Первая встреча

      Утро в Белобоге встречало Гепарда непривычной, почти забытой рутиной обычного жителя города. Не той тревожной подготовкой, что предшествует бурану или атаке монстров Фрагментума, а спокойной, мирной тишиной выходного дня. Командующий Среброгривой Стражей позволил себе редкую роскошь — неторопливую прогулку без цели. Ландау шел по знакомым с детства улицам, замечая то, мимо чего раньше игнорировал по долгу службы: отмечал взглядом свежий слой краски на стенах, пережившей суровую зиму, новые лавки и магазинчики и, что было важнее всего, — открытые, искренние улыбки прохожих. Люди больше не ждали плохого в будещем — Стелларон исчез, и теперь все ждали весны. Жизнь Белобога налаживалась. Эта мысль согревала изнутри лучше любого горячего камня.       Погрузившись в свои мысли, юнлша шел и тихо напивал под нос мелодию Сервал, как вдруг мир вокруг него словно схлопнулся в одну точку. Что-то маленькое, стремительное и невероятно быстрое, подобно пушечному ядру, врезалось Командующему прямо в спину, на уровне поясницы. Удар был такой силы и неожиданности, что Гепард, человек, способный таскать на себе не только разработанное оржие сестры ввиде гитарного кейса, но и огромные забитые коробки, чудом устоял на ногах, сделав широкий шаг вперед, чтобы сохранить равновесие. — Ой! — раздался звонкий, приглушенный голосок где-то сзади и снизу.       Гепард мгновенно обернулся: на каменной дороге, прямо посередине мостовой, сидела маленькая девочка. Она смешно таращила глаза и обеими ладошками растирала ушибленный лоб. Рядом валялись варежки, выпавшие из карманов при столкновении.       Юноша замер, не в силах вымолвить ни слова от удивления. Сквозь растрепавшиеся яркие волосы малютки были видны настоящие рожки, а из-под яркого пуховичка, который девочка, видимо, и не думала застегивать, выглядывал кончик хвоста с пушистой кисточкой на конце. Хвост нервно подергивался.       Видьядхара. Ребенок-видьядхара. Эта мысль эхом отдалась в голове Гепарда. Здесь. Посреди Белобога. Одна. Как? — Ты цела? — автоматически спросил Гепард, и голос Командующего, привыкший отдавать приказы на плацу, смягчился, став почти бархатным. Он опустился на одно колено прямо в снежную кашу, чтобы быть одного роста с ребенком. Сильные, натренированные руки аккуратно, словно он боялся разбить хрусталь, помогли девочке подняться на ноги. Он отряхнул снег с ее коленок и поправил съехавший капюшон.       Девочка шмыгнула носом, уставившись на него огромными глазами, в которых уже начинали поблескивать слезы обиды от падения. Мотнув головой, девочка ю варежки и, окинув стража серьезным, слишком серьезным для маленького ребенка взглядом, совершенно серьезно заявила: — Юноша в одежде, схожей со Стражами, светлые волосы и голубые глаза... ага! Ты Гепард! Я тебя как раз искала!       Капитан замер. Он был уверен, что видит эту малышку впервые. Он точно запомнил бы маленькую видьядхару. — Прости, мы знакомы? — осторожно спросил он.       Девочка кивнула с важным видом, как будто это было самым очевидным фактом в мире. — Конечно! Косвенно, но знакомы. Меня зовут Байлу! Верховная видьядхара с Лофу. Ну, и немного целитель, — она забавно наморщила носик и протянула маленькую ладошку, — Дань Хэн говорил о тебе. Очень-очень много! Я очень рада наконец с тобой познакомиться лично!       Гепард моргнул. Дань Хэн? Его Дань Хэн? Скрытный, молчаливый, вечно уходящий от разговоров о прошлом Дань Хэн говорил о нем? Сердце пропустило удар, но тут же включилась привычная логика стража порядка. — Постой... Дань Хэн говорил обо мне? — переспросил он, пытаясь сопоставить факты. — Но откуда тогда... Он что, брал тебя с собой на Экспресс? Я не думал, что он бы согласился на такое... — А он и не хотел меня брать никуда, — надула губы Байлу и фыркнула, — Хотя обещал что когда я немного подросту, то обязательно согласился быть моим сопровождающим в небольшой экспедиции. И только когда я подросла на три сантиметра — ладно, я наврала, но иначе никак! — и Келус попросил разрешения у Цзинь Юаня, меня отпустили! И как раз Звездный Экспресс направлялся сюда!       