За слова отвечаю

«I wanna fuck you like an animal I wanna feel you from the inside I wanna fuck you like an animal My whole existence is flawed You get me closer to God» Ин Хо заходит в комнату без лишних слов — в домашней одежде, пахнущий мятным гелем для душа, в руках — поднос с ещё теплой едой. Он ставит все на тумбочку рядом, помогает Ки Хуну приподняться, поправляет подушки за его спиной. — Осторожнее,- тихо говорит он, когда тот морщится от боли в ноге. Ведущий кивает на поднос, обращая внимание парня на еду: рис, наскоро приготовленная курица в соусе и немного чуть потемневших фруктов. Пододвигает всё ближе, подаёт палочки и, не отходя, садится на край дивана. Босс не ест сам — просто наблюдает, как Ки Хун ест медленно, стараясь не испачкать постельное белье, как будто всё ещё не верит, что кто-то действительно о нём заботится. Тишина между ними теплая, не неловкая. Ки Хун чувствует запах одеколона Ин Хо, перемешанный с чем-то домашним, и от этого уюта хочется улыбаться. Ин Хо наконец произносит: — Ешь нормально. Сейчас главное — встать на ноги. Всё остальное потом. Он берёт стакан с водой, придерживает его, пока Ки Хун пьёт, а потом просто остаётся рядом, не торопясь никуда уходить. Боль в ноге постепенно начинает возвращаться, и Сон осознает это. — А где Джун Хо? — Думаю, на ночной смене,- отвечает босс. Подождав, пока парень доест, он начинает собирать всю посуду обратно на поднос. — Ты слышал, что говорил Скользкий в подвале?- Ки Хун чувствует уверенность в себе и в том, чтобы начать этот диалог, даже в таком состоянии. — Не все. Но многое,- спокойно кивает Ин Хо, убирая поднос подальше от дивана. — Расскажи мне все, Ин Хо. Что ты задумал, что планируешь делать дальше. Я хочу это знать,- взгляд Сона удивительно твердый. — Ты веришь тому, что Мен Ги сказал в подвале?- отвечает вопросом на вопрос Ведущий. — Не уводи тему. Ответь на мой вопрос. Пожалуйста. — Хорошо. Я планирую уйти в «Университет» и помочь им выстроить все заново. Если ты согласишься стать лидером «Химиков», мы могли бы заключить хороший союз. Работать вместе. Жить лучшей жизнью,- Ин Хо все ещё сидит с краю, не двигаясь, и впивается взглядом в парня. — Что для тебя «лучшая жизнь»?- Ки Хун не отступает и выдерживает зрительный контакт. — Я и не заметил, как ты повзрослел,- Ведущий усмехается, отводя взгляд первым, — Твои вопросы логичные и глубокие. Ты получишь ответы. Имеешь право. Для меня лучшая жизнь — это равенство и спокойствие, не больше. Мы были бы лидерами группировок, это не самая простая роль, но, как ни странно, относительно безопасная. И престижная. Я уверен, ты бы тоже этого хотел, Ки Хун. — Я хотел бы уехать вместе с тобой,- выдыхает Сон, продолжая смотреть прямо на Ин Хо, — И ты это знаешь. — А ты знаешь, что я не могу тебе этого дать,- босс снова поднимает взгляд на парня. Он выглядит устало и печально, в тоне голоса ярко чувствуется разочарование. — И что мне делать?- Ки Хун скорее спрашивает самого себя, чем любовника, и все же тот отвечает: — Смотря, чего ты хочешь. — Я просто хочу быть счастливым,- Сон приподнимает уголки губ в попытке улыбнуться, но получается довольно натянуто, — К сожалению, я по-настоящему счастлив рядом с тобой. Ведущий тоже улыбается слабо, с долей грусти, вздыхает и отвечает: — Понимаю твое разочарование. В некоторой степени я сожалею о том, что мы... Что я тебе небезразличен. Все могло бы сложиться для тебя наилучшим образом. Боль в ноге вновь нарастает. Ки Хун чуть сильнее сжимает челюсть, отворачивается и тихо произносит: — А я не сожалею. Не знаю точно, что чувствуешь ты, но рядом с тобой я словно другой. Настоящий. Мне не страшно, я могу положиться на тебя. Даже если это в итоге станет моей очередной ошибкой. — Мен Ги все же был не прав кое в чем,- Ин Хо все ещё слабо улыбается, — Я бы никогда не пожертвовал тобой. Надеюсь, ты понимаешь. — Мне