My Hero Academia: Spider-Man

Сотни тысяч — будь то беспричудные, про-герои или сотрудники агентств — собрались в предвкушении того, что предложит Юэй в этом году. Парни и я были немного расстроены, что не могли носить свои костюмы во время фестиваля, но, думаю, это делало вещи справедливыми. В любом случае, мой костюм не давал мне никакого преимущества в бою, кроме линз, помогающих мне сохранять фокус при движении на высоких скоростях. На самом деле, я просто хотел показать, как круто я выгляжу в нем. Сразу же Тодороки устроил сцену, заявив Мидории, что он сильнее его, но при этом с нетерпением ждал победы над ним в соревновании. Думаю, это был первый раз, когда я слышал, как парень произнес целое предложение. Прежде чем уйти, он что-то пробормотал о том, что фестиваль — это не «командная работа», задавая тон для остальных из нас. Мидория начал говорить о том, что нам всем нужно бороться, чтобы выделиться, в чем он был прав. Когда он заявил Тодороки, что тоже планирует его победить, я неохотно признаю, но это разожгло во мне огонь. Все эти парни хотели победить так же сильно, как и я — не только парни, но и девушки. Тогда меня осенило, что впервые мои одноклассники перестали быть моими друзьями, а стали моими противниками. Торжественно класс 1-А вышел из туннеля на стадион. Сразу же нас накрыли крики зрителей. Я никогда в жизни не видел такой толпы, хотя бывал на нескольких спортивных мероприятиях. Все, кроме Мидории, казалось, сохраняли спокойствие, поэтому я сделал то же самое. Вышли и другие классы, глядя на нас, как будто мы были главными злодеями. Это имело смысл; они не попали в 1-А и хотели наши места. Я бы был проклят, если бы позволил им забрать мое. Что было шокирующим, так это то, как Бакуго был выбран представителем класса. Засунув руки в карманы, он протопал на центральную сцену и сказал что-то невероятное. — Все, что я знаю... я выиграю. Я уткнулся лицом в ладони, когда другие классы смотрели на остальных из нас, как будто мы были такими же наглыми, как он. Конечно, я хотел выиграть и был уверен в себе, но я не собирался говорить об этом всему миру! Несмотря на это, самоуверенность Бакуго только подлила масла в мой огонь. Мне не терпелось стереть эту самоуверенную ухмылку с его лица — по крайней мере, я бы это сделал, если бы она у него была. Мидория тоже это заметил, но у Бакуго не было той типичной для него высокомерной ухмылки. Нет, на этот раз он был абсолютно серьезен, и я чувствовал, как электричество танцует вокруг моего тела и исходит от других. Полночт, одетая в очень отвлекающий, обтягивающий костюм, объяснила правила первого события, очаровывая всех мужчин в зале. О, и Минету. Первым испытанием было пробежать круг по арене, что звучало легко, но я предполагал, что есть подвох, и я оказался прав. Гонка началась, и мы все рванулись к тесному выходу стадиона. Тела толкались друг о друга, как сардины в банке, и те, у кого были Причуды, основанные на движении, могли пролететь над морем бегунов. К счастью для меня, я смог пролететь над толпой без проблем, сразу же получив значительное преимущество. Под собой я увидел Тодороки, скользящего по льду, замораживающего всех на земле, где они стояли. Мы с ним ненадолго встретились взглядами, и я уверен, что увидел, как он усмехнулся, когда его ледяной взгляд встретился с моим. Бакуго прорвался сквозь толпу, используя свои взрывы для продвижения вперед, и прежде чем я успел опомниться, я увидел Момо, выпрыгивающую вперед с помощью шеста, который она создала с помощью своей Причуды. Она взглянула на меня, ее лицо было невозмутимым, пока ее глаза не встретились с моими. Она ухмыльнулась мне, когда продвигалась вперед, почти так, как будто говорила: — Я не проиграю тебе! Прежде чем я успел опомниться, каждый член 1-А был впереди основной группы, кроме одного. Я оглянулся и увидел, как Мидория борется с другими учениками. Если бы я был идиотом, я бы беспокоился о нем. Дело в том, что Мидорию нельзя списывать со счетов, если он не мертв; даже тогда я бы не осмелился. Когда я оглянулся на Мидорию, я почувствовал это звенящее ощущение внутри черепа. — Мое Паучье Чутье! — прошептал я, когда мое тело уклонилось в сторону, избегая очень сильной атаки одного из тех роботов-кайдзю с вступительных экзаменов. Толпа позади меня замерла на месте; однако я видел, как Тодороки скользил прямо к роботам, как будто это были всего лишь дорожные конусы. Не раздумывая, я начал раскачиваться из стороны в сторону, уклоняясь от размашистых рук роботов, время от времени используя свою паутину, чтобы перенаправлять их. Я думал, что опережаю всех остальных, и так бы и было, если бы Тодороки не существовал. Тихий, ледяной убийца заморозил роботов и проскользнул мимо них, но я все равно был у него на хвосте, и он заметил это, ускорив шаг, как только мы встретились взглядами. Я снова оглянулся. Несмотря на все разговоры о желании победить всех, я все еще хотел, чтобы они прошли далеко в соревновании. Я не мог не улыбнуться, увидев всех в классе 1-А впереди основной группы, наряду с некоторыми другими, такими как парень из 1-В, который стрелял липкой лентой из рук так же, как я стрелял паутиной из запястий. Я даже видел, как Мидория бегал вокруг роботов и использовал сломанную панель в качестве щита, как тот американский герой. Когда я снова