Добро пожаловать, Ваше Высочество.

      Тот бокал явно был лишним.       Так можно было сказать обо всех присутствующих на балу. Поэтому трюк с выдуванием огня публика встретила хорошо, несмотря на то, что Эо сделал его неумело, словно в первый раз. Выплевывание керосина на грубо зажженную палочку благовоний было опытом… Специфичным. В цирке всё было гораздо проще. И безопаснее.       Когда восторженная и не особо искушенная подобными действами публика перестала хлопать и посмотрела на место, где только что стоял Эбардо, артист уже исчез в толпе. По залу прошлись шепотки о том, что вечер посетил настоящий дух, скрытый в неприметной черной маске с золотыми звездами. Эо на это улыбнулся и, взяв вещи в охапку, вышел на балкон развеяться.       Свежий воздух вызвал головокружение. Эбардо уперся в перила балкона и схватился за голову. Взгляд устремился вперед, на садовые деревья. Они уже полностью окрасились к середине терриния и были прекрасны сами по себе. Но сегодня они ещё были украшены разноцветными огоньками повешенных на них гирлянд и фонариков. Выделялся на фоне общей картины огромный дуб в правой части сада, который был обвешан так, что невнимательному глазу могло показаться, что он был подожжен.             — Хорошо горит, – с улыбкой сказал Эо, уставившись на вековое древо.       Свежий воздух медленно отрезвлял разум и возвращал чувства. Одним из первых вернувшихся был холод. Эбардо тут же поежился и накинул на себя свой плащ.             — Согласен. – произнесла фигура слева с бокалом вина. – Погода располагающая. Хотя обещали дождь.       Во рту встал мерзкий привкус подсолнечного масла, из-за которого расшатанный алкоголем мозг заставил глаза бегать в поисках воды.       В углу балкона стоял небольшой напольный горшок с грустным голым кустом, который уже сбросил листву, готовясь к зиме. Рядом была табуретка, а на ней кувшин с водой. Эо поднял маску на лоб и налил себе воды в рядом стоящий стакан.             — Это вода для цветов, – раздался голос вновь.       Эбардо, уже наполнив рот водой и полоща в нём язык, избавляясь от привкуса, уставился на стакан. На нём были нарисованы отметки объема для измерения. Он тут же сплюнул воду обратно. Вода в стаканчике тут же стала мутной.             — Бля-я-я… – он повернулся к фигуре и тут же поспешно добавил – ..ха муха.       Фигура прыснула от смеха и случайно наклонила бокал, из-за чего вино тут же выплеснулось прямо на ботинки обоим. Но волновало Эо сейчас не это. Таинственный незнакомец был не кем иным, как Зефиром Третьим. Король был без маски, с разрисованным золотом лицом. Голубый протез глаза мягко светился и сверкал, пока его носитель вытирал слезы из глаз. Точнее, из одного глаза. Здорового. Розового цвета.       От неожиданности встречи Эбардо тоже наклонил свой недо-стакан с водой, сделав ещё хуже – теперь вода забрызгала грудь и лицо Зефириона. От ужаса у Эо перехватило дыхание. Нужно срочно спасать репутацию.             — Вот блять, – он поспешно достал платок из нагрудного кармана, и развернул его, после чего приблизился к Королю – В-ваше Высочество! Я-я не узнал... Позвольте!       Эо стал быстро протирать лицо Зефириону, промакивая. Краска из золота даже не намокла. Это было странно.             — Н-ничего, всё в порядке. – вдруг очнулся король, когда Эо уже стал промакивать грудь и ниже. – Я всё равно уже хотел уходить.             — Не хотел портить ваш грим. Виноват, Ваше…             — Величество, – подсказал Зефир Третий и покраснел, когда Эбардо отжал свой платок и вновь стал им промакивать влагу уже почти у пояса, – И-и это не грим. Это шрам.             — Шрам? – Кроуз тут же остановился и вновь поднял голову. Увидев смущение Зефириона, он тут же убрал платок и встал на ноги. – Красивое. Для шрама. Да и глаз, он…             — Вы боитесь меня, не так ли?             — Кто? Я? – Эо наигранно засмеялся. Он пытался напустить на себя весёлый опьяненный вид, но один взгляд на голубую железяку тут же всё разрушал. – Не смешите меня. Я-я видел вещи и похуже. Да и вообще…             — Бояться кого-то вроде меня нормально, Эбардо Кроуз. Всё-таки мой отец убил вашего. – он тут же поднял брови и прикрыл рот. – Т-то есть! Я не хотел! Я!..       Эо хмуро посмотрел на него в ответ. Зефирион хлопнул себя по лицу и покраснел ещё гуще. Зря он это сказал. Очень зря.       От смерти со стыда короля спасла вода, капнувшая с неба на голову. Дождь уже собирался.             — М-мне нужно идти. И-извините.       Зефир Третий в спешке взял свою маску и натянул её на себя, убегая в дверь. Эо постарался улыбнуться: его испугался сам король! Но осадочек остался. Да и вообще как-то неловко получилось.       На голову Эбардо тоже закапало, а потом и громыхнуло. Он надел шляпу, взял свою трость и забежал внутрь. За окном захлестал дождь.       Перед ним стояла пара, удивленно смотря на него. Эбардо приложил руку к лицу и охнул – маска осталась на улице. Если вообще осталась, учитывая материалы, из которых он её мастерил. Презрение во взгляде партнёров заставило Эо оскалиться:             — Что уставились?             — Ничего. У вас что-то на лице. – натянуто уважительно произнесла женщина, указывая на его чешуйки от скинтонита под глазами.             — Я знаю, – практически прорычал он.       Пара скривила губы, пытаясь выдавить улыбку. Когда Эо прошел мимо, за спиной раздался громкий шепот:             — Этих Нижних уже всюду пускают, погляди!             — Грязное животное. Ты видел, что он учудил пару минут назад?       Пару минут назад? Эо развернулся и посмотрел на место, где показал свой “фокус”. Там в спешке убирались слуги и тихонько ругались на образовавшееся черное пятно на потолке. Люди в масках перешептывались и старались не мешать уборке.       Они никогда не примут его. Ни в маске, ни без неё. Откровение было довольно ожидаемым, но всё равно резануло но едва сшитой душе острее ножа. Эо быстро вытер глаза, не дав слезам даже показаться. Он поправил шляпу и застегнул плащ. Пора уходить отсюда. И желательно, никогда не…       В выходе из зала показался белый королевский плащ, расшитый скинтом. Зефир Третий тоже сбегал.       И Эбардо еще никогда так не хотелось составить кому-то компанию.

***

      Ветер на улице дул со всех сторон. Моросило. Холодные капельки воды покрывали ткань одежды и лицо. Ледяной ветер пробирался под лёгкий плащ.       Надо было брать шарф, как посоветовал Джейс.       Эо поежился и поднял воротник у застегнутого плаща. Одну руку он положил на шляпу, чтобы ту не сдуло.       Не надо было вообще ехать. Даже погода была против этого. Но Эо не удосужился проверить прогноз. Мысль об еще одном вечере в компании Высших, которые будут в нем заинтересованы, как в равном, отогнала все остальные, более здравые.       Черт, Элиза была права. Он продался.       Эбардо зашагал по свежим лужам за фигурой в плаще которой, как он надеялся, был Зефирион. В отличие от других, он не смотрел на него, как на мусор. Он видел в нём угрозу. И это очень льстило.       Когда он подошёл к странному храму, зубы уже стучали. Он потянул дверь на себя и, с трудом приоткрыв на небольшую защелину, прошмыгнул внутрь. В ответ та с громким звуком захлопнулась.       Эо облегченно выдохнул и отпустил шляпу. В помещении было странно тепло. Словно тело само включило подогрев изнутри.       Он стряхнул с головного убора капли воды и вынул из пояса трость. Поднявшись по ступенькам и войдя в зал, Эбардо непроизвольно раскрыл рот.       Когда же масштабы перестанут удивлять его?       Это был огромный зал со статуями разных личностей. Подобное ему пока нигде не доводилось видеть. Ближе всего к этому были храмы в Альтере, где стояли статуи       Богов с жаровнями и небольшой музей при А.Р.Н.И.Р., в который он забрёл по ошибке, когда ждал Сяо. Там стояли небольшие бюсты известных выпускников и сотрудников академии.       