Кажется, я пропал!

      Лим чувствовал себя виноватым. Бесконечно несчастным и виноватым. Во всем. В том, что слишком поздно встал. В том что слишком долго мылся и нежился в теплой ванне. В том, что слишком сытно позавтракал. В том что носил несусветно дорогую одежду из лучших тканей. В том, что все еще не выучил толу, хотя просидел над уроками целых два часа. В том, что на его столе все еще лежали папки, которые он не рассмотрел. В том, что Ярэ нежно и осмотрительно заботился о нем. И даже в том, что чай в его кружке был вкуснее, чем он того заслуживал.       Он не находил себе места. Ни в гостинной, ни в кабинете, ни во дворе. Он не мог смотреть в глаза евнухам, Нанди и особенно Ярэ. И впервые в жизни ему искренне хотелось, чтобы его отругали, наказали, а затем простили. И впервые в жизни, он искренне понял демонов и их обычай maha-len. Потому что за наказанием следовало искупление. Все было предельно просто и понятно. Жестоко, да, но куда более жестоким сейчас казалось жить, нести на себе груз вины за все те проступки, которые он совершил даже не узнав об этом, и не знать когда его вина наконец будет заглажена. И то что Ярэ был сегодня особенно чутким и нежным лишь усугубляло его самобичевание. И промаявшись так весь день Лим не выдержал:       – Выпори меня! – наконец выпалил он и тут же виновато вжал голову в плечи.       – Чего? – опешил лорд Ярэш.       – Выпори меня! – чуть тише и поджав покрасневшие уши повторил юный эльф.       – …? – так и не сумел выразить словами свое изумление демон.       – Я допустил ошибку. Ужасную ошибку, которая чуть не стоила чужой жизни, – попытался объяснить Лим. – Я ужасно виноват. И я готов понести наказание. Но делать вид, будто ничего не произошло, невыносимо. И то что все вокруг делают вид будто ничего не произошло, а то и будто я сам пострадал тоже невыносимо.       Некоторое время демон смотрел на него в замешательстве. Затем обескураженно уточнил:       – Ты уверен?       Лим прикусил губу и кивнул. Некоторое время демон молча смотрел на юношу. Затем тихо произнес:       – Следуй за мной.       Они покинули кабинет. Лорд Ярэш провел его по коридору в сторону своей спальни и отворил соседнюю дверь.       – Проходи.       Лим был здесь впервые. Сдержанные цвета. Неброская и прагматичная мебель. Диван шире чем Лим привык видеть их в гостинных дворца. Кресло с подставкой под ноги возле книжной полки. Стол с инструментами, кисточками и красками возле окна. Должно быть это была не иначе как личная комната отдыха, где лорд уединялся, чтобы отдохнуть от дел и отвести душу.       Тем временем демон нажал на скрытый в стене сенсор, открыл потайную дверцу и достал оттуда хлыст вроде тех, что Лим видел в конюшне. В голове юноши на секунду промелькнула мысль, что хранить подобную вещь в личной комнате несколько странно, да и вроде как ни к чему, но на то, чтобы углубиться в размышления ему не хватило времени.       – Раздевайся, – велел лорд.       – А? – опешил Лим.       – Ты же не хочешь, чтобы на одежде остались следы? – уточнил демон.       – Нет, – согласился Лим.       – Тогда сними ее.       Вот так взять и раздеться, оказаться обнаженным перед лордом… Ничем не прикрытым… Без единого кусочка ткани… Со всеми достоинствами и недостатками. Мысль была очень смущающей. Воплощать ее в жизнь руки словно отказывались.       – Сам же предложил, – растерялся демон и тут же добавил: – Но если ты передумал, мы в любой момент можем остановиться.       – Я не подумал о том, что придется раздеться, – неловко пояснил Лим.       – Тогда, просто оставим это… – произнес лорд и уже хотел повесить хлыст обратно, когда Лим его остановил.       – Нет, погоди… Дай мне время.       – Ладно.       Пару ударов сердца они стояли в тишине. В голове Лима кружили сотни мыслей. Лорд Ярэш ждал, готовый принять любое его решение. Затем юноша стянул с себя кафтан и рубашку.       – Этого ведь достаточно?       – Если ты так считаешь, то конечно достаточно, – согласился лорд.       – Но? – уточнил Лим.       – Что «но»? – не понял демон.       – Мне показалось, что там должно быть какое-то «но», о котором ты умолчал, – пояснил он.       