Ничего особенного

Гостиница «Шестые врата» насчитывала двадцать этажей и в сумерках выглядела как бетонный клык, вонзившийся в небо. Зловещее логово из старых мультфильмов — слишком масштабное для туристов, но в самый раз для армии Охотников, которую Морел стягивал в город. Шершавый бетон крыши холодил ладони. Гон сидел на самом краю и смотрел вниз на вечерний город через гё, развлекая себя тем, что читал чужие ауры. С тех пор как он вернул нэн, ему казалось, что он обрёл новый орган восприятия. Аура, своя и чужая, теперь говорила о носителе всё: от застарелой травмы колена до ритма лжи в голосе. Мир стал слишком громким, а суету больших городов он и вовсе больше терпеть не мог: даже без гё чужой нэн тёрся о кожу, а с гё — накрывал сразу, одним слоем, как тяжёлый шум. От этого хотелось не то что перестать думать — просто дышать тише. Теперь он смотрел на незнакомцев — и понимал. Кто перспективный — и доживёт. Кто встанет после первой ошибки и пойдёт дальше, а кто нет. Не потому что слабый. А потому что у него внутри нет опоры. Нэн есть, техники будут, а опоры — нет. Это было слишком легко и почему-то оставляло во рту привкус металла. В потоке прибывающих охотников он узнавал знакомые ауры: Курапика и его ровное золотое сияние, в котором прятались красные искры. Гон никогда этого не видел, но был уверен, что стоит ему по-настоящему разозлиться и весь этот тёплый свет полыхнёт алым. Бурный поток зелёного цвета, яркий, как сама жизнь, сиял неровно — Леорио опять комично злился и, кажется, кому-то что-то убеждённо доказывал, а за ним… Светлая аура отливала серо-синим, почти прозрачная, обманчиво непримечательная на фоне ярких вспышек друзей. Киллуа. Он был, по крайней мере, не зол и не ранен — ровный поток нэн подтверждал это, — светлая, холодная бесконечность. Если бы Гон не знал, то ни за что не заподозрил бы в этом спокойствии электричества. Можно было потянуться вперёд и увидеть больше, но тогда он точно выдал бы себя, поэтому Гон убрал гё и отвернулся. В конце концов, начинать с этого встречу старых друзей было бы просто невежливо. Он спрыгнул с края крыши на технический этаж, двигаясь мягко и незаметно, словно тень. Хотелось надеяться, что никто из охотников внизу даже не поднял головы: Гон умел скрывать своё присутствие так, что становился частью самого здания. Внизу, за бронированным стеклом холла, слышалась чья-то беззлобная ругань. Морел, человек старой закалки, наверняка раскуривал свою трубку, проклиная интернет и требуя личного присутствия от каждого, у кого в кармане была лицензия. Гон фыркнул. С тех пор как Чидл и большинство Зодиаков окопались на Тёмном Континенте, старика совершенно некому было осадить. Гон не пошёл в холл, не стал врываться в шумное приветствие Леорио и негласную дистанцию Курапики. Ему нужна была отсрочка. Сегодня он подарил им — и прежде всего себе — ещё одну ночь тишины.