Harry Potter and the Artificer Legacy

— Какая же это глупость, — вздохнул Гарри, наблюдая за тем, как белобрысый павлин строит из себя невесть что. — Есть немного, — согласилась Пенни, глядя на Локонса, расхаживающего по дуэльному помосту.Профессор Защиты распинался о своих талантах и подвигах, после чего пригласил — кого бы вы думали? — профессора Снейпа для демонстрации. — Ставлю галлеон, что Снейп победит, — вяло предложил Гарри. Пенни скосила на него взгляд. — Ставка для простаков, — отрезала она.Оба снова сосредоточились на «дуэли», которая закончилась ровно за одно заклинание. Снейп выкрикнул «Экспеллиармус», и Локонс, выронив палочку, кубарем полетел по помосту. Гарри закатил глаза, когда напыщенный блондин поднялся и попытался сделать вид, будто он специально «позволил» Снейпу себя обезоружить. — А теперь пускай попробует первая пара учеников! — объявил Локонс и тут же вперился взглядом в Гарри. — Мистер Поттер, прошу на помост! — Обязательно? — пробормотал Гарри. Пенни сочувственно подтолкнула его локтем. — Ладно-ладно… Он нехотя поднялся и занял позицию. Снейп, по какой-то причине, выбрал в противники Гарри именно Драко. Второкурсники сошлись в центре помоста для традиционного диалога перед дуэлью. С точки зрения Гарри — просто повод «почесать языками». — Испугался, Поттер? — с самодовольной ухмылкой спросил Драко. — Скорее, со скуки умираю, — ответил Гарри и с легким азартом заметил, как лицо Драко покраснело. Они разошлись по краям платформы. — Считаю до трех! На счет «один» начинайте! — объявил Локонс. — Три… два… один! — Эверте Статум! — выкрикнул Драко, посылая в Гарри вспышку белой магии.Заклинание бесполезно разбилось о внезапно возникший «Протего». Молодой артефактор выглядел воплощением скуки, в то время как почти все присутствующие (кроме тех немногих, кто уже видел его беспалочковую магию) стояли с отвисшими челюстями. — Проще простого, — констатировал Гарри. В следующий миг палочка Драко вырвалась из его рук и влетела прямо в ладонь Гарри. — Кажется, я победил.Снейп выглядел так, будто проглотил лимон. Все остальные просто остолбенели. Тишину нарушила Пенни, начав аплодировать, и тут же зал взорвался криками и хлопками (за исключением кучки слизеринцев). — Но… как? — пробормотал Драко, глядя на свою палочку в руках Гарри. — Беспалочковое Манящее заклинание, — просветил его Гарри, возвращая инструмент. Он уже собирался сойти вниз, когда на место Драко поднялась Пенни. — Пенни? — Тоже захотелось покрасоваться, раз уж ты начал, — улыбнулась она. Гарри внутренне заворчал. Он понял, что Пенни решила устроить повторение их тренировок, которые обычно заканчивались тем, что поверженный Гарри валялся на полу, пытаясь отдышаться, а едва запыхавшаяся Пенни довольно улыбалась. — Чувствую, у тебя есть скрытый мотив, — сказал Гарри, когда они сошлись в центре. — Нельзя же позволить тебе зазвездиться, верно? — Пенни лучезарно улыбнулась, и они разошлись по местам. — Так, э-э… три… два… один! — скомандовал Локонс, явно теряя контроль над происходящим. Гарри мгновенно выстрелил в Пенни «Флиппендо». Блондинка лишь окружила ладонь локальным щитом «Протего» и небрежно отбила сглаз в потолок. — Ты хотя бы стараешься? — спросила она. Не давая ему ответить, она материализовала вокруг себя четыре огненных шара, которые с воем понеслись к Гарри. Тот мгновенно вошел в состояние предельной концентрации. Вокруг него из воздуха возникла вода — беспалочковое «Агуаменти» — и закружилась плотной стеной. Огненные шары погасли при контакте, выбросив облака пара. Гарри хлестнул струей воды, словно хлыстом, в сторону Пенни. Староста просияла — ей явно понравилось, что он взялся за дело всерьез. Она нейтрализовала воду коротким «Фините». — Это было не очень вежливо, — съязвил Гарри. — Как