Only Friends/Только друзья novel

POV Рэй По выражениям лиц детей, которых я сейчас видел, они, казалось, были удивлены представленным зрелищем и не хотели здесь находиться. Все растерянно зааплодировали. Я в последний раз занимался социальными работами и носил повязку с заячьими ушками, стараясь мыть нос, пока танцевал. Моё состояние было удручающим. Глаза были опухшими, а нос заложен после похмелья. Я захлёбывался солёной водой пока не закашлялся. В итоге я прекратил танцевать и неохотно поднял голову, чтобы поговорить с детьми. – Вот, промой нос вот так и ты сможешь вздохнуть легко. Я начал кашлять сильнее. – Куда делся принц?! - внезапно закричал ребёнок, поскольку на этот раз в постановке должен был участвовать Сэнд, как и обещал детям, но его и тени даже не было видно. После той ночи он не пытался со мной помириться. Ни сообщения, ни звонка. Я подумал, что, возможно, он хочет прояснить ситуацию с Боингом. С другой стороны, может быть, он злится на меня, потому что я наорал на него. Причина не имеет значения... Вчера я снова пил, а сегодня пришёл навестить детей. – Всё в порядке, нет… не знаю... - пробормотал я, не зная, что сказать. У меня на глазах навернулись слёзы, когда другие дети посмотрели по сторонам в поисках принца. – Маленькому зверьку не обязательно нужен принц. Мы можем играть друг с другом и будем счастливы. Я заставил себя улыбнуться, когда оба ребёнка посмотрели на меня с таким выражением лица, будто собирались заплакать. – Но, если у зайчика не будет своего принца, ему будет очень грустно. – Как он будет грустить? Зайчик не так плачет, как вы. Вы, маленькие дети, у которых нет мамы. Вдруг сироты в доме начали кричать и драться. Нам с воспитателем пришлось бежать, чтобы остановить их. – Эй, да ладно, лисы и котята не дерутся. Дети начали толкать и пинать друг друга. Котёнок был сбит лисёнком и заплакал. Воспитатель дал мне сигнал: сделайте что-нибудь. Но у меня ничего не выходило должным образом. В этот момент я услышал громкий звук мотоцикла. Все обернулись посмотреть. Сэнд в костюме принца сидел на байке и припарковался недалеко. На передней части мотоцикла красовалась голова белой лошади, сделанная из бумаги. И вот принц слез с мотоцикла и пришёл со своей любимой гитарой. Дети показывали на него пальцем и кричали: – Пи Принц здесь!!!Пи Принц приехал!!! – Сегодня Пи Принц пришёл, чтобы научить вас извиняться… - произнёс он, но при этом не смотрел на детей, а смотрел на меня и виновато говорил: – Дети, вы ведь знаете, что, когда мы ссоримся, никто особо не радуется, да? Значит, нужно любить друг друга… Если вы подрались с другом, то пожалуйста, извинитесь. Маленькая лиса извинилась перед котёнком. Потом они плакали, чувствуя себя виноватыми. Полицейские, сопровождающие Рэя на отработке, увидели их и под впечатлением захлопали в ладоши. Остальные дети тоже зааплодировали. Наконец Сэнд дошёл до меня, повернулся и заговорил с детьми... – Пи Принц тоже... Разозлил кролика, - он поднял руку и погладил меня по голове, как и в прошлый раз. Кажется, он прекрасно знает, что, если он это сделает, я легко с ним помирюсь. Его большие глаза посмотрели на меня, и он тихо сказал: – Прости, мне очень жаль. – Должен ли маленький кролик простить Пи Принца? - один из офицеров решил проявить участие и повернулся, чтобы спросить детей. В этот момент послышался сильный шум, дети спорили между собой о том, простить зайке или нет, но тут один из детей громко заговорил, прорываясь сквозь толпу. – Учитель говорил, что, если ты сделаешь что-то не так, ты должен быть