Устало потерев лоб в попытке собрать полученную информацию в едино, Гепард удивленно сморгнул. Он бы тоже не согласился взять ребенка в путешествие, но... — Ой, да ты не переживай так! — Байлу беспечно махнула рукой, думая, что новый знакомый хотел начать ругаться на беспечность Келуса, — Со мной все будет хорошо. При гипперпрыжке не укачало. А сейчас я решила погулять недалеко от того здания, где сейчас Дань Хэн. А вот ты... — ведьядхара вдруг нахмурилась и погрозила Гепарду маленьким кулачком, — А вот ты, юноша, совсем неосторожный! Стоишь посреди дороги и мечтаешь! В следующий раз смотри по сторонам, а то ведь и тебя могут сбить!       Гепард, все еще стоящий на одном колене, пораженно замер, пытаясь осмыслить услышанное. Экспресс? Дань Хэн в том здании? Значит, он сейчас здесь? Мысли в голове Ландау понеслись с бешеной скоростью, но внезапно одна из них, самая нелепая и абсурдная, вцепилась мертвой хваткой и отказалась отпускать: Дань Хэн много не говорит с кем-то. Только с очень близкими.       Холодный, аналитический ум Командующего Среброгривой Стражей, привыкший мгновенно оценивать угрозы и сопоставлять факты, дал сбой. Эмоции, так долго подавляемые служебным долгом, вырвались наружу и сыграли с ним злую шутку.       Видьядхара. Ребенок. Откуда берутся дети видьядхары? Он точно не знал: знал лишь о возможности перерождаться, и что потомки Эона Луна возвращаются в форму яйца. Знает ли Дань Хэн как разможаются видьядхары? Возможно. Это не так важно. Главное: Байлу знает о Гепарде. И именно Дань Хэн говорил о нем. Много. Скрытный, замкнутый Дань Хэн, его Дань Хэн, который слова лишнего о себе не вытянешь, говорил о нем. Гепард почувствовал, как к щекам приливает тепло, но логика, запущенная на автопилоте, уже выстроила чудовищно длинную цепочку.       Если Дань Хэн говорил о нем, значит, Байлу очень важный ему человек. Если этот ребенок — видьядхара, как и Дань Хэн, то могут быть связаны. Если она пришла именно к нему, Гепарду, потому что Дань Хэн ее надоумил случайно своими рассказами... А еще у Гепарда с Дань Хэном были те самые отношения, о которых Ландау боялся даже мечтать вслух... И если видьядхары, в силу своей биологии, могут каким-то неведомым образом... воспроизводить потомство...       Гепард сглотнул. Его взгляд метнулся к рожкам девочки, к хвосту, к ярким волосам. Потом к ее лицу. Он пытался найти сходство. С Дань Хэном. И находил. Особенно в глазах. С собой... Возможно. Мир вокруг перестал существовать. Осталась только эта невозможная, абсурдная мысль. — Ой, а чего это ты покраснел? — Байлу склонила голову набок, с любопытством разглядывая остолбеневшего капитана, — Ты не заболел случайно? Я же целитель, могу помочь!       Она потянулась маленькой ручкой ко лбу юнлшу, и это простое движение вывело Гепарда из ступора. Он мягко, но настойчиво перехватил маленькую ладошку, не в силах отвести взгляда от лица девочки. — Байлу, — голос стража сел и прозвучал как-то хрипло, — Ты... ты сказала, что знаешь меня от Дань Хэна. А... — он запнулся, подбирая слова, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, — А откуда ты сама знаешь Дань Хэна?       Вопрос повис в морозном воздухе. Байлу удивленно захлопала ресницами, не понимая, почему такой простой вопрос вызывает у взрослого дяди такую бурную реакцию. — Ну... — протянула она, наморщив лоб, — Он же мой... — девочка замялась, подбирая правильное слово. Она прекрасно знала, что в случае ее и Дань Хэна все сложно, но для посторонних проще всего было объяснять именно так, — Он мой старший... ну, типа брат! — выпалила она наконец, просияв улыбкой.       В голове Гепарда что-то с оглушительным скрежетом переключилось. Та логическая цепочка, что вела к самому невероятному выводу в его жизни, рассыпалась в прах, а на ее месте возникло новое, не менее шокирующее, но гораздо более простое уравнение.       