и это! — парировала Пенни. Теперь к нему летели уже шесть огненных шаров. Гарри выставил «Протего», приняв удар на себя. Когда щит рассеялся, он азартно ухмыльнулся — он начал входить во вкус. Толпа вокруг перестала существовать, остались только они двое. Краем глаза он заметил, что Локонс таращится на них сильнее всех. — Эта прямая платформа — просто нелепость, хоть и традиция, — заметил Гарри, подготавливая заклинание. — Дуэль — это искусство, Гарри, а не просто способ решения споров, — ответила Пенни. — Это не то же самое, что магическая битва. — Справедливо, — пожал плечами Гарри и глубоко вдохнул. Никто в Большом зале не ожидал того, что произошло дальше. Об этом в Хогвартсе будут вспоминать годами. Второкурсник резко подался вперед и выдохнул в сторону Пенни настоящий поток пламени, совсем как дракон. Локонс буквально спрыгнул с помоста, приземлившись мешком на каменный пол. Пенни же, лишь слегка удивившись, вскинула руки. Помост треснул, и огромная секция камня поднялась вертикально, встав между ней и пламенем. — Осторожнее, Гарри, я могу подумать, что ты действительно хочешь мне навредить! — шутливо бросила она.Огонь угас, и Пенни вернула секцию на место. Камень был обгоревшим и треснувшим, но хотя бы стоял на месте. — Говорит девушка, которая минуту назад швырялась в меня огнем? — парировала Гарри. — Я думал, ты просто хочешь поиграть с огоньком. — Попробуй-ка мои новые чары, Гарри! — Пенни взмахнула правой рукой.Внезапно поднялся мощный ветер, поднимая пыль с пола. Ученики закричали, их мантии бешено забились на ветру. Гарри мгновенно понял суть заклинания. — Ты что, создала миниатюрную песчаную бурю?! — воскликнул он, накладывая «Импервиус» на своё лицо. — Я называю это «Песчаная вуаль», тебе нравится? — донесся голос Пенни сквозь вой ветра. — Погоди, ты хочешь сказать, что это авторское заклинание?! — удивился Гарри. Он и не знал, что она так продвинулась в Арифмантике. — Да, хотя оно основано на двух других чарах. — Впечатляет, Пенни! Правда! — искренне похвалил её Гарри. — Может, научишь как-нибудь? — рассмеялся он. — Если будешь хорошо себя вести, — поддразнила она «материнским» тоном, от которого у Гарри дернулся глаз. — Лови! — Лови? — переспросил Гарри и тут же выставил сразу два щита «Протего». Его глаза расширились, когда маленькие шарики из спрессованного песка застучали по двойному барьеру. «Ты действительно потрясающая, Пенни», — подумал Гарри, анализируя действия подруги. Её «Песчаная вуаль» была заклинанием, которое само по себе могло служить проводником для других чар! Это требовало не только колоссальной концентрации и силы, но и того, чтобы сама возможность такого использования была заложена в структуру заклинания изначально. — Ты не сможешь вечно держать «Протего», Гарри! — пропела Пенни, продолжая обстреливать его щиты «Песчаными пулями». — СТОЙ! — выкрикнул Гарри и выпустил максимально широкое заклинание «Иммобулус». Песок в воздухе между ним и Пенни мгновенно застыл. Гарри сбросил двойное «Протего» и с громким хлопком свел ладони вместе. Вся пыль в воздухе стянулась в одну точку и начала сжиматься. Меньше чем через пять секунд в паре метров перед Гарри парил увесистый камень из спрессованных частиц. — А теперь ты лови! — рассмеялся он, запуская булыжник в Пенни. — Конечно, — Пенни улыбнулась летящему камню, после чего тот замер на лету и с грохотом рухнул на пол. На раскрытой ладони Пенни появился огонек, который быстро вырос до размеров пляжного мяча. — Ты метишь в Маги Стихий или просто пиромант, который балуется другими чарами? — поддразнил её Гарри, снова создавая воду и заставляя её вращаться перед собой защитным вихрем. — Полагаю, на этом достаточно, — произнес профессор Флитвик, одним взмахом палочки развеяв и огненный шар Пенни, и