наказан. Ты наказал Пи Принца, Банни? Я напряженно поморщился и покачал головой, издавая громкие звуки вроде... Уууу… – Ещё нет. Затем я вызывающе посмотрел в глаза Сэнду. Дети громко закричали и бросились мягко наказывать Сэнда, но этот принц перестарался. Он делал вид, что стонет, и восклицая... – О, это больно! Ой, как больно! Я знаю, что был неправ! Я признаю, что это моя вина! Все дети весело смеялись. Я посмотрел на него с таким раздражением, что в итоге улыбнулся ему, сам того не желая. Офицер, вероятно, боялся, что произойдёт что-то плохое, поэтому вошёл внутрь, чтобы контролировать детей. – Хватит, причинение вреда друг другу не поможет тем, кто совершил ошибку, пожалеть об этом, - сказал сотрудник, но, похоже, он не разговаривал напрямую с детьми. – Мы должны простить его и дать ему столько любви, чтобы он больше не посмел творить зло. Дети невинно обняли Сэнда. И правда. В детстве, когда нас дразнили и обижали другие, мы легко прощали их, когда те извинялись. Почему прощать было намного проще? Это потому, что раньше у нас не было этого эго? Лично я хочу снова стать невинным, но... не уверен, что смогу. В момент колебания, когда я увидел, что Сэнд обнял всех детей, один из детей повернулся и сказал... – Банни, мы все обнимаем Пи Принца. Банни тоже нужно обнять Пи Принца! Принц сделал такое милое, умоляющее лицо, что я хоть и не хотел на него смотреть, не хотел его прощать, не хотел иметь с ним ничего общего, но в этот момент зайчик вроде меня, проиграл. Я подошёл обнять принца. Наши лица были очень близко друг к другу, когда Сэнд пробормотал посреди группового объятия: – Прости меня. POV Сэнд Мы вместе прошли через сад перед приютом и направились прямо к припаркованному мотоциклу. Переодевшись, Рэй заглянул в книжку личного контроля. В его последний день отработки дежурный офицер подписал, что Рэй закончил свой срок. Ему не нужно приходить сюда снова. Ему больше не нужна моя поддержка. Я посмотрел на него и Рэй, казалось, злился и дулся, но он старался сохранять хладнокровие. Он поймал меня краем глаза и тихо заговорил. – Ты хитрый и злой, используешь детей в качестве инструментов, - с его губ сорвался саркастический смех. – Я не знаю, что делать… - сказал я тихим голосом. – Я чувствую себя очень виноватым... Я не хотел, чтобы так вышло. Я прояснил ситуацию с Боингом и выкинул все вещи, которые он мне подарил, из своей квартиры. Я хочу всё начать заново, но мне больше не найти такого, как ты. Я показал ему свой заказ на авиабилеты, где было видно, что предварительное бронирование было отменено. – Я отменил бронь, а также удалил Боинга. – Эмм... Я знаю, - пробормотал он. – Боинг приходил к Мью, чтобы отомстить Топу. Мы с ним уже поговорили… Мы разговаривали как друзья. И оба пришли к тому, что с Боингом покончено. Мне его жаль, но мне не следовало так поступать со своим парнем. – Хм? - я был удивлён. Мои глаза начали излучать счастье. – Ты называешь меня своим парнем? Рэй посмотрел на меня, в его глазах отражались все эмоции. Мы никогда не использовали это слово. – Эмм... Я прощу тебя, как и сказал офицер, - твёрдо сказал он. – Если ты ещё раз причинишь мне боль, я тебя накажу! – Дааааа, кролик, я больше никогда не сделаю тебе больно. Я самый счастливый человек на свете. – И… - он опустил голову, выглядя смущённым. – Я пообещал полицейскому, что даже если я отработаю дежурство, я всё равно буду видеть детей каждый месяц. Я не так хорошо умею находить подход к детям, как ты, так что пойдем со мной ещё... Прости, что я сказал, что я тебя больше не