A pateint

Ночь. Парень стоит на кладбище напротив могилы. Он оглядывается по сторонам и не замечает никого и ничего кроме этой могилы. Откуда-то слышится крики ворон, он подходит ближе к могиле и видит там… Портрет своей матери… Сглотнув, он открывает рот от шока. Он чувствует, как его кто-то похлопал по плечу. Он резко оборачивается, видит ещё одну могилу. Подходит ближе, дотрагивается до холодного камня рукой, вытирает пыль с фотографии и видит уже себя. — Сынок.. — слышится где-то справа Парень поворачивает голову туда, откуда исходил звук. Он видит никого иного, как свою мать. Она стоит в белой ночнушке, которая была вся в крови, с растрепанными волосами. На её лице появляется неестественная улыбка, мальчик пятится назад, спотыкается и падает. Быстро встаёт, пытется бежать в неизведанном направлении, что получается очень плохо.  Знаете это чувство, когда во сне стараешься бежать как можно быстрее, но получается так, будто ты в слоумо? То же самое произошло и здесь. Шастун бежит очень медленно, бежит пока не проваливается в яму. Он переворачивается на спину и видит как его кто-то закапывает. Шастун пытается кричать, но ничего не выходит. Он просто открывает рот, напрягая связки, но из него не выходит ни звука. Парень подрывается на своей кровати в холодном поту. Отдышавшись, он выходит из палаты, видит спящего охранника за столом и санитара на банкетке. Он подходит ближе к часам, чтобы посмотреть на время. 04:50 Проснувшийся санитар тут же протирает глаза и непонимающе смотрит на парня — Шастун? Ты чё подорвался!?! — приподнимаясь на локти, прошептал санитар, вопросительно посмотрев на парня — Я.. Можно в туалет? — так же шёпотом спрашивает Антон — Туалет открыт, иди. Дверь не закрывай только — санитар окончательно сел на банкетку, не собираясь смотреть на парня В туалете свет был включён, парень прошел к унитазу, шлёпая тапками. Он справил нужду, после чего вспомнил о тайнике Серёжи. Он включил холодную воду, быстро приподняв плитку под раковиной, сделал пару тяг и бесшумно положил одноразку обратно. Никотин дал в голову, от чего парень еще секунды две посидел на корточках. Поднявшись, Антон наскоро умылся холодной водой, и, опираясь на раковину выключил воду. Он вышел из туалета, идя навстречу санитару, который уже подорвался смотреть чем там Шастун занимается столь долгое время — Бегом в палату — процедил шёпотом мужчина и вернулся на свою банкетку Антон зашел в палату, снял тапочки и сел «по-турецки» на кровать. Он взял полотенце, вытирая лицо и с усилием нажимая на глаза, до звёздочек при их открытии. Немного посидев, тот понял, что не уснёт до подъёма. Парниша лёг на спину, подложив под голову руки, и уставился в потолок. Ребята что-то говорили про утренний обход врачей, на котором психиатры задают вопросы о самочувствии. интересно, что скажет Арсений по поводу его выходки? Интересно, какие таблетки он пьёт? Интересно, когда его выпишут и насколько его продлили?  Антон провёл в раздумьях до самого подъёма. Кто-то тоже встал раньше и они с Шастуном тихо болтали. Свет в палате включился — Пацаны, подъём! Туалет открыт, идите делайте чё вам надо. Так, Шастун, стоять.. На, держи банку, тебе нужно будет сдать анализы: мочу сдаёшь сейчас, кал в течение трёх дней. Советую постараться, иначе будет клизма.. — мужчина вручил парню стеклянную баночку, а вторую такую же, но с ватными палочками внутри поставил возле туалета. На обеих была бумажка с надписью «Шастун А.», выведенная красивым почерком и приклеенная на скотч. Шастун занёс в туалет баночку и подложку с зубной щёткой и пастой. Там была одна раковина, поэтому опять же выстроилась очередь. Сейчас парень был первым. Он уже справил нужду в баночку и чистит зубы, в то время как санитар пристально следит за утренней рутиной подростка. Выйдя из туалета, тот положил своё добро к пустой банке, после чего поздоровался с Серёжей, который еле как продрал глаза и с Димой, который уже стоял в очереди Парень зашёл в палату и вытер лицо с руками вафельным полотенцем, которое ему великодушно вручили санитарки. Он вышел из палаты и сел на банкетку, в ожидании друзей. По телевизору шло муз ТВ чуть ли не на всю громкость, чтобы парни быстрее проснулись. Взгляд упал на смешно танцующего Серёжу, который уже успел встать в очередь и Антон улыбнулся, хихикнув себе под нос — Заебали уже эти одни и те же песни на муз тв.. — выразил своё недовольство Дима, покосясь на Матвиенко — Не ну а че тебе не нравится? Тут, там, тут или там.. — напел Серж, не прекращая свои нелепые судороги под песню Сергея Лазарева. Дима в ответ на это лишь закатил глаза и, дождавшись наконец своей очереди, ушёл