Не так плох, как кажется

30 марта, 1002 год ПИЛ. 19:24. Король Сомбра. Кантерлотский замок — Комната домашнего ареста Сомбры. Мне удалось неплохо так выспаться — усталость взяла своё. Но вот уже какое-то время я сидел без дела, с перерывами на еду. Сейчас я сидел на краю кровати и смотрел в окно. За толстым стеклом виднелся Кантерлот — белоснежный, сияющий, такой… идеальный. А я сидел здесь в уютной, на первый взгляд, комнате, под присмотром двух гвардейцев у двери и одного пегаса за окном. «Домашний арест». Звучит почти вежливо. Почти. Я вздохнул. Уже в который раз за час. Адреналин закончился. Тело всё ещё ныло после вчерашнего заклинания, копыта слегка дрожали, когда я пытался встать. Но хуже всего было не тело. Хуже всего было ждать. Ждать, что решат принцессы. Ждать, что скажет Луна. Дверь скрипнула. Вошёл Шайнинг Армор, без доспехов, но с тем же строгим взглядом. — Восемь вечера, — коротко сказал он. — Тебя проводят в малый зал совещаний. Не опаздывай. Я кивнул. Он постоял ещё секунду, будто хотел что-то добавить, но передумал и вышел. Я снова вздохнул и посмотрел на своё отражение в зеркале. Серый единорог. Не чёрный дым. Просто… пони. Обычный, если не считать роста и того, что все меня боятся. «Ну что, Сомбра, — подумал я. — Пора держать ответ». 30 марта, 1002 год ПИЛ. 20:00. Король Сомбра. Кантерлотский замок — Малый зал совещаний. Когда меня ввели, воздух в зале уже был тяжёлым, как перед штормом. Селестия сидела во главе длинного стола, невозмутимая, как всегда. Справа от неё — Луна, глаза прищурены, грива едва заметно колышется. Слева — Кейденс, которая нервно теребила край скатерти копытом. Шайнинг Армор стоял за её стулом, будто готовый в любой момент заслонить жену. Два секретаря замерли с перьями наготове. «Сегодня без солдат, спасибо на этом». Я поклонился — низко, насколько позволяли дрожащие копыта. — Ваши Высочества… Селестия подняла копыто, прерывая меня. — Садись, Сомбра. Времени мало, а вопросов — много. Я сел. Стул показался слишком жёстким. Луна сразу подалась вперёд, голос резкий, как лезвие: — Тысячу лет мы думали, что ты сгинул в снегах. И вот ты снова здесь. Живой. Дышишь. И ещё смеешь просить о снисхождении после всего, что натворил? Я открыл рот, но Селестия мягко, но твёрдо продолжила, не давая Луне разойтись: — Сестра, давай по порядку. Мы все помним, что было. Но принцесса Кейденс и капитан Армор дали подробный отчёт. Сомбра, ты сам понимаешь, почему мы здесь? Я кивнул, стараясь говорить ровно: — Понимаю. Тысяча лет в одиночестве… многое меняет. Луна ударила копытом по столу так, что перья секретарей подпрыгнули. — Меняет?! Ты поработил целый народ! Разбил принцессу Аморе на куски! Наложил проклятие, из-за которого империя исчезла на тысячелетие! А теперь говоришь «многое меняет»? Сколько ещё пони должны были пострадать, чтобы ты «изменился»?! Кейденс быстро вмешалась, голос мягкий, почти умоляющий: — Луна, пожалуйста… Он не сопротивлялся. Он сам принёс Кристальное сердце. Он помог установить его, хотя знал, что может исчезнуть навсегда. Я видела его страх. Я чувствовала его раскаяние. Он правда хочет исправиться. Луна фыркнула, не отводя от меня взгляда. — Чувствовала. Как будто твоё сердце не может ошибаться. Я тоже когда-то «чувствовала». И что? Он чуть не уничтожил нас всех. Селестия подняла копыто, и в зале мгновенно стало тихо. Она смотрела на меня долго, пронизывающе. — Расскажи нам сам, Сомбра. Почему ты помог? Почему не попытался бежать, не попытался вернуть власть силой? Ты же мог. Я сглотнул. Голос вышел хриплым: — Потому что… я устал. Тысячу лет я был тенью. Болью. Ненавистью. Когда я очнулся… я вспомнил всё. — Слегка соврал я. — И понял — если я снова стану тем, кем был, то просто исчезну. Навсегда. А я… не хочу исчезать. Луна открыла рот, но Селестия снова остановила её взглядом. — Я хочу… помогать. Помогать развивать Кристальную империю. Хочу оставить такой