Во всем Миша виноват

— До каникул осталось всего полмесяца, на, а потом заживём, — Бяша мечтательно вздохнул. Погода после уроков стояла шикарная, солнце светило ярко, но не жарко, дул легкий ветерок. Оба парня стояли у школьных ворот, решали, куда пойти прогуляться, как вдруг зоркий глаз бурята заметил светлую макушку. — Опачки, Антоха! Дуй сюда, — Рома обернулся на Петрова, Бяша ему помахал. Тоха выдохнул и оторвался от увлекательного занятия рассматривания неба, поплелся к пацанам. Подойдя вплотную, он буркнул под нос приветствие Бяше, с которым Антон, кстати, неплохо сдружился, а всё из-за общей темы искусства, что удивило омегу, так то, что бурят оказался приятным в общении, особенно когда Пятифана рядом не было, бурят перед Тохой даже извинился и подарил жвачку, но когда Ромка был рядом, ребята не разговаривали. Тоша обнял Рому, ведь тот раскрыл руки для этого. С того случая в кладовке прошла неделя, всё устаканилось, Рома и Антон разговаривали как ни в чем не бывало, и тему эту не поднимали. Антон больше не лез к Роме, пока тот не даст добро жестом или взглядом. Рома в свою очередь старался не сильно дерзить и давить на Петрова, но иногда тот, обнимая парня, слышал короткий рык. Справедливости ради, общались они за эту неделю довольно редко, в основном Рома просил списать домашнее задание, а Петрову не сложно было дать, ни одного, ни другого такой расклад не расстраивал, наоборот, радовал, меньше приходилось контактировать. Бяша же решил вопрос с Катей, умолял её на коленях никак не комментировать ситуацию, она ради Бяши согласилась, потом от Антона спасибо искренние услышала, никто не узнает, но Кате было приятно осознавать, что хоть когда-то она сделала так, чтобы её благодарили, то есть промолчала. — Да ладно вам, я ж знаю про спор, можете не обжиматься, — Будаев прокашлялся и усмехнулся, когда оба отстранились со словами «слава богу». — Кстати, Ромыч, я вон что спросить хотел, а Тоха на днюхе твоей будет? И как праздновать планируешь? — Поинтересовался друг, ведь у Ромки через неделю было день рождения, исполнялось пятнадцать лет, это могла быть особая дата, если Ромка младше своего истинного, то он получит метку, рисунок, такой будет только у двух людей на земле, у него и его истинного, Ромка не то что бы ждал этого. — Ну да, а че нет-то? Там будут многие пацаны, так что явка Тохи на данное мероприятие обязательна, — последнее предложение Рома сказал, смотря на омегу, тот смотрел на Ромку, не очень хотелось идти туда. — Не бойся, не спорим, самим бухла мало. — Он повернулся к Бяше. — У меня мама пообещала, что уедет к подруге, когда парни придут, так что у меня дома. Антон выдохнул дальше, не вникая в разговор. Ну вот Ромка скоро получит метку, а там дальше, наверное, забьет на Тоху, в свой пятнадцатый день рождения, Антон не получил метки, что означало, он старше своей пары, оставалось только ждать чудесного дня, когда он проснётся и в зеркале или заметит на руке, там тату истинных появлялось чаще всего, только сколько ждать? А на этот вопрос ответа уже не было, только ждать и оставалось. Петров посмотрел на небо, уже темнело, так что он, поправив очки, отдалился от басоты. — Я пойду, темнеет уже. — Да давай, — Бросил Пятифан и собирался добавить что-то еще, но Бяша его перебил. — Че даже не чмокнитесь на прощание? — Бяша заржал, словно гиена. Вот с чем и Петров, и Пятифанов согласны, так то, что у Игоря чувство юмора отвратное. Антон слегка покраснел, а Ромка отвесил другу подзатыльник. — Бяш, захлопнись. — Да ладно вам, кстати, Тох, может проводить тебя? А то вдруг что, все на Ромку повесят, мол, че ты за ним не следил, — Игорь, отсмеявшись, говорил уже серьезно, а то вот май, медведи проснулись, да волки те же самые. Но Петров отрицательно помотал головой. — Не нужно, я дойду, не маленький, пока. — Антон помахал рукой и повернулся, идя в сторону леса, где находился дом.