люблю... Я солгал... И тебе, и себе: я очень тебя люблю, поэтому ты должен так же сильно любить меня, принц. Мы оба посмотрели друг на друга, стоя и застенчиво улыбаясь в тени приюта. – Если бы мы не были в таком месте, я бы уже поцеловал тебя. – А что не так с этим местом? Здесь никого нет. Я втянул его в поцелуй, по которому так скучал всем сердцем. Песня Селины и Сириньи зазвучала снова. С этого момента... Пожалуйста, не позволяй ничему больше стоять на пути нашей любви. POV Ник Если наличие парня не сделает меня счастливым, то не знаю, хочу ли я его иметь. Я до сих пор отчётливо помню эту сцену – сцену, где Тон целует незнакомца в баре, в то время как я ждал, пока он принесёт мне выпить. Он пришёл со мной, оставил меня на танцполе, чтобы просто выпить, но всё же сумел найти возможность поохотиться на новую добычу, как и раньше. Как приручить тигра? Ведь мы не знаем, когда он нас укусит. Мы прогуливались с его друзьями около ресторана на берегу реки, готовясь посмотреть новогодний фейерверк, он взял меня за руку и много раз поцеловал в щёку. – Я люблю тебя... ты мой любимый... Услышав это, я так разозлился, что меня стало трясти. Мне хотелось вскочить и заорать на него. Что, чёрт возьми, значит «мой любимый»? Я знаю, что ты флиртуешь с другими парнями. Когда ты не можешь их трахнуть, ты возвращаешься ко мне. Я не секс-кукла! Но я этого не сказал... – Я тоже тебя люблю… - ответил я и подумал о том, как сегодня вечером разговаривал об этом с Сэндом. Он сказал мне: «У тебя есть выбор. Я знаю, что ты решил следовать своему сердцу, но есть способ любить других и в то же время любить и уважать себя. Я знаю, что тебе будет больно, когда ты расстанешься с ним. Но нужно ли тебе терпеть столько боли, чтобы продолжать эти отношения? Ты такой хороший, талантливый, милый парень... Ты заслуживаешь лучшего, друг.». Он говорил мне это, искренне обнимая меня. Думаю, я принял решение. POV Бостон Я знаю, что такие люди, как я, не меняются легко, но я никогда даже не думал о том, чтобы встречаться с Ником просто ради развлечения. Я собирался провести с ним время, прилагая все усилия, но… я не любитель романтики. Я не тот, кому достаточно просто любить кого-то и не желать никого другого. Тот, кто не видит никого другого, кроме человека, которого любит. Я никогда не стану таким... Мне вообще Боинг не нравился. Но я уверен, что набросился бы на него в тот вечер, если бы Ник не ждал меня неподалеку. И я не буду настолько неосторожен, чтобы заняться с сексом с другим. Я не хочу снова быть причиной чьей-либо боли. – Я даже не злюсь, Тон, - сказал Ник и в его голосе не было ни гнева, ни грусти. – Я уже знаю, что тебе, возможно, не удастся легко остановиться. Возможно, я просто раздражающий человек… – Не ты... Это мне скучно... Извини, Ник, я старался, - опустив голову, честно признался я. – Я прекращу. Я не собирался продолжать с ним, потому что мне было жаль Ника. Я верю, что смогу заполучить Ника. Я знаю, что, хотя мы вместе всего месяц, я ещё не готов измениться. Я хочу повеселиться и не готов остепениться, и, вероятно, не подхожу для того, чтобы иметь парня. Моё лицо выглядело грустным. Если бы я был человеком, который умеет плакать, то, наверное бы, заплакал. – Мне тоже не нравится быть таким. Я не хочу причинять тебе боль, но просто не могу… - наконец я решил посмотреть на Ника. – Это и есть любовь? – Я не знаю. Наверное, я до сих пор не совсем понимаю любовь. Я не люблю тебя настолько, чтобы бросить всё, - сказал я. – Наверное, я не любил тебя настолько, чтобы остановиться. Я плохой