Смерть лишь новое приключение

***

Проснувшись, Дамблдор надеялся что проснется в своей комнате, а всё это его попадание в другой мир окажется дурным сном, но его надежды были напрасны, ведь он был тут. В этом тесном кабинете, который по какому-то недоразумению называют кабинетом директора, отменив трансфигурацию стула, он садится за стол и поглаживая подбородок задумался о следующих шагах в этом мире. Во-первых, он решил быть аккуратным. Этот мир отличается от его, поэтому его отношения с кем-то тоже могут отличаться, что может выдать его, и даже если он сможет выкрутиться, то подозрения останутся, поэтому ему следует быть деликатным в общении с кем-то и выбирать более общие темы, пока он не поймет их отношения Во-вторых, он решил озаботиться своими финансами, ведь если здешний Дамблдор писал отчёты для министерства за деньги, то с деньгами у него не очень, что вызывает вопросы, ведь он никогда не испытывал недостатка в деньгах В своем мире он был естественным монополизатором рынка алхимии, ведь чистокровные из-за своего стагнируещего мышления отрицали новые достижения алхимии, что отогнало алхимиков с британских островов в более благоприятные для алхимико страны, такие как Франция, родина одного величайших алхимиков Николаса Фламеля и в Америку, относительно новую, но активно развивающуюся магическую страну. В следствии этих факторов Альбус естественным образом стал во главе этого рынка, и материалы поступающие через его поставщиков обеспечивало ему внушительный доход, настолько внушительный что на пике смог обогнать доход Блэков, когда Сириус сбежал из Азкабана. Таким образом ему следует отправить письмо в Гринготтс, чтобы проверить свои финансы, ведь если он захочет изменить эту прогнившую школу, ему понадобятся значительные финансы. В-третьих, стоить таки увеличить этот кабинет, в котором невозможно находиться, стоит сделать пару шагов и уже упираешься в стену, таким образом ему придется вспоминать руны и заклинание для незримого расширения, также будет важно учесть, что это не просто замок, а Хогвартс, который находится на лей-линии и обладает примитивным интеллектом.