Брат. Старший брат.       Он моргнул. Потом еще раз. Байлу терпеливо ждала, слегка покачиваясь с пятки на носок и поигрывая одной рукой с хвостом. До Гепарда медленно, но верно начало доходить, что он только что мысленно... усыновил ребенка? Или, того хуже, представил себя и Дань Хэна в роли родителей? Жар, приливший к щекам, теперь грозил перерасти в пожар, способный растопить все снега Белобога. — Так вы... — выдавил он, чувствуя себя полным идиотом. — Вы родственники? Но Дань Хэн никогда... — Ай, да он много чего никогда! — отмахнулась Байлу, словно это было чем-то само собой разумеющимся, — Был же Дань Фэн, потом он стал Дань Хэн, но силы почему-то поделились... ну, это долгая история. Братишка рассказать может — он явно больше меня знает! Почему мне не зотят говорить — вопрос. Но я же говорю: он мой брат! Ну, или почти брат. Технически. Так-то если, как говорит Келус, натянуть сову на глобус, то для кого-то мы вообще одно целое, но это скучно.       Маленькая видьядхара убрала руки, вытащила варежки и отряхнула их от снега, — Это не главное. Главное, что я тебя нашла! Дань Хэн говорил, что ты классный. Надежный. И что у тебя здесь, в Белобоге, очень красиво. А еще он говорил, что ты всегда всех спасаешь и защищаешь прямо как Дань Хэн, — она подняла на Ландау сияющие глаза, — Вот я и подумала: раз ты всегда всех спасаешь, то и меня от скуки спасешь, пока все заняты? Покажешь мне город?       Гепард медленно выдохнул, пытаясь вернуть контроль над собственным лицом и мыслями. Он только что пережил самый сильный эмоциональный шторм в своей жизни, продлившийся около минуты. Но перед ним стояла обычная — ну, почти обычная — девочка, сестра, как он понял, того самого человека, который занимал его мысли куда чаще, чем следовало бы, и просила показать город.       Гепард кашлянул в кулак, прогоняя остатки краски со щек. — Конечно. Но сначала... — Гепард аккуратно, но решительно застегнул пуховичок Байлу на все пуговицы и натянул ей варежки на руки, — Сначала нужно застегнуться. В Белобоге холодно, а ты, судя по всему, к такому морозу не привыкла. Идем, я покажу тебе самое теплое место в городе. Там делают отличный шоколад.       Байлу довольно кивнула, схватила его за протянутую руку и зашагала рядом, мелко перебирая ножками и что-то весело щебеча о Лофу, о драконьих хвостах и о том, какой Дань Хэн на самом деле зануда, когда дело касается режима дня, но какой хороший во всем остальном.       Гепард слушал вполуха, изо всех сил стараясь игнорировать ту часть сознания, которая все еще не могла прийти в себя после недавнего шока. Почти по привычке юноша старательно обводил взглядом окрестности — высматривал опасности, проверял, не нужно ли кому-то из прохожих помочь, и заодно пытался незаметно разглядеть знакомую фигуру, если та уже вышла на улицу. — Байлу, — осторожно начал он, когда девочка наскакалась по лужам и снова взяла его за руку, — А что именно… ну, что именно Дань Хэн говорил обо мне?       Байлу задумалась, смешно сморщив нос. — Много чего. Что ты сильный. Что ты справедливый. Что у тебя сестра есть, Сервал, она музыкальный гений и изобретатель. И Рысь, которая любит исследовать Ярило-VI. Что ты любишь порядок и когда все по правилам — прямо как Дань Хэн, — она загибала пальцы в варежке, — А еще что ты очень вкусно готовишь! Ой, а это правда? Ты правда готовишь? А меня потом вместе с Дань Хэном накормишь? Я должна знать как он питается! Ладно, Март, ладно Келус, у них здоровье хорошее, а за Дань Хэна я волнуюсь: вон, хвоста нет. Вдруг он еще вырастит!?       Гепард моргнул. Его готовка? Ну... было пару раз, но... Ландау и не думал, что это стоит упоминания... — Я… да, умею немного, — выдавил он, чувствуя, как снова теплеют щеки. — Вот! — Байлу торжествующе ткнула в него варежкой, — Опять краснеешь! Не от болезни. Значит моя догадка верна: влюблкнный!       