Чудеса случаются

— Снова перерыл всю библиотеку, но этой книги не нашел. Библиотекарь говорит, что ее не брали и не сдавали. Ты точно ее не забирал, Джон? — Нет, в последний раз я ее видел, когда положил в стопку на столе. Знаешь, Сэм, я не хочу знать, что там за пророчества! Давай сегодня просто отдохнем! — уговаривал Джон друга, когда они пробирались через оживленный лагерь Дурмстранга. Робб, Джейн, Теон и Санса откликнулись на приглашение. Арья оставалась в холле с Дженри, они ждали Пирожка. В последнюю минуту даже удалось уговорить Сэма. — Может, ты встретишь здесь ту девушку из библиотеки. — Лили? — оживился Тарли. — Было бы здорово! Наконец, они достигли цели. — Приветствую тебя, Тормунд, Победитель дракона! Джон без труда нашел своего «соперника»: даже среди окружающего шума его веселый гогот был слышен за милю. — Хар-р! Сноу! Правильно сделал, что пришел! Садись к нам. Это мои друзья: Стир, Ярл, Рик. Ну, а с Игритт ты уже знаком.       Девушка приветливо ему улыбнулась, но сразу же отвернулась к Рику, обнимавшему ее за плечи. Джон какое-то время изучал их взглядом. «Так оно и лучше», — решил он. Сначала парень не очень хотел принимать предложение Тормунда, боясь, что после того, как он отказал Игритт, их будет преследовать чувство неловкости. Видимо, он надумал лишнего и девушка не говорила серьезно. Хорошо, что Грейджой и Робб убедили его прогуляться после тяжелого дня. Сейчас на его душе было легко: Дейенерис в порядке и все страшное осталось позади.       Джон представил свою компанию. Тормунд пожал руки пришедшим, задержав пальцы Сансы в своих чуть подольше. — Рыженькая? — усмехнулся он в косматую бороду. — Мне нравятся рыженькие. — А если ты к тому же можешь обращаться в медведицу, то лучше держись от него подальше! — откликнулась Игритт. — В медведицу? — удивилась Санса. — Тормунда называют Медвежьим мужем, потому что его первая девушка обращалась в медведицу. — Надо же, и какая она была? — Теплая и мягкая, с прекрасными карими глазами и бурой шерстью… — вклинился в разговор Тормунд. Санса прыснула: — Я про ее человеческий облик! — Человеческий? — удивился дурмстрангец. — Не знаю, такой я ее не встречал! Ребята захохотали, и сам Тормунд — громче всех. По кругу пошла бутылка виски. Санса и Джейн вежливо отказались от напитка, а вот Игритт разок приложилась к горлышку, прежде чем передать бутылку Рику, так и не спускавшему руку с ее плеча. Вообще девушка казалась «своим братом» в этом кругу. Готовая при случае вставить в разговор крепкое словечко или веселую шутку, она не производила этим отталкивающего впечатления, скорее даже напротив. — А почему тебя называют Великаньей смертью? — На это есть две причины. Во-первых, когда мы с Игритт были маленькими, рядом с нашим поселением жили великаны. — Нет, Тормунд, не рассказывай об этом! — взмолилась Игритт, но брат и ухом не повел. — И вот однажды, наслушавшись баек, Игритт стащила у отца палочку и поздней ночью отправилась сражаться с великанами. — А ты, вместо того, чтобы образумить меня, пошел следом. — Конечно, я же хороший брат! Мы были еще совсем маленькими и не умели колдовать, даже хуже — мы и представления не имели, как выглядят великаны, поэтому, прошатавшись полночи по лесу, мы присели отдохнуть на большой покрытый мхом валун. Каково же было наше удивление, когда мы заметили, что валун под нами дышит. Тут бы и уйти потихоньку, но нет, эта маленькая чертовка стала будить великана, вызывая на бой. Великан проснулся, совсем не понимая, что от него хотят, а она, вместо того, чтобы попытаться колдовать, просто бросилась на его спину и случайно засунула ему палочку в нос. Вот тут-то и началась потеха: обезумевший гигант завертелся из стороны в сторону, пытаясь сбросить Игритт на землю, а я, как щенок, прыгал под его ногами, не зная, чем помочь. Наконец, Игритт отцепилась от него и повалилась рядом со мной, я поднял с земли отцовскую палочку и махнул ей в сторону дерева за великаньей спиной. Мы еще не знали