More than a match

Утро было холодным и сырым. Туман лежал над двором Харренхола, как грязное одеяло, оно приглушало звуки, но не крики. Человек дёргался на верёвке, подвешенный к перекладине виселицы. Его сапоги бессмысленно били воздух. Верёвка скрипела. Ниже на коленях стоял другой — двое солдат держали его за плечи, пока третий ломал рукоятью меча ему рёбра. Он уже почти не кричал, только хрипел, захлебываясь собственной кровью. Солдаты вокруг смотрели равнодушно. Кто-то зевал. — Давай. Теперь я хочу, чтобы ты рассказал мне, что случилось. Ну же, сюда. Давай, говори. Говори. Голос нового палача звучал лениво и устало, будто речь шла не о пытке, а о надоедливой работе. В нем не было садистской изобретательности Щекотуна, только раздражение человека, который не спал всю ночь, гоняясь по окрестным лесам и болотам неведомо за кем. Над двором, на балконе, что опоясывал кабинет и личные покои, лорд Тайвин Ланнистер стоял у окна, наблюдая за пытками. Настроение у него было под стать погоде — паршивей некуда. — Волчья ягода. Редкое вещество. Это не обычный убийца, — Тайвин задумчиво крутил в пальцах вытащенную из груди Лорха арбалетную стрелу. Позади него стоял Грегор Клиган, огромный, как башня. Его тень почти перекрывала свет. — Мы повесили двадцать человек прошлой ночью. Тайвин даже не обернулся. — Мне всё равно, если вы повесили сотню. Кто-то пытался меня убить. Я хочу его имя. И его голову. У дальней стены Арья ставила на стол тарелки и кувшины, двигаясь тихо, как ее учили. Голоса Тайвина и Горы звучали рядом — тяжёлые, холодные, деловые. Арья не поднимала глаз, но ловила каждое слово. Гора пожал плечами. — Мы думаем, это был лазутчик из Братства без знамён. Они ищут не там, подумала Арья. Тайвин тихо хмыкнул. — Претенциозное имя для шайки разбойников. Мы не можем позволить мятежникам за нашими линиями безнаказанно тревожить нас. Мы выглядим дураками, а они выглядят героями. Так падают короли. Я хочу, чтобы они были мертвы. Все до одного. Грегор усмехнулся. — Убить их — не проблема. Проблема — найти. Им помогают местные. — Ты размяк, Клиган? Я всегда думал, что у тебя талант к насилию. Ланнистер наконец повернулся. — Сожгите деревни. Сожгите фермы. Пусть знают, что значит выбрать неправильную сторону. Грегор Клиган коротко поклонился и вышел.

***

Они искали его среди разбойников, среди крестьян, среди людей из Братства без знамён. Они обсуждали погони, допросы, повешенных ночью людей. Но они не знали. Заказчик и убийца живут с ними в одном замке. Арья Старк аккуратно выровняла нож возле тарелки. И память снова вернулась. Лестница. Каменные ступени. Холодный воздух коридора. Она ждала такой возможности больше месяца. Поэтому она до сих пор не сбежала из Харренхола. Другая пленница на её месте давно попыталась бы скрыться: ночью, через конюшни, через леса, через реку. Север был далеко, но дорога всё же существовала. Она знала это. Думала об этом почти каждый день. Но Арья осталась. Сначала потому, что оказалась ближе к Тайвину Ланнистеру, чем любой пленник мог мечтать. Личная чашница Хозяина Запада. Девчонка, которую никто не замечает, стоящая у стола, когда лорды обсуждают войну. Она слушала, считала, запоминала. Передвижения войск. Имена знаменосцев. Количество лошадей. Названия дорог и рек. Арья говорила себе, что делает это ради Робба. Когда-нибудь она выберется отсюда и доберётся до Севера, найдёт брата и расскажет ему всё. Где стоят армии Ланнистеров, где их склады, где их слабые места. Тогда