посмотрел вперед, вдали приближался массивный каньон. Как Юэй установила миниатюрный Гранд-Каньон за нашей школой? Я понятия не имею. В любом случае, моя Причуда снова поможет мне преодолеть это препятствие. Используя свою ловкость, я прыгал с камня на камень, перепрыгивая через бесконечные пропасти рядом с Тодороки. Я посмеялся про себя, готовясь обогнать его, пока громкий, противный голос не начал приближаться сзади. — С дороги, неудачники! Вы оба отстой! — крикнул Бакуго, когда он промчался мимо нас двоих, первым приземлившись на другой стороне каньона. Тодороки и я ускорились, догоняя горлопана, пока не достигли тройной ничьей. Поскольку не было зданий или деревьев, от которых можно было бы оттолкнуться, мне пришлось бежать пешком. Я чувствовал разочарование Бакуго, когда мы достигли последнего препятствия, минного поля. Когда Тодороки и я колебались на миллисекунду, Бакуго атаковал нас обоих одновременно. Я уклонился, а Тодороки блокировал. Когда мы ступили на минное поле, мы втроем бросали друг в друга атаки, но никто из нас не мог попасть. Было достаточно трудно участвовать в тройном бою, но делать это на минном поле было в миллион раз сложнее. Позади нас мы слышали взрывы мин, выпускающие безвредное розовое облако пыли на тех, кому не повезло наступить на них. Мы игнорировали суматоху позади нас; все, что имело значение для нас троих, это быть на вершине. По крайней мере, мы пытались игнорировать все это. Из ниоткуда мощный взрыв заставил Землю дрожать; сначала я подумал, что это землетрясение. Но нет, мы втроем обернулись и увидели Мидорию, летящего по воздуху на листе металла. Я не мог не рассмеяться над его изобретательностью. — Это ДОЛБАНЫЙ Деку!? — закричал Бакуго. — Да, это он. До скорой встречи, ребята! — я выстрелил паутиной в доску Мидории, используя его, чтобы продвинуть себя вперед. Вы могли бы подумать, что это дало бы Мидории и мне преимущество, но я слышал, как крики Бакуго приближались к нам сзади. Если Бакуго догонял, можно с уверенностью сказать, что Тодороки был рядом с ним. Как только мы приблизились к краю минного поля, мы вчетвером шли ноздря в ноздрю. Тодороки быстро скользил по ледяной дорожке, в то время как Бакуго двигал свое тело вперед, как ракета. Мидория сидел на своей доске, бормоча о том, как он собирается приземлиться. А я? Ну, я делал то же самое. Мы с Мидорией направлялись прямо вниз, и мы врезались бы в другие мины, если бы не действовали быстро. — Я просто выведу их всех из игры! — провозгласил Мидория, раскачивая доску вперед, пока я все еще был на ней. Если бы не мое Паучье Чутье, он бы ударил меня ею; однако я смог спрыгнуть с нее прямо перед взрывом. Взрыв отбросил Мидорию вперед, ошеломив двух других. Что касается меня, я бесцельно болтался в воздухе. Я смотрел, как доска Мидории врезалась в грязь, сбив его на землю, прежде чем он остановился. Не раздумывая, он встал и побежал к финишной черте. Черт возьми, Мидория. У тебя всегда есть сюрприз в рукаве. Я мельком увидел Бакуго и Тодороки; они приближались к Мидории, когда он двигался к финишной черте. Но я не проиграю тебе. Я не позволю себе проиграть ни одному из вас! Мое тело изменилось, и я снова смог контролировать себя. Я выпустил две паутины вперед, обе прикрепились к земле вокруг Мидории. Он оглянулся, его глаза расширились, когда я метнулся вперед, пролетел над его головой и сразу же перешел на бег. Можешь оставить себе Причуду Всемогущего. Мне она не нужна! Если чья-то Причуда и сильнейшая, то это моя! Я оглянулся назад, видя Мидорию и остальных в горячей погоне. Впереди меня приближалась финишная черта. Все, что мне нужно было сделать, это пробежать еще десять метров, и первое место было бы моим. Однако, в очередной раз, у Мидории был еще один козырь в рукаве. Вспышка, и затем он пронесся мимо меня, заняв первое место, прежде чем я успел даже отреагировать. Он пересек финишную черту, а я пересек ее секундой позже. Бакуго и Тодороки финишировали через несколько секунд после меня. Мидория опустился на одно колено, и я видел, как по его лицу текли слезы. Он сломал себе ногу, чтобы занять первое место, подумал я. Я ошибался. Всякий раз, когда Мидория использовал сто процентов своей Причуды, его рукава или штанины рвались. Сейчас они были совершенно целы. Он триумфально встал, вытирая слезы из-под глаз. Тогда я понял, почему проиграл. Мидория хотел этого больше, чем я. Он плакал не из-за боли; он плакал потому, что вся его работа — все его тренировки — привели к этому самому моменту. Если бы я выиграл, ни одной слезинки не было бы в моих глазах. Эта гонка значила для него больше, чем весь мир. Вместо этого я улыбнулся и положил руку на плечо Мидории. — Отличная работа, парень. Я не ожидал, что ты так вырвешься вперед. Так ты наконец-то научился контролировать свою силу? Мидория покачал головой. — Далеко не так. На самом деле, я планировал сломать ногу, если это означало обогнать тебя. Каким-то образом мне удалось использовать свою Причуду без этого. Я так же удивлен, как и ты. — Подожди... Значит, ты СОБИРАЛСЯ сломать себе ноги, чтобы занять первое место в гонке!? Ты что, идиот? Мидория начал обильно извиняться, как будто я был его врачом или что-то в этом роде. Но это только подтвердило то, что я думал раньше. Мидория просто хотел этого больше, чем я. И это нужно было изменить.