Тетрадь с Того Света

***

Арчибальд Грим терпеть не мог паромы. Слишком много воды, слишком мало устойчивости под ногами, и совершенно невозможно нормально сосредоточиться на записях. А записывать нужно было много — заклинание превращения дождевых червей в спагетти оказалось на удивление капризным и требовало семнадцати уточнений только в части про томатный соус. — Арчи, брось ты эту свою тетрадку! — Морган, его лучший друг и по совместительству худший советчик, плюхнулся на скамейку рядом. — Мы же на отдыхе! — Это не тетрадка, — пробурчал Арчибальд, выводя очередную руну. — Это дневник магических изысканий. Десять лет работы. — Выглядит как общая тетрадь за два фунта из лавки мистера Криббса. Это было правдой, что особенно раздражало. Арчибальд собирался переписать все в кожаный фолиант с золотым тиснением, но как-то руки не доходили. А обычная тетрадь с тиснением кота на обложке (подарок племянницы) служила верой и правдой. Порыв ветра выхватил тетрадь из рук колдуна именно в тот момент, когда Морган потянулся посмотреть на записи. Тетрадь взмыла в воздух, описала издевательскую дугу и шлепнулась в пенные волны метрах в пяти от борта. — Нет! — Арчибальд вскочил. — Успокойся, ты же можешь призвать ее обратно, — Морган уже доставал трубку, совершенно не понимая масштаба катастрофы. — Там антимагическое покрытие! Племянница заколдовала от промокания, но переборщила с защитой! — Ну и что? Попроси капитана развернуться… — За какие-то записи? — встрял Филипп, третий член их компании, смакуя сэндвич. — Даже не за человека? Они пошлют нас к гоблинам. — Там десять лет моей жизни! — Так запомни наизусть, у тебя же память как у слона, — Морган закурил. — Правда, у очень пьяного слона… — Спорим на сто галлеонов, что не запомнил, — хмыкнул Филипп. — Спорим на двести, что запомнил! — Морган никогда не упускал шанса поставить на друга. Арчибальд смотрел на тетрадку, которая медленно уплывала, покачиваясь на волнах. Котик на обложке словно насмехался над ним. Формула спагетти была на седьмой странице. Или на восьмой? Боги, а где была та штука про левитацию носков? — Я все помню, — он сглотнул. — Каждую страницу. — Докажи, — Филипп протянул деньги Моргану. — Прыгай и доставай. Если вспомнишь хотя бы половину — я проиграл. Что произошло дальше, Арчибальд не мог объяснить даже себе. Может, сработал инстинкт. Может, азарт. А может, котик на обложке действительно подмигнул ему. Он прыгнул. Холодная вода сомкнулась над головой, и Арчибальд успел подумать, что это была идиотская идея. Потом его пальцы коснулись мокрой обложки. Потом мир взорвался светом, и паром, Морган с его идиотским пари, и весь девятнадцатый век исчезли.

***

— Винтажная тетрадь ручной работы, подлинник викторианской эпохи, — продавщица блошиного рынка улыбалась так, будто продавала святой Грааль. — Всего пятнадцать фунтов. Лиза Картер покрутила в руках потрепанную тетрадь. Обложка выцвела, тиснёный кот смотрел немного маньячно, страницы были исписаны мелким неразборчивым почерком. Идеальный блокнот для конспектов по истории магии. Ее однокурсники с факультета оккультных наук оценят эстетику. — Беру, — она протянула деньги. Тетрадь в ее рюкзаке тихонько нагрелась, но Лиза этого не заметила. А кот на обложке определенно ухмыльнулся.

