Бабочки и правила

Где-то в глубине пещеры, отделанной с безвкусной роскошью, Цзинь Гуаньяо сидел за каменным столом и смотрел на лежащий перед ним свиток. Инь Сюэхань развалился на кровати, лениво поигрывая золотой кисточкой, и явно не собирался ничего делать. Тупая, самодовольная тварь. «Я тебя уничтожу», — мысленно повторил Цзинь Гуаньяо в тысячный раз. Он перебирал варианты. В лоб Вэй Ина не взять, он слишком сильный. Даже сам Инь Сюэхань, при всей своей мощи, получил от него один удар и вылетел с башни. Значит, нужна хитрость. И тут его осенило. — Господин Инь, — позвал он, стараясь, чтобы голос звучал почтительно. — М? — демон даже не повернул головы. — У меня есть план. Инь Сюэхань лениво приподнялся на локте: — Говори. Цзинь Гуаньяо подошёл ближе, разворачивая свиток с картой: — Гора Луаньцзан. — Это где Вэй Ин якобы погиб? — скривился Инь Сюэхань. — Именно. Там до сих пор огромное количество тёмной энергии, — Цзинь Гуаньяо говорил быстро, увлечённо. — Мертвецы, неупокоенные души, сама земля пропитана смертью. Мы можем открыть проход для демонов там. А ещё... Он сделал паузу, наслаждаясь моментом. — А ещё мы сможем взять под контроль всех мертвецов на этой горе. Представьте: армия демонов плюс армия мертвецов. Вэй Ин не справится. Инь Сюэхань сел. В глазах его зажглось любопытство: — Ты уверен, что это сработает? — У меня есть человек, — Цзинь Гуаньяо улыбнулся самой своей сладкой улыбкой. — Сюэ Ян. Он недавно восстановил Стигийскую тигриную печать. С её помощью мы сможем контролировать всех мертвецов на горе. — А этот Сюэ Ян... ему можно доверять? — Ему можно доверять ровно настолько, насколько выгодно ему самому, — честно ответил Цзинь Гуаньяо. — А ему выгодно получить доступ к силе. Он согласится. Инь Сюэхань задумался. Потом довольно растянул губы в улыбке: — Хорошо. Делай. Цзинь Гуаньяо поклонился, пряча в поклоне торжествующую усмешку. «Делай, — повторил он про себя. — Я сделаю. И ты, тупой демон, даже не поймёшь, что произошло».

***

В ордене Лань Лин Цзинь всегда было много народу. Ученики, гости, прислуга — идеальное место, чтобы запустить слух. Сюэ Ян делал это с удовольствием. Он появлялся то там, то здесь, якобы случайно обмолвливаясь "по секрету". Шептал, таинственно озираясь, и исчезал, оставляя после себя взбудораженных заклинателей. — Слышал? Говорят, Старейшина Илин на горе Луаньцзан что-то замышляет! — Там мертвецы ожили, целая армия! — А ещё говорят, ему помогает сам Лань Ванцзи! Сбежал из ордена, предал клан! Слух рос, обрастал подробностями, перелетал из уст в уста. Через три дня о нём знали уже во всех крупных орденах. В Облачных Глубинах Лань Цижэнь метал громы и молнии. — Это невозможно! — кричал он, сотрясая свитками. — Ванцзи не мог! Он никогда бы не предал орден! — Дядя, — мягко пытался успокоить его Лань Сичэнь, — это просто слухи — Но он действительно исчез! Вместе с Сычжуем! Без разрешения! — Лань Цижэнь схватился за сердце. — Позор на весь клан! Что теперь о нас подумают?! Лань Сичэнь промолчал. Он слишком хорошо знал брата, чтобы верить в предательство. Но и отрицать очевидное не мог. До Хэ Сяоланя новости долетели быстро. Он сидел в углу, слушал перешёптывания учеников и мрачнел с каждым словом. Он использовал духовную связь с сестрой. «Мэйсян, это срочно. Передай всем: на горе Луаньцзан готовится западня. Им нужен Вэй Ин». Ответ пришёл быстро: «Поняла. Предупрежу».

***

В Призрачном городе несколько часов спустя. — Это ловушка, — первой сказала Мэйлин. — Даже дурак поймёт. — Согласен, — кивнул Хэ Сяолань. — Цзинь Гуаньяо специально распустил эти слухи. Он хочет, чтобы Вэй Ин пришёл. — Но если я не пойду, — вмешался Вэй Ин, — они поймут, что мы раскусили их план. И придумают что-то другое. А если пойду... — Тебя убьют, — закончил Хуа Чэн жёстко. — Не обязательно, — Вэй Ин упрямо вздёрнул подбородок. — Я должен выяснить, кто управляет теми мертвецами. Если там действительно Стигийская тигриная печать... это опасно. Для всех. — Ты не пойдёшь один, — раздался тихий, но твёрдый голос. Все обернулись к Лань Чжаню. — Лань Чжань, — Вэй Ин покачал головой, — если ты пойдёшь со мной, твоя репутация... — Моя репутация меня не волнует, — перебил Лань Чжань. — Я не оставлю тебя одного. Вэй Ин посмотрел на него. Долго. И улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у Лань Чжаня всегда замирало сердце. — Упрямый ты, Лань Чжань. — Сам такой. Хуа Мэйлин закатила глаза: — Вы сейчас такие милые, что меня подташнивает. Давайте уже к делу. — Мы пойдём с вами, — сказал Се Лянь. — Если что-то пойдёт не так… — Если что-то пойдёт не так, — перебил Хуа Чэн, — я разнесу эту гору вместе со всеми, кто на ней будет. Включая Цзинь Гуаньяо и его демонического дружка. — Сань Лан, не надо так агрессивно, — мягко пожурил Се Лянь. — Надо, гэгэ. Надо. — И мы! — встрепенулась Мэйлин. — Мы с Мэйсян тоже пойдём! — Никуда вы не пойдёте, — отрезал Хуа Чэн. — Сидеть дома. — Папа! — Я сказал — нет. Мэйлин надулась, но спорить не решилась. Вэй Ин обвёл взглядом собравшихся — свою странную, шумную, но безумно родную семью — и почувствовал, как на душе становится теплее. — Значит, решено, — сказал он. — Я иду на гору Луаньцзан. Лань Чжань — со мной. Остальные — прикрывают. А этот хитрый лис Цзинь Гуаньяо... — он хищно улыбнулся, — пусть готовится. Мы ему такой сюрприз устроим, что он пожалеет, что вообще родился на свет. — Вэй Ин, — тихо сказал Лань Чжань. — Что? — Не убивай его сразу. Сначала пусть расскажет, зачем ему это. — Лань Чжань, ты такой добрый, — Вэй Ин вздохнул. — Ладно. Сначала пытаем, потом убиваем. Хуа Чэн хмыкнул: — Мой сын. Се Лянь только покачал головой.