водяной щит Гарри. Только сейчас они заметили, что остальные участники «Дуэльного клуба» в страхе прижались к стенам Большого зала. Поняв, что они немного перегнули палку, дуэлянты поспешили извиниться перед своим деканом. — Простите, профессор, — хором сказали они, коротко поклонившись. — Всё в порядке, — Флитвик кивнул, сияя от гордости. — Но должен сказать: браво, мисс Клируотер и мистер Поттер! Я годами не видел подобного мастерства! И уж точно не видел, чтобы это делали беспалочково и беззвучно, тем более студенты! Браво! Прекрасное выступление! Мастер Чар зааплодировал, и Гарри с Пенни с благодарностью приняли похвалу — признание от такого профессионального дуэлянта дорогого стоило. Парой взмахов палочки Флитвик восстановил помост и уверенно взял руководство клубом на себя. Локонс попытался было вмешаться, но ученики уже видели, как «герой» в панике спрыгнул с платформы и позорно свалился в кучу. Когда за дело взялся компетентный инструктор вроде Флитвика, Дуэльный клуб стал по-настоящему интересным. Пока студенты ждали своей очереди, Гарри и Пенни оказались в центре внимания сверстников. — Гарри! — позвала Гермиона, подходя к ним. — Ты и правда владеешь беспалочковой магией! А я думала, люди преувеличивают! — Это было круто! — воскликнула Мэнди, переводя взгляд с одного софакультетника на другого. — Пенни, твоё авторское заклинание — это нечто! — восторженно добавила Падма. — Было весело! — улыбнулась им Луна с азартом в глазах. — Спасибо, — ответила Пенни. Гарри тоже кивнул девочкам с легкой улыбкой. — Гарри, ты можешь научить меня беспалочковой магии? — спросила Гермиона, и её глаза загорелись жаждой новых знаний. Никто не заметил, как у Пенни дернулась щека при этом вопросе. — Прости, Гермиона, это фамильный секрет Поттеров, — ответил Гарри, примирительно подняв руки. — Что это значит? — Гермиона выглядела искренне озадаченной. — Это значит, что беспалочковой магии учат только членов семьи Поттеров, ты, тупая грязнокровка, — вставил свои пять копеек Драко, стоя неподалеку. Гарри заметил, что блондин подобрался поближе, надеясь подслушать объяснение. Плохо для него, что статус «фамильного секрета» делал любую попытку выведать его «Кражей магии» в глазах закона. Ни один Магический Дом не хотел даже обвинения в таком преступлении — из общества вылетят быстрее, чем успеешь сказать «Нокс». — Малфой! Проваливай отсюда, напыщенный сноб! — прикрикнула на него Мэнди. Драко лишь хмыкнул и отошел к своим. — Погоди… — Гермиона нахмурилась, явно о чем-то размышляя. — Если это семейный секрет Поттеров… тогда почему Пенни умеет это делать? Все девочки обернулись к старосте. Та сохраняла нейтральное выражение лица. — Потому что я её научил, — заговорил Гарри, переводя огонь на себя. — Я хотел иметь возможность обучить этому своих будущих детей. Тонкс и Пенни — мои самые старые друзья, и они обе пообещали никому не передавать эти знания. Вот откуда они их знают. — Вы что, помолвлены? — невинно поинтересовалась Луна. Гарри и Пенни вытаращились на неё. Мэнди, заметив их реакцию, ехидно заулыбалась. — Мэнди… не надо, — Падма положила руку на плечо подруги, зная её игривый нрав. — Ну вот, всю забаву испортила! — надулась Мэнди. — О… О боже… — выдохнула Гермиона, быстро сложив «пазл» в голове. — Я-я понимаю. Чтобы научиться, нужно быть или «стать» членом семьи Поттеров. Прости мою грубость, Гарри. Гермиона покраснела до корней волос. — Гермиона… всё не совсем так… — попытался оправдаться Гарри. Пенни помощи не предлагала — она упорно избегала встреч взглядом с кем-либо. - Следующие выходные — Так... пройдемся по списку, — пробормотал Гарри себе под нос, готовясь продвинуть свою алхимию еще на шаг вперед. — Серебро — есть. Порошок из кости дракона — есть. Железо — есть. Кобальт — есть. Кварцевая пудра — есть. Всё, что нужно, на месте. Настало время попробовать трансмутировать Сильвуан. Этот алхимический металл был на порядок выше Ульма и гораздо сложнее в изготовлении. Не говоря уже о затратах на серебро в качестве базового материала. Но Сириус полностью поддерживал увлечение Гарри артефакторикой, поэтому выделил крестнику небольшую долю состояния Блэков. Гарри поклялся себе, что когда-нибудь «инвестиции» Сириуса окупятся сполна. — Так, вторая пластина с кругом трансмутации установлена. Теперь отмерим материалы: мне нужно по пятьсот граммов каждого металла и по триста семьдесят пять граммов костяной муки дракона и кварцевого порошка. Гарри планировал провести сегодня несколько трансмутаций, надеясь получить побольше образцов годного Сильвуана для ковки. Отмерив ингредиенты, он поместил первый набор на пластину и влил свою ману в алхимическую матрицу. Круг трансмутации вспыхнул ярко-синим светом. Спустя несколько секунд материалы начали светиться и медленно сливаться воедино. От смеси летели крошечные искры магических разрядов, пока шла перестройка в новое состояние. Когда процесс завершился, Гарри убрал руки. Новообразованный металл испускал частицы света, которые парили вокруг, словно пылинки. В целом процесс был похож на создание Ульма, но требовал больше материалов и куда больше маны — как минимум в три раза. Когда свечение утихло, Гарри извлек слиток серебристо-голубого металла и осмотрел его. Цвет соответствовал описанию в книге, что уже было добрым знаком. Настоящей проверкой станет реакция на ману. Гарри направил поток силы в слиток (надеясь, что это действительно Сильвуан) и удерживал его несколько секунд. Как только металл отозвался сиянием, заставив синевато-серебристую поверхность блестеть еще ярче, Гарри просиял от успеха. — Да-а! — победно вскрикнул он, вскидывая слиток. — Получилось! Успокоившись через минуту, он порадовался, что в мастерской никого не было. Иначе Тонкс обязательно бы об этом узнала и подкалывала бы его до конца веков. Вдохновленный успехом, юный артефактор подготовил остатки материалов. После этого он планировал протестировать две разные идеи для своих следующих прототипов. Гарри стало ясно, что обычная «Схемная основа» не потянет рунную матрицу, которую он хотел встроить в свой артефактный меч. Перед ним открылись два пути. Первый — перейти на более мощную, но и более дорогую формулу. «Витрис Аури» (Золотое стекло) был куда лучшим материалом для рунных цепей, чем обычная основа. Проблема была лишь в сложности изготовления и стоимости — базовым материалом здесь выступало золото. В случае неудачи потери были бы ощутимыми. Второй вариант — использовать Ульм в качестве материала для цепей, задействовав его проводящие свойства, а саму нагрузку рунной матрицы переложить на гораздо более прочный Сильвуан. Оба варианта имели свои плюсы и теоретические шансы на успех. — Что ж, кто не рискует, тот не пьет сливочного пива, — рассудил Гарри, принимаясь за новые слитки Сильвуана. До отъезда в коттедж «Вуд-Энд» на рождественские каникулы оставалось всего несколько дней. Он хотел закончить прототипы, ну или хотя бы изготовить их до тестов. Еще семь трансмутаций дали ему в итоге восемь отличных слитков. Гарри был счастлив, что не испортил ни один из них: извлечь серебро обратно из Сильвуана без знания сложнейшей алхимии распада и разделения было невозможно. У него не было доступа к таким продвинутым техникам, так что отсутствие ошибок стало огромным облегчением. — Теперь в кузню, — подумал он вслух, собирая слитки. Разведя огонь и дождавшись нужной температуры, он поместил первый слиток в горн. Когда металл стал желто-красным, Гарри вытащил его щипцами и перенес на наковальню. При каждом замахе он вливал ману в молот. В течение следующих