снова больно,- осторожно произносит Ки Хун, довольно резко сбивая тему. Он не привык жаловаться, уж тем более не хотел бы, чтобы его жалели. Но возможно в этой квартире есть какие-то таблетки или другие болеутоляющие средства. Ин Хо лишь качает головой и вздыхает. Он молча уносит посуду на кухню, и Сон уже начинает жалеть о том, что вот так легко показал свою слабость человеку, который обычно этого не делает. Но Ведущий вернулся, как будто ничего особенного не происходит: снова сел на край дивана, глядя на Ки Хуна спокойно, почти нежно. — Ты слишком напрягаешься,- сказал он, доставая из кармана тонкий скрученный косяк, — Расслабься. Это просто чтобы стало полегче. И не так больно. Он чиркнул зажигалкой, медленно вдохнул, а потом протянул Ки Хуну. — Это что... Травка? Босс кивнул. Сон поколебался, но всё же взял. Горячий дым царапал горло, а в голове медленно начинало отпускать — боль, тревогу, все эти дни в перемешку с усталостью. Ведущий внимательно наблюдал за ним. — Вот так,- тихо сказал он, улыбаясь одним краем губ, — Нет ничего страшного в том, чтобы иногда отключать голову. Это даже полезно. Ки Хун чувствовал, как наконец-то всё вокруг становится мягче — воздух, свет, даже голос Ин Хо. Будто мир хотя бы на несколько минут разрешил ему не думать о войнах, о драках, о сомнительном будущем. И о боли, которая теперь казалась чем-то отстраненным и далёким. Они сидели, передавая косяк из рук в руки, не говоря почти ни слова. Дым медленно поднимался к потолку, растворяясь в слабом свете лампы. Воздух между ними стал теплым, вязким — как будто в нём зависла какая-то невысказанная мысль. Ки Хун заметил, как у Ин Хо расслабились плечи, как он чуть прищурился, вглядываясь в огонёк тлеющей бумаги, и невольно улыбнулся. Сон не знал, что сказать. Всё, что он мог бы произнести, казалось лишним — любое слово нарушило бы этот странный, почти интимный покой. Ведущий повернул голову, их взгляды встретились, и Ки Хун вдруг ощутил, как между ними натянулась тихая, зыбкая струна — не про долг, не про банду, не про страх, а про что-то глубже. И в этой тишине стало ясно: они оба это чувствуют. — А ты... Что ты подумал, когда услышал, как Скользкий сказал мне убить тебя? Ты же слышал это, правда?- мыслей становится слишком много, и их хочется высказать, так что Ки Хун больше не сдерживается. — Ничего я не подумал,- усмехнулся босс, делая последнюю затяжку. Он потушил остаток косяка прямо об стену, чем удивил парня. — Да как ничего? Ты был готов умереть от моей руки, что ли?- недоуменно спросил Ки Хун. — Ещё чего,- избавившись от мусора, Ин Хо скидывает с себя лишнюю одежду, оставаясь в одних трусах, и ныряет под одеяло к Сону, — Я бы успел тебя остановить. — И что бы ты потом со мной сделал?- Ки Хун чувствует, что тело любовника прохладное, и осторожно прижимается ближе, кладет руку ему на грудь. Ин Хо пристраивается поудобнее и кладет голову на плечо младшего. — Что-нибудь,- неопределенно отвечает он, затем фыркает, — Что у тебя за сложные темы, Ки Хун? Я дал тебе покурить, чтобы ты наконец расслабился. Уже скоро утро, эта ночка была просто безумной. Не в том смысле, в котором хотелось бы. Ки Хун валяется на диване, чувствуя приятное тепло тела любовника и тяжесть его головы на своем плече, полуулыбаясь, глаза словно стеклянные. В комнате висит лёгкий дымок, от света лампы он кажется плотнее, чем есть. Сон смотрит на мужчину пару секунд, как будто обдумывает смысл сказанного, а потом внезапно начинает смеяться. Не просто усмехается — плечи подрагивают, дыхание сбивается, он буквально сгибается пополам. — Чего ты ржёшь?