Кай Маловрини: Мия Адамантс и Остров Грани

... ... ... Я открыл глаза. Ничего не видно. Лежал на скамье. Руками не мог пошевелиться — запястья сковывало что-то металлическое. Дотянулся до головы — болит. На ней что-то намотано. Ногу сильно сдавливало. Дотронулся стопой до второй — там тоже что-то намотано. Ничего не видно. Но по ощущениям — то же место. Та же солёная, маслянистая вонь. Запах плесени. Что случилось? Ничего не помню... Голова трещит. Руки пульсируют. Помню: был на корабле, пытался убить Мию. Потом провал. Темнота. Эта скамья. Боль. Жёлтый свет. Провал. — Ау! Есть кто? Тишина. Только лёгкая качка корабля, как и раньше. Дёрнул руками. Металлический звон цепей. — Уроды! Прицепили меня! Живот громко заурчал. Когда я ел последний раз? Помню, что на корабле. Но когда? Вчера? Два дня назад? Сколько я здесь? Во рту сухо. Пить хочется. Очень сильно. Попробовал подняться — не получается. Цепи держат. Опустил ноги в мокрую липкую воду, подвинулся ближе к цепям. Схватился двумя руками за цепь, дёрнул. Не поддаётся. Надавил всем телом вниз, пытаясь вырвать, — получил невыносимую боль в руках от наручников. Если не убили, а держат — значит, я им нужен живой. Сел обратно, подвинулся к самому началу цепей, попытался обмотать шею. Полностью не вышло — только придавил. Начал сильно сдавливать шею, прижимая голову к стене. Появилась тошнота. Шея запульсировала. Мне становилось всё хуже, но я не отпускал цепь. Потерял сознание и упал на скамью. ... ... Очнулся. Попробовал подняться, осмотреться — ничего не видно. Руки прижаты к стене ещё сильнее. Хотел поднять ноги — они связаны и притянуты намертво к скамье. Я полностью обездвижен. Шея болит, голова трещит, руки пульсируют, желудок кричит, во рту ни капли слюны. В коридоре раздались шаги. Появился жёлтый свет. Перед глазами всё плывёт. Я не мог разобрать, что это, — просто большое пятно. Оно открыло дверь и подошло ко мне. — Рот открой. — Что? Хрен тебе! Я намертво сжал зубы и губы. Пятно грубо схватило меня за подбородок, сдавило — челюсть разомкнулась, и в рот залилась жидкость. Я выплюнул всё обратно. Пятно ударило меня по лицу, снова залило воду, наклонило голову и сильно зажало рот рукой. Я глотнул. Свежая, пресная вода. Какая же приятная! Но я лучше умру, чем буду что-то от них принимать. Набрал слюны и плюнул прямо в пятно. Получил сильный удар в живот, потом несколько в лицо. — Сука... — выдавил сквозь зубы. Пятно снова подошло, хотело открыть мне рот. Я схватил его за руку и со всей силы сжал челюсти. — Отпусти! Меня били по голове, но я не расслаблял челюсти и вырвал кусок плоти из руки Пятна. Голова упала на скамью. Во рту — кусочек плоти и кровь. Сознание начало уходить. Я получил ещё один удар и отключился. ... ... Очнулся. Открыл глаза — размытое освещённое пятно. Всё кружилось так сильно, что невозможно было ничего разобрать. Глаза от света закрывались и сильно болели. Я лежал на какой-то койке. В стене был иллюминатор, за ним — что-то синее. Наверное, океан. Поднялся, упёршись руками. Голова закружилась ещё сильнее, начало тошнить. Я упал с койки на деревянный сухой пол. Держась за койку, попытался встать на ноги — они не держали. Я снова упал. Живот крутило, тошнило невыносимо. Рвота вырвалась наружу. Я пополз к двери, которая кружилась перед глазами, изматывая меня. Глаза болели. Закрыл их и полз туда, где, как думал, была дверь. Потерял сознание. ... ... ... — Ау, мальчик! — перед глазами что-то сильно махало. Я чувствовал знакомый сладкий запах духов. От них мне становилось плохо. Попытался схватить махающее пятно, но оно будто покадрово отдалилось. — Тише, тише... Шёпот возле уха. Что со мной? Я еле двигаю руками и не чувствую боли. — Т-ты кто? — спросил я расслабленным голосом. — Твоя новая знакомая. Мия. Пятно приблизилось вплотную, закрыв весь свет. Я не мог злиться. Мне было так хорошо, такое приятное чувство на душе. — Подружка... Моя подружка... — Молодец. — прошептала