Любовь плавит лед

2 ноября 2024 20:50 Мы вернулись в Рестон после канадского Гранд-при. Мы в самолете мы с Ильей уснули друг на друге, Роман Александрович запечатлил эту картину и поставил себе на обои. В аэропорту нас встретила Татьяна Валерьевна и повезла домой к Скорняковым-Малининым, и хоть я просила отвезти меня до съемной квартиры, никто меня не послушал. Я впервые оказалась у них дома. Тут так тепло, даже не сравнимо с моей студией в серых тонах. С ними живут две кошечки, но главным открытием для меня стала Лиза. Лиза младшая сестра Ильи, очень умная, ей всего девять. Малинин говорит, что она станет моей наследницей в фигурном катании. – Ура! Вы вернулись!, – воскликнула Лиза и побежала обнимать брата, – Пока вы были в Канаде, я научилась прыгать двойной аксель. – Врешь!, – хмурит брови Илья. – Не вру!, – девочка переводит взгляд на маму, – Мам, скажи ему! – Она пыталась, – Татьяна Валерьевна сделала выдох и посмотрела наверх. – У тебя все впереди, – говорю я, обращаясь к Лизе. До этого момента мы не были с ней знакомы. Она иногда приходила на лед к родителям, но мне не удавалось с ней пообщаться. – Ты Даша?, – обращается она ко мне. Я киваю. – Илья много говорил о тебе, – воскликнула Лиза и я заметила недовольный взгляд ее брата. – И что же он говорил?, – интересуюсь я. – Ничего я не говорил, – мямлит Илья. – Говорил!, – кричит Лиза. – Так!, – доносится голос Татьяны Валерьевны из кухни, – Пошлите кушать! Татьяна Валерьевна запекла нам курицу с картошкой. На самом деле, в обычный день я бы такое не съела, ведь калории очень важны для фигуристов, но мне не хотелось обижать хозяйку дома, поэтому я попросила наложить мне маленькую порцию, которая была даже меньше порции Лизы. Такой приятной семейной атмосферы я не испытывала давно. Все кушают вместе, передают друг другу еду, желают приятного аппетита. Смотря на это все, я очень скучаю по родителям. Последний раз я виделась с ними на Новый год, и, наверное, теперь увижу их тоже на Новый год. – Наверное, мне пора, – говорю и я смотрю на время. 22:09. Завтра тренировка в семь утра, а нужно еще принять душ и поспать. – Может останешься?, – предложила Татьяна, – Можем отдать тебе комнату Ильи, а завтра вместе поедем на каток. – Мне бы не хотелось вновь забирать кровать у Ильи, – говорю я и замечаю, как Илья кранеет. Татьяна смотрит взглядом “Что я пропустила?”. – Они в Канаде жили в одном номере, – вмешивает Роман Александрович. – Так было удобнее, – говорит Илья. Родители одновременно кивают. – Оставайся, Даша, – говорит Лиза, – Я могу спать с тобой, если тебе будет страшно. – Заманчивое предложение, – отвечаю ей и улыбаюсь. После ужина Илья решил показать мне свою комнату. Она была будто из американских сериалов про подростков, везде постеры, флаг США, но отличало ее большое количество медалей, висевших на стене. – Маловато, – делает замечание Илья, смотря на медали. – Через полтора года здесь будет висеть олимпийская медаль. – Мы этого не знаем. – Я знаю. Илья улыбается. – Чем займемся?, – спрашивает он у меня. – Может просто поспим? – Можем и поспать, – соглашается он, – В самолете было неудобно спать. – Я запомню, что на мне неудобно спать. – А тебе было удобно спать на мне? – Удобно. В воздухе повисло неловкое молчание. – Ну, наверное, я пойду на диван. – Хорошо, – соглашаюсь я и падаю на кровать Ильи. 3 ноября 2024 12:00 Ночь в доме Илья прошла хорошо, утро тоже. Татьяна Валерьевна накормила нас кашей и повезла Лизу в школу, а мы с Ильей и Романом Александровичем отправились на лед. Сначала зал, потом лед. Сегодня начинаю восстанавливать пятый четверной прыжок – риттбергер. Следующим шагом будет аксель. – Даш, ну что с руками сегодня?, – кричит Роман Александрович, – Соберись! У нас еще Финал Гранд-при. Киваю тренеру. Набираю скорость и захожу на прыжок еще раз. Приземляю. – Отлично, – говорит Роман, – Заявляем пятиквадку на Финал. – Вы думаете, я смогу? – Ты сможешь все шесть, но чуть позже, – успокаивает тренер и переключается на Илью, – Илья, заканчивай баловаться!, – оборачиваюсь и вижу, как он прыгает очередное сальто, – Тебе бы не мешала тоже риттбергер попрыгать. – Попрыгаю, – кричит он и делает еще одно сальто. – Господи дай мне сил, – произносит Роман Александрович. 