Will you come back?

Вернувшись домой от семьи, я всё еще ощущал внутри себя отголоски напряжённых разговоров и эмоций. В голове крутились фразы Лотти. Чтобы немного отвлечься и сменить обстановку, я решил позвонить Зейну. Набрав его номер, я с облегчением услышал голос на том конце провода. — Эй, как дела? — спросил он, и в его голосе была нотка заинтересованности. Я думаю это из-за того, что он все рассказал моей маме. Ждет моей реакции.  — Привет, — ответил я, стараясь скрыть напряжение. — Думаю, нам не помешает встретиться. Как насчёт выпивки? Можем сходить в бар или клуб.  Зейн задумался на мгновение. — Да, звучит неплохо. Давай встретимся у тебя и решим, куда пойдем. Мы согласовали время, и я повесил трубку с лёгким чувством надежды на то, что я смогу с ним поделиться разговором с Лотти и получить совет. Общение с Зейном всегда приносило мне некоторое облегчение.  Я начал готовиться к его приходу, понимая, что этот вечер может стать не просто способом развеяться, а ещё одной попыткой разобраться в своих чувствах.

***

В конце концов, вечер выдался непредсказуемым. Мы с Зейном решили пойти в клуб, и, пройдя через порог, я почувствовал, как музыка захватывает меня в свой ритм, растворяя все заботы и тревоги. Мы напились, отходя от тех смутных чувств, которые мучили меня. Повсюду сверкали огни, и в воздухе витали запахи пота и духов.  Среди громкого смеха и весёлых разговоров мы нашли время обсудить мои отношения, мою жизнь, и вскоре пришли к выводу, что мне действительно нужно двигаться дальше. Зейн, с его заботливым взглядом, подбадривал меня, заявляя, что теперь я должен позволить себе снова открыть сердце к новым знакомствам.  — Подцепи кого-то,— произнес он с ухмылкой, и в тот момент я почувствовал, как в моем сознании смелость берет верх надо мной.  Танцы стали для меня проводником к насыщенной ночи — моё тело поддалось горячему ритму, словно каждой клеткой ощущая свободу. Я не могу вспомнить, как я оказался на танцполе в объятиях незнакомца, но в этот момент мир вокруг стал размытым, и всё внимание сосредоточилось только на том, как его руки двигались по моим бедрам, а губы оставляли поцелуи на моей шее. Эта ночь меняла меня, будто я полностью погружался в другой мир, избавленный от боли и переживаний. Всё, что казалось значительным, кануло в небытие — осталась лишь страсть, танец и желание. И я, запутанный в вихре этих чувств, позволил себе расслабиться. Это было странно, ведь после ухода Гарри я не позволял никому ко мне прикасаться.  Всё закончилось в моей кровати, когда я, поддавшись импульсу, оказался рядом с парнем, имя которого я не только не знал, но даже не успел спросить. В тот момент, когда всё вокруг кружилось, имя перестало иметь значение — важно было только ощущение, что в моём сердце постепенно начинает пробуждаться новая жизнь. 

***

Утром, когда проблески света стали прорываться сквозь занавески, я осознал, что кто бы ни был этот парень, он стал символом моего желания двигаться дальше, отпустить прошлое и, возможно, получить удовольствие от того, чего ещё не было в моей жизни.  Окончательно проснувшись, я с трудом собрал мысли, слабые кадры этой ночи вдруг начали мелькать в моей голове. Несмотря на то, что ночь была бурной и страстной, сейчас, стоя в ванной перед зеркалом, разглядывая на коже тени ночного веселья, меня охватило легкое стеснение. Парень, спящий в моей кровати, начал шевелиться, собираясь подняться, и я почувствовал, что самое время прояснить ситуацию и объяснить, что секс был лишь на одну ночь и продолжения не будет. Но незнакомец быстро собрал свои вещи и сказал, что торопится на работу. Оно и к лучшему, это ясно дало понять, что он тоже не заинтересован. Провожая этого парня и открывая дверь, я не ожидал увидеть Гарри с букетом цветов. Его лицо сменилось от недоумения к ярости, и взгляд метался от неизвестного парня ко мне, словно искал ответ на вопрос, который я сам не мог сформулировать. — Что это, блять, значит, Луи? — выкрикнул он, его голос сотрясал воздух так же, как и мои собственные чувства, застигнутые врасплох. В этот момент незнакомец почувствовав напряжение, переступил порог квартиры. — Оу, детка, — его голос звучал расслабленно, хоть и с ноткой смущения, — я не знал, что ты в отношениях, — он поднял руки в жесте «сдаюсь», — извините, я пойду. Спасибо за ночь.  