она и коснулась моей головы. — Да! Я молодец! — сдерживая смех, ответил я. — А где твой отец был в последний раз? Пятно исчезло из виду. Я почувствовал, как мягкие руки массируют мою голову. — Ха-ха, та он в Индию плыл, плыл и — бульк! Потопили его. — А кто? — тихо спросила Мия, продолжая массаж. — Так епт, ха-ха, ты же взяла и — бум! Где-то в море. — Я? — Агась! — А с чего ты взял, что я это сделала? — Ну как же?! Паллада, сказали, потопила кораблик с отцом. — А кто рассказал? — Не знаю... Так все говорят! Вы же топите налево и направо. — Кто сказал? — Кто сказал, кто сказал... Ты как ребёнок! Люди говорят. — Странно... Ни разу Паллада не открывала орудия. — Мия спокойно продолжала массировать мою голову. — Как так? Ты глупая, а как ты топила, если пушки не бахали?! — Эх, веришь ты всем. Я же твоя подружка. Верь мне, а не каким-то врунишкам. — Блииин, извини, ты права! Я буду так делать теперь. — А у твоего отца были какие-то документы? — Конешно! Я целых десять коробок собрал. Тяжёлые. — А где они? Доверься мне — и мы узнаем, кто убил твоего отца. — Конечно, конечно, Миячка! Они у Оливера, моего близкого друга, в Портанской фракции. Прямо в Портане. Десять минут от порта. Там вообще легко: прямо, прямо, четвёртый этаж, семьдесят вторая квартира. Мия легонько свистнула. В комнату зашло какое-то пятно. — Курс на Портан. Полный ход. — Мия продолжала массировать мою голову. — Полный ход! Слышал, что моя подружка сказала? — Милый... А ты весь в отца? — Мия наклонилась и задышала мне в ухо. — Конечно! Я инженер с большой буквы. Но лень было проекты делать. Так, что-то делал, чтобы на жизнь хватало. — А хочешь на меня работать? — Само собой! — Пока смерть не разлучит нас, — сладко прошептала Мия мне на ухо. — До самой смерти буду с тобой! Друзей же в беде не бросают. — Хорошо... — Мия убрала руки и пошла к двери. — Отдыхай... — Эй, стой! Я вскочил с кровати, но ног не чувствовал — рухнул на пол. Больно не было. Я пополз к размытой двери. Схватился за ручку. Вышел в тёмный коридор. Слева была лестница. Пополз наверх, выбрался на палубу. Меня сразу ослепило солнце, спину начали омывать волны солёной воды. Ветер обдувал меня, я приходил в себя. — Эй, а с хрена эта крыса здесь? Я открыл глаза. Вокруг — десятки матросов. Стоп. Что происходит? Где я? Хотел подняться — в голову ударила резкая боль. Всё закружилось, тело запульсировало. Кто они? Я на корабле? — Поприветствуйте инженера Кая! Он будет работать на этом корабле! — крикнул какой-то мужик, поднимая меня за шкирку. — Где я? — Ты на Палладе. Страхе любого моряка. Как? Давно я здесь? Волна влетела в меня, освежила. Я схватил мужика за руку, попытался закинуть ноги ему на шею. Не получилось — я начал кусать его. Получил удар и отлетел в фальшборт. Все засмеялись. Я не могу остаться! Нет! Упёрся руками в фальшборт, попытался прыгнуть в воду. Меня что-то схватило за шкирку и швырнуло обратно на палубу. — Эй, инженер! Какой состав здесь? На меня вылили ведро какой-то густой воды. Раздался смех. Волна накрыла меня и смыла всё. Я получил удар в бок. Потом все разошлись работать. — Эй, мальчик. — Мия тихо подошла ко мне. — Ах ты сука! Я повалил её на палубу и сел ей на живот. — Странные у тебя игры... — Замолчи! — Ладно... Что теперь? Убьёшь или изнасилуешь? — Мия улыбнулась и смотрела мне в глаза. Меня переполняла ярость. Я надавил руками на шею Мии. Она не сопротивлялась, только тихо хрипела. — А я не врала тебе, — тихо прошипела Мия. — Что? — мои руки на секунду разжались, глаза расширились. Мия резко перевернула меня и села сверху. — Ты врёшь! Ты буквально убила матроса! — Я потянулся к её шее, схватил, потянул к себе и начал сильно давить. — А точно это была я? — тихо прошипела Мия мне на ухо и задышала. — Ты убийца! Ты только и делаешь, что убиваешь! — Я продолжал душить. — Нет. Вспомни, что случилось. Я вспомнил. Матрос бежал на Денни, капитана Нокса. Его схватили и скинули в