В клетке собственных чувств

Начало второго сезона принесло с собой ощущение дежавю. Те же стены. Те же камеры. Те же роли. Но теперь — другие они. Ничего нельзя было показать. Ничего нельзя было назвать. Но это было в каждом взгляде. --- — Мы должны быть аккуратнее, — тихо сказала брюнетка на одной из первых планёрок, когда все уже начали расходиться. Блондинка закрыла блокнот. — Мы и так аккуратны. — Недостаточно. — Для кого? — Для всех. Пауза. — Или для тебя? — спокойно добавила блондинка. Брюнетка не ответила. Слишком предсказуемо. --- Они снова начали задерживаться после съёмок. Как будто ничего не изменилось. И как будто изменилось всё. --- — Ты жалеешь? — спросила блондинка однажды вечером, когда они остались вдвоём в пустом зале. Брюнетка стояла у стола, скрестив руки. — О чём? — Ты знаешь. Пауза. Слишком короткая, чтобы спрятаться. — Нет. Ответ был тихим. Но твёрдым. Блондинка чуть кивнула. — Хорошо. — А ты? Она подняла взгляд. — Нет. И в этот момент между ними снова стало слишком тесно. --- — Тогда в чём проблема? — голос брюнетки стал ниже. — В том, что ты всё время делаешь шаг назад. — Потому что кто-то должен. — Или потому что ты боишься? Тишина. Брюнетка усмехнулась. — Я не боюсь. — Тогда перестань вести себя так, будто это так. --- Они стояли друг напротив друга. Ближе, чем нужно. Ближе, чем безопасно. --- — Ты думаешь, это просто? — тихо сказала брюнетка. — Делать вид, что между нами ничего нет? — Нет. — Тогда почему ты… — Потому что я не хочу делать вид. Слова прозвучали спокойно. Но в них было больше, чем в любом споре. --- Брюнетка сделала шаг ближе. Почти незаметно. — Это может всё разрушить. — А может и нет. — Это риск. — Это выбор. Пауза. Длинная. Опасная. --- — Ты всегда такая упрямая? — тихо спросила брюнетка. — Только когда это важно. — И это важно? Блондинка посмотрела прямо в глаза. — Да. Без сомнений. Без защиты. --- Что-то внутри дрогнуло. Впервые за долгое время — не от раздражения. А от того, что это стало слишком настоящим. --- — Ты не понимаешь, во что ввязываешься, — почти шёпотом сказала брюнетка. — Тогда объясни. — Это не… — она замолчала, подбирая слова. — Это не просто. — Я и не ищу простого. Пауза. И снова — никакого шага назад. --- Они стояли слишком близко. Настолько, что любое движение уже имело значение. Любое дыхание — чувствовалось. --- — Если мы перейдём эту грань… — начала брюнетка. — Мы уже её перешли, — тихо перебила блондинка. И это была правда. --- Мгновение. В котором можно было остановиться. Или нет. --- Брюнетка смотрела на неё долго. Словно пытаясь найти хоть одну причину отступить. Но не находила. И это было самым опасным. --- — Ты усложняешь всё, — тихо сказала она. — Нет, — так же тихо ответила блондинка. — Я просто не упрощаю. --- И в следующий момент всё произошло слишком естественно, чтобы казаться ошибкой. Брюнетка первая сократила расстояние. Едва заметно. Но достаточно. Блондинка не отступила. Ни на шаг. --- И когда их губы наконец коснулись — это не было внезапно. Это было… неизбежно. --- Без резкости. Без спешки. Как будто они давно знали, чем это закончится. --- Мир за пределами этого момента исчез. Не было камер. Не было проекта. Не было правил. Только тишина, которая наконец перестала быть между ними. --- Брюнетка отстранилась первой. Слишком резко. Словно вспомнила, где они. Кто они. И что это значит. --- — Это ошибка, — тихо сказала она, не глядя в глаза. Но голос предал. Блондинка сделала шаг ближе. Снова. — Нет. Одно слово. Уверенное. --- — Ты не можешь знать, — жёстче ответила брюнетка. — Могу. — Это всё усложнит. — Уже. — Мы пожалеем. Блондинка чуть наклонила голову. — Ты уже жалеешь? Пауза. Долгая. Честная. --- — Нет, — тихо ответила брюнетка. И в этот раз — без попытки спрятаться. --- Блондинка улыбнулась. Едва заметно. — Тогда не называй это ошибкой. --- Тишина снова стала другой. Не напряжённой. А наполненной. --- — Нам нужно идти, — наконец сказала брюнетка. — Нужно. Но никто не двигался. --- Потому что теперь всё стало яснее. И одновременно — сложнее. --- Они перешли грань. Окончательно. И теперь вопрос был не в том, что между ними происходит. А в том, смогут ли они с этим жить.