***

Лиза вернулась в общежитие под вечер, когда ее соседка Кэти уже в третий раз пересматривала какой-то сериал про вампиров, хрустя чипсами. Идеальное время, чтобы заняться новыми конспектами. Она достала тетрадь, устроилась на кровати и открыла первую страницу. «Дневник магических изысканий. Собственность Арчибальда Грима. Если найдете — верните за вознаграждение по адресу: Туманный переулок, 13, Лондон. Или оставьте себе, если вы этого достойны. Что маловероятно.» — Скромный тип, — хмыкнула Лиза. Следующая страница была исписана непонятными символами вперемешку с обычным текстом. Почерк местами становился настолько мелким, что требовалось щуриться. На полях кто-то нарисовал червяка в короне и подписал: «Спагетти Первый». — Кэй, гляди, какой прикол я купила, — Лиза повернулась к соседке. — Викторианский дневник какого-то чудака. Тут рецепты, кажется. «Превращение дождевых червей в спагетти»… Думаешь, это метафора? Кэти даже не подняла глаз от экрана: — Угу, классно. Лиза пролистала дальше. Записи шли год за годом до 1884. Какие-то заметки о травах, зарисовки созвездий, странные формулы. На одной странице огромными буквами было выведено: «МОРГАН, ЕСЛИ ЧИТАЕШЬ — ПОЛОЖИ ОБРАТНО!» Она усмехнулась и перевернула страницу. И замерла. Буквы зашевелились. Нет, правда. Чернила медленно поползли по странице, как живые, складываясь в новые слова: «Наконец-то! Сто сорок лет в водяной ловушке — это чересчур даже для меня. Послушайте, кто бы вы ни были, мне срочно нужна помощь. Я застрял между мирами, а моя тетрадь — единственный способ связи. Если вы читаете это, значит…» Текст оборвался, буквы дрогнули и рассыпались. Лиза захлопнула тетрадь. Открыла. На странице был тот же старый текст про червей-спагетти. Никаких движущихся букв. — Мне точно пора меньше кофе пить, — пробормотала она. — Ты чего там бормочешь? — Кэти поставила на паузу. — Да ничего, показалось… Тетрадь в ее руках стала теплой. Не горячей, а приятно теплой, как кружка какао. Лиза осторожно раскрыла ее снова. Новый текст появился на чистой странице в конце: «Простите, израсходовал весь запас энергии на первое сообщение. Связь нестабильна. Меня зовут Арчибальд Грим, я колдун (да, настоящий), и я застрял в проклятой магической петле с 1884 года. Эта тетрадь — портал. Вернее, была бы порталом, если бы хоть кто-то умный ее нашел. Вы умный человек?» Под текстом появились два варианта ответа, будто это была анкета: Да, очень умный Нет, но любопытный (нужное подчеркнуть) Лиза осмотрелась. Кэти снова уткнулась в сериал. За окном моросил дождь. В углу комнаты сушилось белье. Самый обычный вечер вторника. Ничего мистического. Она взяла ручку и, чувствуя себя полной идиоткой, подчеркнула второй вариант. Буквы на странице взорвались фейерверком и сложились в новое послание: «ОТЛИЧНО! Любопытство — это именно то, что нужно! Хотя разумность тоже не помешала бы. Значит так, у нас мало времени. Видите формулу на странице семь? Не читайте ее вслух. НИКОГДА. Это важно. А теперь переверните тетрадь вверх ногами и потрясите три раза.» — Это какой-то розыгрыш, — Лиза нахмурилась. — Кэти, это ты подстроила? — Что? — соседка даже не повернулась. Лиза посмотрела на тетрадь. Перевернула ее. Тряхнула раз. Два. Три. Из тетрадки выпал сложенный пожелтевший листок. Его там точно не было секунду назад — она бы заметила. Развернув записку, Лиза прочитала: «Если вы читаете это, значит, я мертв. Или застрял во временной петле. Или превратился в спагетти (маловероятно, но после того случая с Морганом я ни в чем не уверен). Эта тетрадь содержит все мои исследования. И одно очень важное заклинание на странице 93. Оно откроет портал туда, где я нахожусь. Но будьте осторожны. Для активации нужна кровь владельца тетради. С уважением и надеждой на здравый смысл, Арчибальд Грим. P.S. Если вы Морган — ОСТАВЬ ВСЕ КАК ЕСТЬ!» Тетрадь в руках Лизы завибрировала, как телефон на беззвучном режиме. На странице снова начали складываться буквы: «Ну что, готовы вытащить викторианского колдуна из магической задницы мироздания? Обещаю, будет весело. Относительно. Если выживем.» Лиза закрыла тетрадь, сунула ее под подушку и легла спать, решив, что утром все это окажется сном. Тетрадь под подушкой мерцала в темноте. Кот на обложке определенно улыбался.