заклинаний, но магия так и рвалась из нас наружу, так что дерево надломилось, и огромный сук ударил великана по голове. Он упал на землю, а мы, два недоростка, возвышались над ним. «Давай проверим, живой ли он», — предложила Игритт. Мы склонились над великаном, чтобы послушать дыхание, а он возьми в этот миг и чихни. Вот такие, чумазые, с головы до ног в великаньих соплях, но очень гордые собой, мы и вернулись домой. — И обещали никому не рассказывать об этом, — многозначительно вставила Игритт. — Извини, сестра, это не я, а виски во мне говорит. — А вторая причина, почему тебя так называют? — Потому что я лучше всех пою про последнего из великанов. Но даже не проси, петь не буду, а то Игритт чего доброго расплачется.  — Спой! — хором просили друзья и гости Тормунда, но парень лишь отнекивался. — Спой… — тихо разрешила Игритт, и Тормунд перестал сопротивляться.       Ласково глядя на сестру, он начал мычать незнакомый мотив, который поддержали его друзья. Так, создав мелодию, Тормунд низким раскатистым голосом завел песню о последнем великане, потерявшем свою семью. Сперва медленный и тягучий, голос парня вскоре начал набирать силу, передавая боль и отчаяние героя песни, его безысходную печаль. Вскоре зазвучал приятный женский голос с небольшой хрипотцой — это Игритт подпевала брату. Стир, Ярл и Рик тоже присоединились, отбивая ритм подошвами сапог. Песня привлекла и других дурмстрангцев к их костру. Джон посмотрел на Игритт и заметил блестевшие в ее глазах слезы. Рик крепче сжал ее плечо, но девушка будто не замечала ласки, взгляд ее был устремлен вдаль, в темноту ночи или в известные лишь ей одной воспоминания. О о о, я последний из великанов, Услышьте же песню мою. Умрет она вместе со мною В украденном вами краю. Последние строки потонули в наступившей тишине, никто не решался нарушить то чувство печали, которое она вызвала, пока Тормунд не заговорил первым: — Надо промочить горло. Эй, кто-нибудь, принесите выпивку! — голоса зазвучали вновь, и дурмстрангец обратился к Джону. — Ты меня здорово выручил, Сноу, предупредив о драконах. Я найду способ вернуть тебе долг. — Не надо! Я сделал это не ради награды. — Я знаю, Джон! Ты хороший парень! А вот и виски. Радостные голоса приветствовали приближающегося к костру парня с двумя бутылками, но стоило разглядеть его лицо, как все невольно притихли. — Что ты тут забыл? — грубо встретил его Тормунд, но Костяной лорд не смутился. — Увидел знакомые лица и решил заглянуть на огонек. Сегодня же праздник, Тормунд! Почему бы нам всем не забыть старые обиды?       Последние слова были обращены к Роббу, как и протянутая бутылка в его руке. В свете пламени были заметны еще не зажившие шрамы на запястье парня. Костяной лорд бросал вызов, и Джон ощутил беспокойство за брата: кто знает, что подмешано в бутылку? Видимо, Тормунда посетила та же мысль: — В горле совсем пересохло, дай мне выпить первому! Но Костяной лорд не обратил внимания, не спуская с Робба выжидательного взгляда. Брат не стал ставить под сомнение гостеприимство Дурмстранга. — Согласен, кто старое помянет — тому глаз вон! — сказал он и без колебаний приложился к горлышку. Его недавний противник улыбнулся и сел рядом: — А ты здорово меня тогда отделал. Рука до сих пор болит, но больше досталось одежде — она вся была в волчьей шерсти! Робб усмехнулся, еще раз отхлебнул виски и передал бутылку Теону. Тот неторопливо потягивая алкоголь пересел ближе к Джону. — Ты ведь знаком с Игритт? — без долгих преамбул спросил он, протягивая виски Джону. — Немного. А зачем она тебе? По ходу, у нее есть парень. — Ты про Рика? Сильно сомневаюсь. Они уже битый час сидят в обнимку, дальше этого у них дело так и не пошло. Сестру и то нежнее обнимают! Джон бросил любопытный взгляд в сторону девушки. Действительно, сложно было сказать, что эту пару связывает что-то более романтическое, нежели дружба. — Решил испытать удачу? — Говорят, рыженькие самые страстные. А про студенток Дурмстранга вообще легенды ходят. — Выбери кого-нибудь другого, Грейджой. Теон прищурился: — Она тебе нравится? — Что? Нет, — Джону сложно было сказать, нравится ли ему кто-то, но после произошедшего на турнире он понял вполне определенно, что Дени заняла особое место в его сердце. — Просто она хорошая девушка. — И я просто хочу хорошо провести с ней время. Ох, Джон, от тебя толку как от козла молока. Рассуждаешь хуже монашки. Без тебя справлюсь!       