До встречи на той стороне?

После, наверное, уже десятого воспоминания о детстве и о том, как им приходилось растягивать кастрюлю макарон на троих на протяжении недели, Робин сдалась. Воспоминание подходило к своему концу, но она не уходила. Села в потрёпанный от времени диван, мерзко скрипнув пружинами и откинула голову назад, наслаждаясь тишиной. Надоело. Векна может прийти и забрать её прямо сейчас, ей уже плевать. Она проторчала тут Бог знает сколько времени и не хотела ничего так сильно, как того, чтобы это закончилось. Любым способом. Взгляд лениво скользнул по кухонной утвари, остановившись на ноже. Мелькнула мысль, но Робин отправила её в далекий уголок сознания. Она отчаялась, но пока не настолько. Пока. Она уже так давно не слышала голоса Стива. В первых воспоминаниях он часто, хоть и слабо, прорывался сквозь её кошмары. Успокаивал, давал надежду, что вот сейчас, ещё немного, она откроет очередную дверь и увидит его. Но за каждой дверью была лишь новая комната и новое воспоминание. И голос Стива становился всё тише и тише. Она и сама перестала его звать. Сил просто не осталось. Наверное, если он попал в такую же ситуацию, его мысли движутся аналогичным путем. Мир снова стал меняться и Робин закрыла глаза. Плевать. Уже плевать. — Все сюда! Пожалуйста, быстрее! Сюда! Эдди! Эдди не дышит! О нет...

———

Очередная ваза разбилась о стену, разлив вокруг себя воду и разбросав в картине хаосе цветы. Надоело! Очередной бросок. Тарелка разлетелась вдребезги. Как же все это раздражает! Удар. Антикварные песочные часы разбили окно, вылетев на задний участок. Гори в аду, Векна! Стив уставился на осколки разбитой семейной фотографии под своими ногами. На него уставились три серьезных лица. Выверенные, идеальные, стоящие ровно так, как должна стоять нормальная, счастливая семья. Он раздавил остатки стекла ботинком, проходя мимо в сторону родительской спальни. Там ещё много добра, которое не помешало бы уничтожить. Например, коллекция папиных часов. О, отец так ими гордился. Уже поднимаясь по лестнице, он скорее почувствовал, чем увидел, что мир начал меняться. Как же не вовремя. Он ещё не закончил разрушать здесь всё. Взгляд упал на окровавленную из-за осколков руку. Включая себя. — Почему?! Почему он погиб?! Стив остановился, уставившись на искореженное от слёз и крови лицо Дастина. Проклятие. Только не этот момент. Пожалуйста. Он развернулся, чтобы покинуть это воспоминание как можно скорее, но маленькая рука ухватила его. — Куда ты идёшь, Стив? Стив, пожалуйста, не бросай меня! Харингтон и не собирался. Сейчас он смотрел на рыдающего подростка перед собой и с ужасом осознавал, что снова является участников воспоминаний. А это значит... Он оглянулся на неподвижное тело Эдди. Робин и Нэнси держались за руки, смотря куда угодно, только не на тело в пяти метрах от них. Стив помнил, что он должен был сделать. Отнести Эдди в лес, и уложить под деревом. У них не было ни времени, ни возможности сделать могилу, но они не могли оставить его так. Гнить посреди улицы в другом мире. Он закрыл глаза, считая до трёх. Дастин все ещё прижимался к нему, в поисках защиты, которую Стив так и не смог оказать... Бесполезный. Со стороны Нэнси слышались тихие всхлипы. А Робин дрожала рядом с ней, украдкой бросая на Стива взгляды. Робин...Стив подавил желание подойти к ней, услышать её голос. Это не имело смысла. Он уже был в воспоминании, где пытался поговорить с ней, но это не имело значения. Она просто удивлённо смотрела на него, а потом всё возвращалось на круги своя, словно этой жалкой попытки никогда и не было. Так что, да. Это не имело смысла. И сейчас, никто, кроме него, не мог сделать это. Не мог захоронить Эдди. Дастину нужна была медицинская помощь, и он бы не смог добраться сначала до места захоронения, а потом пройти такой долгий путь обратно. И он боялся отпускать Дастина одного. Ему нужна была вся поддержка, которая только была у них. Поэтому, что тогда, что сейчас, Стив сделал единственный верный выбор. — Нэнси, Робин, отведите Дастина к порталу и вернитесь в верхний мир. Я отнесу Эдди в более укромное место. Как и тогда, Дастин возразил, глотая слёзы и дёргая Стива за руку. Как и тогда, Стив не принял его возражений и девушки увели рыдающего подростка от трупов мышей и тела Эдди. Тело Эдди... Оно было холодным, и уже начало проявляться трупное окоченение. Как Стив не старался, у него так и не получилось закрыть его глаза. Они открывались снова и снова. Потому он слегка приспустил бандану Эдди с его лба, нежно разглаживая складки и стирая кровь с щёк. Он не выглядел спящим, нельзя выглядеть так с разорванным в клочья горлом и животом, но теперь Эдди хотя бы не смотрел на безликое, серое небо чужого мира. Так, хотя бы можно было притвориться, что перед ним тёмная, безлунная ночь и он лежит не в измерении монстров, а в поле, недалеко от своего дома. Не желая задерживаться в этом воспоминании, Стив подхватил тело Эдди на руки и медленно, шаткой походной под тяжестью веса, двинулся в сторону леса. Это не было далеко. Пара домов и он уже был у опушки, но это выжало из него все силы и Стив грузом упал рядом с бездыханным трупом, тяжело дыша и вытирая пот со лба. Уложив Эдди между корней дерева, он накрыл его тело опавшей, пожухлой листвой, и сложил его руки на груди, имитируя настоящие позы для похорон. Жаль здесь не было цветов. Он смотрел на Эдди долгие минуты, прежде чем подняться на ноги и сложить собственные руки в молитвенном жесте. Сам Стив никогда не верил в бога, несмотря на старания отца, но Мансон верил. Для него это было бы важно. Произнеся краткую молитву, он уже собрался уходить, но что-то остановило его. Помявшись с ноги на ногу, он наконец решился и произнёс то, что вертелось на языке ещё тогда. — Ты полный ублюдок, раз позволил Дастину увидеть свою смерть и вообще посмел умереть, оставив его и всех нас позади. Мы почти не было знакомы, но Эдди, за эти дни ты стал частью нашей команды, даже если мы все поняли это слишком поздно. И теперь ты здесь, а мы не смогли защитить тебя, — Стив замолчал, отвернувшись от парня на земле, но все же продолжил свою речь, — Я обещал тебе и я сдержу слово, Эдисон Мансон. Я заставлю его заплатить, вот увидишь. Закончив, Стив поправил рюкзак за спиной и отвернулся, направляясь прочь из леса.