Демон впервые за вечер мягко улыбнулся:       – Бить по спине – это для наставников. Но как наставник я не имею права тебя так наказывать. К тому же мне показалось, что ты хотел, чтобы я наказал тебя вовсе не как наставник.       Юноша вновь какое-то время растерянно и смущенно смотрел на него. Затем медленно повернулся к нему спиной, потянулся к шнурку на штанах и распутал.       – Положи руки на спинку дивана, – предусмотрительно посоветовал демон, прежде чем он спустит штаны и ходить станет затруднительно. – Так будет удобнее.       Лим послушно сделал несколько шагов, оголился чуть ниже спины и положил руки на диван.       Демон подошел. Оценивающе осмотрел его спину. Аккуратно собрал светлые волосы и завязал на макушке. Сделал шаг назад. Замахнулся. Удар был не сильным, но ощутимым. Лим ахнул и подался вперед.       – Все еще настаиваешь на таком наказании? – на всякий случай уточнил он.       – Да.       Второй удар был чуть сильнее. Рука лорда двигалась уверенно с четко выверенной силой. Ровно так, чтобы удары были ощутимыми, но терпимыми и не причиняли вреда. К пятому удару они перестали набирать силу и теперь ложились размеренно, осторожно, не столько больно, сколько обидно обжигая кожу. После десятка кожа на спине и ягодицах стала более чувствительной и хлыст стал казаться жестче. К двадцати Лим уже не сдерживал болезненных вздохов.       Порка прекратилась неожиданно. Лорд не проронил ни слова и задумчиво замер с хлыстом в руках. То ли размышляя, не добавить ли еще пару ударов. То ли просто разглядывая порозовевшие и от того еще более аппетитные округлости. На всякий случай Лим продолжал стоять оставляя выбор когда прекратить наказание за ним. Демон подошел ближе и осторожно, словно спрашивая дозволения, положил руку на обнаженную кожу и погладил обиженное место.       – Не очень больно? – на всякий случай уточнил он.       Лим мотнул головой, не смея пошевелиться. Пока еще лорд только убедился, что с ним все в порядке и что он не переступил допустимую границу. Он еще не сказал, что наказание окончено. А значит оно не окончено. Лим же выбрал само наказание, но меру должен был определить он. Иначе получалось нечестно.       – Хватит с тебя, – демон отложил хлыст в сторону, но все же остался стоять так и не освободив места, чтобы Лим смог выпрямиться и одеться.       На его поясницу легла вторая рука. Погладила. Скользнула вперед. Погладила уже там.       Лим напрягся, не смея пошевелиться, а тем более осадить демона. Да, он был еще не готов, но сейчас он готов был принять все, что демон сочтет нужным. Теплые, чуть сухие губы коснулись мочки уха.       – Я люблю тебя, – тихо прошептал лорд, – быть твоим наставником слишком мало.       Его большие и теплые, чуть шершавые руки ласково и бесконечно нежно коснулись Лима там, где они его еще не касались. Там, где прикосновения казались ярче и желаннее всего. К ягодицам прижались обтянутые тканью бедра и Лим отчетливо почувствовал очертания чего-то большого и твердого, но пока за безопасной для него преградой. Это уже не было частью наказания. Теперь Ярэ брал компенсацию за моральный ущерб и юноша не в силах сдержать сладкую дрожь еще сильнее впился в диван пальцами. Демон не говорил, что он свободен. И не отпускал. Значит ему, Лиму, положено не возражать, не отвечать, а молча и безропотно искупать вину. По спине пробежала волна жара заставляя еще тяжелее дышать.       – Я сейчас... – тихо предупредил Лим, но закончить фразу не дала стеснительность.       Впрочем демон и так понял его без слов в последний момент подставив вторую ладонь. Слугам было не обязательно знать, как и чем они занимаются в этой комнате. И наконец согнувшись пополам Лим, облегченно вздохнул да упал грудью на бархатистую ткань. Продолжения не последовало. Демон тут же отстранился. Вытер руки салфеткой со стола и молча направился прочь.       – Ты куда? – встрепенулся Лим.       Вот так оставить его здесь? Сейчас? Когда ему как никогда хотелось почувствовать рядом с собой теплое тело и надежную опору?       – В ванную. – Коротко и голосом не терпящим возражений отозвался демон, даже не остановившись и не обернувшись.       