***

На следующее утро первое, что увидела Лиза, открыв глаза, — это записку на тумбочке. Написанную тем же викторианским почерком: «Доброе утро! Надеюсь, вы хорошо спали. Я нет. Я застрял в пустоте уже сто сорок лет. Кстати, вы так и не представились. Невежливо.» Лиза схватила ручку и написала в тетради: «Лиза. Студентка. Изучаю историю оккультизма, но это просто университетский курс, я не настоящий маг.» Ответ появился мгновенно: «Лиза — прекрасное имя. Студентка — еще лучше, значит, есть мозги. А насчет «не настоящий маг» — милочка, вы держите в руках одну из самых могущественных магических книг Европы и спокойно со мной переписываетесь. Поверьте моему опыту: вы настоящая ведьма.» Лиза уставилась на строчки. Рука сама потянулась к тетради, и она написала: «Допустим, я верю. Что вы хотите, чтобы я сделала?» Буквы появлялись постепенно, будто кто-то печатал на невидимой клавиатуре: «Технически? Выполнить ритуал освобождения со страницы 93. Практически? Сначала нужно подготовиться. Я провел в магической петле больше века — если портал откроется неправильно, я могу материализоваться наизнанку. Или в виде лягушки. Или вообще в 1340 году. Магия любит неожиданности.» — Здорово, — пробормотала Лиза. — Разговариваю с призраком викторианца, который боится стать лягушкой. «Я ВАС СЛЫШУ. Тетрадь — это продолжение моего сознания. И я не призрак, я очень живой, просто… застрявший. Представьте, что вы в лифте между этажами, но этажей бесконечное количество, и все они в разных измерениях.» — Кэти! — позвала Лиза. — Ты соображаешь в магии? — Поверь, что если ты не заткнешься, я превращу тебя в тыкву! — донеслось из ванной. — У меня контрольная через час! Лиза перевернула страницу девяносто три. Там была сложная диаграмма с кругами, символами и стрелочками. Текст гласил: «Ритуал Возвращения Заблудшего. Требуется: три свечи из пчелиного воска, морская соль, кровь владельца тетради (три капли), предмет из того же времени, откуда вызывается субъект. Проводить строго в полночь при растущей луне.» Ниже мелким почерком было дописано: «Морган, если ты это читаешь с целью вызвать меня на пари — НЕ СМЕЙ!» Новый текст появился на полях: «Вижу ваше лицо. Ну, не вижу, но чувствую панику через магическую связь. Не волнуйтесь! У нас есть три дня до растущей луны. Я составлю список покупок. Кстати, у вас случайно нет ничего из 1884 года? Пуговицы, монеты, газеты?» — У меня есть ты, — Лиза ткнула пальцем в тетрадь. — Ты из 1884-го. «Гениально! Вы и правда умная! Правда, есть нюанс — тетрадь уже служит порталом, использовать ее как артефакт рискованно. Но в крайнем случае сработает. Наверное. — Наверное?! «Магия — не точная наука, Лиза. Хотя я пытался сделать ее таковой. Посмотрите, к чему это привело.» Кэти вышла из ванной, увидела Лизу, сидящую на кровати с тетрадкой и разговаривающую сама с собой. — Ты в порядке? — Абсолютно, — Лиза захлопнула тетрадь. — В семь утра? В пижаме? Разговаривая