умываться Подростки уже втроём сидели на банкетке, часы показывали 7:10, по телевизору всё ещё шло муз ТВ, но уже не на полной громкости — Бля, вот самое поганое время в этой больнице – это утро. До планерки ещё час, до завтрака полтара… И нихуя делать нельзя! Ручки нельзя, карандаши нельзя, сиди читай или пазлы, вон, собирай.. — Серёжа сделал паузу. — надеюсь сегодня на смене батя будет, а то меня меня этот Колян задрал уже.. — парень поёжился и сложил руки на груди, параллельно подпинывая банкетку напротив — Че за батя? Санитар? — Шастун вопросительно поднял бровь — Да Денис Юрьевич это, его все батей называют — пояснил Димас — Че за бред, почему батя? — всё ещё не понимающе отрезал Антон — Ну потому что он такой — парень в очках показал размеры, разводя руки в боки от туловища — ну батя прям вылитый — Дима и Серёжа засмеялись, на что Антон поматал головой и закатил глаза, после уже и засмеявшись за компанию

***

Антон собирал пазлы. Весь сегодняшний день он решил посвятить этому пазлу с таинственным замком, на 1000 деталей. Парень очень надеялся, что в этом пазле хватает всех частей, на фоне других он выглядел относительно новым, так что, скорее всего, с количеством деталей всё было отлично. Парень, отвлекаясь посмотрел на часы, что показывали 8:20. Планёрка закончилась, санитары закрыли смену. Сегодня на смене стоял тот самый батя, как и хотел Матвиенко. Кстати, тот сидел рядом и помогал. Он послушно отбирал из пазла краешки, как велели ему Дима и Антон, а последние два собирали пазл, начиная с этих самых краешек. Втроём парни вели непринуждённую беседу. Как оказалось, Дима здесь лежит далеко не первый раз, а четвёртый. Серёжа здесь лежит дольше всех, 34 дня, и неизвестно когда его будут выписывать — Сегодня, кстати, обход.. У вас кто лечащие врачи? — неожиданно вспомнил про событие Антон, после чего задал вопрос остальным двоим — О, у меня Павел Алексеевич. Хороший мужик вроде, по слухам он там мутки мутит с психологом одним… Или психологиней.. Хер его знает короче — Серёжа ответил на вопрос Антона, затем поделился сплетней и перевёл взгляд на Диму — Меня тоже он лечит. Вообще, он уже второй раз за меня берётся, этот психиатр вроде больше двух месяцев не держит, насколько мне известно.. — отвечает следом Дима, параллельно подбирая подходящие друг к другу частички пазла — ну а тебя кто? — Пиздец, чё я как изгой. Меня зав лечит, Арсений Сергеевич.. — Антон прибрал непослушные волосы, которые лезли в глаза — Уу.. Он долго держит, но говорят лечение подбирает тщательно и хорошее. Вроде как, из его пациентов сюда никто не возвращался — Дима прервался от собирания пазла и посмотрел Антону в глаза Парень же ничего не ответил и перевёл тему. Они разговаривали ещё минут пять, пока не настало время завтрака — Пацаны, в столовую заходим, руки обрабатываем — санитар, которого остальные прозвали батей открыл дверь и подозвал к себе парней На завтрак давали манную кашу. Шастун ее ненавидел, и, наверное, если бы ему дали выбор между рисовой и манной он бы выбрал рисовую.  Он осмотрел помещение, в котором сидел. Четыре стола: два из них для мальчиков, остальные два — для девочек. Парень сидел за одним столом с Димкой и Серёжей и ещё с пятью пацанами. Вроде они были вменяемыми, но Шастун до сих пор с ними не был знаком. За соседним столом сидел тот самый мальчик, который изнасиловал маленькую девочку. По соседству с ним сидел рыжий, с ними же сидел мальчик с дцп и остальные парни, которые вроде как были нормальными Парень нехотя помешал содержимое тарелки, когда услышал угрозы от медсестёр что кого-то там будут кормить через трубку. Чтож, мотивации позавтракать стало больше Детям так же давали бутерброд с маслом, Шастуновский уже доедал Серёжа. Хлеб тут резали очень толстыми кусками, ну не сожрет парень такой кусище… В столовую зашли врачи. Как ему рассказывали, они иногда приходят посмотреть на детей во время приема пищи. Антон продолжал помешивать антигравитационную кашу с комками, надеясь, что содержимое тарелки рассосётся само по себе. Арсений Сергеевич как всегда. С какими-то бумагами, в идеально выглаженном белом халате, с часами на руках и в нелепых тапочках. Он стоял левее от входа и внимательно присматривался к почти каждому из пациентов. Его взгляд упал на Шастуна. Он до сих пор сидел с полной тарелкой, хотя от завтрака прошло уже минут 7 и многие успели выйти из помещения. — Шастун, в чём дело? Чего не ешь? — зав отделением подошёл к мальчишке, смотря на того сверху вниз. Антон ничего не ответил и отпил немного чая с сахаром, который он, так же как и манку, терпеть не мог. — Тебя с ложечки кормить? Мало того, что я тебя