———

Что ж. Теперь она снова счастливая участница событий. Просто потрясающе. Это был отвратительный день. Они потеряли Эдди, Макс впала в кому, хотя тогда они ещё думали, что она тоже умерла. А у неё на руках была задыхающаяся от отчаяния Нэнси и рыдающий в её плечо Дастин. Пока она сама не имела ни малейшего представления, что делать. Прижав к себе подростка, Робин, как и тогда нежно погладила его по кудрявым волосам, шепча бессмысленные и ненужные слова утешения. — Всё хорошо, слышишь? Все наладится... Когда-нибудь обязательно наладится. — Ты лжёшь! Ничего не наладится, ничего не будет хорошо! Эдди и Макс умерли! Погибли! Мы ничего не смогли сделать! — он рыдал, стуча по ней кулаками. Не чтобы причинить боль, а чтобы донести свои слова. И о, у него это прекрасно получилось. Она даже толком не успела рассмотреть Стива, когда её перенесло в этот кошмар, он уже уходил с телом Эдди на руках и как бы сильно Робин не хотела его окликнуть, она не могла оставить Дастина, даже если это просто ни на что не влияющее воспоминание. Поэтому Робин продолжила прижимать к себе убитого горем подростка, бросая короткие взгляды на Нэнси и просто думать. Она никогда не проводила много времени с Макс или Эдди, но это не значило, что она не горевала. Макс была чудной девочкой, подавленной после смерти брата, но всё такой же смелой и потрясающей. Она без колебаний вызвалась быть приманкой, рискуя своей жизнью. Ей было страшно, конечно же. Она была в ужасе, Робин видела это даже за маской бравады. Но она все равно сделала это. Робин с горечью вспоминает письма, которые Макс оставила ребятам и особенно то, которое она оставила Стиву. Вспомнила, как Стив в тишине сидел в своей комнате, смотря на запечатанный лист и нежно разглаживал его руками, боясь хоть немного помять его или испортить. Но он никогда не открывал его. Макс не умерла и он сохранит своё обещание. Робин почти не знала Макс, но она знала, как много она значила для остальных в их команде. И как много эта маленькая девочка, за такой небольшой промежуток времени, стала значить для Робин. И Эдди... Охота на фриков. Он никогда не делится с ней своей тайной, а она никогда не делилась с ним. Но Робин думала, что как и она, он всё понял. Её явно выдала нервозность рядом с Нэнси и то, что она не встречалась с Харингтоном. Серьёзно, все девушки, хоть раз, но влюблялись в Стива. Его же с головой выдал платок в заднем кармане. Ну и "большой мальчик", разумеется. Робин посмеялась у себя в голове. Не только девушки хоть раз влюблялись в Стива Харингтона. И Эдди был потрясающим. Эмоциональный, со своими щенячьими глазами, открытый и добрый. Бегал с Дастином на поле, как будто не был двадцатилетним парнем, готовящимся к войне, а обычным мальчишкой. И теперь весь их город считал этого милого и безумно нежного человека - серийным убийцей. Робин зло цокнула языком, не в силах сдержать ненависть к идиотизму людей. Рация затрещала, и в ней раздался напуганный голос Лукаса. Воспоминание подходило к концу. Робин в последний раз обняла Дастина. Как же она скучала по этому маленькому сорванцу... Лишь бы он был в безопасности.

