Берег моря

«Ночь. Я снова проснулся от страшного кошмара, который преследует меня по сей день. Я устал. Хочется просто уснуть и больше не просыпаться, и вовсе не от кошмаров, а от того, что я устал. После потери Руи, я думал, что не выживу. Воспоминания ежедневно всплывают в моей голове. За чашкой кофе, в душе и где бы я ни был. Я не думал, что когда-то потеряю его, при чем так неожиданно..От меня словно кусок оторвали. Я даю откровенно плохие примеры, но я говорю, все как есть» - высказался Умути на приеме у психолога. - Проще сказать, мне не раз говорили подобное, а могло быть и хуже,- ответил психолог на высказывания парня. - Мне тяжело жить. Прошло около года, я думал выкарабкаюсь, но все напрасно. Я ощущаю себя в заточении. - Чем вы разбавляете свой «стресс»? - Я иду на берег моря..Там, где мы с Руи всегда гуляли и желательно ночью. Чуть позже мне словно дышать легче становится. Психолог сделал пометку в блокноте, едва слышно скрипнув ручкой. - Ночное море — это опасное лекарство, Умути. Вода забирает боль, но она же затягивает обратно в прошлое. Вы не боитесь, что однажды решите зайти в неё слишком далеко, просто чтобы... перестать чувствовать эту усталость. - Я уже по колено в ней. Я не вижу границ, я иду дальше, а именно, на дно,- после этих слов глаза Умути моментально засверкали. Вытекла слеза. - Я выпишу препараты. Умути, воздержитесь от похода на тот самый берег моря. На этом пока все. Следующий прием назначим на следующей неделе. Умути, быстро взяв листок с препаратами, вышел из кабинета психолога. Сказать простое «до свидания» уже было тяжело. В горле образовался большой ком. (От лица Умути) Именно в сегодняшний день, после встречи с психологом, я чувствовал что-то невообразимое. Было так плохо, так жутко, так страшно, что просто хотелось чувствовать «ничего». Я не вернулся сразу домой. Я весь день пробыл на улице. Было холодно, октябрь месяц все таки. Под вечер стало еще холоднее. Я не смог воздержаться и снова пошел на берег. Я зависим. Я мог зависеть от чего угодно - от курения, алкоголя, но не от постоянного похода на берег моря. Я скучаю. Вечерний берег встретил меня с рокотом волн, который потом накрыл меня холодным ветром. Но мне уже было не холодно, я просто ничего не чувствовал. Я шел вдоль кромки воды, слушая, как море забирает мою усталость.  - Я исправлюсь, Руи, — думал я. — Доктор говорит, что я должен перестать сюда приходить. Говорит, что я должен отпустить тебя. Я сел на песок, глядя на звезды. В этот раз я не плакал. Я просто дышал. Глубоко и ровно. - Я постараюсь, — прошептал я в темноту. - Я постараюсь больше не приходить сюда. Ради тебя. Чтобы ты не видел меня таким слабым. Ночь. Во сне всплывает один и тот же человек – Руи. Он стоит на том же берегу моря. Мои глаза моментально наполнились слезами. Я уже ничего не вижу, но вижу его силуэт в глазах. Я бегу вперед, ничего не видя, я бегу. Я бегу в его объятья. Его руки раскрылись, они были готовы обнять меня, но как только наши тени должны были слиться в одну, он начал рассыпаться, словно пепел на ветру. - Руи! – кричу я во сне, пытаясь взять его за руку, но передо мной пустота. Руи не уходит, он просто перестает существовать. Я просыпаюсь весь в холодном поту, на моем лице слезы, а в легких создалось ощущение, что они забиты этим пеплом. В груди неумолимая боль, которую так и хочется заглушить. Я встал с кровати и моментально упал на колени. Я начал плакать, я начал умолять его вернуться. Я хотел уйти вместо него. Я хотел, чтобы он жил. Я взял таблетки и выпил их разом. Я готов был засунуть пачку, чтобы заткнуть себя и свою боль. Я лег в кровать и старался уснуть, и я уснул. Утро встретило меня лучами солнца. Они были такие же яркие, как Руи. Он тоже сиял, но только ярче солнца. Я взглянул на время и не удивился - я сплю ужасно. Время 