продлеваю, так мне ещё и отказ от еды записывать? — мужчина вопросительно поднял бровь, продолжая прожигать дырку в парне своим взглядом. Наконец, когда тот съел половину от порции, Сергеевич ушёл из столовой, а остальные врачи пошли вслед за ним, от чего Шастун неосознанно выдохнул. Ещё ему не хватало чтобы его психиатры с ложечки тут кормили… Парни сидели за той же партой и продолжали собирать пазл, параллельно о чём-то болтая. Время подошло к обходу, и в противоположной стороне компания врачей опрашивала какого-то парня. Психиатры шли по порядку и до нашей компашки им было ещё далеко. Спустя какое-то время края пазла были успешно собраны. Слава богу, этой парты хватило на пазл из 1000 деталей. Теперь Серёжа сортировал пазлы по цветам, остальные двое собирали эти детальки. Они не заметили, как к ним подошло трое врачей, одним из которых был "любимый" лечащий Антона. Павел Алексеевич уже принялся расспрашивать Диму о его самочувствии, жалобах, изменениях и так далее. Остальные двое смотрели за парнями, чем они занимаются, общаются ли, или просто помогают друг другу.  Антон чуть прервался от неподходящих деталек и принялся рассматривать бейджики врачей. Вообще, он не так представлял себе обход. Думал, что тут будет просто толпа людей в белых халатах, которые будут в разнобой спрашивать всех пациентов, а их всего трое и они внимательно слушают каждого по очереди. Кстати о бейджиках, если первые два Антону были знакомы по рассказам Димки и Серёжи, то третьего он впервые увидел, кажется, его даже не было в ординаторской на первом допросе Антона. Он прочитал надпись на бейджике. «Шеминов Станислав Владимирович», а ниже «Врач-психиатр» Тем временем, Павел Алексеевич уже успел опросить этих двоих и слово перешло заведующему… — Антон, доброе утро ещё раз. Ну что, успел уже подружиться с соседями? — Арсений Сергеевич сложил руки на груди, в одной его руке был блокнот, а другая рука крутила синюю ручку. — Да, вот с Димкой и Серёжкой познакомился… Ну и с Женей Чебатковым, но это определенно не лучший мой опыт в знакомствах. — Шастун ответил на вопрос, рассматривая кроксы с джибитсами. Он не мог смотреть в глаза врачу, особенно после вчерашнего — М-да уж, наслышан. Опережая вопросы про продление, говорю сразу: над продлением я ещё думаю, на счет Чебаткова будет решать Станислав Владимирович, а на следующей планерке, то есть завтра, мы уже окончательно скажем всем рабочим ответ. Если я дам тебе шанс, пообещай, что больше такого не повторится. — Обещаю.. — как-то промямлил Антон, не решаясь поднять взгляд — Ну-с, по поводу таблеток.. — психиатр открыл блокнот — ты пьешь «Миртазапин», с завтрашнего дня у тебя будет еженедельный контроль анализа крови. Как по самочувствию? Есть какие то изменения, жалобы? — во время диалога Арс жестикулировал рукой, в которой держал ручку, а по окончанию своей речи приготовился что-то писать в блокноте, не уводя взгляд от парня — Да нет.. Только если сон. Спал то я ночью хорошо, особенно после аминазина, но приснился мне пи.. — парень бросил короткий взгляд на лицо Арсения, который уже поднял одну бровь и открыл рот, затем на друзей, которые распахнули глаза — ээ, пижонит!!! Да, из него была сделана могильная плита, кажется… ну это минерал такой типо, поняли? В общем.. — кое-как выкрутившись из положения, далее Антон рассказал про свой сон — Мгм… Так, ну, кошмары — это частое явление у подростков, которые пьют антидепрессанты.  дело в том, что твой мозг и так перестраивается, ну гормоны там, рост нейронных связей. А антидепрессант как бы добавляет масла в огонь. Значит на ночь пока не буду назначать тебе этот препарат.. — Сергеевич коротко объяснил причину кошмара, после чего записал жалобу Антона с пометкой «миртазапин на ночь НЕ НАЗНАЧАТЬ» — Спасибо, Арсений Сергеевич.. — подросток наконец осмелился посмотреть в лицо врачу. Он начал рассматривать его очертания: скулы, о которых так мечтал парень в начале похудения; голубые глаза, от которых не хотелось отрывать взгляд; лёгкую щетину, которая придавала коже фактуры. — Так, могу я тебя попросить встать? — психиатр закончил писать, и закрыв блокнот одной рукой, бросил его в карман, в который следом попала и ручка. Антон выполнил просьбу врача и медленно, с недоверием встал — Шастун, расслабься. — Арсений взял одной рукой запястье парня, другой его кисть. Он заставил Антона двигать кистью: сначала ваерх-вниз, затем круговыми движениями. Те же манипуляции тот проделал и с другой рукой — Так, ну ты почти не скован. Это очень даже хорошо. Больше вопросов ко мне нет? — Попов убрал руки от пациента, после чего чуть задрал подбородок — Нет. — послушно ответил Шастун.