Робб поймёт. Поймёт, что она не бесполезная младшая сестра, которую всегда нужно прятать за спинами. Она может быть смелой, она может сражаться наравне с мужчинами, она докажет это делом, подвигом. Докажет Роббу, матери, Сансе. Докажет всем. Эта мысль согревала её каждый раз, когда она стояла у стола Тайвина и слушала его холодный голос. Она не задавалась вопросом, почему каждый вечер ее тянет не на кухню к теплому камину и вкусному пирогу, не к общему костру, где Мара и Тильда, Джендри и Пирожок смеются и шутят, и болтают обо всем на свете, а в его кабинет. Почему она остаётся рядом с человеком, которого так ненавидит. Она бежала по лестнице слишком быстро и почти не смотрела перед собой — и налетела прямо на Амори Лорха. Его пальцы сомкнулись на её плече, грубые и тяжёлые. Он остановил её одним движением. Она уже знала, что должна сказать. Ответ вылетел почти сам собой: оружейная, поручение лорда Тайвина, свёрток в руках. Она повторяла это спокойно, как будто это была самая обычная работа. Но Лорх не спешил отпускать её. Он терпеть её не мог после того злополучного совета, и, конечно, не поверил в эту сказку. Лорх сузил глаза. — С чего бы милорду тебя слать в оружейную? А пойдём-ка и спросим его. В ту секунду Арья поняла: всё рушится. Если он приведёт её обратно — всё. Она вырвалась и побежала. Лорх заорал позади неё. — Дорогу! Прочь с дороги! Она мчалась через двор, сапоги скользили по мокрому камню. Лорх нёсся за ней тяжело и неуклюже, но быстро, как разъярённый кабан. Арья юркнула в узкий проход и прижалась к стене, затаив дыхание. Он пробежал мимо, не туда. Этой ошибки хватило. Она рванула в другую сторону. Через галерею. Через арку. У Якена Хгара был удивительный талант попадаться на ее пути в самые острые моменты жизни. Она почти врезалась в него. — Амори Лорх. Он наклонил голову. — Девочка назвала второе имя. Человек сделает то, что должен. Якен продолжил подпирать плечом стену и никуда не спешил. У него всегда было это странное спокойствие, будто время для него текло иначе, но Арья знала, что времени нет. Если Лорх доберётся до Тайвина — всё кончено. — Сейчас! — крикнула она, задыхаясь. Он покачал головой. — Девочка не может говорить человеку, когда именно он должен сделать дело. — Но он собирается сказать Тайвину. Он уходит. Это должно случиться сейчас или меня повесят. Якен тихо вздохнул.

***

Арья моргнула. Воспоминание рассеялось. Она снова стояла у стола в кабинете перед Тайвином Ланнистером. Это был самый опасный человек в Вестеросе, и он искал убийцу где угодно — только не там, где нужно. Она поставила перед ним блюдо и сняла крышку. Мясо еще дымилось. Он втянул тонкими ноздрями аромат и чуть поморщился. — Это баранина? Арья опустила голову. — Да, милорд. — Не люблю баранину. — Я принесу что-нибудь другое. — Оставь. Ты голодна? — Нет. Тайвин поднял бровь. — Конечно голодна. Ешь. — Я поем позже на кухне. — Невежливо отказываться от предложения лорда, — он указал взглядом на стул. Это было не предложение, это был приказ. Арья послушно села и взяла в руки нож и вилку. Уголок его губ чуть дрогнул, как будто он хотел улыбнуться, но остановил себя. — Сколько тебе лет? Тринадцать? — Шестнадцать. Она ела медленно, чувствуя на себе его взгляд. — Ты очень худа для своих лет. Полагаю, тебя плохо кормили всю жизнь. — Я много ем. Просто не расту. Арья продолжала есть баранину, старательно отрезая маленькие куски ножом. Но её волосы, давно отросшая, неровно подстриженная чёлка, всё время падали на