человек. – Мы все плохие. Забудь об этом, это уже не важно… - Ник некоторое время молчал, тихо смеясь, как будто нашёл что-то смешное. – Давай предположим, что мы пришли в наши жизни, чтобы учиться друг у друга, ладно? В тишине мы мгновение смотрели друг на друга. Потом обнялись, жалея. Мы просто не подходим друг другу. – Можем мы остаться друзьями? – Нет, Тон, - тихо прошептал он мне на ухо. Я на него не злюсь, нисколько. Я понимаю. И Ник продолжил: – Если мы продолжим в том же духе, я не смогу сдаться… Я не буду ни с кем, чтобы оскорбить тебя. Тебе не о чем беспокоиться. Давай разойдёмся и будем расти. Я молчал. Если бы я заговорил или остался на месте, возможно, я заплакал бы, и он бы увидел. В этот момент все вокруг начали озвучивать обратный отсчет: 10... 9... Я молча смотрю ему в лицо. 8... 7... 6... Желая запомнить каждую его чёрточку. 5... 4... 3... Почему? Почему я забыл свой Camel*? (Р/Р: *марка сигарет) 2... 1 ... С Новым годом!! Звук фейерверков раздался где-то на берегу реки. Все люди вокруг праздновали и звуки салюта грохотали без перерыва. Краем глаза я увидел Топа и Мью, Рэя и Сэнда. Чеым, Эйприл и все остальные пары. Они прыгали и целовались. Возможно, только я и Ник не стали парой, мы не праздновали и не обнимались. Ник повернулся и ушёл. В тот момент я точно знал, что мы с ним разойдёмся и, вероятно, никогда больше не встретимся. POV Рэй Звук саксофона разносился по всему кафе Elswere. Я смотрел на Сэнда, когда он сидел за столом и пил газировку. Сэнд взял с собой электрогитару. Он выглядел очень взволнованным и нервным, решаясь сделать шаг. Я наклонил голову, чтобы посмотреть на него. Я не понимал, что происходило. Хоть он и сказал, что после просмотра фейерверка отвезёт меня на встречу со своим отцом, тогда зачем мы приехали сюда? Он не стал пить для успокоения нервов. Он смотрел на длинноволосого мужчину, играющего на саксофоне... Как его звали? Пи Джим? – Я знаю, ты боишься встречи с отцом... Но ты можешь сделать это, Сэнд. Нет ничего плохого в том, чтобы встретиться и попросить что-то. Или хорошо хотя бы просто встретиться лицом к лицу, - сказал я, стараясь, чтобы атмосфера не стала слишком драматичной. В этот момент Сэнд встал и посмотрел на меня. – Мы здесь уже встречались… - сказал он мне. Я поворачиваюсь налево и направо и оглядываюсь вокруг. Кто это может быть? – Он уже здесь? Или вы договорились о встрече, но он ещё не пришёл? - внезапно тихо заговорил Пи Джим. Глаза Сэнда были обращены к нему с тех пор, как он вошёл в ресторан... – Кто хочет присоединиться к сегодняшней премьере? Пожалуйста, подходите, - сказал он. Именно тогда я кое-что понял. Сэнд восхищается этим человеком. Ему всегда нравилось приходить сюда, когда ему некомфортно или... – Это он, - признался Сэнд. – Когда мне грустно и я в стрессе, песни в его исполнении согревают моё сердце. Я был потрясён и чуть не задохнулся. Я приходил сюда много раз и когда видел отношение Сэнда, то думал, что он просто восхищается музыкантами. И только теперь узнал, что длинноволосый мужчина, играющий на саксофоне, Пи Джим, является отцом Сэнда. Мама Сай всегда знала, что, хотя она и имела какое-то отношение к Пи Джиму, это была всего лишь связь на одну ночь. Но она уверена, что этот человек – отец Сэнда. Так что Сэнд знал это с самого начала, хотя и пытался отрицать правду. Но человек, который не знает, что у него есть сын, – это Пи Джим. Возможно, если бы он знал, жизнь Сэнда изменилась бы. Изменилось бы она в лучшую или худшую сторону, никто не может сказать. Я не уверен, что Сэнд