Гепард споткнулся на ровном месте. Хорошо, что Байлу в этот момент смотрела на витрину с игрушками и не заметила его позорного промедления. — Почему ты так решила? — кое-как выдавив из себя слова, Командующий Сребогривой Стражи огояделся в надежде, что слова ребенка никто не слышал. — Я же не слепая, — фыркнула Байлу, но беззлобно, скорее снисходительно, как старшая над младшим, — И не глупая. Дань Хэн, когда о тебе говорит, сам краснеет. Только у него это не так заметно, но я-то вижу!       Она важно поправила капюшон, который Гепард предусмотрительно натянул на маленькие рожки. — И одобряю его выбор! — вынесла свой вердикт маленькая видьядхара и потянула руки к Гепарду. Юноша открыл рот, закрыл, потом снова открыл и, взяв ребкенка на руки, как тот и просил без злов, не нашел ничего лучше, чем спросить: — А… твои спутники знают, что ты здесь? — Ну, — Байлу отвела взгляд в сторону, — Я сказала, что пойду гулять. А гулять — это значит везде. Так что технически я никого не обманула!       Капитан Среброгривой Стражи тяжело вздохнул. Похоже, сегодня ему предстояло не только знакомство с младшей сестрой своего парня — хоть так говорить все равно было непривычео — но и разговор со Звездным Экспрессом, который, наверное, уже с ног сбился в поисках маленькой видьядхары. Если, конечно, закончили свои дела. — Байлу, — он мягко и осторожно поправил ребенка на руках, чтобы той было удобно, — Может, мы выпьем шокалад и я отведу тебя к... брату? Может он захочет... — Он точно захочет! — Байлу закатила глаза с выражением "ну какие же взрослые все-таки медленные", — Он захочет тебя увидеть. Он всегда хочет тебя увидеть. Просто вы вечнт заняты. А когда я его увижу, то прямо скажу: Дань Хэн, хватит придуриваться, иди обниматься! И со мной, и со своим Гепардом!       Гепард поперхнулся воздухом. — Байлу, не надо так… — Надо-надо! — девочка решительно затрясла головой, отчего маленькие рожки описали в воздухе забавную дугу, а ушки забавнт дрогнули, — Вы оба слишком много работаете и слишком мало радуетесь. А я приехала, чтобы все исправить! Я же целитель. Лечить надо не только тело, но и душу.       Гепард не нашелся, что ответить на эту маленькую тираду и продолжил идти до уютной кофейни на углу — того самого места, где делали лучший шоколад в Белобоге. Командующий Сребогривой Стражи опустил малышку на землю, открыл дверь, пропуская Байлу в тепло, и сам шагнул следом.       Внутри пахло корицей, какао и свежей выпечкой. Байлу тут же завороженно уставилась на витрину с пирожными. — Ой, смотри, какие красивые! А это что? А это? А это можно? Ну пожа-а-луйста! — Можно, — улыбнулся Гепард, чувствуя, как отступает напряжение. С этой девочкой невозможно было долго нервничать. Она словно заполняла собой все пространство теплым светом.       Они устроились за столиком у окна. Вернее, устроился Ландау, а маленькая видьядхара на его коленях. Гепард заказал два горячих шоколада и корзиночку с разными сладостями, которые выбрала Байлу. Девочка тут же сдернула варежки, расстегнула пуховик (Гепард мысленно отметил, что нужно будет снова застегнуть перед выходом) и с видом знатока принялась пробовать угощения. — Вкусно, — важно кивнула она, прихлебывая шоколад, — У нас тоже вкусно, как и на Лофу, но по-другому. Теперь понятнт почему Дань Хэн сюда любит возвращаться: хоть и очень холодно, но вкусно, и еще любимый парень тут. Ты ведь еще один его дом, как и Звездный Экспресс. Верно?       Гепард замер с чашкой в руках. Вопрос был таким прямым, таким детским и одновременно таким взрослым, что у него перехватило дыхание. — Я… — он сглотнул и не найдя слов, ответ взгляд, — Ну вот и будь, — Байлу пожала плечами, словно это было самое простое решение в мире, — Чего сложного-то? Он тебя любит, ты его любишь. Значит, надо быть вместе. И все. — В жизни не всегда все так просто, — тихо сказал Гепард. — Просто, — упрямо мотнула головой девочка, — Просто, если не придумывать сложности. Вы, взрослые, вечно всё усложняете. То долг, то обязанности, то "что подумают люди". А люди пусть думают что хотят. Главное, чтобы вам двоим было хорошо.       