Верёвки и ласки

У Джека болела голова, как это часто у него бывает по утрам. Ему нужен был стаканчик... или бутылка. Но когда он попытался встать, то понял, что привязан к кровати. Он раздражённо вздохнул, пытаясь развязать верёвку, но запястья были надёжно связаны. — Уильям! — позвал он, надеясь, что его спутник услышит. Дверь открылась, и появился Уилл Тёрнер, который посмотрел на него с улыбкой. — Джек. Ты хорошо спал? — Я не помню точно, что мы делали вчера, хотя, думаю, это было очень приятно — это всегда именно так и происходит, когда я просыпаюсь привязанным к кровати, — но сейчас тебе придётся меня развязать. Уилл закрыл за собой дверь и забрался на кровать, чтобы поцеловать его в губы. — Не сейчас. Я заключил сделку с твоей командой. — Сделку, которая требует, чтобы я был привязан к кровати? — Именно. Прошлой ночью ты был... несговорчивым, и команда хотела выбросить тебя за борт. — «Несговорчивым»? — Ты требовал с них дань. Поэтому мистер Гиббс предложил мне оставить тебя в каюте, пока тебя кто-нибудь не выбросил за борт. Джек поморщился, представляя, как это выглядело. — Итак, короче говоря, ты героически привязал меня к нашей кровати. — Именно. — Спасибо. А теперь развяжи меня. Тот посмотрел на карманные часы. — Через полчаса. Капитан вздохнул. — А что, если ты меня развяжешь, но я им не скажу? Я буду вести себя хорошо… — Я тебе не доверяю. Зато могу помочь сократить эти полчаса. — Ты принесёшь мне ром? — Я доставлю тебе удовольствие другим способом. Джек вопросительно поднял бровь. — И как же? Уилл скользнул пальцами вниз к паху. — Что скажешь? — Я и получаса не продержусь. — То есть, это «нет»? — Уильям, это никогда не будет «нет». Я сказал, что это отличная идея, но я не продержусь те полчаса. Уилл улыбнулся, расстёгивая брюки капитана. Сначала он коснулся его члена, дрожа от желания. После нескольких месяцев прикосновений каждую ночь он так и не устал от него. Член капитана Джека Воробья был просто… идеальным. Идеальный внутри него и идеальный внутри его глотки. Но ему нужно было растянуть это на полчаса: он даже не мог полностью взять его в рот… Поэтому Уилл неторопливо поцеловал его член. Джек задрожал от желания и полностью перестал жаловаться. Кузнец знал, что на верном пути. Две вещи могут заставить замолчать капитана Джека Воробья: удовольствие или сон. И поскольку он не храпит… Уилл снова поцеловал его член, слыша, как участилось дыхание капитана. Он провёл языком по всей длине члена, прижимая пальцы к бедру. Он не торопился, целуя и облизывая капитана Джека Воробья, ощущая его желание. — Уильям, перестань меня дразнить. — Мне нужно, чтобы ты продержался полчаса… — Забудь про полчаса, я всё равно всегда засыпаю после оргазма. Джек прав: если он хотел удержать его в каюте, ему лучше заставить его кончить. И вот Уилл наконец взял его член в рот. Он услышал, как тот застонал от удовольствия, побуждая его взять член глубже. — Уильям! Кузнец улыбнулся, ускоряя движения, заставляя его стонать ещё. Он хотел бы не торопиться и продлить удовольствие от ощущения члена в своём рте, но также хотел довести его до оргазма, чтобы тот мог почувствовать удовольствие. — М-м-м... Уилл... Он вдавил пальцы в бедро, уже отмеченное следами их предыдущей встречи, и, снова вобрав член глубже, застонал от удовольствия. — Уилл! — воскликнул капитан, кончая. Тот быстро сглотнул, застёгивая пиратские штаны. Джек улыбнулся, его дыхание уже начало замедляться. — Поцелуешь меня? — спросил Джек. Уилл подошёл, чтобы поцеловать его в губы, прежде чем вернуться к столу, наблюдая краем глаза, как тот засыпает. Капитан вздохнул от удовольствия, закрыв глаза, несмотря на то, что его руки всё ещё были привязаны к кровати. Джек наконец уснул под нежным взглядом кузнеца...