Deans Inferno/Ад Дина

      За последние три года он многое узнал о своем брате. Даже за те четыре с лишним месяца, что Дина не было рядом, и почти год, если считать небольшой урок, преподанный Трикстером. Многое он усвоил на собственном горьком опыте, в ссорах и обиженном молчании, глазами других и через редкие проблески откровенности Дина.       Например иногда простое молчание приносило больше утешения и поддержки, чем разговор по душам. А иногда извинение можно принести простой чашкой кофе и пончиком с джемом.       Дин пил кофе и жевал пончик, а Сэм, прислонившись к машине рядом с ним, хрустел чипсами Cheetos, пока они рассеянно наблюдали за группой играющих детей. Сэм усмехнулся, вспоминая игры, которые они с Дином придумывали.       — Ты помнишь олиболл? — внезапно спросил Дин с полным ртом.       Сэм не слишком удивился, что они с братом думают об одном и том же. Несмотря на все секреты и разногласия между ними они все еще оставались братьями.       — Помню, как ты крикнул «Тачдаун», когда приземлился в соседском цветнике.       Дин фыркнул.       — Эй, это было совершенно законно. Я дважды оббежал дом.       — Да, после того, как запутал шланг вокруг моих ног.       — Никакие правила этого не запрещали, — пожал плечами Дин.       Это было правдой. Сэм покачал головой и съел ещё горсть ярко-оранжевой вредной еды.       — Того что я видел не описать словами, — сказал ранее Дин, и Сэм не мог выбросить его слова из головы. — Забыть это невозможно. И невозможно исправить. Тебе не понять, а я не смогу объяснить так чтобы ты понял.       Слова «И я бы не хотел, чтобы ты понял» остались невысказанными.       Сэм знал его и понимал что никакие слова не смогут утешить брата. Это только усугубит ситуацию, и, в конечном счете, Дин был прав. Но, возможно, старший брат знал его не так уж хорошо, если думал, что Сэм сдастся.       «Смириться, Дин? Посмотрим».       

***

      Сэм Винчестер как всегда начал с исследований.       Дин бросил на него несколько косых взглядов, пока Сэм таскал его из библиотеки в библиотеку, но все же промолчал. Он поддразнивал брата за занудство, заглядывал в разделы эротики и оружия, а затем уходил развеять скуку. Честно говоря, Сэм не хотел знать чем он занимался.       В отсутствии брата ему хотя бы не приходилось объяснять свой выбор книг для чтения.       Не было смысла изучать ад. Он прошерстил все что мог еще в прошлом году и понимал что в книгах мало что можно почерпнуть. Те, кто попадал в ад не возвращались чтобы рассказать как там было. Вместо этого Сэм свернул в раздел о здоровье. «Хроническая боль и вы», «Консультирование при ПТСР», «Как справиться с изнасилованием».       Он постоянно прятал эти книги от Дина. Звонил на горячие линии и в консультационные центры, задал вопросы, пока Дин ходил за едой. Читал в ванной посреди ночи, пока Дин не вытаскивал его оттуда. Конечно, ни в одной книге не было советов как справиться с их ситуацией. Но, как и всегда Сэм подстраивался.       — Надо бы попрактиковаться в стрельбе, — предложил он однажды утром, когда брат зашнуровывал ботинки.       — Ты что, разучился стрелять, Сэмми? — саркастически спросил Дин.       Сэм фыркнул.       — Чувак, нас обоих здорово отделала чирлидерша…       — Тысячелетняя ведьма-чирлидерша, — поправил важно Дин.       — Думаю, нам обоим не помешало бы немного практики.       — Ладно, — проворчал Дин.       Но он продолжал стрелять еще долго после того, как Сэм устал и сел с пивом отдохнуть. И в тот вечер Дин съел почти все, что было у него на тарелке.       Если Дин и заметил, что Сэм после этого стал более терпеливым, или стал более внимательным чем обычно, и всегда был рядом, когда Дин просыпался от кошмара, он ничего не сказал. Однако постепенно стал пить немного меньше и спать немного лучше, и Сэм был рад такому прогрессу.       