сделает. Но он взял гитару и встал. Ту, которую купил я. – О, Сэнд… Ты умеешь играть? - Пи Джим странно посмотрел на Сэнда, когда тот заговорил с ним, прежде чем обратиться в микрофон ко всему ресторану. – Это мой постоянный клиент. Мы давно знакомы. Я только что узнал, что он тоже увлекается музыкой. – Да, я умею играть. Он улыбнулся и его глаза заблестели от слёз. Пи Джим посмотрел на Сэнда, удивлённый таким совпадением. Но улыбнётся ли он, если узнает о другом совпадении… я не был уверен. Сэнд выглядел нервным, как будто собирался отправиться на миссию по спасению нации. Когда он собирался уходить, я спросил его: – Ты собираешься ему рассказать? – Да, - ответил он, крепче сжимая гитару в руке. – Я решил. Затем Сэнд вышел на передний план. Пи Джим коснулся его плеча и улыбнулся ему, готовя свой музыкальный инструмент. Он молча поздоровался. Но он умел читать по губам, так что я знал, что он поймёт. – Нервничаешь? - спросил он, и Сэнд кивнул. – Всё в порядке. Просто идите вместе. Сэнд улыбнулся и послышался звук саксофона. Затем он начал играть на электрогитаре. Один по очереди вёл, другой следовал и оба слаженно играли в дуэте. Они говорили посредством своих инструментов. Независимо от того, являлся ли артистизм генетически наследственным или нет, но его музыка была созвучна с сыном, которого я слушал, и он меня впечатлял. Выражение лица Сэнда развязало некоторые узлы в его сердце. Казалось, сейчас он свободен от всего, что скрывал в нём. POV Сэнд По дороге проехал мотоцикл. Песни, которые мы услышали в музыкальном магазине, стали саундтреком к нашей жизни. Мы припарковали машину, надели наушники и слушали музыку. Гуляли, разговаривали, смеялись и пели на улицах, продирались сквозь толпу, покупали уличную еду, чтобы поесть. Я купил Рэю жареного скорпиона, покрытого рисом и он поморщился. Пока я не начал смеяться. Мы пошли в бар, чтобы петь, танцевать, прыгать, и мы не зависели от алкоголя или наркотиков, чтобы быть счастливыми. Рэй – мой наркотик, который делает меня зависимым от него. Я видел, как другие угощали его алкоголем, но его отказы вызывали у меня улыбку. Я горжусь новым Рэем, который остался тем же человеком, только с лучшим физическим и психическим здоровьем. Паб закрылся и мы пошли в тату-салон. Мы сделали парные татуировки в виде солнца на пляже. А после сидели на тротуаре и любовались ими и ели Пад Тай, который продавался в Као Сане. В руках у Рэя был путеводитель по Америке. Мы искали места, которые можно посетить, мечтали вместе, как и раньше, так как целью было вместе поехать на Коачеллу. Наша машина проехала по туннелю. Включился верхний свет и лицо Рэя оказалось в тени. Но мы знали, что, когда машина выедет из туннеля, наши лица и наш мир ярко засияют. Мы открыли окна и вытянули руки, чтобы почувствовать ветерок, когда проехали туннель. Мои волосы развевались мне на лицо, открывая улыбки и смех. В будущем могут быть слёзы и напряжение. Но это как ехать по туннелю: многое, через что мы проходим, рано или поздно тоже закончится. Сегодня вечер был полностью свободен. Мы ехали непрерывно, хотя было уже почти утро. Пока, наконец, не миновали знаменитое заброшенное здание. Здание, куда приходило множество людей, чтобы сфотографироваться и снять разные видео. К этому моменту там уже никого не должно было быть. Итак, мы посмотрели вверх, вокруг, а затем друг на друга, перепрыгнули через забор, и полезли вверх, всё выше и выше. Мы поднялись до этажа с открытой террасой. Выглянув наружу, мы увидели реку Чао Прайя. Включив музыку, мы танцевали, танцевали… держась