Маска, под которой плачут

В доме Узумаки было тихо. Химавари сидела за столом в своей комнате и пыталась решить задачу. Перед ней лежали тетрадки, карандаши и учебник. Но она постоянно смотрела на дверь. — Странно… — тихо сказала она. Чочо обычно приходила быстро. Она почти никогда не опаздывала. Химавари немного нахмурилась. — Может она забыла?.. ⸻ В это время Чочо шла по улице. Она уже далеко отошла от дома Узумаки. Но остановилась возле маленького моста над рекой. Небо уже стало тёмным. Фонари отражались в воде. Она положила руки на перила моста и опустила голову. И вдруг тихо засмеялась. Но этот смех звучал очень грустно. — Ну конечно… Она вспомнила, как Боруто сказал Сараде: “Мне нравится проводить с тобой время.” Чочо закрыла глаза. — Конечно нравится… Слёзы снова начали появляться. Она старалась их остановить. Но на этот раз не смогла. Слёзы тихо потекли по её щекам. — Я правда старалась… Её голос дрожал. — Я правда старалась не мешать… Она закрыла лицо руками. И впервые за долгое время она заплакала по-настоящему. Не тихо. Не сдерживаясь. А так, как плачут люди, когда сердце больше не выдерживает. ⸻ Немного позже Шикадай и Иноджин шли по улице. — Она должна была прийти к Химавари, — сказал Иноджин. — Да. — Но её нигде нет. Шикадай посмотрел вперёд. — Подожди… На мосту стояла знакомая фигура. — Чочо. Они подошли ближе. И услышали тихие всхлипы. Иноджин сразу остановился. — Чёрт… Шикадай тоже замер. Они никогда не видели её такой. Чочо всегда была громкой. Сильной. Уверенной. Но сейчас… она выглядела совершенно сломленной. Иноджин тихо сказал: — Чочо… Она резко вытерла лицо. — А?! Она быстро повернулась. — ЧТО ВЫ ТУТ ДЕЛАЕТЕ?! — Мы тебя ищем, — спокойно сказал Шикадай. Она попыталась улыбнуться. — Всё нормально! Но голос всё ещё дрожал. Иноджин подошёл ближе. — Не ври. Она отвела взгляд. — Я не вру. — Тогда почему ты плачешь? Тишина. Чочо сжала перила моста. — Потому что… Она остановилась. Слова застряли в горле. Шикадай тихо сказал: — Это из-за Боруто. И в этот момент Чочо больше не смогла держаться. Она закрыла глаза. И тихо сказала: — Да… Слёзы снова появились. — Я знаю, что это глупо… — Это не глупо, — сказал Иноджин. Она покачала головой. — Он даже почти не замечает меня… Её голос стал тише. — Для него есть только Сарада. Иноджин почувствовал злость. Сильную злость. — Этот идиот… Шикадай сразу сказал: — Успокойся. Но Иноджин сжал кулаки. — Он даже не понимает, что происходит рядом с ним! Чочо быстро сказала: — Не говори так! Они посмотрели на неё удивлённо. Она тихо добавила: — Он ничего плохого не сделал… — Но… — Это мои чувства. Она опустила голову. — Не его. Наступила тишина. Шикадай тихо сказал: — Всё равно это проблемно. Чочо тихо усмехнулась сквозь слёзы. — Да… ⸻ В это же время В доме Узумаки. Химавари сидела у окна. — Странно… Она смотрела на улицу. И вдруг заметила знакомую фигуру. Боруто возвращался домой. Она выбежала к нему. — Боруто! — Йо, Хима. — Ты видел Чочо? Он остановился. — Нет. — Она должна была прийти… Боруто немного подумал. И вдруг вспомнил. Фигуру у ворот. — Подожди… Он нахмурился. — Возможно… я видел её. Химавари удивилась. — Правда?! Но Боруто уже смотрел на улицу. В сторону деревни. И почему-то в его груди снова появилось то странное чувство. Которое он всё ещё не мог понять. ⸻ А на мосту Чочо тихо сказала: — Пожалуйста… Она посмотрела на своих друзей. — Пусть он никогда не узнает. Иноджин и Шикадай переглянулись. И медленно кивнули. Но никто из них уже не был уверен, что эта тайна сможет остаться тайной.