***

      — Да? — ответили на звонок настороженным тоном.       Сэм откашлялся. Хотя он договорился о звонке, все равно это было, мягко говоря, неловко.       — Майлз Стэни? Меня зовут Сэм Винчестер. Я друг Бобби.       В трубке наступила такая долгая пауза, что он был уверен, что связь прервалась.       — Это ты… — устало спросил мужчина.       — Нет, — быстро ответил Сэм. — Это мой брат Дин. Он… он вернулся около четырех месяцев назад. А вспомнил обо всем всего пару недель назад.       Ещё одна долгая пауза.       — Если ты ожидаешь, что у меня будут ответы на все вопросы или что я смогу всё исправить, парень, должен тебе сказать, что этого не произойдёт.       — Я этого и не ожидаю, — тише сказал Сэм. — Просто… я не знаю, через что он проходит. — Признаться в этом было больно. — И я думаю, ему нужен… ну, кто-то, кто знает что он чувствует. Просто… чтобы поговорить.       — Поговорить, — повторил парень скептическим тоном, какой бывал у Дина, и Сэм решил, что это хороший знак. — А твоему брату это нужно?       — Он ещё не знает, но я ему сообщу. Я просто… хотел убедиться, что ты…       — Я был в аду, парень. Хуже этого ничего не будет.       Сэм сглотнул.       — Спасибо.       Уговорить Дина оказалось проще, чем Сэм ожидал. Он знал брата и понимал что им движет, а парень, который вернулся из плена и которому действительно нужен был кто-то, с кем можно поговорить и кто понимает, через что он прошел… Ну, Дин никогда не мог отказать нуждающемуся. Даже когда ему было невыносимо оказывать эту помощь. Дин вылез из Импалы с таким видом словно шел на эшафот.       А когда почти четыре часа спустя со скрипом открылась пассажирская дверь, Сэм заметил небольшую перемену в брате.       — Помогло? — спросил он, стараясь говорить непринужденно.       — Ему или мне? — ответил Дин, натягивая солнцезащитные очки, и на этом разговор закончился.       Но взяв телефон Дина на следующей неделе, когда его собственный разрядился, Сэм обнаружил в нем номер Стэни, и это должно было что-то значить.       

***

      После того как Сэм в четвертый раз за ночь разбудил перепуганного брата, он начал исследования другого рода.       И нашел. Это была не кровавая магия или ритуал, оскверняющий душу, за который Бобби мог бы его повесить. Но это было серьезно, навсегда и могло изменить жизнь, и Сэм целую неделю носил копию записей в бумажнике, прежде чем наконец решился собрать все необходимые ингредиенты.       Это было немного сложнее скрыть от Дина, хотя брат и вернулся из мертвых, но все же был охотником. Дин, как и Сэм, знал о мощной магии, которую можно создать с помощью вербены, буквицы и ежевики.       И всё же Сэм не был готов к мрачному взгляду старшего брата, когда Дин вошёл в ванную, держа в одной руке помятый клочок бумажки с заклинанием.       — Не хочешь ничего объяснить, Сэм?       Сэм выплюнул зубную пасту и прополоскал рот, стараясь оттянуть время и собраться с мыслями.       — А что ты искал в моем бумажнике?       — Серьезно? Ты ходишь с черной магией в кармане, и тебя волнует только то, что я искал в твоем бумажнике?       Сэм уронил полотенце и стиснул зубы.       Дин неожиданно нахмурился.       — Неужели всё так плохо? — тихо спросил он.       — Что? — вздрогнул Сэм. — Нет…       Дин тихо недоверчиво фыркнул.       — Понятно. Значит, ты просто ради интереса поискал информацию о заклинаниях, стирающих память. И это никак не связано с тем, что ты пережил летом.       Сэм моргнул.       — Что? О, Боже, — простонал он, подавив раздражение. — Это не для меня, Дин. Клянусь. Это было… эээ…. — Он поморщился, почесывая затылок. — Для тебя.       Дин резко вскинул голову.       — Для меня? — А потом снова помрачнел. — Сэм…       — Нет, подожди, просто послушай меня. Я бы не сделал этого, не спросив тебя сначала. — До этого момента он не был в этом уверен, но глядя брату в глаза Сэм понял, что был не прав. — Я просто… Я хотел сначала убедиться, что это вообще возможно, прежде чем… спрашивать.       Дин долго смотрел на него, в его взгляде смешались недоверие, гнев и сомнение. Но в конце концов в нем зародилась почти печаль и нежность.       — Сэмми…       — Пожалуйста, просто… не говори, что с тобой все в порядке. Не лги, чтобы защитить меня. Мне уже не восемь, Дин.       Взгляд его брата был таким же мягким, как и на том пирсе, когда Дин впервые признался, что помнит ад.       — Слушай, я не собираюсь говорить, что это легко, понятно? — Он взглянул на бумажку и сжал челюсти. — Но это не выход, чувак. Я не хочу потерять часть себя. То, что случилось нельзя изменить, это часть того, кто я есть сейчас. Я не хочу, чтобы это исчезло, не так.       Сэм поморщился.       — Необязательно всё стирать. Ты будешь помнить, что был там, и это было ужасно, просто тебе не придётся помнить… всё.       — Ты можешь это гарантировать? — тихо спросил Дин. — Ты обещаешь, что больше ничего не сотрешь? Ни времени из нашего детства, того, чему нас учил отец, даже причину почему я заключил эту сделку? Ты готов пойти на такой риск, Сэм? Потому что я не готов. — Он спокойно разорвал бумажку пополам, а потом разорвал на мелкие кусочки, не отрывая взгляда от лица брата.       Сэм не стал его останавливать. Он просто отошёл в сторону, когда Дин выбросил клочки бумаги и очень дорогие травы в унитаз. Сэм сам смыл всё это.       Дин посмотрел на него мгновение, а затем вышел.       Сэм опустился на закрытую крышку унитаза. Ладно, эта затея провалилась.       Но он ещё не закончил.       