Теперь Лим зарделся и виновато потупился. Да, в самом деле... Ярэ безропотно ждал, когда его чересчур юный эльф будет готов. Не возмущался. Не настаивал. Даже лишний раз не напоминал. Вот и сейчас без претензий на большее лишь позаботился о нем, не смотря на то, что у самого в штанах жало. Было бы странно, если бы он после этого мог просто остаться рядом и в обнимку сидеть на диване.       Спохватившись, что он все еще без штанов посреди комнаты, Лим поспешил одеться. Сел. Ягодицы все еще пылали, но теперь уже не больно, не обидно, а сладостно и горячо. Да, так он этот урок в самом деле не скоро забудет! Его губы расплылись в задумчивой улыбке. Затем он подобрал хлыст и принялся бесцельно перебирать по нему пальцами.       Прошло некоторое время прежде чем демон вернулся и когда он вновь вошел в комнату, Лиму стоило немалых усилий не выглядеть слишком уж довольным, дабы демон не подумал будто наказание не удалось. Они посидели немного молча. Затем Лим тихо и смущенно спросил:       – Почему ты не сделал этого со мной? Демон удивленно вскинулся, но пару секунд спустя сам понял его вопрос:       – Потому что это наказание. Если бы я сейчас это сделал, ты бы не возразил, верно?       Лим кивнул.       – Но это не должно быть наказанием, Лим. Мы обязательно сделаем это вместе, когда ты будешь готов и когда это станет для тебя желанным проявлением любви, а не жертвой ради искупления грехов и очищения совести.       Лим который раз смутился и на некоторое время между ними вновь повисло молчание. Юноше хотелось упасть в объятия демона. Демону хотелось прижать его к себе. Но ни тот, ни другой не решался сделать первый шаг. И наконец решив, что с него хватит тишины, Лим осмотрелся по сторонам и невпопад спросил:       – Значит это твоя личная комната?       Демон кивнул.       – Сюда даже слугам вход запрещен без особого распоряжения, – тихо добавил он. – Это только моя комната. Если тут надо прибраться, то я делаю это сам.       Лим еще раз окинул комнату взглядом. На этот раз чуть более внимательно. Сдержанные цвета. Прямые линии. Ничего лишнего. Личная комната лорда разительно отличалась от остальных помещений дворца скромностью и простотой. И вместе с тем Лим наверное впервые почувствовал как устал от той изысканной роскоши которая его ежедневно окружала. Так что теперь именно в этой простоте цветов и линий он неожиданно для себя обрел покой.       – Тебе полегчало? – тихо поинтересовался лорд.       – А? – встрепенулся Лим, затем прислушался к ощущениям.       На душе было пусто. Он подумал, что после всего, что он наговорил и чем они тут только что занимались он должен был сгорать от стыда и желать провалиться сквозь землю. Но этого не было. Так же как и не было больше пожирающего чувства вины. Впрочем и покоя тоже не было. Только зияющая пустота.       – Ты не можешь всегда и везде успевать, – понял его без слов и так же тихо продолжил лорд. – Ты не можешь всегда и во всем поступать правильно. Ты не можешь обо всем помнить и всего знать. И у тебя никогда не будет полной картины и информации о происходящем. Ты не сможешь обо всех позаботиться и не сможешь всем помочь. Желая лучшего и поступая из благих намерений ты будешь совершать ошибки. Даже знания и опыт, которые приходят с годами не всегда смогут тебя уберечь от этого. Такова жизнь, Лим. И что было правильным, а что нет, в конце концов только она рассудит и расставит со временем на свои места. Лучшее, что ты можешь сделать это учитывать свои ошибки и стараться не допускать их вновь. И Лим, самые страшные ошибки это те, за которые тебя будет некому наказать, но плоды которых придется пожинать самому, – он помедлил и уже шутливо добавил: – но если небольшая порка может облегчить твои страдания, я всегда к твоим услугам. Желание провалиться сквозь землю на мгновение проснулось и юноша залился краской по самые кончики нервно подернувшихся ушей.       – Тебе понравилось, да? – не столько спросил, сколько констатировал он.       – Даже не стану отрицать, – отозвался демон.       