- спрашивает Ин Хо, приподняв бровь, но губы у него тоже дрогнули. — Да не знаю,- выдыхает Ки Хун между смешками, — Просто смешно… Как ты это сказал. Про безумную ночку. Как будто флиртуешь со мной. Он отмахивается рукой, не в силах остановиться, глаза блестят. Ин Хо смотрит на него — сначала с лёгким раздражением, потом с чем-то вроде одобрения. Когда смех стих, дыхание обоих в тишине гостиной стало будто громче. Ки Хун почувствовал, как внутри всё смешалось — нежность, усталость, странное волнение. Ин Хо чуть приподнялся — слишком близко, чтобы это можно было списать на случайность. Их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Ки Хун не отстранился. Мир словно сузился до этой близости, до взглядов, до тепла, исходящего от них. И в этом было больше смысла, чем во всех словах, что они могли бы сказать. И все же сказать хотелось. — Ин Хо, я тебя...- Ки Хун не успевает больше ничего произнести. Босс целует его слишком поспешно, будто в попытке заткнуть. Но момент все равно кажется вполне подходящим, так что Сон не сопротивляется, а даже подхватывает инициативу. Губы Ведущего теплые, мягкие, такие удивительно притягательные, что от одного поцелуя внизу живота поднимается возбуждение. Ни о какой боли больше и речи не идёт — действие травки помогает сосредоточиться только на главном. Сон приоткрывает рот, позволяя языку Ин Хо проникнуть внутрь. Руки Ведущего спускаются вниз, залезают под футболку, и Ки Хун рвано выдыхает. — Больно?- мужчина тут же отстраняется, будто приходя в себя, но Сон притягивает его обратно к себе и шепчет «не думай об этом». Сейчас, когда они оба под воздействием вещества, все даётся довольно легко: нет мыслей о том, что кому-то может быть некомфортно, нет привычного смущения и страха. Ведущий скользит рукой под домашние штаны Ки Хуна, преодолевает резинку трусов и сжимает в руке его привставший член. Сон сдерживается, молчит и действует интуитивно — следуя примеру старшего, он сначала поглаживает живот любовника, затем опускается ниже, обхватывает пальцами его эрекцию. Они трогают друг друга практически молча, тяжело дыша. Рука Ин Хо двигается уверенно, в выверенном темпе, в то время как Ки Хун действует немного хаотично, прерываясь на то, чтобы покрыть влажными поцелуями шею и грудь мужчины. Язык любви Сона — слова и прикосновения. Именно поэтому когда Ин Хо снова произносит это нежное «мой мальчик», при этом продолжая двигать рукой вдоль члена парня, удовольствие накатывает волнами. Но Ки Хун не хочет останавливаться на этом. Он отпускает босса и перехватывает его руку. — Я хочу тебя. Сейчас,- шепчет он куда-то в шею мужчины, продолжая целовать теплую кожу. Ин Хо тихо вздыхает и так же тихо произносит: — Так возьми. Эта простая фраза, звучащая одновременно как вызов и как приглашение, дразнит Ки Хуна. Он надавливает на плечи любовника и занимает положение сверху. К счастью, они буквально чувствуют друг друга на физическом уровне, и Ин Хо помогает Сону избавиться от домашней одежды. Сейчас скрипучий диван никак не способен им помешать, и звуки, которые провоцируют плохо смазанные детали, никого не смущают. Ки Хун в этот самый момент чувствует себя всемогущим: желание переполняет его, боль ушла куда-то далеко в туман, а силы, напротив, взялись будто из ниоткуда. Он смотрит на полуголое тело Ведущего, на его возбуждённый член, влажный от предэякулянта и выглядывающий из-за резинки трусов. От этого прямого и откровенно похотливого взгляда Ин Хо внезапно будто немного смущается, либо так только кажется: по крайней мере, он сам ничего не говорит. Сон больше не медлит — он внезапно довольно резким движением стаскивает нижнее белье любовника вниз и льнет ближе. Подготовка немного поспешная: парень облизывает пальцы, вводит сначала один, затем почти сразу второй, на что слышит недовольное бормотание Ин Хо и чувствует лёгкое напряжение в его теле. Но то, что сейчас овладело Ки Хуном, не способно полноценно принять эти сигналы. Он действует, будто в бессознательном состоянии: посмотрев на себя со стороны, он бы вряд ли узнал прежнего Ки Хуна. Так же быстро он переходит к активным действиям: приподнимается на коленях и поднимает ноги Ведущего, закидывая их себе на плечи. Боль пронизывает тело, и болит как будто все сразу, а не только свежая рана на ноге. Ин Хо в это время выглядит откровенно растерянным, но это зрелище только ещё больше заводит. Тот, кто обычно всегда сам держит контроль над ситуацией, сейчас оказался в подобном положении. — Ки Хун...