9 утра, я не понимаю, почему просыпаюсь так рано. Я схожу с ума на протяжении года и все еще не понимаю, почему живу. Я сижу за столом за чашкой кофе. Я снова погрузился в раздумья…>>> • Воспоминания - Эй, - окликнул меня парень – ты круто танцуешь, может в одну команду вступим и будем вместе первые места занимать? Я увидел твой номер.. *Умути и Руи были танцорами,в тот день был концерт, где каждый из них увидел собственный номер* Я немного удивился. Я не знал, что ответить. - Извини, а как тебя звать? - Можешь просто Руи. А тебя как? - Умути. - Ммм… интересный ты. Ну так что? Или от темы уйти пытаешься? Я понял, что характером он не прост, но он крут, я бы составил себе команду именно с ним. - Я не пытался уйти от темы, просто было интересно твое имя. А насчет команды…Я не против создать команду с тобой,только бы увидеть больше твоих навыков,одного номера мне не хватает. - Ладнооо, – протяжно сказал Руи – будет тебе показ «мод». Только дай свой номер. Я набрал свой номер на его же телефоне. - Я занят сегодня, а завтра свободен с часу дня. Лучше пиши, а не звони. - Услышал, господин Умути. Я молча развернулся и ушел, но напоследок я услышал: «вот задрот, даже не попрощался». Я не обратил внимания. *** Я понял, что уснул за столом. На моей щеке уже засохшая слеза, а на столе чашка с холодным кофе. В миг пронеслась мысль «я снова хочу туда». Я понимаю, что мне нужно воздержаться. Я не должен. Я должен жить, но я не могу…Я не могу нормально жить без него, я сошел с ума. Я понял только одно, что нужно устроиться на работу, где рядом будут люди. Эти людские разговоры будут глушить мои мысли и я быстрее восстановлюсь. Я так и сделал… *прошло 5 месяцев* Я устроился работать в офисе. Бумажки, все дела. Все получилось так, как я хотел. После смерти Руи я уже не смог вернуться к танцам. Попросту не мог. Я обеспечил себя хорошим заработком при помощи работы в офисе. Мне это реально помогло. Мои мысли перестали быть ужасающими, я стал спать лучше, я не ходил больше на берег, я начал жить по настоящему. Так, как я хотел. Я познакомился с девушкой в офисе, она очень милая. Может…ладно, не до этого. Психолога я посещал каждую неделю, что помогло мне, как никогда. Я живу. *** Время около 9 утра, а я уже сижу в офисе за компьютером. Бумаги вокруг меня нескончаемы, но я рад этому. Я что-то набирал в нем, пальцы быстро набирали нужные кнопки на клавиатуре, а все остальные только занимали свои рабочие места. Меня тепло приветствовали, что меня очень радовало. Персонал здесь ну уж очень вежлив. Я сам не ожидал. Я планировал вечером сходить на берег моря. Я не был там уже 5 месяцев, с октября месяца, а уже март. *** Вечер опустился на побережье тяжелым свинцовым одеялом. Март дышал мне в лицо холодом, но я не чувствовал его. Пять месяцев я строил стену из офисных будней, вежливых улыбок и бессмысленных отчетов. Пять месяцев я убеждал себя, что я — живой. Я стоял у кромки воды. Море сегодня было особенно неспокойным, оно ворочалось в темноте, как огромный раненый зверь. — Видишь, Руи? Я пришел, — прошептал я. — Я в порядке. Я больше не плачу. Я… Слова застряли в горле. Внезапно, там, где волны с грохотом разбивались о черные скалы, прямо среди вздыбленной пены и ледяных брызг, я увидел его. Руи стоял прямо в воде. Его одежда не намокала, а волосы не трепал ветер. Он смотрел на меня своей той самой улыбкой — мягкой, зовущей, обещающей покой. Мои глаза моментально наполнились слезами. Я уже ничего не видел перед собой, весь мир превратился в размытое пятно, но его силуэт… его силуэт горел в моих глазах ярче любого солнца. — Руи… — выдохнул я, и это имя стало моим последним вдохом. Я сорвался с места. Плевать на офисные туфли, плевать на тяжелое пальто, плевать на всё, что я строил эти пять месяцев. Я бежал вперед, не видя дороги, чувствуя