Гепард слушал эту малышку и чувствовал, как в груди разливается странное тепло, не имеющее никакого отношения к горячему шоколаду. — Ты очень мудрая, — тихо сказал он, — Для своего возраста. — А я вообще древняя, — хихикнула Байлу, но тут же осеклась и замахала руками, — Ой, только не начинай! Я про обычные года, для видьядхары я маленькая, но это же не значит, что глупая!       Она откусила огромный кусок пирожного и довльно зажмурилась, покачивая ножками, которые болтались в воздухе, не доставая до пола. Вместе с тем кончики ушек начали забавно шевелиться, отчего Ландау невольно вспомнил реакцию Дань Хэна на различные вкусности. Гепард машинально придержал Байлу за талию, чтобы малышка не свалилась с колен, и поймал себя на мысли, что это движение — совершенно естественное. Будто так и надо. — Байлу, — снова начал он, помедлив, — А Дань Хэн... он правда скучает? По Белобогу? По... — По тебе? — закончила за него Байлу с набитым ртом, ничуть не смущаясь и протягивая печенье, — Конечно! При упоминание этой планеты он улыбаетсся. А в Белобоге у него кто? Ты! Значит, хоть он и не любит холод, но возвращается сюда, значит скучает по тебе. Правильно?       Гепард кашлянул, прикрывая рот кулаком, и уставился в окно, делая вид, что его чрезвычайно интересует прохожий, который как раз вышел из соседнего дома. Прохожий, к слову, был совершенно обычным и не заслуживал такого пристального внимания, но Ландау отчаянно пытался справиться с румянцем. — А еще, — продолжила Байлу, вдохновляясь произведённым эффектом, — он ту штуку, схожую с медалькой, хранит. Не показывал что это, но...       Гепард резко повернулся к ней. Действительно. Он ведь на прощание подарил одну из своих медалей — не знал, что подарить. А Дань Хэн оставил второе украшение на ухо. Кажется, оно называется кафф... — Правда? — выдохнул он. — Ага, — кивнула Байлу, доедая пирожное и облизывая пальцы. Гепард машинально протянул ей салфетку, и девочка послушно вытерла руки, — Так что вы оба друг друга стоите.       Гепард открыл рот, но Байлу перебила его, приложив маленькую ладошку к чужим губам: — Не надо тут ничего говорить. Лучше тоже ешь!       Она убрала руку и снова взялась за чашку с шоколадом, довольно отхлебывая. — Слушай, а пойдем к тебе в гости? К вам с Сервал и Рысь? Дань Хэн говорил, что у вас тепло и уютно. И ещё говорил, что у Сервал есть крутые штуки музыкальные. Я хочу посмотреть!       Гепард моргнул, пытаясь переключиться с одной темы на другую. — Эм... Сервал сейчас в мастерской, работает над новым проектом. Она там и живет. А Рысь исследует древние руины, вернется не скоро. А я живу один в отдельном до... — Вот и отлично! — Байлу хлопнула в ладоши, — Значит, ты меня приглашаешь! И Дань Хэна позовем! Устроим семейный ужин! — Семейный? — голос Гепарда снова резко охрип от неожиданности. — Ну да, — Байлу посмотрела на него как на несмышленыша, — Я же его сестра. А ты его парень. Тоже семья.       Малышка допила шоколад и решительно спрыгнула с колен Гепарда, начиная застегивать пуховик. Правда, застегнула криво — пуговицы не попали в петли. Гепард вздохнул, опустился перед ребенком на корточки и аккуратно перезастегнул все правильно. — Спасибо, — Байлу улыбнулась и вдруг чмокнула в щеку. Легко, по-детски, совсем невесомо, — Ты хороший. Я рада, что у Дань Хэна есть такой человек.       Гепард замер. Эта маленькая, спонтанная нежность ударила сильнее любого вражеского нааденич. Он моргнул, прогоняя непрошеную влажность в глазах. — Пойдем, — сказал он, поднимаясь и беря ее за руку, — Провожу тебя к Дань Хэну. А потом... потом подумаем насчет ужина. — Договорились! — Байлу радостно сжала его пальцы и зашагала к выходу, таща стража за собой.       