Рик куда-то ушел, и Теон, не теряя времени, выхватил у Джона бутылку виски и подсел к Игритт. Оставшись в одиночестве, парень огляделся: Арья с друзьями все еще не пришла, Костяной лорд продолжал приседать на уши Роббу, Сэм встретил свою Лили, и сейчас они мило беседовали в тени, Тормунд подловил одиноко сидящую Сансу и, кажется, пытался произвести на нее впечатление. Это выглядело забавно, но Санса бросила на него такой молящий взгляд, что Джон поспешил к сестре на выручку. — Сноу! — обратился он к Джону, когда тот пересел к ним. — Зачем ты привел свою сестричку, чтобы подразнить меня? Я уж навострил лыжи, а у нее есть парень. Такой лакомый кусочек, а в рот не положишь!       Парень? Джон удивленно посмотрел на Сансу, но ничего не сказал. Что только не соврут девушки, чтобы отвертеться от надоедливого поклонника? — Да, мы с Сандором недавно начали встречаться. Джон чуть не поперхнулся. Пес — ее парень? Хотя, надо признать, его кандидатура вполне могла охладить пыл северного поклонника. — Стоп, это не Клиган, случаем? Мы же с ним учились! Почему он сам не пришел? — Он не смог, — уже неуверенно протянула Санса. — Я и не удивлен. После того случая с его братом, Пес вряд ли захочет знаться с дурмстрангцами. Но передавай ему привет. Хотя, может, при встрече я и сам смогу перекинуться с ним парой слов. — Обязательно передам, — едва слышно прошелестела Санса, ужаснувшаяся тому, как ее ложь затрещала по швам. — Хар-р! Псы и волки тебя окружают, прелестная дамочка, где же тут вклиниться жалкому Победителю дракона? Залью же свою печаль! Где там виски? Оказалось, бутылка «зависла» в руках Теона. Он так увлекся беседой с Игритт, что забыл передать выпивку дальше. Нахмурившись, Джон наблюдал, как Грейджой заправляет девушке за ухо одну из огненных прядей. — А у всех вас вместо фамилий прозвища? — спросила Санса, видимо, в надежде как-то переменить тему разговора. — Нет, только у жителей нашего поселения. Я — Великанья смерть, Рик — Длинное копье, а Игритт — Поцелованная огнем. — Почему? — заинтересовался Джон. — Только посмей им рассказать, и я выбью тебе зубы! — пригрозила Игритт, уходя от огня, и Тормунд рассмеялся. Теон потянулся за Игритт, и вечер для Джона потерял вкус праздника. Ему стало немного пакостно на душе от мысли, что Игритт будет мараться об Теона. — Джоон! — настойчиво позвал его Тормунд, протягивая выпивку. — О чем задумался? — Да так, — Сноу сделал небольшой глоток и отправил бутылку дальше, Костяному лорду. — Ты прав, Старк, — продолжал разглагольствовать тот, уже опираясь на плечо Робба. — Кто старое помянет, тому и глаз вон! Дурмстрангец опорожнил бутылку и выбросил ее в кусты. Потом достал из-под своих ног вторую, открыл и протянул Роббу. — Кто старое помянет, тому и глаз вон, — повторил он чуть тише, алчно смотря, как гриффиндорец делает первый глоток, — а кто забудет, тому два.       Робб поперхнулся. Джейн похлопала его по спине, но это не помогло. Джон немного встревожился, а когда брат повалился на корточки и начал лающе кашлять, подлетел к нему. Ребята всполошились. — Где Костяной лорд? — взревел Тормунд, и Джон, оглядевшись, понял, что парень испарился. Сэм поднял опрокинутую бутылку и понюхал. — Оборотное зелье! — Ничего, — попытался успокоить Джон задыхающегося брата, — через час пройдет. — Не пройдет*… — пролепетал Сэм, и Санса пронзительно закричала. Джон снова обернулся к брату. Руки и лицо Робба начала покрывать серая шерсть, лицо вытянулось, а челюсти раздвинулись в волчьем оскале. Над плечами Робба выросла волчья голова.