Лёд на двоих

Выйдя из олимпийской деревни, парни направились в сторону автобусной остановки, чтобы доехать до центра Милана, а оттуда уже они составят маршрут своего небольшого путешествия по столице моды, архитектуры и изысканной кухни. Самое главное успеть посмотреть хоть что-то до часу ночи, ведь после этого времени ворота в олимпийскую деревню закрываются до пяти утра. Дойдя до места отправления Илья начал искать свою карту, чтобы оплатить проезд, но видимо забыл её в другой сумке. -Вот чёрт, - выругался под нос парень. - я походу карту не взял. -Давай я оплачу? - предложил Пётр. - No-no-no, thank you for your generosity, но я сам. Надеюсь у них работает apply pay. -Думаю, что работает, мы же не в России. Иронично, ведь то, что сейчас они делают, в стране нейтрального спортсмена, уже вызвало какие нибудь подозрения. Они подождали ещё полторы минуты до приезда автобуса. Когда он оказался на месте, парни зашли туда, натянув чуть сильнее капюшоны на голову, чтобы их не узнали, а то вопросов посыпиться, век не забудут. Уезжая все дальше от олимпийской деревни, Малинин почувствовал некую свободу. Сейчас он был просто рядом со своим знакомым, с которым поехал гулять по вечернему городу. Чтобы не загонять себя разными мыслями по поводу того, что он случайно сделает что-то не то или скажет не так, было принято решение смотреть в окно. В нём виднелись очертания гор, жёлтые фонари, отдающие тёплым светом и придающие атмосферу умиротворения. Проехав около километра, начали появляться здания магазинов, бутиков, разных заведений, памятники культуры и архитектуры. Красота. Милан действительно был шикарным городом, в котором хотелось остаться на вечно. Вот они проезжают мимо миланского театра Пикколо, а где-то чуть-чуть в далеке находится замок Сфорца. Повернув налево можно увидеть храм святых Сергия Радонежского, Серафима Саровского и Викентия Сарагосского. Малинин и не заметил, как они уже приехали и Гуменник его немного потряс за плечо, мол, всё, на месте. Выйдя из автобуса, парни направились в парк семпионе. Так поздно,да особенно в воскресенье, уже не работали ни музеи, ни храмы, ни галереи, поэтому было решение просто прогуляться по парку, пофоткаться на фоне шедевров архитектуры, а потом отправляться обратно. К их счастью, людей было не сильно много. Улочки освещал тёплый свет, в лицо дул немного прохладный ветер, который забавно развивал волосы Ильи. Шли они в тишине, но она была не давящая, а наоборот, будто уютная. Но в ней все равно витало много не сказанных слов, которые они должны успеть осознать и сказать друг другу за две недели здесь, а иначе они потеряют себя и друг друга. Этот февраль им точно запомниться и, возможно, оставит только приятные воспоминания. О этой прогулке, о первом разговоре в столовой, случайной встрече на катке в шесть утра. Главное не упустить эту нить, которая приведет их к дружбе, а возможно и к чему-то большему, но об этом пока никто из них не думал, они просто наслаждались атмосферой умиротворения, уюта и комфорта в компании друг друга. Тишину решил прервать Илья. -Я.. - но тут же отдернул себя. -Что ты? - подняв бровь , спросил Петя. -Я.. Узнать хотел, ты познакомился тут с кем-то? Знакомые или друзья появились? А то вечно тебя одного вижу, даже жалко как. -А. Ну я пока ни с кем сильно не общался, с Мишей только, да с Адель, она сегодня вечером прилетела. -Ясно. -А что? -Возможно мы бы могли подружиться. -Это предложение стать друзьями? -Может быть, Гуменник, может быть. -Тогда я его принимаю. Не ожидавший такого ответа, Малинин резко остановился и посмотрел на Петю, подняв голову, ведь тот был выше него на 10 сантиметров. -Ты серьезно? Мы же даже почти не общались. -Да, я серьезно. - ответил брюнет - Ты очень интересный человек, Илья. С тобой весело, приятно общаться, я это понял, когда мы были юниорами и пересеклись на Гран-при. -Ого, вот это откровения. Я тоже так думал если честно. -Приятно слышать. Вау, то есть Гуменник тоже интересовался им. Неожиданно, но так хорошо стало, что сердце сделало кульбит. Значит они теперь друзья,ну он надеялся на это, что ж, план выполнен сверх урочно, поэтому не теряем надежду и двигаемся дальше. -А ты.. - решил поинтересоваться Пётр. -Общаешься здесь с кем-то? Хотя, что я спрашиваю, сто процентов общаешься, ты ведь тут не один, да и очень приятный человек. -Да я тут чисто со своей kompashkoi, так ведь говорят в России? - попытаться выговорить сленг Илья. -Хахах, да, именно так. Ты только с Лью и Гленн общаешься? -Ну не только с ними, ещё с Эндрю и Максом. -Понятно. - ответил парень и из его рта вырвалось небольшое облачко пара. Они решили направиться к арке мира, чтобы сделать несколько фотографий. Им в лицо летели небольшие хлопья снега, которые оседали на волосах и сияли под светом уличных фонарей, будто маленькие стразы. Уже подходя к памятнику архитектуры, Пётр остановился и попросил остановиться Илью. -Что-то не так? - спросил американский фигурист, недоумевая, почему они остановились . -Ты выглядишь, как снежный ангел. - спокойно сказал Гуменник. На ангела? Приятно. Из-за этого где-то под сердцем разлилось мягкое тепло. -О, спасибо. Так почему мы остановились? -Я хочу тебя сфотографировать в таком виде, ты будто из книжки сбежал. - ответил брюнет, направляя камеру своего смартфона на парня, который был чуть