***

      Младший Винчестер оставался рядом с Дином, каждый день повторяя про себя «Я здесь, и ты со мной». Находил места, где пекли вкусные пироги, кассету с музыкой, которой у Дина не было, куртку, похожую на ту, которую испортил адский пес. Он приносил брату сокровища, словно маленькая сорока. Будил его от кошмаров и успокаивал так незаметно, что Дин даже не подозревал об этом. Он притворялся глупым, чтобы рассмешить Дина, и приходил к нему с проблемами, чтобы тот почувствовал себя нужным. Сэм старался изо всех сил не думать о Лилит или о силе, которая горела у него душе.       Но кошмары не проходили, и слишком часто Дин выглядел измученным или, что еще хуже, опустошенным, хотя старался это скрыть. Ему не становилось лучше.       Сэм грыз ногти до крови, обдумывая свой последний план.       Шанс представился раньше, чем он ожидал, когда однажды вечером Дин решил сходить в бар. Он стал реже выходить из дома, потому что постоянно чувствовал усталость. Сэм охотно дал свое благословение, выпроводив брата. А сам уселся на кровати с новой книгой Агаты Кристи и невинно улыбнулся на прощание, когда Дин ушел.       Сэм прочитал одну главу, обдумывая стоит ли ему идти дальше, а потом отбросил книгу и встал.       — Кастиэль.       В ответ была тишина.       Сэм вдруг почувствовал себя немного глупо. Ангелы ведь не были у них на побегушках, да и вообще, он им не особенно нравился. Но у него не оставалось другого выбора.       — Кастиэль, — повторил он, — пожалуйста. Дело в Дине.       — Я не привык к тому, чтобы меня вызывали.       Сэм резко обернулся на тихий голос, заметив в углу фигуру в плаще, и поморщился. Даже несмотря на не самое лучшее первое впечатление об ангелах, какая-то часть его все еще испытывала благоговение перед ними.       — Да, я… И​звини за это, но мне нужна твоя помощь.       И объяснил почему вызвал ангела.       Кастиэль шагнул вперёд, движения его были непринуждёнными и грациозными.       — Твой брат не знает, что ты задумал.       Сэм сунул дрожащие руки в карманы.       — Нет. Не знает.       — Дин бы этого не одобрил.       — Дин считает, что никто не должен жертвовать собой ради него, — криво улыбнулся Сэм. — Он ошибается.       Ангел приподнял брови.       — Ты понимаешь, чем готов пожертвовать?       Сэм слегка замялся.       — Я не… Я не прошу полного погружения в атмосферу. Я не хочу там оставаться. Просто хочу понять. Чтобы у нас была какая-то общая точка отсчета. Ты можешь это сделать?       Кастиэль посмотрел на него, нахмурив брови, и Сэм невольно заерзал словно провинился перед отцом. Затем ангел тихо сказал:       — Если ты этого хочешь.       Прежде чем Сэм успел сказать «да, это так» или подготовиться, теплые пальцы Кастиэля коснулись его лба.       В следующее мгновение он уже был там.       И это было ужасно.       Невозможно описать словами.       И нет облегчения, надежды или…       Задыхаясь Сэм лежал на кровати в мотеле, все еще чувствуя запах серы, а тело пожирала фантомная боль. Какая-то часть его сознания понимала, что если бы Дин с самого начала помнил все об аде, то не смог бы выбраться из могилы, когда пришел в себя после воскрешения. Сэм едва сдерживал крик.       В следующее мгновение он почувствовал, как знакомые руки обхватили его лицо, откинули волосы со лба и похлопали по щекам. Стакан холодной воды коснулся его губ, и Сэм сделал глоток, затем еще один.       Он постепенно приходил в себя, хотя все еще не мог отдышаться. Он слышал беспокойство в голосе Дина, видел панику в его глазах.       Сэм схватил брата за руку.       — Мы можем поговорить. Сейчас. Пожалуйста. Теперь я понял.       Дин растерянно посмотрел на него, а потом подтянул ногой стул к кровати Сэма. Внимательный, отзывчивый, он никогда не отказывал нуждающемуся, особенно если это был его брат.       Теперь Сэм прекрасно понимал, что Дин чувствует.