Они вышли из кофейни, и морозный воздух Белобога ударил в лицо, вышибая последние остатки шоколадного тепла. Видьядхара зажмурилась и недовольно забурчала под нос. С улыбкой на губах Ландау взял ребенка на руки. — Вон там, — Байлу вдруг остановилась и показала пальцем в сторону административного здания, где обычно Броня виделась с Безымянными, — Там Дань Хэн! Я точно знаю! У меня чуйка! А еще видела как он уходил туда.       Гепард посмотрел в указанном направлении и зашагал широким шагом. Вскоре он заметил знакомую фигуру, стоящую у входа. Непроизвольно страж замедлил шаг, чувствуя, как сердце снова начинает биться быстрее, но теперь уже по совершенно другой причине. Дань Хэн стоял у входа, прислонившись плечом к колонне, и смотрел куда-то в сторону. — Дань Хэн! — Байлу радостно замахала рукой, едва не вывернувшись из рук Гепарда.       Юноша машинально прижал малышку крепче, чтобы не упала, и в этот момент видьядхара обернулся на голос. Гепард успел заметить, как на миг расслабилось чужое лицо, как дрогнули губы в тени улыбки, а в глазах мелькнуло что-то теплое. Но стоило Дань Хэну заметить, кто именно держит Байлу на руках, как эта тень улыбки стала чуть шире, а взгляд — мягче. — Байлу, — голос Дань Хэна прозвучал ровно, но в нем явственно слышались нотки облегчения и… нежности? Гепард не был уверен, — Я уже начал волноваться.       Он сделал несколько шагов навстречу и остановился в полуметре, переводя взгляд с девочки на Гепарда и обратно. — Ты ее нашел, — это был не вопрос, скорее констатация факта. И в этих простых словах капитану Среброгривой Стражи послышалась благодарность. — Она сама меня нашла, — честно признался Гепард, чувствуя себя немного неловко под этим внимательным взглядом, — Буквально. — Ага! — подтвердила Байлу, довольно кивая, — Я его вычислила по приметам! Светлые волосы, голубые глаза, форма стража. И он очень милый, когда краснеет! — Байлу, — слегка нахмурился Дань Хэн и протянул руки, и девочка охотно перебралась к нему, обвивая руками шею, — Ты обещала не убегать далеко. — Я и не убегала далеко! — возразила Байлу, но без особой уверенности, — Я гуляла недалеко. Просто немного увлеклась. И потом, я же не одна вернулась, а с Гепардом! Так что все хорошо.       Дань Хэн вздохнул с выражением "с этим ребенком невозможно спорить, погладил маленькую видьядхару по спинке и перевел взгляд на Гепарда. На миг повисла пауза — та особая тишина, когда двое смотрят друг на друга и понимают все без слов. Гепард почувствовал, как щеки снова начинает заливать румянцем, но на этот раз ему было всё равно. — Привет, — тихо сказал он. — Привет, — так же тихо ответил Дань Хэн. — Ой, да вы как маленькие! — фыркнула Байлу, переводя взгляд с одного на другого, — Стоите, смотрите друг на друга и молчите. Обняться слабо? — Байлу! — теперь уже оба сказали это одновременно и тут же смущенно отвели глаза.       Девочка только закатила глаза с таким видом, будто лично отвечала за благополучие этих двоих и текущее состояние ее категорически не устраивало. — Ладно, — смилостивилась она, слезая с рук архивиста, — Я не говорю чтоб целовались. Я подожду. Но недолго! Мы, между прочим, уже планы строили! Гепард обещал семейный ужин! — Семейный? — Дань Хэн удивленно поднял бровь, переводя взгляд на Гепарда. — Она… эм… — Капитан Сребогривой Стражи потер переносицу, пытаясь собраться с мыслями, — Она сказала, что ты ее брат. И что ну... меня приняла. И мы… ну… семья.       Повисла тишина. Байлу с интересом наблюдала за обоими, явно наслаждаясь произведенным эффектом. Дань Хэн покачал головой и улыбнулся еще более заметно. — Она тебе все рассказала? — спросил он наконец. — Не все, — вмешалась Байлу, — Про перерождения тоже. И про то, что мы технически один человек, но на самом деле нет. Ну, я сила исциления Дань Фэна, а ты разрушения. А еще его душа. Только... я так и не поняла, что я такое: статус и исциления у меня, а душа откуда? Ладно, потом спрошу. Я еще только сказала, что ты мой старший брат. Ну, типа того. Это же проще для понимания, да?       