Ободок короля времени

Ночь опустилась на Академию Крестового Ангела тихо и незаметно, как опытный вор. Луна спряталась за тучи, и только редкие фонари разгоняли тьму около главных зданий. В башне Мефисто Фелеса горел свет — заместитель директора не спал, хотя стрелки часов давно перевалили за полночь. Он сидел в своём кресле перед огромным монитором, на котором была запущена какая-то игра, но джойстик лежал на столе нетронутым. Рядом остывал бокал с шампанским, в котором одиноко плавала палочка печенья покки. Мефисто смотрел в пустоту и видел перед собой только одно лицо. Акира. Она являлась ему везде. В отражении тёмного монитора, в бликах на стекле, в танцующих тенях от свечей. Её дерзкая улыбка, её насмешливый взгляд, её проклятое «ня», которое теперь звучало в его голове на повторе, сводя с ума. — Это просто игра, — сказал он вслух пустой комнате. — Я играю, она играет. Никаких чувств. Никакой одержимости. Хвост за его спиной нервно дёрнулся, выдавая ложь. Он встал, прошёлся по кабинету, остановился у окна. Внизу, в женском общежитии, горело всего несколько окон. Одно из них — её. Мефисто знал это точно. Он чувствовал её присутствие, как чувствуют приближение грозы — каждой клеткой, каждым нервом. — Тачибана Акира, — прошептал он. — Что ты со мной делаешь? Ответа не было. Только тишина и мерцание звёзд. Мефисто вернулся в кресло, откинул голову на спинку и закрыл глаза. Сон пришёл неожиданно, как всегда приходит к тем, кто слишком долго боролся с ним. --- Он стоял в своём кабинете. Тот же стол, те же часы, те же банки с формалином. Но что-то было не так. Воздух дрожал, как в жаркий день, и пахло не серой, а чем-то сладким, дурманящим — её запахом. — Мефисто. Голос раздался из-за спины. Он обернулся. Она стояла в дверях. Акира. Но не та Акира, которую он видел днём. Эта была другой. Волосы распущены и струятся по плечам тёмным шёлком. Глаза горят не карим, а алым — цветом пробуждающейся демонической крови. На ней нет формы — только кружево. Чёрное, полупрозрачное, обрамляющее тело так, что у Мефисто перехватило дыхание. Чулки с подвязками, туфли на высоких каблуках. А на голове — те самые кошачьи ушки. Пушистые, рыжевато-серые, чуть подрагивающие. — Ты долго, — сказала она, и в её голосе звучала знакомая насмешка. — Я заждалась. — Акира... — выдохнул он. Она двинулась к нему. Медленно, покачивая бёдрами, как кошка, которая играет с добычей прежде чем съесть. Ушки на её голове подрагивали в такт шагам. Глаза горели алым огнём. — Что, клоун, — прошептала она, остановившись в шаге от него. — Не ожидал? Она подняла руку и коснулась его груди. Пальцы были горячими, обжигающими даже сквозь ткань рубашки. — Ты думал, я не знаю? — продолжала она. — Думал, не чувствую, как ты на меня смотришь? Как следишь за мной по ночам? Как хвост дёргается, когда я рядом? — Акира... — повторил он, но это было всё, на что он был способен. Она усмехнулась — той самой дерзкой усмешкой, от которой у него подкашивались колени. — Глупый демон, — прошептала она и вдруг прижалась к нему всем телом. Она была горячей, мягкой, желанной. Её руки обвили его шею, пальцы зарылись в волосы. Она привстала на цыпочки, приблизив губы к его уху. — Ня, — выдохнула она. — Скучал? Мир взорвался. Мефисто схватил её за талию, прижимая к себе так сильно, что она охнула — но не от боли, от удовольствия. Он впился в её губы поцелуем — жадным, голодным, тысячу лет сдерживаемым. Она отвечала с той же страстью, кусала его губы, царапала спину, прижималась так, что между ними не осталось ни миллиметра. — Наконец-то, — шептала она между поцелуями. — Наконец-то ты перестал притворяться. — Акира... Акира... — повторял он, как мантру, как молитву. Он подхватил её на руки и опустил на стол, сметая бумаги, книги, фигурки. Ей было плевать. Она смотрела на него снизу вверх, и в её алых глазах горело то же пламя, что пожирало его изнутри. — Ну же, клоун, — прошептала она, разводя ноги в стороны. — Покажи, на что способен Король Времени. Или только подглядывать умеешь? Это было последней каплей. Он навис над ней, входя резко, без подготовки. Она вскрикнула — но не от боли. От наслаждения. Её ноги обвили его талию, притягивая ближе. Её руки царапали спину, оставляя красные полосы. Её губы кусали его шею, плечи, грудь. — Да... — стонала она. — Да... вот так... ты мой... мой клоун... — Твоя, — рычал он в ответ. — Ты моя. Навсегда. Они двигались в бешеном ритме, не думая ни о чём, кроме друг друга. Стол ходил ходуном, часы на стенах сошли с ума и показывали совершенно разное время, но им было всё равно. Был только он и она. Демон и полудемон. Хищник и хищница. Две половинки одного целого, наконец соединившиеся. — Мефисто... — выдохнула она, когда волна экстаза накрыла их обоих. — Мефисто... я... Он не дал ей договорить. Он целовал её, гладил, прижимал к себе, боясь, что она исчезнет. — Я люблю тебя, — прошептал он. — Люблю. Она улыбнулась — не насмешливо, а нежно, почти по-детски. — Знаю, клоун. Я тоже тебя. Он наклонился, чтобы поцеловать её снова... --- ...