Счет до трёх

Утро в маленькой пекарне на углу тянулось спокойно, пропитанное запахом свежей выпечки и тёплого теста. Юки методично протирала прилавок, когда над дверью тихо звякнул колокольчик. — Средний американо. И булочку с корицей. Она уже потянулась к стакану, но голос заставил её замереть — не громкостью, а узнаваемостью, слишком знакомой, чтобы спутать. Медленно подняв взгляд, она увидела его у витрины: старше, с более жёсткими чертами лица, но всё того же. Шесть лет он не знал, жива она или нет. Он не спешил, будто оставляя ей право первой решить, стоит ли вообще продолжать этот разговор. — Можно… без сахара, — добавил он чуть тише. Монеты легли в её ладонь; его пальцы едва коснулись её кожи и сразу отстранились. Он взял поднос, потянулся к кофе, и в этот момент пальцы непроизвольно сжались сильнее — тонкий бумажный стакан едва заметно смялся. Сев за стол у окна, он перевёл взгляд наружу. Девочка на бордюре увлечённо рисовала мелками, не подозревая, кто именно наблюдает за ней через стекло. — Она твоя? — спросил он ровным голосом. — Да… Это моя дочь. Он кивнул слишком спокойно, хотя слова «моя дочь» глухо отозвались внутри. Горло неприятно стянуло, но тон остался прежним: — Сколько ей годочков? — Ей… Юки не успела договорить — девочка уже подбежала к прилавку. — Мне восемнадцать! Я уже могу сама кофе пить! Юки не изменилась в лице. — Угу. Совершеннолетняя. Ребёнок убежал обратно к своим мелкам, а в помещении словно стало теснее от невысказанного. — Юки… — его голос прозвучал ниже. — Я больше никого не приводил. После того дня — никого. Он не оправдывался, просто констатировал, глядя на поверхность стола, будто там можно было найти более правильные слова. — Я тогда понял, что ты… Колокольчик снова звякнул. — Криста, ты телефон забыла. Мужской голос был спокойным и уверенным. Имя прозвучало естественно, будто принадлежало ей всегда. Юки обернулась. Мужчина подошёл ближе, положил телефон на прилавок и привычным движением коснулся её спины. — Всё нормально? — Да. Старый знакомый. Тоджи поднялся, перевёл взгляд с мужчины на неё и едва заметно усмехнулся — без насмешки, скорее с пониманием. — Криста, значит. — Мы знакомы? — спросил муж. — Были. Больше он ничего не добавил. Лишь коротко посмотрел в сторону девочки, затем — на руку, лежащую у неё на спине. — Кофе хороший. Он вышел, и звон колокольчика растворился в утреннем шуме улицы. Юки стояла неподвижно, слушая, как муж говорит что-то о делах и заказах, но слова скользили мимо. За окном его фигура постепенно исчезала из виду, и он ни разу не обернулся. Перед закрытием она замечает под стаканом аккуратно сложенную салфетку. «Мы не договорили». Без подписи. Юки задерживает взгляд на строчке. Потом складывает салфетку и убирает в карман фартука.