для кукурузы. Он кивнул в сторону долины, где Громозев в очередной раз издал вибрирующий рык. — Почему эта тварь не в духе? — голос Джона стал непривычно серьезным. — Если ГЕЯ, как ты сказала, строит роботов для восстановления жизни, то почему они выглядят как штурмовые платформы и ведут себя так, будто хотят стереть нас в порошок? Я так понимаю, с этим вашим проектом всё пошло не совсем по плану? — Ты проницателен, Джон. План «Новый Рассвет» был идеален на бумаге. Но почти двадцать лет назад произошел сбой. Неизвестный сигнал ударил по ГЕЕ. Он превратил её подфункции — отдельные части её разума — в самостоятельные, безумные ИИ. Она сделала паузу, подбирая слова. — ГЕЯ была вынуждена взорвать свой главный реактор, чтобы остановить их, но они сбежали. Один из них — ГЕФЕСТ. Он отвечает за заводы, которые строят эти машины. Он считает, что люди — угроза, которая мешает машинам восстанавливать мир. Поэтому он начал их «вооружать». Он создает их для охоты на нас. — Значит, восстание машин 2.0, — горько усмехнулся Джон, проверяя свои пустые руки, словно надеясь найти там винтовку. — Только теперь у нас нет ни авиации, ни артиллерии, ни чертовой логистики. Только луки, стрелы и рыжая девчонка, которая верит, что сможет это исправить. — Показывай дорогу к своей базе, Элой. Кажется, мой покой отменяется. — он вспомнил те бои, а точнее, мясорубки с роботами Фаро. Когда он проснулся и ему объяснили что мир жив, то подумал что уйдёт на покой, но, видя что угроза машин не исчезла, ему придётся снова принять бой.