глаза. Она то и дело сдувала её с лица, нетерпеливо тряхнув головой, или заправляла за ухо. Через минуту прядь снова сползала вперёд. Тайвин наблюдал за этим некоторое время. Сначала равнодушно, потом с явным раздражением. Она снова наклонилась к тарелке, и тёмная прядь почти коснулась соуса на мясе. Тайвин тихо вздохнул, так, как человек вздыхает, когда терпение наконец заканчивается. Он открыл один из ящиков письменного стола, порылся внутри и вынул маленькую баночку. Поставил перед девчонкой. — Возьми. Арья подняла глаза. — Что это? — Пчелиный воск. Она всё ещё не понимала. Тайвин чуть наклонил голову, разглядывая её. — Используй его. Поможет убрать волосы с лица, пока они не отрастут. Он сделал паузу, окинул взглядом её упрямую чёлку и добавил сухо: — Иначе ты скоро окосеешь. Арья уставилась на баночку. На мгновение она выглядела так, будто не знает — оскорбление это или забота. Тайвин слегка приподнял бровь. — У меня нет ни времени, ни желания наблюдать, как моя чашница проигрывает сражение собственным волосам. Арья молча взяла баночку, осторожно открыла крышку и понюхала. Запах был тёплый, медовый. Она взяла немного воска, неловко провела пальцами по волосам и попыталась пригладить их назад. Прядь послушно осталась на месте. Арья моргнула, потом посмотрела на лорда, но Тайвин уже отвернулся к окну. За стеклом всё ещё висел туман. — Это будет моя последняя война, — задумчиво протянул он. — Победим мы или проиграем. Арья посмотрела на острый столовый нож в собственной руке. Потом на бьющуюся артерию на его шее. Нет, он слишком далеко и между ними стол. Внезапно напасть не получится. — Вы когда-нибудь проигрывали? — Думаешь, я занимал бы своё положение, если бы хоть раз проиграл войну? Она покачала головой. — Но именно эту будут помнить. Война Пяти Королей — так её уже называют. Моё наследие решится в ближайшие месяцы. Арья опустила взгляд на тарелку. В этот момент он казался почти… открытым. Она на мгновение задумалась, но Тайвин снова повернулся к ней — и она вздрогнула. — Ты знаешь, что значит «наследие»? Это то, что ты передаёшь своим детям и детям своих детей. То, что остаётся от тебя, когда тебя уже нет. Харрен Чёрный думал, что этот замок станет его наследием. Величайшая крепость из всех, что были построены. Тайвин подошёл к камину. — Самые высокие башни. Самые крепкие стены. В Великом зале было тридцать пять очагов. Тридцать пять. Можешь представить? Посмотри на него теперь. Одни руины. Знаешь, что произошло? — Драконы? — Да. Драконы. Он налил себе вина. — Харренхол строили, чтобы выдержать нападение с земли. Миллион людей мог бы идти на эти стены, и миллион людей был бы отброшен. Но нападение с воздуха, драконий огонь…. Харрен и все его сыновья зажарились заживо в этих стенах. Эйгон Таргариен изменил правила игры. Поэтому каждый ребёнок до сих пор знает его имя. Арья тихо сказала: — Эйгон и его сёстры. Тайвин удивленно взглянул на неё. — Что? — Не только Эйгон летал на драконе. Рейнис и Висенья тоже. Он кивнул. — Верно. Ты, похоже, любишь историю? — Рейнис летала на Мераксесе. Висенья — на Вхагаре. Тайвин усмехнулся. — Уверен, я знал это, когда был ребенком. Арья продолжала: — Висенья Таргариен была великой воительницей. У неё был меч из валирийской стали. Она называла его Тёмная Сестра. — Хм. Полагаю, она твоя героиня? Арья промолчала, но улыбнулась. — Разве большинство девочек не интересуются красивыми девами из песен? Джонквиль с цветами в волосах? Арья пожала плечами. — Большинство девочек — идиотки. Тайвин тихо рассмеялся. Без лезущей в глаза челки она была куда симпатичнее. — Ты напоминаешь мне мою дочь. Где ты всему этому научилась — про Висенью и её валирийский меч? — От моего отца. — Он был начитанным каменщиком, — Тайвин снова задержал взгляд на ее лице. — Не припомню, чтобы встречал грамотного каменщика. — А Вы встречали много каменщиков, милорд? — вкрадчиво спросила она. Тайвин чуть прищурился. — Осторожнее, девочка. Ты мне нравишься, но будь осторожна, — он махнул рукой в сторону ее пустой тарелки. — Отнеси это на кухню. Ешь что хочешь. Арья вскочила, собирая посуду. От его "ты мне нравишься" сердце ухнуло в пятки, и она изо всех сил спешила скорее сбежать из кабинета. Она уже почти вышла. — И, девочка... Она остановилась в дверях. — М’лорд. Арья повернулась, не понимая. — Простолюдинки говорят «м’лорд», а не «милорд». Если собираешься притворяться простой девчонкой, делай это правильно. Арья ответила быстро, почти автоматически: — Моя мать много лет служила леди Дастин, милорд. Она научила меня грамотно говорить. Тайвин смотрел на неё несколько секунд, не моргая. В его взгляде не было ни раздражения, ни насмешки, только пристальное, почти холодное любопытство человека, который вдруг обнаружил на столе новую загадку. — У тебя на всё готов ответ, а? — медленно произнёс он. Он чуть развёл руками, словно признавая поражение в каком-то невидимом состязании. — Если леди желает продолжать игру, кто я такой, чтобы ей мешать. — Я не леди, — по привычке устало отмахнулась Арья… и тут же осеклась. Она поняла ошибку раньше, чем подняла глаза. На лице Тайвина Ланнистера медленно, очень медленно расплывалась хищная улыбка. Служанка или бастард отреагировали бы иначе. Охнули бы, засмеялись, вспыхнули, начали бы горячо отрицать, как будто их только что обвинили в святотатстве. Но не так. Не этим коротким, усталым «я не леди», в котором звучало старое, знакомое до боли упрямство. Арья слышала эти слова всю жизнь. Веди себя как леди. Сиди прямо, ты же леди. Не дерись, ты леди. Не лазай по деревьям, это недостойно леди. Не трогай лук, это дело мальчиков. Септа Мордейн. Мама. Санса. Фрейлины в Королевской Гавани. Половина Винтерфелла. В этом «я не леди» скопились годы раздражения, бунта и тихой ярости. И он всё это услышал. Прочёл на её лице так легко, словно это было написано чернилами. Это был случайный выпад, почти ленивый, но он попал точно в цель. Скромная маска чашницы, за которой пряталась Арья Старк, дала трещину. На долю секунды, но Тайвин её заметил. И теперь уже не скрывал своего интереса. Он смотрел на неё внимательно, почти с удовольствием, как игрок, который внезапно понял правила новой партии. Фасад, за которым скрывалась девочка, начинал крошиться. И лорд Тайвин откровенно наслаждался тем, как всё труднее ей давалось удерживать эту роль. Но он не торопился. Не угрожал. Не давил. Что-что, а ждать Тайвин Ланнистер умел. ___________ На этом моменте заканчивается часть истории, которая более-менее следует за событиями сериала. Начиная с шестой главы, сюжет заметно отклоняется от канона. Политика, интриги, чужие планы внутри чужих планов — вот это всё. История выходит за пределы Харренхола и одной напряжённой партии между Тайвином и Арьей. На доске появляются новые фигуры, и некоторые из них привыкли играть очень грязно. Автор берёт небольшой творческий перекур, чтобы разложить по местам следующие ходы и не перепутать, кто кого предал, обманул или случайно втянул в войну. Stay tuned :-*