Но здесь были огромные статуи из белого камня, стоящие на таких же огромных пьедесталах, высота которых доходила почти до шеи Эо. Застывшие фигуры мужчин и женщин уходили высоко в потолок храма. Рядом с ними Эбардо, да и любой другой человек, был просто букашкой. Тараканом, ползающим под ногами.       У мужчины затекла шея от долгого запрокидывания головы вверх. Он опустил взгляд. Перед глазами вновь оказались пьедесталы с высеченными на них именами и годами жизни. Прямо как на надгробиях. Только вот… Чьих?       Ответ на этот вопрос был выше.       Эо отошел и вновь поднял голову. На лице каждой статуи был виден неповторимый оригинальный рисунок желтовато-золотистого цвета скинта. Были видны шрамы, как выразился недавно Зефирион, символизирующие королевский статус особ. Даже без короны, по таким особым татуировкам было всегда ясно, кто перед тобой.       Это был не просто Храм. Это было кладбище Королей и Королев Далотерры.       От осознания тщеславия, которым пропитано данное место, Эо поморщился. Он тут же перестал смотреть наверх и вообще на статуи. Взгляд устремился вперёд, где стояла мужская фигура. Зефир Третий.       Король смотрел на статую Терра. Перепутать с кем-то другим Бога сложно. Во-первых, у него на месте глаз была высечена повязка. Во-вторых, на его теле не было нарисовано скинта. И, в-третьих – самое, пожалуй, важное, – у него было копьё.       Наконечник всегда смотрел вниз. Только он и был сделан из золотого кристалла, способного дарить тепло. Наконечник всегда был начищен так, чтобы в него можно было смотреться, как в зеркало. Это было своего рода символом добродетели, живым воплощением которой Терр и стал – справедливость, к себе и другим.       Почувствовав шаги, Зефирион обернулся. Эо встретился с ним взглядом.             — Давно ты здесь? – спросил Его Величество.             — Нет, только пришёл. Захотел составить компанию те.. – Эбардо осёкся и тут же поправил себя, – Вам.       Король вздохнул и развернулся, отрываясь от рассматривания самого себя в наконечнике Терра.             — Я же уже извинился…             — Я знаю, Ваше Высочество.             — Твоя напущенная манерность раздражает.             — Прошу… Прощения?..             — Не надо, Эо. Хотя бы ты не делай этого. Ты не такой.             — О чем ты?             — Да Терр меня дери, какой же я идиот! – король сдвинулся с места и подошёл к Эо.             — Зефир...       Договорить мужчина не успел, потому что произошло, пожалуй, самое странное событие в его жизни. Эо схватили за шиворот плаща и притянули в поцелуй. И не абы кто, а сам Зефир Третий.       Это всё уже происходило. Даже трость упала на землю с тем же звуком. Только вот в этот раз не было ни камер, ни свидетелей. Если бы королю взбрело в голову отомстить Эо за его дерзости, никто не смог бы ему помешать.       Беспокойство быстро расползлось по телу. Эбардо схватил Зефириона за волосы одной рукой, а второй уперся в грудь.       Почувствовав лёгкую боль на голове, Зефир Третий тут же прервался. Эо оттолкнул его к статуе и быстро схватил с пола свою трость. Ноги непроизвольно встали в боевую стойку. Тело приготовилось защищаться. Разум, отравленный тревогой, требовал ответа на один вопрос:       Какого. Хера.       Зефирион, прочитав в бегающем взгляде мужчины испуг, прикусил нижнюю губу. Краска с кончиков ушей быстро расползлась по щекам. Опять.       Когда он начал подходить к Эо, тот немного попятился назад. Идея с объятиями тут же отпала.             — М-мне жаль, – на выдохе быстро пробормотал король. – Прости. Е-ещё раз.       Эбардо все еще был напуган. Зефирион снова не придумал ничего лучше, как просто уйти. Король обошёл Эо, словно тот был диким животным, держась за статуи. А после быстрым шагом удалился к выходу.       Вспомнив, с каким трудом ему далась дверь, Эбардо вышел из оцепенения и ринулся за ним, воскликнув:             — Зефирион, какого хрена?! Стой!