Гепард моргнул, пытаясь осмыслить этот поток информации. Технически один человек? В голове снова начало складываться то самое чудовищное уравнение, но теперь — в более спокойном ключе. Он посмотрел на Дань Хэна, ища подтверждения. — Это долгая история, — тихо сказал Дань Хэн, — И сложная.       Байлу обняла видьядхару, смотря снизу верх и уточнила: — Ну ты-то мне это все потом объяснишь?       Архивист с улыбкой поправил малышке капюшон и кивнул: — Потом. Это... не самое приятное, что можно узнать. — Ой, смотрите, снег пошел! — Байлу тут же переключила свое внимание и показала рукой на небо.       Оба подняли головы. Действительно, с серого неба начали падать крупные, пушистые снежинки, медленно кружась в морозном воздухе. Байлу завороженно вытянула руку, ловя их варежкой, и рассмеялась — звонко, по-детски счастливо. — Красиво! У нас на Лофу такого нет!       Гепард перевел взгляд с нее на Дань Хэна и замер. Безымянный смотрел на девочку с такой безграничной нежностью, что у капитана сдавило горло. А потом Дань Хэн словно почувствовал его взгляд, повернулся — и в его глазах была та же нежность, только теперь адресованная ему. — Гепард, — тихо сказал он, подойдя чуть ближе, — Спасибо. Правда. — За что? — голос Ландау прозвучал хрипловато. — За то, что принял ее. За то, что не испугался. За то, что… — он на мгновение отвел взгляд, — За то, что ты есть.       Байлу, наблюдавшая за этой сценой подбежала к двум юнлшам и тут же схватила их обоих за руки — Гепарда за левую, Дань Хэна за правую. — Так, — командным тоном заявила она, — Теперь вы оба идете со мной. Сначала мы идем за остальными — они там, внутри, уже все обсудили и, наверное, тоже волнуются, куда мы делись. Потом — к Гепарду домой. На ужин. Я хочу попробовать ту самую готовку, про которую Дань Хэн рассказывал! — Я не рассказывал, — попытался возразить темноволосый. — Рассказывал-рассказывал, — отмахнулась Байлу, — Не помнишь, что ли? Когда в архиве ты убирался, а я у тебя на кровати сидела и засыпала? Ты тогда еще говорил, что в Белобоге холодно, но у Гепарда дома всегда тепло, потому что он сам как солнце.       Гепард почувствовал, что краснеет снова. Дань Хэн, кажется, тоже — хотя на его бледном лице это было почти незаметно, только уши предательски порозовели. — Байлу, — начал он с нажимом. — Что Байлу? — девочка посмотрела на него с видом полнейшей невинности, — Я же правду говорю. Ты сам так говорил. А правду скрывать нельзя, это вредно для здоровья! А еще не пить после прогулки теплого!       Она дернула их за руки, призывая двигаться, и оба мужчины, переглянувшись, послушно шагнули следом. Гепард поймал взгляд Дань Хэна — виноватый, смущенный, но в то же время светлый. И улыбнулся, чувствуя, как отступают все сомнения и тревоги. — Твоя сестра — та еще заноза, — шепнул он, наклоняясь к уху Дань Хэна. — Ты даже не представляешь, — так же тихо ответил тот, но в голосе звучала гордость.       Они вошли в здание, и Байлу тут же отпустила их, побежав в кабинет Верховной Хранительницы. Гепард и Дань Хжн остались стоять у дверей — мешать разговорам совсем не хотели. — Знаешь, — тихо сказал Гепард, — Я когда впервые ее увидел… я подумал… — он тихо замялся. — Что? — Дань Хэн повернул голову, вглядываясь в его лицо. — Я подумал, что она наша дочь, — признался Гепард шепотом, чувствуя, как краснеют уши. — Ты же упоминал, что видьядхары разможаются по-иному.       Дань Хэн замер на мгновение, а потом рассмеялся — тихо, сдавленно, но искренне. Этот смех был таким редким и таким драгоценным, что Гепард заслушался. — Ты серьезно? — спросил видьядхара, отсмеявшись, — Ну... если уж тебе так интересно, то... Мое предыдущее воплощение занималось тем, что бы вернуть возможность видьядхарам увеличивать численность. Не знаю точно как он это хотел реализовать, но... Получилось так, что вместо этого он смог вернуть свою погибшую подругу, кажется, ее звали Бай Хэн, с того света, но... не совсем так как хотелось бы. Потом... Потом после его казни появился я, а затем и Байлу... И... она, к счастью, не знает что и у нее была прошлая жизнь.       