нескольких часов единственным звуком в тайной мастерской был звон металла о металл. Позже Пенни отчитает его за пропущенный обед и опоздание к ужину — старосте пришлось чуть ли не выламывать дверь, чтобы до него достучаться. - На следующий день - — Я просто слежу, чтобы ты не торчал здесь весь день и не падал в обморок от голода, — сообщила Пенни, усаживаясь в учебной зоне мастерской. — Я же сказал, это вышло случайно, — фыркнул Гарри, доставая алхимические принадлежности. Восемь слитков Сильвуана превратились в ножи (точнее, в заготовки, так как заточки еще не было) и ждали нанесения рунных матриц и линий цепей. Благодаря набору алхимических рун, который Тонкс подарила ему на прошлое Рождество, гравировка заняла всего около часа. Инструмент был сделан из Адамантита! В мире не существовало магического металла прочнее, так что он легко резал любые другие металлы, включая магические. Подвинув книгу поближе, Гарри еще раз просмотрел этапы создания Витрис Аури. — Сто граммов золота, восемьдесят граммов кварцевого порошка, двадцать граммов сушеной травы Уги в качестве стабилизатора. Сначала расплавить золото; вливать ману в жидкий металл, добавляя кварц и стабилизатор. Продолжать подачу маны при помешивании состава... — Гарри проговаривал инструкции вслух, медленно выполняя каждое действие. Пенни нежно улыбнулась ему, не отрываясь от домашнего задания. Она была готова поспорить, что он даже не замечает, как начинает говорить сам с собой, когда с головой уходит в работу. Честно говоря, она находила это довольно милым. Синее сияние круга трансмутации освещало мастерскую почти минуту, пока Гарри не завершил создание Витрис Аури. Новый состав для цепей всё еще оставался жидким, и Гарри оставил его на магическом аналоге горелки Бунзена (найденном в кладовой заброшенного класса), чтобы поддерживать температуру. Наполнив свою алхимическую ручку золотистым материалом, он начал аккуратно и точно заполнять рунную матрицу и линии первого прототипа из Сильвуана. Спустя тридцать минут он закончил и слил остатки. Настало время для второй идеи. У Гарри еще оставался Ульм от первых прототипов, так что он быстро разогрел его в горне до жидкого состояния. Нужно было внимательно следить, чтобы не «выжечь» магию из низкосортного металла. Опоздание на секунду превратило бы его в обычный бесполезный кусок железа. Как только Ульм расплавился, Гарри снова взял ручку и принялся за второй нож. Еще полчаса — и он откинулся на спинку стула, давая Ульму остыть и застыть в пазах ножа. — Гарри, пора обедать, — подала голос Пенни, поднимаясь из-за стола. — Ладно, мне всё равно нужен перерыв, — согласился Гарри, и они вдвоем отправились в Большой зал набивать животы. За обедом к ним подсела Луна и принялась рассказывать о Рождестве в «Гнезде Филина» — родовом поместье Лавгудов. Оказалось, Луна живет неподалеку от семейства Уизли, и на праздники обе семьи часто собираются вместе. Гарри подумал, что традиции магического мира бывают либо почти нормальными, либо совершенно дикими — середины, похоже, не существовало. Также стало ясно, что в этом году подавляющее большинство учеников разъезжается по домам. Гарри готов был поспорить, что виной тому продолжающееся расследование дела о «Наследнике Слизерина». Новых нападений пока не было. Гарри подозревал, что всё дело в присутствии авроров. Трудно прятать монстра, рыщущего по школе, когда за каждым углом следят портреты, призраки и профессиональные маги. Гарри надеялся, что этот «Наследник» либо поумнеет и оставит всех в покое, либо поскорее попадется — ему было, в общем-то, всё равно. После обеда Гарри и Пенни вернулись в тайную мастерскую, и он немедленно приступил к испытаниям. — Первый пошел: нож из Сильвуана с цепями из Витрис Аури, — объявил Гарри, зажигая «Люмос». Он провел лезвием сквозь свет — заклинание дрогнуло, потеряв две трети своего размера и яркости. — Да! Есть прогресс! — вскрикнул Гарри, а Пенни зааплодировала ему. — Нужно проверить матрицу. — Она цела, Гарри? — спросила Пенни через пару минут. — Похоже на то, — ответил он. — Повреждений не вижу. Давай проверим, сколько взмахов нужно, чтобы погасить обычный «Люмос». Снова вспыхнул шар света. Гарри взмахнул прототипом. Заклинание съежилось до трети от исходного размера. Второй взмах — и свет погас окончательно. — Сейчас, проверю... — пробормотал он, осматривая клинок. Спустя минуту он закричал от восторга: — Никаких повреждений! Работает! Работает! — Поздравляю, Гарри! — Пенни радовалась вместе с ним.— Придется провести тесты на прочность, посмотреть, сколько он выдержит. Но если всё будет в порядке, я попробую объединить две «Базовые матрицы» в одну и нанесу на следующий клинок из Сильвуана. Юный артефактор буквально светился от счастья. — А что со вторым прототипом? — Пенни указала на нож с цепями из Ульма. — Точно-точно, чуть не забыл от радости, — Гарри тряхнул головой, концентрируясь. — Давай проверим этот. Очередной «Люмос». Гарри провел лезвием сквозь шар. Заклинание заколебалось, пока металл был внутри, но как только клинок вышел из зоны света, яркость и размер остались прежними. — Ну, хоть какой-то эффект был? — неуверенно предложила Пенни. Гарри осмотрел руны — повреждений нет. Тогда он просто ткнул острием в центр «Люмоса». Шар света дрожал, пока нож находился внутри, но не гас даже спустя минуту воздействия. — Как странно, — задумчиво произнес Гарри. — Та же рунная матрица, но разные материалы дают разные реакции. Поразительно! Он улыбался так же широко, как и при первом успехе. Пенни могла лишь нежно смотреть на него. Даже когда работа шла не совсем так, как планировалось, он находил в этом пищу для ума. Неудачи не останавливали его, а наоборот — подстегивали, словно он принимал их как вызов. Она вынуждена была признать: такая самоотдача делу была весьма притягательной. — И что теперь? — спросила Пенни, вырывая Гарри из задумчивости. Его взгляд упал на старый «неудачный» нож из Ульма, от прикосновения к которому пальцы покалывало, словно иголками. — Проверю кое-что другое, — ухмыльнулся Гарри и приложил лезвие ножа с цепями из Ульма к своему мизинцу на левой руке. Он слегка коснулся пальца — и мгновенно перестал его чувствовать. — Интересно! — Что ты сделал, Гарри? — спросила Пенни. — Кажется, я только что временно лишил чувств свой левый мизинец, — сообщил он. Он не ожидал, что Пенни мгновенно окажется рядом и вцепится в его руку, пристально изучая палец. — Что значит «лишил чувств»?! — потребовала она ответа, пытаясь понять, нет ли травмы. — Ничего серьезного, Пенни, я просто его не чувствую. Гарри попытался успокоить девушку, но та посмотрела на него как на сумасшедшего. — Ты мог магически перерубить себе нервы! — вскрикнула она, не скрывая тревоги. — Это может быть ОЧЕНЬ серьезно! Мы идем в больничное крыло! — Уверен, это пройдет через... — начал было Гарри, но Пенни и слушать не желала. Она мертвой хваткой вцепилась в его левое запястье и потащила вон из мастерской. — Мы идем, и точка! — отрезала она. Гарри перестал сопротивляться и позволил ей вести себя. В глубине души ему было приятно видеть, как сильно Пенни о нем заботится. Хотя перспектива того, что мадам Помфри будет над ним кудахтать, его совсем не прельщала. Ну да ладно, если это поможет Пенни успокоиться — он пойдет. На самом деле, он готов был сделать для неё или Тонкс почти что угодно. «Хорошо иметь таких друзей», — подумал Гарри, покорно следуя за ней. — «Хотя надеюсь, она скоро ослабит эту "смертельную хватку" на моем запястье, раз уж я иду добровольно». Она не ослабила. - Конец главы -