Эти слова остались в воздухе, словно осадок, который невозможно было развеять. Я даже не успел ничего сказать, когда тот быстро убежал по ступенькам. В его взгляде не было ни малейшего чувства обиды, только лёгкая вежливость, и он просто ушел, оставив меня наедине с Гарри и нашими эмоциями.  Между нами повисло молчание и напряжение стало ощутимым. Я знал, что нам обоим нужно поговорить, но не был уверен, с чего начать. Гарри смотрел на меня, словно я был его врагом, но внутри меня кипела боль за то, что произошло. Необъяснимое желание всё исправить, объяснить эту ночь, заглушало все остальные мысли. Но слова казались тяжелыми.  — Гарри... — начал я тихо, но он прервал меня. — Нет, Луи, — сказал он, его голос был холодный, наполненный смесью гнева и боли. — Не надо. Я не знаю, что у вас было, и даже не хочу знать. Но ты совсем не ценишь то, что я делаю для тебя...  И вот, я почувствовал, будто сам себе ставлю подножку, медленно осознавая, что эти слова вырываются из Гарри не только от гнева, но и от переживания глубокой личной раны. В этот момент всё вокруг будто затихло. Не было никакого смысла заставлять себя объяснять то, что он и сам прекрасно понимал. Я не давал ему никаких обещаний, и это было правдой. Его усилия по поводу подарков, которые он мне делал в последние дни, были его инициативой, и я не чувствовал себя обязанным отвечать тем же. — Гарри, просто уходи, — произнес я, стараясь сохранить голос спокойным. Я устал от всей этой драмы, от постоянного напряжения, которое давило на меня. — Я ничего тебе не обещал. Мы не в отношениях. Он не унимался, и его глаза наполнились яростью и растерянностью. — Знаешь, — сказал он, напряженно сжимая букет цветов в руке, — слушая все это время Зейна и Найла, я думал, что ты все еще любишь меня. Но нет, ты просто прикидывался дураком все это время, чтобы тебя жалели и заботились.  Эти слова ударили не по слабому месту, а по всему моему существу. Я почувствовал, как холодный пот катится по спине, и гнев был готов прорваться наружу. Как он мог сказать такое, когда я вкладывал в свои чувства столько искренности? — Это не так! — перебил я его, но затем осознал, что агрессия не поможет в этом разговоре. Вместо этого, я решил быть честным. — Да, я еще помню все наши моменты, и да, мне жаль, что всё так получилось. Но я не собираюсь возвращаться к тому, что было между нами, я устал жить в одиночестве, вечно ожидая, когда ты вернешься.  Гарри продолжал смотреть на меня с недоверием. Он, как будто, искал подтверждение своих предположений, но тут я уже не мог ему помочь.  — Я просто пришел, чтобы разобраться в своих чувствах, а тут ты — с другим парнем, — произнес он с обидой. — Ты не понимаешь, что мне и так тяжело?  Я не знал, что сказать, мысли спутанно летали в моем сознании. Было мучительно больно видеть его страдания, но одновременно я ощущал, что на мне не лежит тяжесть вины за его ожидания. Это не моя проблема, если он не верил в то, что между нами уже ничего не будет. — Я не могу оправдывать твои ожидания, Гарри, — произнес я, сделав шаг назад. — Всё изменилось, и мне нужно двигаться дальше. Если ты этого не понимаешь, то, возможно, нам не стоит даже продолжать этот разговор.   Я чувствовал, как каждое слово, произнесенное нами, вонзалась в атмосферу. Гарри, оставшийся с букетом цветов и пустым взглядом, всё ещё смотрел на меня, и я чувствовал, как всё внутри него кипит. — Давай я приду к тебе сегодня вечером? — с надеждой в голосе предложил Гарри. — Пусть будет так, словно этой нелепой ситуации никогда не было, и мы просто спокойно обсудим все, что между нами происходит? Я прищурился, мой взгляд стал серьезным.  — Знаешь, я тоже очень хочу поговорить. Давно нужно было это сделать. — сказал я, немного нерешительно. Я хочу поставить точку между нами и отпустить его.  — Да, — подхватил он, — Я просто не хочу, чтобы между нами была неловкость.  Я легко улыбнулся.  — Я не люблю неловкость, честно. Лучше обсудим все открыто.  — Согласен,— выпалил он, не в силах скрыть своего энтузиазма. — И, я принес эти цветы для тебя.  Гарри наклонил голову, его глаза загорелись. Он вручил мне букет, наполненный яркими цветами, и, глядя в мои глаза, добавил:  — Надеюсь, этот вечер поможет нам разобраться во всем.  — Да, приходи в восемь, — сказал я, ощущая, как легкость переполняет меня. После того, как Гарри ушел, я остался один, осознавая, что день будет долгим. Каждый час тянулся, и мысли о встрече кружились в голове. Я придумывал слова, чтобы закончить эти «отношения», но при этом не ранить друг друга.

