В поисках "ЕЁ"

                   — Вашу ручку, миледи! — Юнхо галантно подал Чонхо руку.       — Я не миледи! — тихо прорычал Чонхо, отталкивая руку и спокойно забираясь на заднее сидение. Ну как спокойно? Чутка оступился, умудрился наступить на подол платья, порвал его по шву выше разреза и весьма интересно улетел носом вперёд. Начал материться так, что у Юнхо уши в трубочку свернулись. С трудом пересел, продолжая материться на Сонхва, потому что тот его подставил. Потом матерился на Юнхо, за его тупые шутки типа он, Чонхо, леди. Он не ОНА! Он парень! У него член между ног! Спасибо небольшим складкам на подоле, его не видно было. А размер там немаленький! Самое забавное, что Чонхо так и не понял, что конкретно испытал, увидев себя в зеркале в этом прикиде. Смотрелось странно и как-то… немного соблазнительно, что ли. Особенно торчащая в разрезе нога. Короче, странный вид! Больше бесили трусы без швов. К тому же пришлось идти на кое-какие жертвы, чтобы чуть зажать член, чтобы он не выпирал так, что даже волны подола не спасали. Неприятные ощущения, хоть убей! В общем, Чонхо забрался в машину, устроился поудобнее и начал просто с себя сдирать всё: украшения, парик, платье, туфли. Рядом на полу стояла сумка с его обычной одеждой. Сначала ребята сказали, что спокойно домой доедут и там переоденется, но Чонхо от этого наотрез отказался. Ну уж нет! Чем быстрее он переоденется, тем увереннее будет себя чувствовать.       — Ладно, — Юнхо предусмотрительно оставил шутливые замечания при себе: по Медвежонку видно, что слово не так пикни и он взорвётся. Особенно это ощущалось по звукам рвущегося платья. Не то чтобы платье дорогое, но перед той, у кого они его взяли взаймы, как-то придётся оправдываться. Да что тут оправдываться? Судя по всему, восстановлению оно не подлежит, а значит, после получения денег за украденное колье с дорогим редким камешком придётся раскошелиться и либо купить новое платье, либо просто отдать деньгами.       Чонхо был недоволен! Очень! Даже немного зол. Особенно на Сонхва — это ему платья идут, потому что он весьма женственный, при этом высокий, стройный и в меру накачанный. У него свои волосы длинные, и при желании и с ними можно за девушку сойти. Более того Сонхва не чурался использовать макияж, а если уж под девушку приходилось косить, так там слои макияжа, что и не узнать его! Он так мастерски и менял форму носа, и разрез глаз, и пухлость губ, и даже форму ушей!!! Что только поражаться и оставалось. Но Чонхо-то не такой. Как и Юнхо, в нём женственности ноль. Лично Юнхо подводила не только чуть кривая челюсть, но и мужественные черты лица, как и его высокий рост. Конечно, девушки есть всякие, но у них, в отличие от Сонхва, кадык выпирал видимо, как и член. У Сонхва же это всё какое-то… более аккуратное, что ли.       Продолжая материться, Чонхо стащил трусики, напялил обычные мужские боксеры, следом скинул босоножки, чуть ли не застонав от удовольствия, что пятки не давят каблуки, а узкие, но крайне прочные ремни не сдавливают ногу. Надел штаны, затем носки с кроссовками, немного поправился и стянул платье — поморщился от того, что порвал его. Но тут же передумал сердиться, когда достал свою футболку и куртку. Не забыл он и о средстве для снятия макияжа: лёгкий, а всё равно пришлось нанести, чтобы немного скрыть свои черты.       — Это первый и последний раз, когда я согласился на подобное! — твёрдо сказал Чонхо, скидывая всё ненужное в сумку, оставляя только бутылёк и ватные диски.       — Ну ладно тебе, — примирительно произнёс Юнхо, заводя мотор и страгиваясь с места. — Как по мне, прошло всё крайне удачно!       — Прошло-то прошло, — проворчал Чонхо, активно водя смоченным в жидкости диском по лицу, стирая макияж, — но я больше девушкой одеваться не собираюсь!       — Не хочешь сталкиваться с такими ребятами, как тот паренёк? — не удержался от смешка Юнхо. — Он явно на тебя запал!       — Ещё раз повторяю: он не в курсе, что я парень!       — А вдруг он би? И нисколько не будет против, что ты парень? Ему определённо нравятся такие, кто крупнее его!       — Чон, — Чонхо придвинулся вперёд, заглядывая между спинок кресла в лицо напрягшегося друга, — закрой рот, а то я тебе помогу.       — Не будь таким вредным, Чхве! — хмыкнул Юнхо.       — С чего я вообще должен ему нравиться? Он меня не знает. А если узнает, скорее всего полиции сдаст, — Чонхо сам не удержался от смешка.       — Будете с ним играть в полицейского и преступника! — расхохотался Юнхо. Так увлёкся смехом, что чуть нужный поворот не пропустил.       Чонхо только покачал головой и вернулся к очистке лица. Кому-то, как тому пареньку, повезло — гарантированно же в очень обеспеченной семье родился, раз в таком юном возрасте попал на такое мероприятие. А есть такие, как их трио, кому не повезло. Не сироты, но родителей благополучными не назвать. Вот ребята и воспитывались улицами, что вытекло в практически «пустились во все тяжкие». Наркотой не промышляли, но не отказывались выпить и покурить. Ну и, да, профессия у них своеобразная. Например, в этот раз они проникли на мероприятие за одним очень дорогим украшением — сейчас оно лежало во внутреннем кармане пиджака Юнхо. Кражу оплатил влиятельный человек. Платит он хорошо, поэтому лишних вопросов никто из них не задавал. Опасность в этом определённом есть: мало ли от них захотят избавиться, чтобы не оставлять свидетелей. Но на такие случаи у них есть Юнхо — его чувство опасности и умение действовать в критических ситуациях не раз выручало. Иногда Чонхо задумывался, как бы они жили, будь у них нормальные семьи? Сейчас об этом никак не узнать. Поэтому он очень сомневался в том, что он, с его отсутствием нормальной жизни, может понравиться богатенькому принцу. Не тот уровень!       — Что с тобой? — спросил Юнхо, заметив, что друг немного приуныл.       — Какой шанс, что такой, как я, может понравиться такому, как он?       — Ну, что я могу тебе сказать? Шанс есть всегда.       — Смеёшься?       — Нет! Я на полном серьёзе! Шанс полностью зависит от нас. Как мы им воспользуемся. Ну да, с учётом того, какую мы жизнь живём, шансы на успех существенно уменьшаются, но они всё равно есть. А почему ты об этом вдруг заговорил?       — Просто так, — поморщился Чонхо.       — Ладно, Медвежонок, не запаривайся, — ободряюще улыбнулся Юнхо, — готовься к обмену.       Вздохнув, Чонхо перекинул сумку через плечо, поймав кинутые ему Юнхо очки, сунув туда же. Юнхо, заезжая в тёмный переулок, взъерошил волосы, разрушая причёску. В целом в этом нужды не было. Заглушив мотор и потушив фары, Юнхо вышел первым, а следом Чонхо. Молчаливо ожидающий их мужчина в конце проулка так же молчаливо первым протянул сумку, отдавая первому, кто подошёл. Юнхо заглянул внутрь, глянув на пачки денек, присев, он подсветил себе фонарём телефона, быстренько пересчитав сумму, удовлетворительно хмыкнув. Поднявшись, он обошёл мужчину, на ходу отдавая футляр с украшением. Чонхо прошёл за ним к байку. Обмен прошёл быстро и молча. Забрав ключи от машины, мужчина сменил на ней номера и выехал первым. Юнхо неспешно стащил с себя пиджак и галстук, закинул к платью, затем, подумав, свернул сумку с деньгами и сунул к вещам, затем взял с байка куртку и накинул на себя, полностью застёгиваясь.       — Домой? — Юнхо протянул Чонхо один из шлемов, спокойно дождавшись, когда тот перекинет сумку за спину.       — А куда ты ещё собирался? — не понял Чонхо, надевая шлем, теперь он ждал, когда друг наденет свой и сядет за руль.       — Ну, вдруг тебе выпить хочется.       — Ага, с такой пачкой денег только и разъезжать! — фыркнул Чонхо, осторожно садясь за спиной друга, хватаясь за его талию. — Я спать хочу, — зевнул он. — У меня стресс!       — Из-за платья? — рассмеялся Юнхо.       — Не смешно! — Чонхо боднул его. — Погнали! Реально, что-то это меня вымотало. Я просто хочу лечь!       Рассмеявшись, Юнхо медленно стронулся с места и замер при повороте, оглядываясь по сторонам. Ветер ударил в забрало шлема, и Юнхо устремился к их дому-укрытию, где они втроём жили далеко не первый год. Юнхо сделал большой крюк, больше наслаждаясь скоростью и движением, чем думая о «хвосте». Чонхо тоже наслаждался катанием. Ночной город. Звёзды над головой. Романтика! Пришлось ещё небольшой крюк сделать, потому что Юнхо замечтался и проехал мимо нужного поворота. Чонхо с байка спрыгнул первым, чтобы открыть двери во двор, запуская Юнхо, и уже вместе они зашли в закрытый бар, где за столиком, закинув на него ноги, напротив барной стойки, при скудном освещении развалился Сонхва, что-то усердно тыча в телефоне.       — О! С возвращением! — Сонхва тут же подскочил, широко улыбаясь друзьям, своей чуть кривой улыбкой на одну сторону.       — Я порвал платье, — с ходу заявил Чонхо, кинув сумку на стол.       — Что?! — ужаснулся Сонхва. — Чонхо, я же просил! Как ты это сделал?!       — А не хрен было заставлять меня надевать его.       — Ханёль меня убьёт же!       — Ваще посрать, — отмахнулся Чонхо, поднимаясь на второй этаж: лестница как раз условно разделяла барную зону от столиков с танцевальной зоной.       — В чём проблема отдать деньгами или купить новое? — спросил Юнхо, стаскивая шлем, складывая его на стойку к первому.       — Будь всё так просто, я бы так не паниковал, — проворчал Сонхва. — Она требовала вернуть платье! Платье! И сразу сказала, что будет крайне недовольна, если мы с ним что-то сделаем. Ну откуда я знал, что Медвежонок меня так подставит?!       — Это ты меня подставил! — со второго этажа зарычал Чонхо. — Я тебе говорил, что не хочу платье напяливать?! Говорил! А ты усвистал!       — Я же не просто так не пошёл! — возмутился Сонхва, доставая из внутреннего кармана мешковатой куртки толстую пачку денег. — Я вот! — Он потряс пачкой. — Тоже не сложа руки сидел!       — Это не оправдание! — заявил Чонхо. — Ты заставил меня страдать! Поэтому в том, что случилось с платьем, виноват ты! Ты и расплачивайся за него, — фыркнул он и исчез из поля зрения.       — Медвежонок, это нечестно! Блядь, — ругнулся Сонхва, когда Чхве не отозвался. — А ты чего ржёшь? — Спросил он у посмеивающегося Чона.       — Я тоже отдыхать, — Юнхо похлопал друга по плечу и прошёл мимо, поднимаясь.       — А мне помочь никто не хочет?!       — С чем? — Юнхо замер, поворачиваясь к другу.       — Деньги поделить! — Сонхва скрестил руки на груди.       — Я больше чем уверен, что ты справишься с этим сам, — подмигнул Юнхо, снова поднимаясь. — К тому же ты можешь просто оставить это до завтра. Отдохни. Не думаю, что деньги куда-то убегут за это время.       Сонхва недовольно причмокнуть, но спорить не стал. Он посмотрел на сумку, затем на шлемы и всё же решил принять совет друга. Собрав всё, на что посмотрел, Сонхва поднялся на второй этаж, где слева стояла ещё одна барная стойка со столиками, а справа дверь с табличкой «ВХОД ВОСПРЕЩЁН», так как там находились личные комнаты парней. Сонхва ушёл в свою, плотно прикрывая дверь, но не закрываясь. И правда отдохнуть не помешает!