- босс хотел что-то сказать, но когда почувствовал, что парень уже начинает проникновение, придерживая его за бедра, не смог закончить свою речь. В этот раз член был смазан очень хорошо — то ли возбуждение, то ли действие травки сработало, но слюноотделение было обильным, и Ки Хун этим воспользовался. Стоило ему войти совсем чуть-чуть, как Ин Хо зашипел от неприятных ощущений: очевидно, такой поспешной подготовки было недостаточно. Это немного вернуло Сона в реальность. Он осознал, что поторопился, но тут же, прежде чем успеть что-то сделать, услышал голос босса: — Не вздумай останавливаться. Потихоньку. Мысленно Сон облегчённо выдохнул: его небольшая вспышка безумия была принята и даже почти не возымела никаких неприятных последствий. Он продолжил проникновение, придерживая Ин Хо и помогая ему находиться в таком, очевидно, не самом удобном положении. Во время того, как член погружался в его лоно, Ведущий откинул голову на подушку и издал довольно громкий призывный стон, который ясно давал понять, что Ки Хун действует правильно. Толчки постепенно стали более резкими, Сон с силой сжал челюсти и вцепился пальцами в бедра любовника, пытаясь все же действовать не так грубо, как того требовала эта странная волна возбуждения на грани с безумием. Поза довольно быстро изживает себя: обоим мужчинам становится тяжело, в особенности парню, который должен был искать баланс и удерживать тело мужчины, при этом испытывая боль. Никаких заминок — Ки Хун медленно опускает Ин Хо обратно на диван, постепенно скатываясь сам. И тут босс подаёт ему подушку прямо в руку. Несколько секунд требуется на то, чтобы разгадать этот замысел, но верная мысль таки приходит в голову: нужно положить ее под попу Ведущего. Они оба удовлетворённо улыбаются, когда положение становится комфортным, и Ки Хун тут же продолжает движения: сначала потихоньку, затем чуть резче, каждый раз вгоняя член до конца. — Придуши меня,- голос Ин Хо врывается в сознание не сразу. Сон слишком сосредоточен на процессе, на своих ощущениях, чтобы принять сказанное к сведению. — Что?- прерывая свое тяжёлое дыхание, просто спрашивает Ки Хун. — Возьми меня за горло,- даже здесь Ин Хо находит возможность покомандовать. Сон, не сбавляя темпа, тянется правой рукой к шее любовника, свободной продолжая придерживать его. Пальцы осторожно касаются тонкой теплой кожи, которую несколько минут назад он целовал. — Сжимай. Ки Хун подчиняется полуосознанно, при этом все ещё испытывая страх за любимого человека, за то, что он может переборщить и причинить вред. — Сильнее,- шепчет Ин Хо, и тогда парень сжимает его горло, заставляя приглушить последние звуки этого слова. Нет сил думать о том, зачем это нужно любовнику, что он получит от этих ощущений, но беглым взглядом удается заметить, как Ведущий тянется рукой к своему возбуждённому члену. Оргазм накрывает Ин Хо всего через несколько минут: он кончает с громким полустоном полувздохом, и в этот момент парень убирает руку от его шеи. Вся белесая жидкость оказывается у мужчины на животе. В этот момент со стороны коридора слышатся какие-то звуки, но Сон абсолютно не обращает на них внимания: сейчас он сосредоточен на том, чтобы кончить. Несколько особенно резких толчков — и Ки Хун ощущает всем телом, как его накрывает оргазм. Словно каждая клеточка организма была в длительном напряжении, а сейчас медленно расслаблялась. И когда парень медленно выходит из любовника, со стороны двери в гостиную слышится звук, напоминающий что-то между вскриком страха и напряжённым вздохом.