с блокнотом? — Новая методика обучения. Кэти покачала головой и ушла. А Лиза открыла тетрадь и написала: «Объясни мне по-нормальному. Что произошло в 1884-м? Почему ты застрял?» Ответ формировался медленно, будто Арчибальд подбирал слова: «Это… долгая история. Короткая версия: я прыгнул с парома за этой тетрадкой. Она была заколдована моей племянницей от промокания, но девочка переборщила с защитными чарами. Когда я коснулся тетради в воде, антимагическая защита столкнулась с естественной магией моря и… бум. Меня затянуло в пространственную складку. Я застрял между мирами — не жив, не мертв, не здесь, не там. Как Шрёдингеровский кот, только несчастнее.» — Кот, — Лиза посмотрела на обложку. — Это ты его нарисовал? «Нет, это подарок племянницы. Ирония судьбы, верно? Кстати, о коте — он не просто рисунок. Это защитный символ. Если присмотритесь к усам, увидите руны.» Лиза поднесла тетрадь к лампе. Действительно, в узоре кошачьих усов проглядывали странные символы. «Амелия была талантливой девочкой. Слишком талантливой для своего возраста. Интересно, что с ней стало…» На странице появилось что-то похожее на кляксу. Лиза поняла — это слеза. — Эй, — она почему-то положила ладонь на страницу. — Мы тебя вытащим. Тетрадь под рукой стала теплой, почти горячей. «Спасибо, Лиза. Знаете, вы первый человек за сто сорок лет, кто не захлопнул тетрадь с криком, увидев движущийся текст. Предыдущие шесть владельцев: трое сожгли меня (не сработало, магическая защита), двое продали как антиквариат, один попытался использовать как обычный блокнот и исписал двадцать страниц бухгалтерией. ЭТО БЫЛО БОЛЬНО.» Лиза фыркнула. — Ладно, мистер Грим. Составляй список. Что мне нужно для ритуала? «Во-первых, зовите меня Арчибальд. «Мистер Грим» звучит так, будто мне сто лет. Мне всего… о боже, мне действительно больше ста лет… Хотя выгляжу на тридцать семь, каким и был.» — Арчибальд, список! «Да-да! Итак: 1. Три свечи из пчелиного воска (не парафин! Это важно!) 2. Морская соль (не поваренная) 3. Мел или что-то для рисования круга 4. Ваша кровь — три капли (простите, но это необходимо) 5. Тихое место, где нас не потревожат 6. Смелость и легкое безрассудство Последний пункт у вас уже есть, раз вы до сих пор со мной разговариваете.» Лиза посмотрела на часы. Восемь утра. Первая пара в десять. У нее было время забежать в эзотерическую лавку на углу. — Хорошо, — она встала с кровати. — Я схожу за свечами и солью. А ты… не исчезай. «Милая моя, я физически не могу исчезнуть. Это моя проблема.» Лиза сунула тетрадь в рюкзак. По дороге к двери она обернулась: — И Арчибальд? Если это розыгрыш, и ты какой-то искусственный интеллект или магический троллинг — знай, это очень хорошо сделано. Текст в тетради появился, хотя она уже была в рюкзаке: «Если бы я был розыгрышем, я бы придумал себе судьбу поинтереснее, чем застрять в пустоте на полтора века. Хотя… нет, даже мое воображение не настолько жестоко.»