———

Странное воспоминание. Хотя бы потому, что Стив его не помнит. Он просто шёл по лесу, пиная попадавшие на пути камни. Морозный ветер пробивался сквозь тонкую ветровку, ветки бились о голую кожу, а пальцы босых ног уже давно не чувствовались. Он был в той же одежде, в которой попал в этот мир, значит, он не участник событий, а лишь наблюдающий. Но вокруг не было никого, за кем можно было подсмотреть. Странно, но у Стива уже давно не осталось сил задумываться об этом. Интересно, как там сейчас Робин? Она ещё жива? Он уже так давно не слышал её голоса. Не совсем контролируя себя, Стив остановился и вздохнув в грудь побольше воздуха, закричал. — Робин!

———

Она сидела на мостике, свесив ноги с краю. Вода плескалась, касаясь кончиков её пальцев приятной прохладой. Прежде ей не доводилось бывать в этом месте. Это должно было удивить её, но нет. Робин просто наслаждалась тишиной и звуком волн. Где-то вдалеке крикнула чайка и девушка усмехнулась, подставляя лицо ветру. Вероятность того, что самое худшее воспоминание настигнет её сразу после этого, была слишком большой, чтобы волноваться заранее. Сейчас она лишь хотела насладиться последними минутами покоя. — Робин! Она вскочила на ноги, едва не упав в воду. Что это было? Ответом ей была тишина. Больше никто не звал её. Робин покачала головой. Очередные проделки Векны. Стива здесь нет. А даже если и есть, это не имеет смысла. Она не сможет добраться до него, воспоминание сменится быстрее, чем она сделает десяток шагов. Но может... Робин выпрямилась, вздернув подбородок и набрав в лёгкие воздуха. — Стив! Тишина. Как она и думала, ей никто не ответил. И о чем она только думала? Развернувшись, она шагнула к краю моста. — Робин! Она не теряла времени. Плевать. Плевать на всё. Пусть Векна хоть в сотый раз посмеётся над её глупостью. Пусть пробьет себе лоб ладонью от разочарования в наивности людей. Плевать! Она бросилась по мосту в сторону леса, выкрикивая имя самого близкого для себя человека. Имя своего брата.

———

Стив мчался по лесу, огибая деревья. Ветки били его в лицо, но он не останавливался. Он слышал Робин. Слышал её голос. Она звала его. Впервые за столько воспоминаний. Он не потеряет её снова. Голос Робин становился ближе с каждым шагом и Стив сморгнул выступившие слёзы. Это не могло быть правдой. Очередная дымка, наваждение. Но пожалуйста, пожалуйста, хотя бы на секунду, позвольте ему её увидеть. Увидеть свою лучшую подругу. Родственную душу. Платоническую любовь с большой буквы П. Свою младшую сестру.

———

Выскочив из-за очередного дерева, Робин, скорее почувствовала, чем увидела, что чего-то коснулась. Она даже не успела осознать это ощущение. Словно чьи-то объятия, но вокруг никого не было. Это длилось меньше секунды, а потом...

———

А потом он очнулся, крепко вцепившись в тело рядом с собой. Он не мог ничего осознать. Не мог ничего понять. Но прямо сейчас он прижимал к себе маленькое тело и рыдал, как ребенок. Рыдал так, как не случалось с детства, если не считать воспоминаний о базе русских. Тельце в его руках шевельнулось и Стив услышал тихий, приглушённый всхлип. — Роб... Девушка замотала головой, крепче прижимаясь к нему. — Замолчи. Заткнись. Не говори ничего... Она не объясняла, но Стив и сам всё понял. Она, так же как и он, боялась разрушить иллюзию. Боялась, что если они сделают хоть что-то не так, их снова затянет в кошмар. Поэтому он стоял, прижимая её к себе. Промёрзшая земля холодила его ноги, но ему было плевать. Робин была с ним. Сжалась в его объятиях, тихо всхлипывая. Раздался тихий смешок. Они обернулись на звук одновременно, но ни на секунду не отпустили друг друга. Их руки крепко переплелись, а плечи соприкасались. — Признаться, я удивлен. Это было фееричное шоу, — Векна. — Вы двое тонете в своих страхах и травмах, но продолжаете цепляться друг за друга в своей созависимости, словно это может спасти вас. Люди и в самом деле жалкие. Стив не отвечал, Робин тоже молчала. Они тихо пятились назад, не отводя от монстра взгляда. Тот не приближался, стоял и корчил подобие на ухмылку. Так бы и продолжалось, если бы он неожиданно не перевел взгляд за их спины. — Я подготовил этот сюрприз для другого человека, но, раз уж не всё пошло по моему плану, будем действовать от того, что есть. В ужасе обернувшись, Стив увидел сидящих на камнях мышей. Они не нападали, но было очевидно, что это лишь из-за ожидания команды. Но не они привлекли его внимание. В центре, сияя белесыми в полутьме глазами, стоял силуэт человека. Копны волос слиплись от грязи. Одежда была частично порвана. А из глубины рта вырывалось тихое рычание. Стив не мог поверить. Он смотрел и не верил. В чувства его привёл судорожный вздох рядом. Робин тоже это видела. Перед ними, в окружении демонических мышей стоял погибший Эдди Мансон.