Теперь навсегда, мой Майк.

Уилл не помнил, когда именно перестал спать. Он не винил Майка, ведь понимал: Майк – нормальный. У него есть Холли, есть родители, которые не разрываются между двумя работами, есть будущее. А у Уилла не было ничего, кроме Майка. Потом Уилер перестал замечать его совсем. Он больше не подходил к его шкафчику, не звал после уроков играть в днд. Поэтому Уилл начал наблюдать, ходить за ним. Он не преследовал его, просто был рядом. Всегда. Поначалу это были случайные маршруты, но очень скоро Уилл уже знал расписание Майка лучше своего. Он знал, где тот находится после уроков, знал, что он любит есть, пить, какую марку сигарет он предпочитает и где прячется, чтобы покурить между уроками. Знал, какие у него оценки, у кого он покупает дурь, как искренне смеется, когда рядом нет "авторитетов", как нервно теребит край своей толстовки, когда стрессует, какой у него любимый цвет, какой размер одежды и обуви он носит. Уилл собирал эту информацию и каждая деталь была важна, ведь благодаря этому он мог чувствовать хоть какую то связь с тем, кто был для него центром вселенной, и в эти моменты Уилл ощущал, что снова дышит полной грудью. А потом появилась она. Одиннадцать, Оди, Эл, Джейн. Уилл заметил ее не сразу и поначалу он решил, что она просто очередной фрик, которых в старшей школе полно. Но потом он увидел, куда она смотрит. На Майка. На ЕГО Майка. Она смотрела на брюнета так же, как и сам Уилл, почти с тем же голодом в глазах. Больше она так не смотрела ни на кого. В тот момент внутри Уилла что то оборвалось. Сначала это была просто тревога, потом она сменилась на раздражение. Как она смеет? Майк принадлежал ему. Всегда принадлежал. По праву первой дружбы, по праву детских обещаний "сойти с ума вместе". Ревность разъедала Уилла изнутри каждый раз, когда он видел Одиннадцать рядом с Майком. Даже если они не разговаривали, сама возможность того, что Оди имеет право подойти к нему, прикоснуться, сводила его с ума. "Она украла его. Она следит за МОИМ Майком." С этого момента слежка стала двойной. Уилл выслеживал не только Майка, но и ее, ведь она была везде, путалась под ногами, была постоянным напоминанием о том, что Уилл больше не единственный и чем дольше он за ними наблюдал, тем сильнее безумие дрочило его изнутри. Время от времени Майк оборачивался. Смотрел прямо в ту сторону, где прятался Уилл. В эти секунды у него захватывало дух, но потом взгляд Майка скользил дальше, цепляясь за фигуру Оди. Осознание того, что Майк смотрел не на него, прошибало насквозь. Уилер чувствовал слежку, но чувствовал не его. Это разрывало на части. Ночью Уилл лежал на своей кровати и смотрел в потолок, прокручивая в голове сценарии, но в каждом из них появлялась она. Она вставала между ними. Смотрела глазами, полными той же одержимости, что кипела в нем самом. "Будь у меня опухоль, я назвал бы её Джейн. Джейн – крохотная язвочка на нёбе, которая зажила бы, если к ней не прикасаться языком, но ведь не удержаться".

***

Мысль запереть их вместе пришла не сразу. Уилл понимал: оставить Оди на свободе – значит позволить ей разрушить его планы. Он не мог убить ее – это бы привлекло внимание. Он не мог прогнать – она бы вернулась. Но он мог посадить их в одну "клетку". Пусть она увидит, пусть поймет, что Майк только его. Что Уилл знает о нем все, а главное, что и о ней тоже. О ее слежке, о ее пристальных взглядах, о ее дурной репутации, диковатости и приемном отце, которого всем ненавидят. Полицейских же особо никто не любит, да?

***

Кетамин он купил у старшеклассников, с которыми общался Майк. Он все продумал. Дождался, пока Майк пойдет в туалет. Удар был почти идеальным. Майк обмяк в руках Уилла. Тот подхватил его, прижимая к себе, чувствуя знакомый запах волос и тепло его тела. На секунду все стало хорошо, Майк был снова с ним. Дело осталось за малым. Оди попалась по той же схеме. Он подкараулил ее, когда она наблюдала за Майком. Байерс напал на нее сзади, ударив ее по затылку, в область мозжечка. Он знал, что этого времени не хватит, чтобы провернуть дело как следует. Был большой риск, что Эл очнется раньше, поэтому он сунул ей тряпку с хлороформом, который он заготовил заранее, прижимая к носу и давая ей вдыхать его пары около пяти минут. И вот они здесь.

***

Когда Майк очнулся и заговорил, Уилл чуть не завизжал от счастья. Его голос, сиплый, испуганный, но ЕГО. Он хотел просто прикоснуться, убедиться, что это реально. Но Майк застонал так, будто Уилл начал его резать. В этот момент внутри Уилла что то оборвалось. Он смотрел, как Майк корчится на полу от боли, чувствуя лишь сковывающее раздражение. "Почему ты так реагируешь? Я же люблю тебя. Я все для тебя сделал". Уилл выпрямился и перевел взгляд на Оди. Источник всех проблем. Он подошел к ней, присел на корточки. Вблизи она была еще более жалкой. – Ты думаешь я не знаю? — прошептал он ей на ухо, почти ласково. Голос был тихим, – Ты думаешь, я не видел, как ты везде за ним таскаешься? Как пялишься на него из за угла? Да ты такая же, как я. Ты больная. Ты только мешаешься. Она дернулась, пытаясь отодвинуться, но веревки впились в запястья. – Я знаю про тебя все. Знаю, что ты живешь у копа. Знаю, что у тебя нет никого. Знаю, что если Майк узнает, что ты за ним следила, он не захочет тебя видеть. После этих слов Уилл выпрямился, чувствуя странное опустошение. Все в его руках, он все контролирует. Майк здесь, с ним, а девка запугана, связана и не представляет угрозы. Что не так? Он обернулся, чтобы снова посмотреть на Майка, и увидел, что тот все еще лежит на полу скорчившись, бледный от боли. Уилл хотел подойти, поправить его, но он чувствовал стыд. "Я сделал тебе больно. Я не хотел. Я никогда не хотел". Свет из коридора ударил по глазам. Уилл развернулся и выскочил за дверь, захлопывая ее за собой. Прислонился спиной к холодному металлу и сполз на пол, закрыв лицо руками.