за руки и кружась, как будто в хороводе. Когда мы устали, мы сели и разговаривали. Когда мы хотели петь – мы пели… мы танцевали и обнимались, пока не взошло солнце, мы танцевали и кружились, пока не уставали и у нас не закружились головы, тогда мы наконец легли спать. – Мне жаль Пи Йо, ей нужно найти нового певца, - внезапно заговорил Рэй. – Ах... Но ты не сможешь найти другого парня, как я. – Разве ты не сожалеешь об этом? Разве ты не мечтаешь стать певцом? - обеспокоенно спросил он. – Я не перестану быть певцом, а просто перестану петь в барах. У людей может быть много мечт, сейчас самая главная моя мечта – чтобы ты был рядом со мной и здоровый, я не хочу чтобы ты снова начал пить. – Когда ты научился так говорить? - пробормотал он. – Я не хочу быть обузой. Где ты возьмёшь деньги на расходы, Сэнд? Ты можешь вернуться и петь, а пить или не пить – это то, о чём я должен позаботиться сам. – Я принял решение, Рэй… Уважай его. Когда я сказал это, Рэй обернулся и обнял меня. В ответ он поцеловал меня в щёку и внезапно на экране появился плакат с составом участников фестиваля Коачелла в следующем году. – Осталась только эта мечта... В апреле следующего года мы будем там вместе. – I'm agree… Так что, куда бы ты ни пошёл, я пойду с тобой, Сэнд, - улыбнулся он очаровательной улыбкой. В этот момент я достал из сумки своё сливовое вино «Джуд» и выпил его. Я сидел неподвижно и смотрел как небо начало бледнеть и светлеть. Как только солнце взошло, Рэй заговорил. – О, Сэнд... Сначала я думал, что твоё сливовое вино не годится. Прости, но торговая марка не очень хорошая. – Чёрт! - тихо воскликнул я. У нас никогда не будет очень приятного момента. Слишком хорошо пошло бы вразрез с нашей концепцией пары. – Это знаменитая песня Битлз! – Это похоже на то, как будто ты пьёшь и у тебя легкий понос, ах. Рэй меня беспокоит, поэтому я тоже посмотрел на него с раздражением. Это заставило меня вспомнить времена, когда мы ссорились, это тоже было весело. – Эм… СэндРэй или РэйСэнд? - наши имена вместе звучат хорошо. Я был удивлён, когда услышал это, поэтому улыбнулся. – Я могу разработать для нас логотип. Сделаем это красиво и сэкономишь деньги. Давай поедем на Коачеллу на наши собственные деньги? Я перестану просить деньги у отца. Типа... мы можем вести бизнес вместе и продавать твоё вино по ресторанам и в общежитии тоже, больше не нужно делать это тайно. Я наклонился и страстно поцеловал его. Мы были с ним исполнены счастья. – Блин... Вести бизнес вместе – это звучит так… Как будто ты не знаешь, как предложить мне выйти за тебя замуж, - выпалил я. – Если партия отца Тона будет продвигать закон о равенстве брака, я мог бы попросить тебя выйти за меня замуж или ты мог бы быть тем, кто предложил бы мне это. Честно говоря, это хорошо. Рэй сказал это, приподняв брови и досадливо прищурив глаза. Всю оставшуюся ночь наши тела наслаждались любовью друг другом. POV Рэй В эту минуту мы сидели вместе лицом к небу и смотрели как восходит солнце, а вокруг стояла тишина. Глядя сверху на мир, который когда-то был к нам жесток и бесчувственен, нам он кажется меньше и слабее, чем раньше. Я повернулся, чтобы посмотреть на Сэнда, смотрел на оранжевый солнечный свет, отражающийся в его глазах. – Я давно хотел это сделать, - сказал он тихо. – Без стресса, не думая слишком много, проводить время с людьми, которых я люблю, делая вместе глупые, но значимые вещи. Как мой любимый фильм… Новое начало. Этот человек пришёл, чтобы изменить мою жизнь. Это не фанатичная, мечтательная любовь, как та, что была