только одно — он там. Он ждет. Ледяная мартовская вода ударила по ногам, обжигая холодом, но я не остановился. Я бежал вглубь, задыхаясь от ледяных брызг. Вода уже была по пояс, по грудь, она тянула меня вниз, набиваясь в карманы, делая одежду неподъемной. Но я видел только его раскрытые объятия. Он был так близко. Еще шаг. Еще одно движение… — Забери меня, — взмолился я, протягивая к нему дрожащие руки. Но как только мои пальцы должны были коснуться его, как только наши тени почти слились в одну…он исчез. Объятия сомкнулись на пустоте. Вместо тепла Руи меня накрыла огромная, беспощадная волна. Холод был таким пронзительным, что сердце на мгновение просто забыло, как биться. Тяжелое пальто, пропитавшееся водой, потянуло меня на дно, словно свинцовый якорь. Я пытался вынырнуть, глотнуть воздуха, но море было сильнее. Оно закрутило меня, лишая ориентации, стирая границу между небом и дном. «Так даже лучше, — пронеслось в моем затухающем сознании. — Доктор говорил, что я должен перестать приходить на берег. Теперь я… никогда не уйду». Легкие обожгло соленой водой. Боль была резкой, но длилась всего секунду, а потом наступила тишина. Та самая тишина, которой мне так не хватало в офисе. Та самая тишина, в которой я наконец-то снова услышал его голос. «Я буду уберегать тебя» — Теперь не нужно, Руи, — подумал я, закрывая глаза. — Теперь мы снова вместе. Море медленно уносило мое тело прочь от берега, в глубокую темноту мартовской ночи. На следующее утро в офисе кто-то заметит мое отсутствие, кто-то подивится чистому столу и недописанному отчету. Но никто не узнает, что Умути больше не в заточении. Он наконец-то выкарабкался. Туда, где пепел снова становится человеком…. В последний миг я увидел смерти Руи, то, что заставило меня погибнуть внутри. • Воспоминание Мы гуляли по вечернему Сеулу. Тепло, сентябрь месяц. - Руи, я люблю тебя больше жизни. - Я тебя тоже, Умути. Если я умру, то я буду уберегать тебя. - Не говори таких слов, пожалуйста, мне больно. Руи крепко обнял меня. - Я не уйду от тебя никогда, мы будем вместе навсегда. Я поверил его словам. Он побежал впереди меня. Он рассказывал мне что-то, оглядываясь назад. Мы переходили дорогу на перекрестке. — Умути, не отставай! — крикнул он мне через плечо, заступая на зебру. — Нам еще нужно успеть в то кафе, помнишь? - Помню, котенок. Я сделал шаг вслед за ним. Мир вокруг был полон звуков: музыка из магазинов, гул толпы, далекие сирены. И вдруг… всё это перекрыл резкий, невыносимый визг тормозов. Я даже не успел крикнуть. Белый свет фар ослепил меня всего на долю секунды. Тяжелый, глухой удар металла о человеческое тело — этот звук я буду слышать в каждом кошмаре до конца своих дней. Руи отбросило вперед, словно сломанную куклу. Его рюкзак отлетел в сторону, а одна кроссовка осталась лежать на середине дороги. — Руи! — мой крик разорвал вечерний воздух Сеула, но он уже ничего не значил. Я бросился к нему. Асфальт был холодным и жестким. Я упал на колени рядом с ним, боясь прикоснуться, боясь увидеть то, что уже видела моя душа. Вокруг моментально собралась толпа, кто-то кричал, кто-то вызывал скорую, но для меня наступила абсолютная тишина. Руи лежал, раскинув руки, словно всё еще пытался обнять этот мир. Его глаза были открыты, но в них больше не отражались огни Сеула. В них была только пустота. — Нет, нет, нет… — я лихорадочно хватал его за плечи, пытаясь поднять, пытаясь вернуть его обратно. — Руи, вставай! Ты же обещал! Мы же идем в кафе! Руи! Я прижал его голову к своей груди, и в этот момент я почувствовал это физически — как от меня с мясом оторвали огромный кусок. Моя кожа, мои кости, моё сердце — всё это принадлежало нам обоим. И когда его сердце сделало последний, рваный толчок и затихло, я понял, что тоже умер. Там, на этой зебре, под мигающим зеленым светом….