И проснулся. Мефисто распахнул глаза. Сердце колотилось как бешеное, дыхание сбилось, тело горело огнём. Он сидел в своём кресле, в своём кабинете, один. Часы показывали три ночи. За окном было темно. И никого. — Чёрт, — выдохнул он, проводя рукой по лицу. — Чёрт, чёрт, чёрт. Он встал, едва не упав — ноги дрожали. Прошёлся по кабинету, пытаясь успокоиться. Хвост вывалился наружу и нервно дёргался, выдавая состояние. — Это просто сон, — сказал он себе. — Просто сон. Гормоны. Тело носителя. Ничего личного. Но он знал, что врёт. Это было не «просто». Это было всё. Он посмотрел в окно. В комнате Акиры горел свет. Она не спала. Почему? Что она делала? — Не смей, — приказал он себе. — Не смей идти туда. Но ноги уже несли его к выходу. --- Акира не могла уснуть. Она сидела на подоконнике в своей комнате, обхватив колени руками, и смотрела на луну, которая наконец выглянула из-за туч. Сон не шёл. Мысли крутились вокруг одного — вокруг него. Мефисто. Клоуна. Демона. Человека? Нет, не человека. Но кого-то очень важного. — Ты влипла, — прошептала она. — По уши. — С кем это ты разговариваешь? Она вздрогнула и обернулась. На балконе стоял Мефисто. Растрёпанный, без цилиндра, в расстёгнутой рубашке. Глаза горели зелёным огнём, хвост нервно подрагивал. — Доктор Фелес? — удивилась Акира. — Вы чего не спите? — А вы? — парировал он, заходя в комнату. — Три ночи, Тачибана-сан. Нехорошо. — Не спится, — пожала плечами она. — Мысли одолевают. — Какие мысли? Акира посмотрела на него внимательно. Он был каким-то... другим. Не таким, как всегда. Более живым, что ли. Более настоящим. — О вас, — честно призналась она. — Думаю, во что я ввязалась. Мефисто замер. — И к какому выводу пришли? — К тому, что влипла, — усмехнулась Акира. — По уши. Но почему-то не жалею. Он смотрел на неё долго, не отрываясь. В его глазах бушевала буря — желание, нежность, страх, надежда. — Мне приснился сон, — вдруг сказал он. — О вас. — Обо мне? — Акира приподняла бровь. — И что за сон? Небось, я там в кошачьих ушках и соблазняю вас? Мефисто поперхнулся. — Откуда... откуда вы знаете? — Шучу, — фыркнула Акира. — Но, судя по вашему лицу, попала в точку. Ну надо же, доктор Фелес, а вы, оказывается, извращенец. — Я не... — начал он, но она перебила. — Да ладно, я тоже извращенка. Мне в последнее время тоже кое-кто снится. В клоунском наряде. И без. Всякое бывает. Мефисто смотрел на неё и чувствовал, как земля уходит из-под ног. Она снится ему? Она думает о нём? Она... — Акира... — выдохнул он, делая шаг вперёд. — Стоять, — она подняла руку. — Не подходите. Я знаю, что у вас на уме. И знаю, что у меня на уме. Но не сейчас. Не так. — А как? — По правилам, — она улыбнулась. — Играем дальше. Вы ухаживаете, я дразню. И когда-нибудь, может быть, я скажу «да». Но не сегодня. Мефисто замер, переваривая её слова. А потом улыбнулся. Не хищно, а почти счастливо. — Договорились, — сказал он. — Я подожду. Я умею ждать. — Вот и славно, — Акира спрыгнула с подоконника и подошла к нему. — А теперь идите спать, клоун. А то завтра будете клевать носом на собрании. И да, — она встала на цыпочки и чмокнула его в щёку, — спасибо за сон. Он был... интересным. — Откуда вы... — начал он, но она уже подтолкнула его к балкону. — Идите-идите. Спокойной ночи. Мефисто шагнул на балкон, обернулся, чтобы посмотреть на неё в последний раз, и исчез. Акира постояла минуту, глядя в пустоту, а потом улыбнулась. — Ну и дела, — прошептала она. — Кажется, я действительно влипла. --- Утро следующего дня встретило Акиру солнечным светом и странным чувством лёгкости. Она выспалась, хотя уснула только под утро. На душе было тепло и спокойно. В столовой её уже ждал сюрприз. На её месте стояла коробка с пирожными — на этот раз целых пять штук. И записка: «Сладких снов. Ваш клоун». Рин, сидящий рядом, заглянул в коробку и присвистнул. — Ого, Фелес расщедрился. Пять штук? Это ж какие у вас там сны были, что он так раскошелился? — Личные, — фыркнула Акира, отправляя в рот пирожное. — Не твоего ума дело. Рин хмыкнул, но лезть не стал. Акира доела пирожные, допила чай и отправилась на занятия. Впереди был новый день. Новая игра. И она собиралась выиграть. Или, может быть, проиграть. В любом случае, это будет весело.