след в истории, за который было бы не стыдно. Я хочу… искупить вину перед всеми теми, кому я причинил столько страданий. В зале было тихо, лишь перья секретарей скрипели по бумаге. Селестия, не сводя с меня глаз, спросила: — Кейденс? Ты подумала над тем, что я тебе говорила? Кейденс выпрямилась, голос стал увереннее: — Я подумала над твоим предложением, тётушка. Я готова принять титул Принцессы Кристальной империи. Шайнинг станет моим консортом и главой армии. Мы сформируем правительство. — Принцессы дня и ночи переглянулись и согласно кивнули. — И… я предлагаю Сомбре пост премьер-министра. Он знает империю. Кристальные пони нуждаются в стабильности. Луна резко встала, крылья распахнулись. — Премьер-министра?! Ты хочешь поставить тирана во главе государства?! После всего, что он сделал? После того, что он сделал с Аморе?! Сестра, скажи, что ты не серьёзно это рассматриваешь! Селестия не встала. Она смотрела на сестру спокойно, но глаза её были тяжёлыми. — Сядь, Луна. Времена изменились. И Сомбра… тоже. Она повернулась ко мне. Голос стал тише, но от этого ещё тяжелее: — Ты потеряешь титул короля. Насовсем. Отныне ты — обычный гражданин Кристальной империи, уже отбывший своё наказание. Тысяча лет в заточении — это цена, которую ты заплатил. Если ты примешь пост премьер-министра — ты будешь служить принцессе Кейденс и народу. Не себе. Не своей былой власти. И мы будем следить. Очень внимательно. Я кивнул, не поднимая глаз. — Я понимаю. И… принимаю все условия. — «Вообще, малой кровью обошёлся». Кейденс облегчённо выдохнула. Луна ещё секунду буравила меня взглядом, потом медленно села, буркнув: — Если он хоть раз оступится… я лично прослежу, чтобы на этот раз он не вернулся. Селестия наконец кивнула — медленно, как будто ставила точку в приговоре. — Решено. Кристальная империя остаётся суверенным государством… под полной защитой и поддержкой Эквестрии. Договор будет подписан завтра. Сомбра, ты больше не король. Ты — премьер-министр. И да помогут тебе звёзды не разочаровать нас. В зале повисла тяжёлая тишина. Я чувствовал, как по спине стекает холодный пот. Но внутри… внутри впервые за всё время что-то слегка отпустило. 31 марта 1002 года ПИЛ. 11:15. Кантерлотский замок — Зал для пресс-конференций. Зал был заполнен до отказа. Репортёры, фотографы и прочие представители прессы с блокнотами и маленькими магическими устройствами — вероятно, диктофоны. Как мне любезно пояснила Кейденс, в первых рядах сидели лица из «Equestria Daily» и «Canterlot Times», дальше — представители региональных газет, несколько грифонских корреспондентов и даже одна зебра-журналистка с пером за ухом и подозрительно умными глазами. Селестия сидела в центре, Луна слева от неё, Кейденс справа, рядом с ней сидел Шайнинг Армор, а я сидел чуть дальше — на краю, слегка в тени. Несмотря на это, свет магических ламп бил мне прямо в глаза. Принцесса дня подняла копыто — и шум мгновенно стих. — Доброе утро, дамы и господа. Благодарю вас за то, что нашли время прийти. Сегодня мы объявляем о важном событии, которое затрагивает всю Эквестрию. Она сделала паузу, позволяя фотографам сделать несколько кадров. — После более чем тысячелетнего отсутствия Кристальная империя вернулась. Её жители, кристальные пони, наконец-то вновь обрели свой дом и своё сердце — Кристальное сердце, древний артефакт, который защищает их от северных снегов. Принцесса Ми Аморе Каденца официально принимает титул Принцессы Кристальной империи. Её консортом и главой вооружённых сил становится капитан Шайнинг Армор. Вместе они сформируют первое правительство возрождённой империи. Селестия улыбнулась — спокойно, уверенно, по-королевски. — Эквестрия подтверждает полную поддержку новому государству. Мы заключаем договор о взаимной обороне, экономическом сотрудничестве и культурном обмене. Кристальная империя остаётся суверенным государством, но в эти непростые времена тесный союз с Эквестрией — единственный разумный путь к стабильности и безопасности для всех наших народов. Она обвела взглядом зал. — Теперь я готова ответить на ваши вопросы. Руки и крылья взлетели вверх. — Принцесса Селестия! Каковы точные сроки подписания договора? — Договор будет подписан сегодня после полудня в тронном зале. Мы пригласили представителей кристальных пони, чтобы они сами стали свидетелями. — А каковы будут экономические выгоды для Эквестрии? — Кристальная империя обладает уникальными магическими кристаллами и технологиями обработки льда и холода. Это откроет новые возможности для торговли, исследований и совместных магических разработок. Мы ожидаем значительного роста благосостояния обоих народов. — Правда ли, что северные снега полностью отступили? — Да. Кристальное сердце вновь бьётся в полную силу. Северные снега больше не угрожают империи. Вопросы сыпались один за другим — в основном про торговлю, про статус кристальных пони, про то, как быстро восстановится инфраструктура, про будущие визиты делегаций. Селестия отвечала спокойно, обстоятельно, иногда с лёгкой улыбкой, иногда с твёрдой ноткой в голосе. Она полностью владела залом. И только минут через пятнадцать, когда основные темы были исчерпаны, в задних рядах поднялся серый пегас-репортёр в потрёпанном жилете — явно из какой-то маленькой северной газетёнки. — Принцесса Селестия… — голос его был громче остальных, с лёгкой хрипотцой. — А что насчёт… него? Все головы повернулись в мою сторону. Зал замер. Селестия не дрогнула. — Продолжайте, господин…? — Рейнольд Сноуфолл, «North Beacon». Мы все знаем легенды. Король, чьё сердце темнее тьмы. Тиран. Поработитель. И вот, вместе с Кристальной империей, появляется похожий пони. Более того, он сидит здесь, за одним столом с вами. В костюме премьер-министра. Объясните, пожалуйста, как такое вообще возможно? «Этого я и боялся, — в данный момент я хотел провалиться под землю. — Ну почему, почему здесь нашёлся кто-то, обративший на меня внимание?». По залу прокатился шёпот. Несколько фотографов снова защёлкали. Селестия повернулась ко мне — медленно, демонстративно. — Премьер-министр Сомбра ответит на ваш вопрос сам. Я встал. Ноги чуть дрожали, но голос удалось удержать ровным. — Я… не король. Я — обычный гражданин Кристальной империи. Я уже отбыл своё наказание. Тысяча лет в ледяном заточении… это была цена, которую я заплатил. Я не жду, что все меня простят. Я даже не прошу об этом. Но я здесь не для того, чтобы оправдываться словами. Я здесь, чтобы работать. Чтобы помогать восстанавливать то, что я когда-то разрушил. Если кристальные пони не захотят меня видеть — я уйду. Но пока принцесса Кейденс и Эквестрия считают, что я могу быть полезен… я буду делать всё, что в моих силах. Я не хочу повторения прошлого. Ни для себя. Ни для кого-либо ещё. Зал загудел. Кто-то даже зааплодировал — робко, неуверенно. Селестия подняла копыто. — Благодарю всех за вопросы. Подробности договора и состава правительства будут опубликованы сегодня вечером. На этом пресс-конференция окончена. — «И слава Селестии,» — добавил я про себя. Мы встали. Вспышки ослепили меня в последний раз за сегодня.

***

Equestria Daily: «Кристальная империя официально возродилась! Принцесса Кейденс во главе, Эквестрия — гарант безопасности». Canterlot Times: «Новый союз двух держав. Селестия: «Это эпоха стабильности и процветания». North Beacon: «Тень прошлого на троне? Сомбра — премьер-министр Кристальной империи». Griffin Herald: «Эквестрия расширяет влияние на север. Кристальная империя де-факто под крылом Кантерлота». Nova-Griffonian Truth: «Возвращение тирана или хитрый ход принцесс? Сомбра снова у власти — и никто не знает, что будет дальше». Я сложил газеты и отложил их в сторону. За окном уже вечерело. Где-то там, вдалеке, в Кристальной империи сияло Кристальное сердце. Я тихо выдохнул. — Ну что ж… — прошептал я. — Посмотрим, что будет дальше.