дальше. Малинин решил немного попозировать, не каждый же день, ты будешь выглядеть , как ангел, а тем более по мнению человека, от которого у тебя спирает дыхание. Пётр сделал несколько кадров и потом подозвал к себе Илью, чтобы показать результат. Действительно на ангела похож, светлые кудри торчат в разные стороны, пушистая, белая олимпийка вся сияла из-за снега, как и волосы, а свет сверху был будто нимбом над его головой. В глазах и улыбке отражалась мягкость, которая было недоступна для камер, а только для близких людей. Сделав ещё несколько фото заснеженного парка, они пошли дальше к арке. Дойдя до неё, парни поняли, что в реальности она ещё более величественная, чем на фото. -Красота, - на одном дыхании выпалил блондин, выпуская оболачко пара. -Да. Парни сделали пару фотографий арки в лунном освещении, из-за чего она выглядела, как нечто фантастическое. Она возвышалась высоко в небо, где начали появляться первые звёзды, выше деревьев, которые были рядом. Илья пофотографировал с нескольких ракурсов арку и ещё сделал пару фотографий Петра, ну так, для себя. Погода все таки решила быть не на их стороне и постепенно понижала температуру. Поняв, что они так ходят уже около полутора часа, а время близось к десяти, было принято решение отправляться обратно в олимпийскую деревню. Искать автобусную остановку долго не пришлось, поэтому уже спустя 15 минут они ехали к себе. Маршрут сильно не отличался от того, что был ранее, все те же здания, те улицы, но просто звёзд на небе стало чуть больше и пошел небольшой снег, который кружил над деревьями и аккуратно спадал на тротуар. В этом было что-то своё, такое редкое, но щемящее ощущение дома, тепла и спокойствия, хоть ты и находился за тысячи миль от своего настоящего дома. Говорят иногда, что дом там, где есть любимый человек. Но это ведь не так. Илья просто был знакомым Петра, а сейчас они с большой вероятностью станут друзьями, после Олимпиады разъедутся и будут жить, как раньше, но просто списываться, созваниваться, поздравлять с праздниками, друзья себя же так и ведут, разве нет? Эти мысли просто проедали кору головного мозга, пока здравый смысл кричал "Вы же почти не знакомы! Какая влюбленность? ", " Это опасно для вас обоих!", "Илья, прекрати это делать! ", и почему-то все эти внутренние наставления звучали строгим голосом отца. Это пугало. А что если, ну предположим, его любовь взаимна, они будут вместе, будут проводить оставшееся время вместе, а потом? А потом аэропорт, самолёт и огромное расстояние через океан друг от друга. Илья будет в одинокой, но свободной Америке. Петя в гомофобной и пугающей России. Всё это потихоньку сводило его с ума. Вот как? Почему все происходит именно сейчас? У Ильи есть всё, слава, признание, деньги, это участие в Олимпиаде, в конце концов, но ему это всё было не интересно, когда перед ним сидел нейтральный спортсмен, волосы которого аккуратно спадали на плечи, это мягкое, но спокойное выражение лица, небольшие круги под глазами, бледность кожи и карие глаза, в которых тонул Малинин. Хотелось отключить мозг и провалиться поскорее в сон, чтобы окунуться в мир снов и грез, забыв о реальности. Послезавтра их ждет выступление с короткой программой. Илья должен быть сосредоточен на них, а не на фигуристе, который сидел сейчас рядом и.. Спал? Ну так то логично, время уже позднее, а судя по тому, что было сегодня утром, он явно не спал минимум с пяти утра, конечно тут вырубит. Пока блондин размышлял об этом, Пётр случайно положил голову на его плечо. Ого. Мило. Он конечно не осознает этого, но Малинин на минуту забыл, как дышать, как вообще делать хоть что-то, а не глазеть на своего знакомого-друга. Хотелось зарыться пальцами и носом в эти чудные, блестящие локоны, но нельзя. Нельзя себе позволять то, что другой может воспринять не так. Господи! Почему Илья такой эгоист, а вдруг у Гуменника есть девушка, которая сейчас ждет его в Петербурге, смотрит его интервью и мечтает поскорее увидеть своего возлюбленного. Вот черт, почему он только сейчас об этом подумал. Хотя если бы у Петра кто-то был, это явно было бы в сети, хоть чуть-чуть, но было бы, да? Папарацци если узнают о таком, то сразу же начинают писать заголовки в жёлтую прессу. А такого вроде бы нет. Всё, пора отключить мысли, повернуть голову к окну и смотреть на город нереальной красоты. Он ведь понимает, что это просто временное чувство, которое не должно влиять на его жизнь, на жизнь парня, который спал на его плече в данный момент. Если Илья признается хотя бы себе в том, что теперь жить не может без Пети, то это оставит огромный шрам, потому что такой исход, где они будут вместе, невозможен. Как Малинин так быстро привязался к нему? Почему? Он никогда не был таким.. Податливым в этом плане. Он знал, что некоторые люди просто появляются и исчезают из твоей жизни навсегда, не всё вечно. И это новое, тягучее, как патока, чувство не вечно. Оно должно прекратиться, желательно как можно скорее. Ну, а пока, юноша просто смотрел на свисающие локоны Гуменника. Он решился один из них заправить за его ухо, чтобы те не мешались. "Я так хочу быть с тобой.. Но нам нельзя. Я честно попытаюсь уйти от любви. " - подумал про себя Илья и снова отвернулся в окну, надеясь поскорее и уснуть в своей кровати, лишь бы не думать о ближайшем будущем, которое казалось тёмным.