бурлящую воду между двумя кораблями. — Ты же главная! Твои люди убили! — Я душил ещё сильнее. — Я? — тихо прошипела Мия. Я расслабил хватку. Мия не поднималась, продолжала лежать на мне. — Денни отдал приказ. Меня на том корабле ещё не было. — шептала она, дыша в ухо. — Он с тобой работает, вы два урода! Один убил — значит, оба виноваты! — Я схватил её за шею и приподнял. — Тогда и ты убийца. — тихо сказала Мия. — Убей меня. Покажи себя. Я со злости сдавил шею. Зрачки Мии закатились, из носа пошла кровь. Я осмотрелся. Матросам было плевать, что происходит у них под носом с их же капитаном. Один прошёл мимо со шваброй. Я могу её убить! Я сделаю это. Даже если меня потом убьют — я отомщу за всех, кого она убила. А точно она убила? Как люди узнавали, что Паллада кого-то потопила, если никто не выживал? Я посмотрел на Мию. Из носа текла кровь, глаза покраснели. Она не сопротивлялась, только хрипела. Тишина. Я чувствовал её пульс сквозь гладкую кожу на пальцах. Я отпустил руку. Мия схватилась за шею и рухнула на меня, сильно закашляв прямо в ухо. — Тогда почему именно Палладу обвиняют? — Я отвернул голову в сторону. — Так проще, — прошипела она сквозь кашель. — Просто так не цепляют ярлыки на белого пушистого. — Я смотрел на горизонт через шпигаты. — Скоро узнаешь. — Мия не поднималась, продолжала кашлять. Кровь с её носа капала мне на шею. Тишина. Я лежал на палубе под брызгами солёной воды. Мия лежала на мне, давила телом и грела. Всё тело болело. Будто у меня что-то отобрали. Почему эта Мия такая странная? Почему никого не волнуют действия капитана? Для них это обычно: капитан садится на живот какому-то пацану, тот начинает её душить и почти убивает. Странное ощущение. У меня и отвращение к этой чокнутой, и что-то ещё... Почему она не встаёт? Дышит, молчит, кровь продолжает капать на мою шею и засыхать. Волны омывают нас. — Тогда кто ты такая? — я не повернулся, продолжал смотреть на море. — Чокнутая мазохистка, сколотившая армию таких же? — А я похожа? — тихо прошептала Мия на ухо. Я думал, что да. Но я жив. Это потому что я нужен ей? Она точно убийца. Или нет? Я не понимаю. А почему я ей верю? Все говорят: Паллада. А с чего я начал верить этой странной? Я повернулся и снова схватил её за шею. Мия в этот раз схватила мою руку своими гладкими пальцами и попыталась убрать. Я посмотрел ей в глаза. Из правого глаза потекла кровь. Убийца ли я? Я же никогда никого не убивал... А сейчас так легко это делаю, будто каждый день душил. Если я убью её — я стану таким же? Может, это сломает меня? Смогу ли я узнать правду о Палладе и смерти отца? Тишина. Я смотрел на Мию. А потом отпустил. Она снова упала на меня. Её мокрые волосы легли мне на лицо. Мы пролежали так долго. Потом подошёл Громила. — На горизонте Нокс преследует баржу. Мия выпрямилась на моём животе. — Сближаться. Громила ушёл. Мия достала платок, вытерла кровь с лица, потом приблизилась, намочила край платка слюной и начала оттирать мою шею. Что происходит? Она только что отрицала, что убийца, а сейчас идёт на абордаж? — Ты мне врёшь! Мия удивилась и улыбнулась. — В чём? — В том, что ты не убийца. — Я не вру. Сам посмотришь. Мия поднялась на ноги и протянула руку. Я попытался встать сам — и сразу упал. Ноги не держали, тело снова заболело. Мия возвышалась передо мной, а я был на уровне её ног. Я подполз к фальшборту, подтянулся. Всё было размыто, но вдалеке виднелось маленькое пятно. Корабль резко накренился, меня по инерции потащило от фальшборта. Я чуть не сорвался, но Паллада выровнялась. Я прополз сквозь матросов, которые будто не замечали меня, к носу корабля. Мы на полном ходу летели прямо на пятно. В лицо летели огромные волны. Моё тело подлетало вверх и падало на палубу. В ушах свистел ветер. От ударов о палубу тело начало невыносимо болеть. Я услышал шум дизельного двигателя и смог разглядеть длинный серый корабль. Это был Нокс. Мы летели прямо в его борт. А за ним стояла баржа.