Звёздная застава

А Гарри, почувствовав на шее импульс ледяной магии, был вынужден начать раздеваться. Медленно. Настолько медленно, насколько мог. Сначала на пол упала его синяя мантия, потом — он принялся за манжеты. Делая вид, что от холода у него заледенели пальцы, он как можно дольше с ними возился, пока ошейник снова не напомнил сильнейшим уколом холода, так, что у него перехватило дыхание и показалось — шея сейчас превратится в кусок льда, что у хозяина этого ошейника терпение не резиновое. Пришлось растегнуть пуговицы и стянуть рубашку. Существо, сидевшее на троне, назвавшееся королём вампиров, хотя, что-то Гарри подсказывало, что это, мягко говоря, неправда, заёрзал так, будто сидение под ним стало невероятно неудобным! Ещё дольше Гарри постарался провозиться с ремнём брюк. — Брось его мне! — потребовало существо, когда Гарри всё же растегнул его. Он выполнил требование, но расстояние между ним и троном оказалось слишком большим, или - руки, действительно, замёрзли, и замах получился слабым - ремень приземлился где-то на половине расстояния. Существо вскочило с трона и одним прыжком оказалось возле брошенного куска кожи, подняло его, и приложило к своей щеке: — Снимай остальное! Мне не терпится связать тебе руки этим ремнём! Теперь, любое промедление вызывало уколы льда, не такие сильные, как когда он возился с манжетами, но тоже заставляющие вздрагивать и прерывающие дыхание. Пришлось разоблачиться полностью. И хотя Гарри не желал этого, но со стороны это выглядело как стриптиз: было видно насколько это действие распалило это существо, и свидетельство этого недвусмысленно натягивало ширину его брюк. Гарри было невероятно стыдно — ведь он не только, всё ещё был девственником, но даже не понял — какой пол ему нравится: то что было с Чанг и Джинни, было не более чем попыткой, хоть в чём-то, быть как все. Он сильно покраснел — ему хотя бы стало хоть немного теплее, и прикрыл свою плоть руками. Кир смотрел на смущённого юношу и представлял, как заставит его кричать — и от боли и от наслаждения! Он был в стадии крайнего возбуждения, что может, если он не сдержится, сильно навредить Гарри. Но потом подумал, а ведь можно поиграться жёстко, и не навредить игрушке! Кир жадно облизнулся, разглядывая юношу. Он знал, что не должен торопиться. Слишком быстрое удовлетворение сейчас обернется разочарованием потом. Кир хотел растянуть удовольствие, упиваясь властью и смущением в глазах Гарри. – На колени, – прорычал вампир, и новый импульс холода заставил Гарри послушно опуститься на каменный пол. Стало еще холоднее, но парень стойко выдержал. Он знал, что сопротивление только ухудшит ситуацию. Кир подошел ближе, его дыхание опаляло кожу Гарри. Вампир схватил ремень и с помощью магии грубо связал руки юноши за спиной. Гарри вздрогнул от прикосновения ледяных пальцев. – Ты будешь моим, – прошептал Кир, его голос звучал хрипло и властно. – Я научу тебя удовольствию, которого ты никогда не знал. Ты будешь умолять меня о большем. Гарри ничего не ответил. Он просто смотрел на Кира, пытаясь понять, что ждет его дальше. Страх и какой-то спесивой злость смешивались в его сознании, создавая гремучую смесь эмоций. А затем Кир расстегнул ремень и достал свой член, длинный, слегка кривой. — Соси, парень! Гарри попытался отвернуться, сжать челюсть, когда что-то приставили к его горлу. Гарри зажмурился, чувствуя, как напряжение в его теле достигает предела. Он боялся, но одновременно в нём поднималось какое-то отвращение, жгучее желание плюнуть в лицо этому существу. Но тело не слушалось, скованное страхом и ледяной магией. Он ощутил прикосновение чего-то твёрдого к своим губам. Кир, видя сопротивление, рассвирепел. Он схватил Гарри за волосы и дернул голову назад, открывая доступ к горлу. – Соси, я сказал! – прорычал он, его голос был полон ярости. – Или я вырву тебе глотку. Гарри почувствовал ледяной клинок магии у своего горла. Он знал, что Кир не блефует. Сжав зубы, он сдался, открывая рот. Кир торжествующе ухмыльнулся и грубо впихнул свой член в рот Гарри. Слёзы навернулись на глаза, когда Кир грубо начал трахать его рот, рыча от удовольствия. Но Гарри чувствовал лишь отвращение. Он пытался отстраниться, но Кир держал его голову мертвой хваткой, держа за волосы, не давая ни малейшего шанса вырваться. Мерзкий вкус заполнил его рот, вызывая рвотные позывы. Гарри отчаянно пытался сглотнуть, но это только усугубляло его страдания. Кир не обращал внимания на его мучения, продолжая свои грубые толчки, изредка издавая гортанные звуки. В глазах Гарри потемнело, казалось, что его вот-вот вырвет прямо на этого монстра. С каждой секундой отвращение нарастало, захлестывая его разум. Он чувствовал себя абсолютно беспомощным, униженным до предела. Мысль о том, что это случилось с ним, пронзала болью. Он мечтал только об одном – чтобы это поскорее закончилось. Но Кир, казалось, наслаждался его мучениями, растягивая этот кошмар как можно дольше. Внезапно Кир замер, его тело напряглось в судороге. Гарри почувствовал, как мерзкая жидкость заполнила его рот. Он попытался выплюнуть её, но Кир силой удержал его голову, заставляя проглотить всё до последней капли. Затем, отпустив его, Кир отстранился, тяжело дыша и с победной ухмылкой глядя на Гарри. Гарри отвернулся, пытаясь отдышаться и избавиться от тошноты. Он чувствовал себя совершенно разбитым и опустошенным. Слёзы текли по его щекам, смешиваясь со слюной и остатками мерзкой жидкости. Ему хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть, никогда больше не видеть это чудовище. Кир же, похоже, был вполне доволен произошедшим. Он облизал губы и, с довольным видом посмотрев на Гарри, произнес: — Вот видишь, как хорошо, когда слушаешься. А теперь... — Кир посмотрел на солдат. — Отнесите его в камеру и привяжите на цепь. Солдаты подошли и, подхватив обмякшего Гарри, поволокли его прочь. Он не сопротивлялся, словно вся воля покинула его. В голове пульсировала лишь одна мысль: "Это не может быть правдой. Это просто кошмар. Я проснусь, и всё будет как прежде." Но кошмар не отступал, становясь всё реальнее с каждой секундой. Солдаты толкнули дверь, и Гарри грубо затащили в портал. На другой стороне была роскошная камера, освещенная тусклым светом свечей. В центре комнаты стояла огромная кровать под балдахином из темных шелковых тканей. Солдаты бросили Гарри на пол, цепи звякнули, закрепляясь на его шее, и сняли ремень с его рук. Затем они ушли, оставив его одного в этой обители тьмы. Гарри лежал на холодном полу, пытаясь сдержать рвотные позывы. Отвращение к себе и Киру разрывало его изнутри. Он чувствовал себя грязным, сломленным, использованным. Неужели это и есть его судьба? Неужели он навсегда останется рабом этого монстра? Но где-то в глубине души ещё тлела искра надежды. Он не мог позволить себе сдаться. Он должен был найти способ вырваться отсюда. Но силы, которые у него были, медленно и неуклонно покидали его, и Гарри провалился в тяжёлый сон. Но перед этим услышал голос, бархатный и нежный. Голос полный заботы и нежности: "Нет, не поддавайся ему, мой хороший, пожалуйста!"