***

Приведя в порядок свою квартиру, сменив постельное белье на свежее, я устроился на уютном диване в гостиной, вдыхая легкий аромат свежести, и взялся за чашку с горячим чаем, чтобы согреться и расслабиться. Ровно в восемь вечера раздался четкий стук в дверь, который прервал тишину. Я открыл, впуская Гарри и провожая его в просторную кухню. — Присаживайся, — произнес я, стараясь скрыть легкое волнение. Гарри, как всегда, излучал позитив и дружелюбие, а его красивая улыбка дарила уверенность, что вечер пройдет отлично. Он первым нарушил тишину. Я взглянул на него, пытаясь вспомнить все слова, которые я придумывал днем. Похмелье все еще давало о себе знать, и в моей голове крутилось множество мыслей, но я знал, что этот разговор станет тем освежающим глотком, который мне сейчас так необходим.  — Ты готов поговорить? — спросил Гарри, и в его голосе звучал намек на серьезность, которая заставила меня глубоко вздохнуть. Я набрал в легкие воздух, стараясь успокоить нервозность, зарождавшуюся внутри. — Я хочу сказать тебе неприятные вещи, и ты должен меня выслушать, не убегая и не крича, что между нами навсегда все кончено. Гарри говорит это так легко, будто бы это я ушел от него.  — Ладно, — ответил я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри кипели эмоции. — Я злюсь, что ты спал с другим парнем, — продолжал он, его жесткая тональность отражала всю глубину боли. — Я понимаю, что мы не вместе, но, тем не менее, я еще больше злюсь, что у него была возможность к тебе прикоснуться. — По твоему, я должен был зациклиться на тебе и поставить на паузу свою жизнь после расставания? — горько произнес я, вспомнив, как пытался справиться с потерей. — Да, так и было, но сейчас всё изменилось. Я больше не жду тебя. И я вообще не собираюсь перед тобой оправдываться за то, что я делаю со своей жизнью. — Наберись терпения, — с жесткостью произнес Гарри. Его глаза сверкали, и я видел, как он борется с эмоциями. — Дай мне закончить то, что я начал. — Я всё это не планировал, ясно? — мой голос стал немного громче, но от этого я не чувствовал себя спокойнее. Вот он - взрыв моих эмоций и возможность высказать все, что накопилось внутри. — Еще вчера я хотел возобновить с тобой отношения, но поговорив с семьей и друзьями, моё решение изменилось. Я не знаю, когда ты переваришь эту новость, но я хочу, чтобы ты перестал дарить мне подарки и свалил нахрен из моей жизни! — выпалил я, уже не в силах сдерживать свой гнев. Я больше не хотел делать вид, что все в порядке.  — Ясно, Луи. Ты всё еще прислушиваешься к своим друзьям и семье, — произнес Гарри, сжимая кулаки, его голос дрожал от гнева. — Ты не в состоянии сам принимать решения? Вместо этого ты переложил всю ответственность за свои поступки на своих друзей.  Я невольно отступил на шаг, сердце колотилось в груди, а в голове царил хаос, мои глаза широко раскрылись в шоке от слов, произнесенных Гарри. — Давай говорить откровенно, — продолжал Гарри. — Я ушел от тебя, потому что ты стал невыносимым. И сейчас, когда я смотрю на тебя, мне становится очевидно, что ничего не изменилось. Я чувствовал, как мое сердце замирает. Я хотел возразить, но слова застревали в горле, как кусок стекла. — Вчера ты хотел меня, а сегодня уже не хочешь, — крикнул Гарри, прерывая мои мысли. — И так происходит постоянно, с самого начала наших с тобой отношений. А потом ты заявляешь всем, что я веду себя странно. Да потому что, блять, я не могу понять тебя. Гарри смотрел на меня с такой яростью, что я едва мог вынести этот взгляд. Слёзы боли скапливались на моих глазах, но я стиснул зубы, чтобы он не увидел, как его слова меня ранят.  — Я пытаюсь… — наконец произнес я, мой голос стал тихим, но полным отчаяния. — Я пытался до сих пор понять, что произошло между нами тогда. Все эти качели — ты не мог просто подойти ко мне и сказать, что не так? Гарри замер в ответ на мои слова. Его лицо выражало не только шок, но и смесь сожаления и недоумения.  