***

Приведя свои мысли в порядок, он решает действовать. Отправив письмо через Фоукса в Гринготтс, Дамблдор решает наконец расширить свой кабинет, ибо если не знать что это его кабинет, его можно спутать с кабинетом Флитвика. Встав Дамблдор берет свою палочку, сначала он не обратил внимания, но когда он начинал писать руны, он понял что его сила течет через палочку по другому и взглянув на нее, он понял почему. Это была не его палочка. Вернее не его нынешняя. Если в своем мире он после победы над Гриндевальдом пользовался бузиной палочкой, то здесь была его первая палочка. Палочка из эбеновой древесины, с сердцевиной из сердечной жилы дракона и длиной 14'8 дюймов. Хотя это была его первая палочка с которой он выиграл у Гриндевальда и при помощи который стал величайшим белым магом современности, он уже отвык от нее, ибо в последние 52 года своей жизни он пользовался бузиной палочкой. Немного подумав он решает что рисовать руны, особенно в Хогвартсе, палочкой к которой он привык не безопасно, поэтому он решает немного ею попрактиковаться. Одним взмахом его палочки все предметы начинают парить, после ещё одного взмаха поднятые вверх предметы стали превращаться в разных животных, как обычных так и магических. Среди них были кошки, хомяки, маленькие драконы, фениксы и даже гримы. С каждым взмахом этой палочки, на Альбуса накатывали воспоминания, как он учился в Хогвартсе, как стал профессором трансфигурации и наконец, как он победил своего друга Геллерта. Наконец привыкнув к тому как ведёт себя палочка, он начинает рисовать палочкой руны, семь рун на семи поверхностях. Хотя директор во многом был не согласен с Томом, магические свойства цифры семь, он отрицать не собирался, особенно учитывая что это мировое открытие, нанеся руны стабилизации пространства и защиты от чужого вмешательства и ещё парочку, он наконец произносит заклинание: — Capacious Extremis Как только заклинание было произнесено, начался грохот, чему он не удивился ведь это было в пределах ожидания. С грохотом, шумом и треском пространства, комната стала больше, настолько, что уже было похоже на его прошлый кабинет. Удовлетворённый этим результатом, он сел за стол поглаживая бороду в своем, уже нормального размера, кабинете. Но даже не успел он толком расслабиться, как в огненной вспышке появился Фоукс с письмом в клюве. Взяв его и увидев на нем печать Гринготтса, Дамблдор подивился, тому как все гладко идёт. Открыв письмо в добром здравии, кончил он заупокой. С каждой секундой чтения, выражение лица становилось все более и более хмурым. Дочитав и отложив письмо он откидывается на спинку стула и закрывает глаза пытаясь осмыслить происходящее. Поверенный гоблин рода Дамблдоров сообщил ему что чуть больше трёх лет назад, тот расформировал свой и семейный сейф в Гринготтсе, чем очень удвили Дамблдор, ведь пускай он и не согласен с фанатиками чистоты крови, важность денег он понимал, поэтому всегда имел в кармане пару лишних галеонов. Решив что это дело нужно исправлять, Дамблдор пишет, запечатывает и отдает Фоуксу четыре письма, одно в Гринготтс, с просьбой открыть его сейф заново и остальные три людям, что в его мире были поставщиками находящимися под его протекцией, с которых он получал пассивный доход. Отправив письма и только собравшись отдохнуть он замечает что за окном уже ночь, что ввергает его в небольшую прострацию, ведь вечера видно не было, сразу ночь. — Какой интересный феномен… Чем же ещё это отличается от родного мне мира… Встав со своего стула, Дамблдор подходит к окну, поглаживая свое прекрасную бороду, он не мог не усмехнуться на то, что несмотря на все различия, важность бороды понимали они оба. Выглянув в окно, белый маг заметил очевидное. Луна не двигается. Немного подождав и убедившись что луна не собирается сдвигаться со своего места, он кивнул самому себе, ведь это не он пропустил вечер, а его реально не было. Стоя у окна и немного поговорив с портретами, он заметил ещё несколько отличий. Например то, что не было звуков сверчков. Ох, звуки сверчков, главный враг всея Хогвартса, эти звуки хоть и не были сильными, постоянно доставали людей в их спальнях. Единственная причина по которой в своей вселенной Альбус не избавился от этого звука было то, что никаких жалоб не поступало, даже наоборот. Сверчки из рода Serenacricketus, как их назвал Ньют, обладали особенным свойством, давали лёгкую ясность ума и снижали тревожность. По слова Саламандера, этих сверчков разводили только в Франции где были обнаружены на юге. Когда по приглашению Альбуса Ньют пришел и подтвердил что это именно эти сверчки, он чуть ли от радости подпрыгивать не начал, что выглядело особенно забавно, особенно учитывая что тогда ему было 95 лет. Вспоминая эти дни, Альбус неосознанно посмеивается, но очень быстро его улыбка омрачается, когда он вспоминает какие события происходили до его попадания сюда. Но что-то мы отвлеклись. Помимо отсутствия сверчков, смущала так же абсолютная тишина, словно замок был пуст. Портреты подтвердили, что в коридорах нет никого. Это было откровенно странно, потому что в своем мире Альбус видел десяток студентов разгуливающих ночью. Студенты Хаффлпаффа тайком выходили из своих общежитий, чтобы прибраться на кухню, студенты Когтеврана, чтобы пробраться в библиотеку, студенты Гриффиндора же выходили, чтобы найти себе приключений. И только малочисленные студенты Слизерина изредка выходили чтобы попытаться найти легендарную Тайную комнату и стать наследником Слизерина. Помимо очевидной тишины, его так же что-то ограничивало. Альбус чувствовал это как ясный день, он не устал, за весь день он даже ни разу не вздохнул от усталости, но все равно что-то останавливало его от действий. Если он хотел написать какое-нибудь письмо, его мозг удобно находил смотри причин этого не делать. Это было странно? Несомненно. Воспротивится он этому? Нет. Зачем идти против течения, когда сам мир говорит ему «Иди отдохни» С интересом ожидая то, что привлекает ему следующий день, он идёт в свою комнату, где ложится уже на нормальной кровати.