***

За окном давно стемнело, все дома спят, только в окне на втором этаже свет горит. Рядом со столом стоял собранный портфель на понедельник. За самим столом сидел Антон, в правой руке он держал карандаш, а перед ним пустой лист из альбома. Тоша не знал, насколько эта идея идиотская, процентов на сто пять. Он признавал, Рома красивый, черты лица у него гармоничные, взгляд иногда был таким глубоким, и его улыбка дополняла весь образ, да и природный аромат у него неплохой, да кого Петров обманывает, природный запах у Ромы очень вкусный, и сам он весь такой... привлекательный. Тоша хотел к основному подарку подарить Роме портрет, как его сам Тоха видит, заведомо плохая идея, но попытка не пытка. Правда же? Вдохнув и выдохнув, Тоша наконец приступил к делу.

***

Петров сидел над подарком, аккуратно положенный в пакет, в одной из рук он держал рисунок, портрет Ромы нарисован в перспективе, будто смотришь на него чуть снизу, прям немного, брови в обычном своем положении, схмурены, над глазами Тоха просидел больше всего, всё ему не то казалось, но получилось шикарно, нижняя губа на портрете прикусана зубами, клыками, теми, что поставили омеге метку две недели назад, в общем, портрет получился просто ахуенный, Тоша признавал это его лучшая работа. «Плохая эта затея», — пронеслось в голове. Подумает Ромка еще не то что надо, Петров уже хотел положить рисунок на стол, но тут почувствовал боль в районе ключицы, где-то очень близко к плечу. Опять. С утра болит. — Блять, да что ж такое? — Выругнувшись, Тоха подошёл к зеркалу, которое висело на дверце шкафа, и, сняв черную футболку, которую он решил надеть, потому что жарко было на улице, все ж неделя до лета. Посмотрев в зеркало, Тоха округлил глаза, а потом мелко задрожал от осознания. — Боже, нет. Прошу, пусть это окажется просто глупое совпадение. На своей ключице Антон видел метку истинных в виде одного цветка сирени.

***

— Ну Ромыч за тебя, на! — Бяша выпил стопку водки до конца, все остальные повторили за ним. Празднование было в самом разгаре, вся компания еще час назад начала настоящие празднования, все Ромку поздравляли, все за Ромку выпивали. Все парни начали что-то громко обсуждать, а сам именинник вытащил Бяшку из-за стола, потащив на свежий воздух, под предлогом покурить, хотя так оно и было. Вдохнув свежего воздуха, Пятифан зажег сигарету и вдохнул яд. — Кстати, где Тоха, на? Он так-то час назад должен был прийти. — Выдохнув дым, вдруг вспомнил Игорь про товарища. — Во о том же подумал, на... — Ромка повернул голову в сторону дороги, где как раз шел Петров в черной футболке и длинных штанах того же цвета, с пакетом в руках, даже издалека было видно, что он был какой-то зажатый. — Опана, вспомнишь солнце, вот и лучик. — Рома, когда Тоха подошел ближе, раскрыл руки для объятий, по привычке. — Епт, я ж говорил, при мне не обязательно. — Отреагировал на этот жест Бяша. — Привет, с днём рождения тебя. — Антон протянул подарок имениннику. — Я недолго посижу, чисто для галочки, как ты говорил, я тут лишний, да и не думаю, что ты особо рад меня видеть. — Антон заикался. — Ага, а еще я те говорил, не надо подарков никаких, или ты это мимо ушей пропустил? — Петров отвел взгляд и пробурчал что-то по типу «Не прилично без подарка». — Тох я не пойму, ты че такой зажатый? Я тебя бить не собираюсь, успокойся. — Да-да. — Антон выдохнул, решив зайти внутрь, но его остановил Игорь и объяснил: — Тох с нами зайдешь, подожди чуток. — Тошка на это кивнул, а Бяшка вновь затянулся.