4 ноября 2024 18:50. – Что делаешь вечером?, – спросил у меня Илья как только я вышла из раздевалки после тренировки. – Наверное, сплю дома… – Неправильный ответ!, – говорит Илья, – Ты идешь со мной в кино, – улыбается он. – Какой фильм?, – интересуюсь я. – Еще не знаю, – ухмыляется Илья, – Я только что это придумал. – Может лучше посмотрим кино у меня дома?, – предлагаю я, – Я очень устала после тренировки. – На самом деле, я только за. Мы приехали домой включили “Интерстеллар” и уснули на диване. Вместе. 14 ноября 9:30 – Илья!, – кричит с бортика Роман Александрович, – Скорость! Смотрю как он прыгает четверной аксель. Завораживает. – Попробуй, – говорит тренер, видя мои восторженные глаза. – Можно?, – уточняю я. – Илья, сюда!, – подзывает его Роман Александрович, – Разгони ее. – Не слишком ли рискованно?, – уточняет Илья. – Без падений не бывает взлетов, – говорит тренер. Илья кивает и поворачивается ко мне. Ему уже не нужно говорить мне: “Догони”, мы все понимаем без слов. Набираем скорость. – Давай, – кричит Роман Александрович и я прыгаю. Падение. Ударилась коленом об лед, не смертельно, но все-таки больно. – Больно?, – Илья подъезжает ко мне. – Жить буду, – помогает он мне, а Роман Александрович делает записки на планшете. – Для первого раза нормально, – поднимает глаза на нас, – Не докрутила немного просто, – рассуждает и смотрит вновь в планшет, – Отдыхайте, – командует тренер. Захожу в раздевалку и тут же мне приходит уведомление. Илья: Сегодня в 00:00 на льду. Отказы не принимаются. Я: Если в 00:00, то это уже завтра) Иля: Буду ждать. Завтра нет тренировки, потому что все тренера уезжают на соревнования с юниорами, а мы с Ильей остаемся одни на два дня. Переодеваюсь, оставляю сумку с коньками в раздевалке, ведь ночью вернусь сюда, и направляюсь домой. По пути домой думаю об акселе. Я точно хочу исполнить его в Милане, но, что, если не получится? Тогда это сломает меня. Опять. Но теперь рядом есть Илья. Теперь я не одна в России. 15 ноября 00:02. – Ты опоздала, – говорит Илья, показывая мне экран телефона. – Зачем мы тут?, – спрашиваю у него и смотрю на лед. – Будем прыгать четверной аксель. – Ты ведь несерьезно, – смотрю ему в глаза. – Абсолютно серьезно. Илья одет в черный тренировочный костюм. Ему идет черный. Всем блондинам идет черный. Поэтому я тоже в черном. – Догони, – командует он и убегает от меня на противоположную сторону бортика, – Прыгай! Падение. Он помогает встать. – Еще раз?, – говорит и я киваю. Опять разгоняемся, захожу и не докручиваю. Опять падение. Третья попытка – падение. Еще три попытки закончились тем же самым. – Я больше не могу, – говорю я, – Я уже стара для этого. – У нас разница два месяца, Даша!, – кричит Илья, – Давай еще попробуем? – Срок годности у меня уже подходит к концу, мне девятнадцать, Илья, – говорю и понимаю, что это правда. Если я была в России, то меня бы уже год как списали бы на шоу. Такова судьба многих фигуристок. Практически никто не катает больше трех сезонов. – Может мне пора заканчивать, – рассуждаю вслух. Этот спорт принес мне травм больше, чем у пожилых людей в конце жизни. Медали, которые я получаю, не вернут мне здоровье. – Из-за акселя?, – подъезжает Илья. – Я с четырех лет на коньках, Илья. Пятнадцать лет я отдала этому. – Ты хочешь так просто уйти? Уйти, не доехав до Милана, возможно, это лучшая идея, зато я останусь здоровая и живая. – Ты столько всего сделала для этого спорта! – Вот именно, Илья, ты говоришь о моих достижениях в прошедшем времени. – Ты сейчас серьезно думаешь над уходом?, – спрашивает он, поняв, что мои мысли реальны. – Скажи хоть одну причину, почему я должна остаться. – Потому что это твое призвание, – говорит Илья, – Быть тут. Смеюсь. – А у тебя какое призвание? – Быть рядом. Неловкое молчание. – Давай еще раз попробуем, – говорит Илья. – Ладно, – соглашаюсь с ним и набираю скорость. Седьмая попытка. Получилось. Приземлила. Я радуюсь как ребенок, выигравший игрушку в автомате. Илья смотрит на меня самым безумным взглядом. Я подъезжаю к нему и прыгаю от радости. – Ты видел?, – кричу я ему – Видел!, – улыбается он. И я делаю самый безумный шаг в своей жизни. Я целую его. И он отвечает мне. Мы на льду в час ночи, стоим и просто целуемся, ощущение, что лед под нами просто плавится. Я отстраняюсь. – Прости, – говорю я Илье. Это было слишком. Мы ведь друзья. – Ничего страшного…, – говорит Илья, – Просто взаимный выброс энергии.