***

Эзотерическая лавка «Лунный кролик» помещалась между химчисткой и китайским рестораном. Лиза бывала там пару раз — владелица, пожилая миссис Чен, продавала благовония для курсовых работ по ритуальной антропологии. Колокольчик над дверью звякнул. Миссис Чен сидела за прилавком, раскладывая карты Таро. — Доброе утро, дорогая! — она улыбнулась. — Опять благовония? — Нет, мне нужны три свечи из пчелиного воска и морская соль, — Лиза подошла к прилавку. Миссис Чен подняла бровь: — Защитный ритуал? Или изгнание? — Скорее… вызов. Старушка отложила карты и внимательно посмотрела на Лизу: — Вызов — серьезное дело, детка. Ты знаешь, что делаешь? Рюкзак на спине Лизы потеплел. Она сняла его и достала тетрадь. На обложке котик смотрел на миссис Чен с каким-то вызовом. — Это… сложно объяснить. Миссис Чен взяла тетрадь, перевернула, провела пальцами по обложке. Ее глаза расширились: — Боже правый. Это же запечатанный артефакт. Викторианский, судя по энергетике. Где ты это взяла? — На блошином рынке. За пятнадцать фунтов. — За ПЯТНАДЦАТЬ… — старушка прижала руку к сердцу. — Детка, эта вещь стоит как минимум… впрочем, неважно. Там кто-то внутри? Лиза кивнула. Миссис Чен открыла тетрадь наугад, и текст тут же начал формироваться: «Добрый день, мадам! Арчибальд Грим, к вашим услугам. Застрял в магической петле с 1884 года. Не могли бы вы помочь моей юной спасительнице с ингредиентами? Обещаю, я безвреден. Относительно.» Миссис Чен медленно закрыла тетрадь и посмотрела на Лизу: — Ты понимаешь, что держишь в руках живого человека? — Технически живого, — пробормотала Лиза. — Ритуал Возвращения Заблудшего? — старушка прищурилась. — Опасная штука. Если ошибешься хоть в одном символе, можешь открыть дыру между мирами. Или вызвать что-то не то. Тетрадь в руках Лизы завибрировала. Она открыла страницу: «С уважением к вашему опыту, мадам, но я провел тридцать лет, изучая межпространственную магию. Я знаю риски. И я помогу девочке с каждым шагом. Кстати, вы практикующая ведьма? Чувствую сильную ауру.» Миссис Чен усмехнулась: — Льстец. Хорошо. Свечи и соль я дам. Но я пойду с вами на ритуал. — Что? Нет, я не могу… — Можешь и будешь, — старушка уже доставала с полки толстые желтые свечи. — Во-первых, ты студентка, а не опытный маг. Во-вторых, если что-то пойдет не так, кто-то должен будет тебя вытаскивать. В-третьих, — она лукаво подмигнула, — я не видела хорошего ритуала лет двадцать. Соскучилась. «Мне нравится эта женщина,» — появилось в тетради. — Когда ритуал? — спросила миссис Чен, упаковывая свечи. — Послезавтра в полночь. Растущая луна. — Превосходно. Место есть? Лиза задумалась. Общежитие отпадало. Университетский кампус — слишком людно. Парк — могут нарваться патрули… — Заброшенная оранжерея в Ботаническом саду, — предложила миссис Чен. — У меня есть ключ. Там тихо, и земля намоленная — викторианские садовники практиковали зеленую магию. «ИДЕАЛЬНО! Викторианская постройка усилит связь!» — буквы в тетради подпрыгивали от возбуждения. — Хорошо, — Лиза сглотнула. — Значит, послезавтра в оранжерее. Миссис Чен протянула ей пакет с ингредиентами: — С тебя ничего. Считай это инвестицией в интересное времяпрепровождение. Но, детка, — она положила руку на плечо Лизы, — будь осторожна. Магия — не игрушка. И люди из прошлого… они другие. У них другие ценности, другие взгляды. «Я слышу каждое слово, и я оскорблен! Я очень прогрессивный для своего времени! Я даже считал, что женщины должны иметь право голоса!» — Ого, какой герой, — фыркнула Лиза. «Для 1884 года это было радикально!» Остаток дня прошел в тумане. Лиза пыталась сосредоточиться на лекциях, но тетрадь в рюкзаке не давала покоя. Каждые десять минут там появлялись новые записи: «Кстати, а какой сейчас год?» — 2024, — прошептала Лиза на паре по истории ведовства. «БОЖЕ МОЙ. Прошло 140 лет. Есть ли еще Британская империя?» — Не совсем… «Летающие машины изобрели?» — Самолеты, да. «А говорящие на расстоянии коробки?» — Телефоны. У каждого в кармане. Пауза. Потом: «Я пропустил ТРИ промышленных революции, верно?» — Примерно. «Превосходно. Просто превосходно. Я застрял в пустоте, пока человечество изобретало чудеса.» На вечер Лиза вернулась в комнату и разложила тетрадь на столе. Кэти ушла на свидание, можно было говорить спокойно. — Арчибальд, мне нужно знать. Что именно произойдет, когда портал откроется? Текст появлялся медленно: «Честно? Я не совсем уверен. Теоретически, я должен материализоваться в круге вызова. В том же состоянии, в каком был в момент исчезновения — мокрый, испуганный, тридцати семи лет. Но магическая петля могла изменить меня. Время там течет иначе. Я мог провести в ней как день, так и тысячу лет с точки зрения восприятия.» — Ты… ты в порядке? Психически? «Спасибо, что спросили. Я… справляюсь. Первые десять лет были адом. Потом я научился медитировать. Создавал дворцы памяти, восстанавливал заклинания, разговаривал сам с собой. Когда тетрадь попадала к людям, я пытался связаться, но большинство не верило или пугалось. Вы — первая, кто действительно слушает.» Лиза провела пальцем по строчкам: — Не волнуйся. Еще день, и ты выйдешь. «Лиза… а если я выйду не тем? Что если петля исказила меня? Превратила в чудовище или…» — Тогда миссис Чен надает тебе по голове свечкой, и мы разберемся, — Лиза улыбнулась. — Ты много лет занимался магией. Ты умный. Циничный. Немного занудный. Но не чудовище. «Немного занудный?!» — Ты исписал тридцатистраничный трактат о правильной температуре воска для магических свечей. «Это ВАЖНО!» Лиза засмеялась. Тетрадь под рукой вибрировала, как будто смеялась вместе с ней. Оставался один день до полуночи. Один день до того, как викторианский колдун шагнет в XXI век. Что могло пойти не так?