***

— А давайте в правду или действие, а то скучно нах. — Предложил один из парней, а остальные поддержали громкими возгласами. Прошло два часа с прихода Антона, уже все изрядно подвипившие, веселые, кроме омеги, на улице уже стемнело. За это время Петров уж слишком часто выходил на улицу, не любил он все эти тусовки, слишком шумно для него, да и алкоголь он не пил, вот и сейчас вышел подышать, так как в помещении очень душно. Тем временем погода на улице совсем испортилась, начал лить дождь, тучи заволокли небо, на дороге образовались маленькие лужи. Антон выдохнул, он слишком странно себя чувствовал. Сзади он услышал шаги, кто-то встал рядом с ним на крыльце дома, повернув голову, он увидел рыжеволосого парня, Михаила. — Че Антоха устал от суеты? — Поинтересовался парень, достав из кармана сигарету и смотря куда-то в облака. — Я чё пришёл-то, Тох вы с Ромкой расставаться не планируете? Петров сначала даже суть вопроса, поэтому посматрел вопросительно на Мишу. — С чего бы? — Да не любит тебя твой Ромка! — Выкрикнул Вестников, а до парня в очках вдруг дошло, Михаил-то не знает, что Тоха знает, об этом знает только Бяшка, но знание не отняло боль от неприятного чувства, что вызвали слова Мишки. — Спор он проиграл, Тох он тебя так же ненавидит. — Альфа выдохнул едкий дым, а напротив стоящий Тоша не знал как реагировать, но решил подыграть и изобразил растерянность. — Вон у него седня метка появилась в виде рыбки, даю сотку у тебя не та же. Сам знаешь, смысл встречаться с не истиным. Тох он тебя бросить, ты после этого вообще не отмоешся, он с таким позором тебя бросит, он нам сегодня рассказывал. — Миша больше не улыбнулся, все вело к тому что он говорил серьезно. Из глаз Петрова полились слезы, слова были обидные, он схватился за перила, скрючевшись, они с Ромой не истинные, не предназначены друг другу судьбой, и от этого становилось и легче, и больней. — Каким бы другом мне он ни был, но поступит с тобой как мразь. Тоха ты дурак, ты серьезно верил, что тот кто издевался над тобой несколько лет, вдруг полюбит тебя? Тох тебе одиночество голову затуманило. Петров плакал и плакал по-настоящему, и будем честны, все-таки он выпил немного, сейчас ему было так плохо, и черт его знает, он плачет потому что реально больно или алкоголь на него так воздействовал. Вестников тем временем зашел обратно в дом, дав Петрову проплакаться. Вдохнув Антон встал и, сложив руки на на перилах, он утер слезы, луна тем временем была еле-еле видна через облака, дождь все лил. Что-то его совсем прорвало, ему аж самому стало интересно. А чего он так отреагировал? Но ответить ему на этот вопрос не дали. Повернувшись к входу, он увидел Рому, сверху он накинул кофту. Тот, не говоря ни слова, подошёл к Антону, заправляя прядку за ухо, следом снимая очки, бережно так, омега по блестящим глазам заметил до того, как очки сняли, Рома пьяный, но вроде еще соображать может. Тот одной рукой взял парня за талию, прижал к себе, что Тоша машинально обвил его шею руками, Пятифан чуть отстранился и поцеловал Петрова в губы, без языка, но очень нежно. Антона пробило молнией, внезапно вспомнил слова Миши, ненарочно, но природный запах у него стал горьким, Ромка это почувствовал, сморщился, но не отстранился сразу, а когда сделал, то спросил: — Ты чего, Тош плачешь? — Я домой пойду, неважно себя чувствую. — Антон направился в сторону от дома, но Рома не убрал руку с талии. — Стой. — Альфа скинул с себя излюбленную кофту «Адидас» и одел её на Тошу. — Холодно, Тоха, надень, потом вернешь. Петров кивнул, принимая презент и обнимая себя, затем, не говоря ни слова, он пошел к своему дому. Ромка же, проводив его взглядом, сам зашел в дом. Он зажмурился от яркого света в гостиной и протер глаза. Парни на кухне весело смеялись, Пятифанов хотел к ним присоединиться, но взгляд зацепился за пакет, лежащий на тумбочке. Подарок Тоши. Рома решил взглянуть быстро, что же такого ему притащил омега, а потом уже пойти к парням. Заглянув туда, он увидел коробку, хотел было открыть, да увидел какую-то бумажку перевёрнутую. Взяв рассмотреть её, он увидел свой портрет, охренеть какой красивый портрет, он потерял дар речи. Пятифан и не знал, что Тоха умеет так круто рисовать, вспомнив о нем, Рома посматрел на вешку, где весел синий зонт. «Бляя, дождь же идет, а Антон без зонта, простудиться ведь». — Подумал Рома и, положив подарок обратно и взяв зонт, сиганул из дома в погони за Петровым, благо тот недалеко ушел. Догнав, он отдышался: —Тох я зонт принес, давай провожу? — Проводи. — Голос Антона дрогнул. Ромка заметил, Тоха рыдал