у меня с Мью. Эта любовь, которая выросла, любовь, в которой один будет заботиться о другом, поддерживать и благодаря этому наша жизнь станет ещё лучше. Когда Сэнд обернулся, мне захотелось сказать ему... – Если тебе это нравится, делай это часто... с тобой я готов начинать снова и снова, и снова, я могу продолжать и продолжать, - улыбнулся Сэнд. Серьёзно, мне не нужно видеть его улыбку, чтобы знать, что он счастлив. – Потому что я сильно тебя люблю, Сэнд. Мы не поцеловались… а просто сидели, положив головы друг на друга. Наши пальцы медленно потянулись друг к другу, в то время как мы оба смотрели на небо на восходящее солнце, оставив позади жестокую бурю жизни. Будут закаты, а после рассветы. Я просто знаю, что с этого момента в моей жизни начнётся новая глава. Это больше не история Рэя и не история Сэнда. Отныне всё это будет нашей общей историей. POV Намчеым Февраль 2024 года. Я, НамЧеым Саранфон, дочь продавца лапши с рыбными шариками, собираюсь открыть новый хостел. В названии хэштега было написано: #ONLY_FRIENDS_STAY. Мы все носим рубашки с логотипом хостела. Пока я была занята организацией всего, я обратилась к двум своим лучшим друзьям – молодому человеку в очках и бывшему алкоголику. Они кажутся полными счастья, особенно Рэй, несмотря на то, что он пропадает всякий раз, когда Сэнд находится рядом. – Почему ты так нервничаешь, Чеым? Никто не ожидает пятизвездочного обслуживания. Это общежитие, а не Dee Upper hotel, Топа. Сказав это, он повернулся к Мью. – Я не шучу. – Мы не можем быть такими спокойными! Когда сюда придёт первый постоялец, он не будет впечатлён. Напишет отзыв и скажет, что в номере плесень и персонал не внимательный. Кто захочет приехать и остаться? - крикнула я в ответ, пока Эйприл торопливо убирала стойку администратора. – И ты выбрала день открытия в День Святого Валентина, который я должен был провести с Топом! – Вы же вместе каждый день, найдите время и для друзей. У нас с Эйприл тоже нет отпусков. Думаю, это было тогда, когда я увидела, как Эйприл взяла фотографию, на которой были я, Мью, Рэй и Тон, в тот день, когда впервые пришли посмотреть на расположение этого общежития. Тон сделал для нас групповое фото. Потерять всё это будет очень грустно… Дружбу невозможно разрушить полностью. Мне бы очень хотелось, чтобы он был с нами сегодня. Но я также поняла, что свободная жизнь в далёкой стране может сделать его лучше. Пока я думала о нашем друге, мы услышали шум приближающихся машин. Мы волновались всё больше и больше. – Вот они, наши первые постояльцы, о них надо хорошо позаботиться! Нас было четверо на этом фото. Когда дверь гостиницы открылась, я заплакала. Тон должен был быть здесь. 😢 Нам следует принять нашего первого гостя вместе, но, ладно, так будет лучше для всех. В любом случае, мы ещё можем быть друзьями. Хоть мы и не вместе... Блин, даже после того, как история закончилась, я скучаю по своему другу. Зашёл гость и мы все вместе поприветствовали его: – ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ в “ТОЛЬКО ДРУЗЬЯ”! Здесь мы все становимся друзьями! Когда мы посмотрели на него, мы удивлённо улыбнулись... Это актёр? Или он какой-то влиятельный человек? Мне он кажется знакомым, как будто я видела его лицо раньше: – Здравствуйте, я хотел бы стать вашим другом. Кем бы он ни был – это его дело. Мы обеспечим впечатляющий сервис, ведь каждый гость, пришедший сюда, – наш друг. Все гости для нас - как наши друзья. Я обернулась и посмотрела на фотографию на доске. Однако, никакой другой друг не сможет заменить нас четверых...