узоры

Утро пришло серое и холодное. В старом театре всё ещё пахло пылью, кровью и страхом. Джокер проснулся от того, что кто-то пнул его по рёбрам. Не сильно, но достаточно, чтобы он открыл глаза и сразу понял — дерьмо. Он лежал на том же полу сцены, руки уже связаны за спиной — не теми дурацкими верёвками, а нормальными металлическими наручниками. Над ним стояли четверо пиковых стражников в чёрных плащах. У всех лица каменные, у двоих в руках дубинки. Один уже держал телефон — наверное, докладывал Пику. Джокер попытался сесть. Голова гудела, челюсть болела так, будто по ней грузовик проехал. Он сплюнул кровь на пол и попробовал улыбнуться своей обычной улыбкой. Джокер: — Ой, ребята… вы меня не так поняли. Я просто… репетировал. Стражник с дубинкой наклонился ближе. Стражник: — Заткнись. Король сказал — живым. Но не сказал — в каком виде. Они рывком подняли Джокера на ноги. Он покачнулся, но устоял. Попытался дёрнуться — бесполезно. Его сразу схватили за плечи и поволокли к выходу. Джокер только хихикнул тихо, но уже без прежнего веселья. Джокер: — Передайте вашему королю… что я ещё вернусь. С подарком. Стражник просто ткнул его дубинкой в спину. Стражник: — Иди молча. Или зубы вышибу. Джокер замолчал. Но в глазах всё ещё блестело что-то опасное. Тем временем в замке Пиковой империи была полная суета. Когда Пик вчера ночью принёс Вару — все чуть с ума не сошли. Вару был весь в крови, бледный как бумага, дышал еле-еле. Пик донёс его на руках последние полпути — от того момента, как Вару потерял сознание прямо на улице. Просто пошатнулся, ноги подкосились, и всё. Пик подхватил его, не сказав ни слова. Просто пошёл дальше. Быстрее. Тяжело дыша, но не останавливаясь. В замке их уже ждали. Хелен и Эмма метались по коридорам, Року принесла аптечку и всё, что смогла найти из лекарств, Рикардо стоял в стороне и молча смотрел, как всегда спокойный. Пик внёс Вару в медицинскую комнату — ту, что специально для таких случаев. Положил на кровать. Вару даже не шевельнулся. Дыхание было слабым, поверхностным. Кровь всё ещё сочилась из порезов — не сильно, но постоянно. Эмма сразу подскочила. Эмма: — Сколько он потерял крови? Боже, посмотри на него… Пик: — Много. Но живой. Делайте что надо. Хелен уже надевала перчатки, трясущимися руками открывала антисептики. Хелен: — Рану на щеке зашьём… на груди тоже… но эти узоры… их слишком много. Он потерял много крови, Пик. Надо переливание. Пик кивнул. Пик: — Делайте. Я останусь. Року принесла пакеты с кровью — они всегда держали запас, на всякий случай. Особенно после таких историй. Рикардо наконец подошёл ближе. Посмотрел на Вару, потом на Пика. Рикардо: — Джокера уже везут. Стража поймала его на месте. Не успел даже встать толком. Пик не ответил. Просто смотрел, как Хелен начинает промывать раны. Вару дёрнулся во сне, тихо застонал. Пик: — Быстрее. Они работали часа два. Зашивали, перевязывали, ставили капельницу. Вару пару раз приходил в себя — открывал глаза, смотрел мутно, шептал что-то неразборчивое, потом снова отключался. Пик всё это время сидел рядом на стуле. Не ел, не пил. Просто ждал. Когда всё закончили, Вару уже дышал ровнее. Цвет лица стал чуть лучше. Хелен устало вытерла лоб. Хелен: — Он выкарабкается. Но пару недель будет лежать. И шрамы останутся… много шрамов. Эмма стояла в дверях, скрестив руки. Глаза красные — то ли от слёз, то ли от злости. Эмма: — Этот клоун… я сама его прикончу. Пик встал. Подошёл к окну. Посмотрел на двор — туда как раз заводили Джокера. Тот шёл между стражниками, руки в наручниках, но голову держал высоко. Увидел Пика в окне — и улыбнулся. Широко. Как будто ничего не случилось. Пик отвернулся. Пик: — Заприте его в нижней камере. Без окон. Без света. И никого к нему не пускать, пока я не скажу. Рикардо кивнул. Рикардо: — Сделаем. Пик вернулся к кровати. Сел рядом с Вару. Тот спал. Дыхание спокойное. Зелёные волосы разметались по подушке, лицо в бинтах, но уже не такое страшное. Пик тихо сказал — почти шёпотом, чтобы никто не услышал. Пик: — Ты меня до инфаркта доведёшь когда-нибудь, придурок. Вару не ответил. Только чуть шевельнул пальцами — будто услышал.(а хуй там ему просто не удобно ведь бинты при движении на кровати бинты натягивают шрамы и дискомфорт присутсвует) За окном начинался дождь. Тяжёлый, холодный. Но в замке наконец стало тихо. Вару дышал. Джокер сидел в темноте. А Пик просто сидел и смотрел. И ждал, когда этот зелёноволосый гадёныш откроет глаза и скажет какую-нибудь свою дурацкую шутку.