Гепард слушал, и с каждым словом история обретала для него новые очертания. Трагическая, запутанная, полная боли и потерь — и в то же время в ней было место для чуда. Для маленького чуда, которое сейчас носилось где-то в кабинете Брони, наверняка задавая Верховной Хранительнице тысячу вопросов. — Значит, — медленно проговорил Гепард, когда Дань Хэн замолчал, — она не просто твоя сестра в переносном смысле. Она — часть того, кем ты был. Часть вашей общей истории. — Вроде того, — Дань Хэн опустил взгляд, рассматривая носки своих сапог, — Только она — чистое исцеление, без груза прошлого. А я... я несу в себе и то, и другое. И ответственность за то, что случилось тогда. — Ты не несешь ответственности за грехи прошлого воплощения, — твердо сказал Гепард, мягко касаясь чужого плеча, — Ты — это ты. Дань Хэн. Тот, кто путешествует на Звездном Экспрессе. Тот, кто... — он запнулся, но все же договорил, — кто дорог мне.       Дань Хэн поднял глаза. В них плескалась такая глубина чувств, что у Гепарда перехватило дыхание. Видьядхаоа шагнул чуть ближе к стражу и приобнял.       И тут дверь распахнулась, и в коридор вылетела Байлу. — Все! — объявила она тоном, не терпящим возражений, — Я всех предупредила! Броня сказала, что рада за нас, остальные сказали что не потеряют и... Ой, Дань Хэн, с тобой точно все в порядке? У тебя уши красные. — Все в порядке, — сквозь зубы процедил видьядхара, дела шаг от Ландау. — Вот и отлично! — Байлу подбежала и снова схватила обоих за руки, — А теперь — марш к Гепарду! Я замерзла, хочу пить чай и есть ту самую еду, которую ты хвалил! Дань Хэн, не отставай!       И прежде чем кто-либо успел возразить, она потащила обоих к выходу, цокая маленькими сапожками по каменному полу.       Улица встретила их ледяным дыханием и кружащимся снегопадом. Байлу радостно взвизгнула, когда особо крупная снежинка упала на нос, и попыталась поймать языком еще несколько. Гепард, заметив, что капюшон девочки слетел, а шарф размотался, ловко поймал маленькую видьядхару свободной рукой и принялся поправлять одежду. — Сейчас не до снега, — проворчал он, но в голосе не было строгости, — Замерзнешь. На вот, — он отстегнул свой плащ и укутал Байлу краем своего плаща.       Малышка замерла на мгновение, а потом уткнулась носом в теплую ткань и довольно зажмурилась. — Ты как печка, — объявила она. — Дань Хэн, иди сюда, под плащ! Вместе теплее будет! — Я... — начал было Дань Хэн, но Байлу уже тянула его за рукав, заставляя придвинуться ближе и накрывая обоих юношей.       Несколько минут они стояли втроем под одним плащом — капитан Среброгривой Стражи, Безымянный с Экспресса и маленькая видьядхара, которая даже в самой серьезной ситуации умудрялась найти повод для радости. Снег падал на их плечи, на капюшон Байлу, на ресницы Дань Хэна, и Гепард поймал себя на мысли, что хочет, чтобы этот момент длился вечно. — Ну что встали? — Байлу дернула их за руки, выводя из оцепенения, — Показывай дорогу, Командир! А то мы с Дань Хэном тут околеем совсем, а у меня еще столько планов на этот вечер! Нам не нужны замерзшие ящирки!       Она зашагала вперед, таща обоих мужчин за собой, и Гепард с Дань Хэном, переглянувшись поверх ее головы, послушно двинулись следом. — Твоя сестра, — шепнул Гепард, — когда-нибудь завоюет весь Белобог. — Весь Белобог? — усмехнулся Дань Хэн в ответ. — Скорее уж всю вселенную. Она явно страшнее Хук. — Слышу! — донеслось спереди, — И не спорю! А теперь — молчать и топать быстрее! Я чаю хочу!       И они ускорили шаг, оставляя за спиной административное здание, удивленные взгляды прохожих и кружащийся снег, который медленно укрывал Белобог белым, пушистым одеялом. Впереди был теплый дом, горячий чай и тот самый семейный ужин, о котором Байлу говорила с такой уверенностью, будто он уже давно был решенным делом.       А может, так оно и было.