Я думаю, что прояснить ситуацию и отпустить друг друга - это возможность для обоих двигаться вперед и искать собственное счастье, а не зацикливаться на том, что когда-то было. Я надеялся, что он поймет это. Тем более, когда уже выяснилось, что я был виновником всех бед между нами, отлично.  — Знаешь, — начал он, его голос стал тише, — иногда мне кажется, мы оба потерялись во всем этом. — Давай попробуем быть друзьями, — предложил он. — И я докажу тебе, что я изменился. Я не хочу и не хотел разбивать твое сердце. Гарри, словно осознав что-то важное, взглянул мне в глаза, и в его взгляде я увидел искру надежды. — Но мне так трудно представить, как мы будем это делать. — И как ты себе представляешь эту блядскую дружбу между нами? — закричал я. — Шесть гребаных лет ты был со мной, и тебя все устраивало, а потом ты просто свалил. А сейчас говоришь, что я был невыносим и что ничего не поменялось. Так какого хуя ты продолжаешь уделять мне свое время и пытаешься дружить со мной? Моя грудь вздымалась от гнева, а горло сжималось от боли. Я взглянул на него, и в его глазах увидел ту же ярость, что и во мне. — Ты не представляешь, как мне было сложно уйти от тебя. Я думал, что только так смогу найти себя. — он ответил и опустил свои глаза в пол.  — Найти себя? — переспросил я, не веря своим ушам. — Ты оставил меня тонуть в этом дерьме на пару лет, а теперь хочешь, чтобы я принял твою дружбу, как будто ничего и не произошло? Это так не работает, Гарри, — я чувствовал, как пульс колотится с катастрофической частотой. Внутренние демоны вырывались на свободу, и я не мог их остановить. — Ты не можешь просто приходить и говорить, что все будет хорошо, когда я до сих пор чувствую себя преданным. Ты разрушил все, что у нас было, и теперь ты хочешь, чтобы я забыл об этом? Гарри, сжав руки в кулаки, наклонил голову и сказал: — Я не хочу, чтобы ты забыл об этом, — его голос потихоньку начал терять напряжение. — Я просто хочу, чтобы ты знал, что я все еще волнуюсь о тебе. Это не легкое решение для меня, — по его щеке потекла слеза, которую он поспешил смахнуть рукавом своей рубашки, — каждый день я думал о том, как сделать всё правильно, как вернуть тебя в свою жизнь, но я держался в стороне, потому что боялся сделать тебе снова больно. Слова Гарри удивили меня, и хотя они звучали искренне, я все равно не до конца ему верил.  — Ты серьезно думаешь, что мы просто будем играть в друзей?  Гарри медленно покачал головой, его глаза наполнились решимостью.  — Нет, Луи, я не собираюсь играть в друзей. Я хочу быть честным, но мне нужно время, чтобы разобраться во всем этом. Мы можем попытаться, но дай мне понять, что ты хочешь — друга или чего-то большего? Я замер, всматриваясь в его лицо, полное эмоций. Возможно, я действительно не был готов отпустить его, но эта дружба казалась такой утопией. — Я не знаю, Гарри. Я просто не знаю.  Я сел на стул рядом с ним, прокручивая в голове наш диалог, его слова словно обрывали последние ниточки спокойствия внутри меня. От злости горело лицо, сердце колотилось в груди, а глаза давно уже не сдерживали слез. Гарри положил свою руку мне на колено, словно искал связь, которая была между нами раньше. — Я не хочу, чтобы кто-то другой тебя касался, — произнес он тихо, но в его голосе слышалась искренность.  Я вздохнул, наклонился ближе, стараясь поймать его взгляд, в котором было отчаяние. — Не надо, Гарри, — шепнул я, голос мой дрожал от напряжения. — Это сделает нам больно. Он застыл, а его рука все еще лежала на моем колене, но теперь она казалась тяжелой, как камень.  — Но я не могу просто наблюдать, как кто-то другой будет близок к тебе, не могу делать вид словно это ничего не значит для меня, — произнес Гарри, его голос напоминал шепот, но в нем ощущалась мощь, готовая разорвать тишину на части. — Это сводит меня с ума. — Ты не понимаешь, Гарри, — ответил я, отводя взгляд, чтобы он не увидел в моих глазах внутреннюю борьбу. — Каждый раз, когда ты так говоришь, я ловлю себя на мысли, что мы снова сможем быть вместе. Но мы уже потеряли друг друга, и я не хочу снова проходить через это.  — Я просто хочу, чтобы ты знал... — произнес он с трудом, его голос был полон нежности и тоски. — Я готов бороться за нас, если ты тоже готов. — Гарри, я не знаю, как нам двигаться дальше.  На секунду повисла тишина, и мы оба смотрели друг другу в глаза, будто искали там ответы. Я понимал, что он хочет больше, чем просто дружбу, и сам я тоже не мог отвести от себя эту мысль. Но всё, что нам оставалось, это рискнуть и поверить в то, что возможно, несмотря на все испытания, у нас еще есть шанс быть друзьями.  — Может быть, нам просто нужно время, — наконец произнес он, открывая глаза и глядя на меня. — Возможно, до тех пор, пока мы не будем готовы к этому.  Я кивнул, наблюдая за тем, как в его глазах загорается надежда. В один миг он накрыл мои губы своими, и мир вокруг нас словно перестал существовать. Перед моими глазами всё расплылось, а тело, поддаваясь его прикосновениям, ответило на поцелуй.  Когда я осознал, что произошло, то грубо оттолкнул его от себя. — Какого черта, Гарри? — вырвалось у меня. — Мы договорились быть друзьями, а ты ищешь возможность затолкнуть свой язык ко мне в рот.  Я не могу понять, почему он нарушает эту границу между нами, которую мы пытались установить последние пару часов, и в тоже время чувствую внутренний конфликт: часть меня хотела быть с ним ближе, но другая — пыталась сохранить то, что еще осталось от моего сердца. Гарри, всё ещё ошарашенный, отшатнулся, а его лицо исказилось от боли и смущения. Он посмотрел на меня, в его глазах было чувство вины и растерянности.  — Луи…— его голос дрожал, звучал почти как шепот. — Я просто... я не знаю. Я вздохнул, осознавая, что мы оба оказались в ловушке своих чувств и ожиданий.  — Ты не понимаешь, — произнес я, — Мы только что обсудили, что между нами все еще есть чувства, но это не значит, что мы можем мгновенно вернуться к тому, что было. — Я знаю, что это сложно, — сказал он, его голос стал более уверенным, — Но я не могу игнорировать то, что чувствую. С каждой секундой моё сердце сжималось, борясь с противоречием: я хотел его, и в то же время — боялся, что это снова приведёт к боли.  — Мы договорились о дружбе, Гарри, — провожу рукой по лицу, стараясь скрыть свое смущение. — Друзья не целуются. Гарри наклонил голову и улыбнулся. — Я не хочу тебя терять, — сказал он тихо. — Прости, постараюсь больше не целовать тебя.  Я улыбнулся ему в ответ, чувствуя, как на душе стало легче, будто неведомый груз, который я носил так долго, наконец, упал с моих плеч. Мне не хватало таких разговоров с ним. Я радовался, что нам удалось прояснить ситуацию с нашими отношениями, хотя в глубине души всё еще оставались сомнения.  После нашей беседы Гарри сказал, что ему нужно ехать домой, потому что завтра его ждёт тяжёлый день — много работы. Я проводил его к двери, и между нами повисла неловкая тишина. Мы стояли у порога, будто времени не оставалось, а все слова уже были сказаны. Затем, в знак прощания, мы неловко обнялись. В его объятиях ощущалось не только тепло, но и напряжение, словно это нарушает договоренности между нами. Я прижал его к себе, и в этот момент мы оба чувствовали, что что-то изменилось, что эта дружба будет испытанием для нас обоих.  С каждой секундой меня охватывала тревога, но в глубине души жила надежда: возможно, это всего лишь начало чего-то нового, чего-то, что поможет нам разобраться в собственных чувствах. Не знаю, как Зейн отреагирует на все это, ведь еще вчера я клялся и божился, что начну всё с чистого листа. А теперь в моей квартире стоит Гарри и предлагает дружбу, полную непростых обещаний и скрытых намерений.