Они рассмеялись, а отсмеявшись Лим вдруг покачал головой и сказал:       – Отвечать за последствия своих решений я готов, но то что за них приходится расплачиваться кому-то другому уж больно тяжелая ноша.       – Знаешь, я думаю, что именно это может сделать из тебя хорошего правителя, – признался демон. – Потому что только глупец никогда не ошибается. Чтобы сомневаться в себе и осознавать собственную глупость нужен недюжий ум. Чтобы извлекать урок из своих ошибок, но при этом не опускать руки нужна воля и стойкость духа. Чтобы понимать границы своей компетенции вовремя обращаясь к тем, кто обладает большими знаниями требуется критическое мышление. Все это у тебя есть. Я думаю, что со временем ты станешь мудрым и благодеятельным правителем. Но помни, что во всем хороша умеренность. Избегая ответственности ты ввергнешь свой народ в хаос. Взвалив на себя больше чем следует и пытаясь во всем удержать контроль – станешь тираном. Поэтому просто делай то, что ты можешь сделать и не кори себя за то, чего сделать не смог.       – Из-за меня чуть не погибла девушка, – напомнил Лим. – Ты говоришь не корить себя, но как я могу не корить себя если из-за того, что я сделал или не сделал погибнут мои подданные?       – Не стоит взваливать на себя ответственность за каждого эльфа Эктелии, – возразил демон. – Вовсе не ты виноват в том, что она оказалась на арене. Во-первых, в этом была ее вина. За то, что не приняла отказа и за то, что не осведомилась об особенностях предмета своего обожания. Во-вторых, в том была вина судей. Сначала тех, кто в первой инстанции назначил судьями астар. Потом тех, кто вынес приговор не взяв во внимание смягчающие обстоятельства. И в конце концов, на последнем этапе рассмотрения дела оно лежало не только на твоем столе, но и на столе Повелителей, а она получила, наверное, самый мягкий приговор из возможных. Как видишь, пусть ты и допустил упущение, но ничего страшного не произошло.       – Но это всего один случай, о котором я узнал лишь благодаря тому, что Крис решил преподать мне урок. А сколько на самом деле похожих случаев, о которых я ничего не знаю?       – И за них ты тоже не в ответе. Просто выполняй свою часть работы на совесть, а остальное от тебя не зависит и заниматься из-за этого самобичеванием ни к чему. Он ответил не сразу. Некоторое время он сидел и думал над сказанными словами желая возразить, но не находя на то слов. Потом просто тихо произнес:       – Спасибо.       И вновь повисла тишина пока Лим не сменил тему.       – Как ты думаешь, он правда любит кровавые зрелища?       – Крис? – уточнил демон. – Думаю, и да, и нет. Он от души наслаждается местью, когда сводит личные счеты, но просто смотреть на казни, мне кажется, ему наскучило уже довольно давно. Я не помню, когда он в последний раз лично присутствовал при исполнении приговоров, если то не были враги альянса и Повелителя. Думаю и в этот раз он бы туда не пошел, если бы не решил проучить тебя.       Все же поддавшись желанию, Лим позволил себе лечь на диван и положить голову демону на колени.       – Они галдели и вопили от восторга, как будто то были соревнования… Они встречали бурными овациями, когда кого-то ранили, насиловали и убивали… – тихо произнес он.       Демон распустил его волосы и принялся перебирать золотые пряди.       – Если ты ждешь от меня оправданий, их не будет. Да, среди нас есть те кто искренне упивается чужими страданиями. И им вовсе нет дела до того, за какие преступления расплачиваются в колизее. Они бы туда пришли, даже зная, что там растерзают невинных. Но все же, наверное, лучше так, чем подпольные бои с похищенными и порабощенными. Да и нежелание самим оказаться на арене как-никак все же многих отпугивает и заставляет жить по правилам.       – Но что, если там кто-то окажется по ошибке?       – Сейчас инквизиция тщательно проверяет каждого осужденного.       – Что, если инквизиторов подкупят? – возразил Лим.       Демон промолчал, потому что в ответе не было нужды.       – Что, если тяжелых преступлений не останется, а народ продолжит требовать зрелища?       Демон тяжело вздохнул, но решил, что сейчас все же не стоит углубляться в эту часть культуры своего народа. Вместо этого он протянул руку, нащупал сложенный на краю дивана плед и укрыл им юношу.       – Ты проголодался? – чуть погодя поинтересовался он, но Лим мотнул головой. Так они просидели довольно долго и юный эльф даже на какое-то время задремал. Затем проснулся, сел и задумался. Чтобы вновь вернуться к делам у него абсолютно не было сил. Сидеть в инфранете не хотелось. Заниматься чем-либо еще тоже. Идти к себе и спать было еще слишком рано.       – У тебя очень уютная комната, – снова невпопад произнес он.       – Правда? – улыбнулся демон. – Если тебе здесь нравится, мы можем чаще приходить сюда и проводить здесь время. Лим согласно кивнул, но тут он спохватился, что у лорда наверняка есть дела поважнее, чем возиться с ним и заметил:       – Если ты хочешь вернуться к своим делам, то я не смею тебя более отвлекать и пойду к себе.       – Вовсе нет, – возразил демон. – Мои дела могут подождать. К тому же разве могут быть дела важнее, чем его высочество наследный принц Эктелии?       – Мне уже намного лучше, – заверил Лим. – Прости, что доставляю тебе столько хлопот.       – Это не те хлопоты, за которые следует извиняться, – возразил демон, на мгновение задумался и предложил: – Хочешь, я тебе почитаю?       – Хочу, – оживился Лим.       – У тебя есть любимая книга? – полюбопытствовал лорд и достал планшет.       – Есть, – согласился Лим, подождал пока он снова сядет и вновь лег к нему на колени. – Только давай ты мне почитаешь не мою, а свою любимую книгу, ладно?       – Ладно, – охотно согласился демон, открыл библиотеку и принялся читать.       Его голос был приятным и размеренным. Не слишком быстрым, но и не слишком медленным. Живым, но вместе с тем без переигрывания и передергивания. И теперь, когда он читал интересную книгу, а не занудную лекцию, Лиму и вовсе не хотелось чтобы он прекращал.       Остановиться оказалось сложно. То Лиму не хотелось вставать, то хотелось узнать, что будет дальше. Но ближе к ночи демон устал, отложил планшет и велел выбирать: подушку и плед прямо здесь или отправиться в собственную кровать. Лим выбрал последнее и нехотя ушел к себе.       Зашел в комнату, разделся… Мыться не хотелось. Во-первых, это казалось непосильно трудной задачей. Во-вторых, вода сегодня была уж очень мокрой. И рассудив так Лим юркнул под одеяло. Поворочался туда-сюда, наткнулся рукой на нечто чего тут быть не должно было, да отбросил одеяло в сторону.       – О, Луноликая! – в сердцах выдохнул он.       – Накрой обратно! Дует же! – возмутился свернувшийся калачиком Крис.       Острые уши Лима нервно подернулись и поджались, когда он спохватился, что не надел пижаму, выскочил из кровати и принялся одеваться.       – Что ты тут делаешь? – возмутился он.       – Почему ты так поздно?! – возмутился Крис. – Пришел… разбудил…       – Это моя кровать, – напомнил Лим. – И моя комната. Когда хочу, тогда и возвращаюсь. А у тебя между прочим своя кровать есть. В своей комнате и даже в собственном дворце!       – Мало того, что так поздно пришел, так еще и ссору затевает… – посетовал словно бы в никуда демон.       Лим возмущенно открыл рот, но решил, что ему все же лень ругаться с этой древней, вечно вредничающей хтонью и злобно сопя вернулся под одеяло.       – Ой, а что это ты так тяжело дышишь? Нос заложен? Никак простыл? В ложе наверно продуло, да? – сердобольно забеспокоился демон.       Лим невольно прикрыл лицо руками и взмолился:       – Просто замолчи.       – Ладно, – покладисто согласился демон и перетянул на себя одеяло.       – Ты это сейчас нарочно, да? – сухо процедил Лим.       Обычно когда Крис начинал вредничать и играться с ним, это не столько бесило, сколько забавляло, но сегодня Лим был не в том настроении. И то ли он повзрослел за время при дворе, то ли привык к злому и страшному Повелителю да перестал его бояться, но он на секунду задумался о том, чтобы взять его в охапку и, можно даже вместе с одеялом, вынести в коридор. Впрочем, такая игра могла прийтись демону по вкусу… а слушать полночи как он скребется в дверь Лим не хотел. То что он поутру, так или иначе, обнаружит вновь просочившегося в его спальню демона так же не вызывало сомнений. Он досадливо вздохнул.       – Я устал, – тихо признался он. – Если хочешь спать – спи и не мешай. Если пришел поиграть, то проваливай и играй с кем-нибудь другим.       На несколько ударов сердца в комнате повисла тишина. Может его голос звучал достаточно убедительно. А может быть эмпатический дар подсказал Крису, что его юный друг в самом деле не шутит. Но демон сел, обвел Лима обеспокоенным взглядом подполз к нему на четвереньках, навис над ним и осторожно спросил:       – Ты на меня злишься?       – Еще нет, но скоро начну, – честно предупредил Лим.       – Это из-за колизея? – виновато уточнил демон.       – Нет! Из-за того, что ты не даешь мне спать! – в сердцах выпалил он и спрятал голову под подушку.       Крис осторожно лег рядом, двумя пальцами приподнял край подушки, заглянул в глаза юноше и полушепотом поинтересовался:       – А за колизей ты злишься?       В первый момент Лиму хотелось закричать. Но он слишком устал. Потом ему захотелось взвыть от досады и перевернуться на другой бок. Только когда он уже нашел в себе силы это сделать его осенило – Крис пришел именно за этим. Чтобы убедиться в том, что они с Лимом все еще друзья. Наверняка он чувствовал раздрай в душе юноши. Знал, как тяжело далось ему то кровавое зрелище. И хотя Крис затеял все это, чтобы преподнести ему урок, он вовсе не был уверен в том, что не перегнул палку да не лишил себя столь ценной для него дружбы. И ему сейчас было страшно! Этот древний и могущественный демон содрогался от страха при мысли, что может потерять расположение ничтожного смертного! Настолько страшно, что он весь день не решался прийти и поговорить по душам, вместо этого затеяв дурацкую игру с проникновение в его спальню да перетягиванием одеяла. Нет, в этот раз он не просто так бесцеремонно нарушил его личное пространство. Он проверял дозволено ли ему там все еще находиться!       – Я не злюсь на тебя за приглашение в колизей, – тихо простонал Лим. – Я понял, что ты хотел этим сказать и усвоил урок. И да, если бы ты мне просто все объяснил, сидя в кабинете, это бы не возымело такого эффекта. Я честное слово благодарен тебе за это! Но я очень, очень устал! И я очень, очень хочу спать! Если хочешь, можешь оставаться тут. Если нет – можешь идти. Завтра у нас будет время поговорить. Я не держу на тебя зла и не собираюсь избегать.       – Честно? – облегченно выдохнул демон.       – Да… – простонал Лим.       Удовлетворенный таким ответом демон вернул ему одеяло и даже заботливо накрыл подоткнув углы. Сам же лег рядом свернувшись клубком да подложив ладони под щеку. Лим закрыл глаза. Некоторое время он честно пытался уснуть, затем его глаза вновь открылись.       – На днях я перечитывал описание битвы при Мей Ги и там говорилось, будто «Повелитель аки скала возвышался над войском и каждым ударом сметал десяток врагов»…       Демон неловко улыбнулся:       – Совсем не похож на скалу, да?       – Дабы ты скалой возвышаться над армией, армия должна состоять не иначе как из нимф феарэль, – осторожно пошутил Лим.       – О-о-о, кто знает, может так оно и было, – многозначительно протянул демон, но тут же рассмеялся, – а может это моя истинная ипостась намного больше. И чуточку более зловещая…       – Чуточку это как тогда, когда ты чуть не спалил кабинет Ярэ? – припомнил Лим. Крис смутился.       – Ну… самую чуточку еще более зловещая…       Лим припомнил жуткую тень, что являлась ему в кошмарах и ту что он краем глаза видел во время покушения.       – Шестеро крыл, четыре руки и зубастая пасть?       – Да, – тихо отозвался демон. – Ты видел в памяти Анилаэля, верно?       – Да, – подтвердил Лим. – Но в этих снах сложно отличить его память от моего воображения. Крис помедлил, а затем поинтересовался:       – И что ты думаешь?       – То, что у тебя просто невероятно дурацкое чувство юмора и вредный характер для такой могущественной темной твари, – честно признался Лим.       – Правда? – просиял будто бы то был высочайший комплимент Крис.       – Да, – устало подтвердил Лим и все-таки закрыл глаза, перевернулся на другой бок да погрузился в сон.