Счастье со вкусом Кетчунеза!

Сейчас. Несколько часов спустя:

                    Кузя и Алла сидели с дочкой в её комнате и раскрашивали вместе с ней раскраски. Маше нравилось, когда родители уделяли время её хобби. В данный момент семейство Кузьминых расспрашивало о диснеевских принцессах. Маша занималась Жасмин. Её мама раскрашивала Ариэль, а папа делал цветную Мулан. Эдуард помнил всё чётко, как выглядит смелая китайская женщина-воин в просмотренных мультфильмах и не отходил от цветов. Ариэль была любимой принцессой Аллы. Блондинке всегда нравилась решительность этой девушки, которая рванула в неизвестные дали познавать мир. Когда Алла выросла, то стала ценить, как меняются отношения Русалочки и её отца Тритона, который даже пожертвовал собой ради дочери.       И он даже после победы над злобной ведьмой Урсулой, понял, что Ариэль любит принца и отпустил дочь с возлюбленным, превратив её в человека. Маше больше нравилась Жасмин. Храбрая принцесса с добрым сердцем, совершающая подвиги вместе с возлюбленным. Кузя же, выросший на боевиках, где играли Брюс Ли, Чак Норрис, Джеки Чан, Стивен Сигал, относился к мультфильмам всегда равнодушно. Но ради Маши Эдуард изменил своё отношение к мультфильмам и даже стал вникать в сюжет и запоминать героев, чтобы затем поговорить об этом с дочкой. Маша в свою очередь искренне полюбила боевики отца, где плохие дяди получали по заслугам от хороших парней.       — Пап, а тебе Мулан больше нравится из принцесс? — произнесла Маша, наблюдая за тем, как осторожно и медленно папа раскрашивал Мулан.       — Да, Машка, всё-таки она самурай, — пояснил Кузя, а затем взял чёрный фломастер и стал раскрашивать волосы Мулан.       — А Жасмин? — поинтересовалась Маша, внимательно смотря на отца.       — Жасмин тоже крутая, — улыбнулся Эдуард, поглаживая дочку по голове.       — Да, она такая, мама, а у тебя какая принцесса любимая? — проговорила Маша, поворачиваясь к маме.       — Ариэль. Я этот мультфильм смотрела ещё в детстве и пронесла эту любовь к этой принцессе через года. Жасмин мне тоже нравится, — пояснила Алла, которая действительно хорошо относилась к этой принцессе, даже несмотря на любовь к Ариэль.       — Машка, нам правда интересно, все эти твои принцессы. Маме эта сфера ближе, а я только новичок. Но я наверстываю, — произнёс Кузя, а затем взял и поднял дочь на руки.       — Я понимаю. Мам, папа, а давайте кататься на лыжах пойдём? — спросила Маша, которая прямо загорелась идеей пойти гулять.       — Машенька, доченька, а мы согласны. Давай только через полчасика. Нам собраться нужно? — проговорила Алла, а затем подошла к дочери и мужу и обняла их.       — Ништяк, — крикнула радостно Маша, а затем папа опустил её на пол.       Кузя с Аллой вышли из комнаты дочери и решили поинтересоваться у гостей, согласны ли те поехать на лыжную базу, которая была в пятнадцать минутах езды от дома. Майкл, Антон и Лиля сидели на кухне и играли в покер. Ставили ребята не деньги, а салфетки. У Мартынова уже скопилась приличная куча, и он был доволен собой. У Волковой было всего две салфетки, и она плохо играла в эту игру. У армянина салфеток было не так уж много, как у Антона, но и не так критично мало, как у Лили. Антон гордо сидел, ожидая, когда друзья в очередной раз вскроются. На его лице маячила гордыня и предвкушение победы, ну и придумывание очередного желания своим друзьям. Алла с Кузей молча наблюдали за ними. У Антона выпал стрит-флеш, у Майкла — стрит, а Лиля, посчитав, что она проиграла, кинула карты на стол. Лица соучастников игры надо было видеть. У Лили выпал флеш-рояль. Мартынов выругался очередным англицизмом, но признал победу Волковой. Майкл тут же начал подбивать Лилю, чтобы та загадала Антону какое-нибудь стёбное желание.       — Ребят, мы с Машкой хотим на лыжную базу скататься, вы с нами? — произнесла Алла, которая затем пошла на кухню и налила себе сок.       — Старичок, если там есть ленивое и неактивное физическое занятие, то я согласен, — проговорил Антон, который чувствовал себя с утра намного лучше, но всё ещё не хотел заниматься физической активностью.       — Я бы проветрился. Тем более там даже интереснее придумывать желания для проигравших? — усмехнулся Майкл.       — Артур Тигранович, я проиграл всего один раз, а вот вы с Лилей будете в моей власти. Я обещаю вам, мои золотые рыбки, что Антон Львович порезвится на славу, — надменно пообещал Мартынов.       — Антон, ты же взрослый адекватный человек. Ты же не будешь глупости придумывать? — с надеждой поинтересовалась Волкова.       — Какие такие глупости, только позор и срам, залитые в сеть. И помните, интернет всегда будет помнить своих героев, — гордо произнёс Антон, а затем отправился собираться.       — Антошенька, но и ты не забудь, что месть — это блюдо, которое подаётся холодным. Как бы тебе потом не пришлось жалеть о содеянном, — хитро прищурившись, произнёс Майкл и отправился собираться следом.       Через сорок минут компания в полном составе, и в том числе Сильвестр Андреевич, который выразил желание отдохнуть с сыном и невесткой, которых он собственно и доставил. Алла и Лиля отправились заниматься скандинавской ходьбой. Антон отправился в сауну, которая, на удивление, здесь была, затем Мартынов планировал посетить бар и придумать подарки Лиле и Майклу. Кузя, Маша, Майкл, Таня и Саша отправились кататься на лыжах. Последний, правда, предпочёл бы заняться скандинавской ходьбой, но у его супруги были иные планы. Сильвестр Андреевич выбрал прокатиться на квадроцикле. Его охранник тоже. Периодически Сергеев отправлял охранника проверять сына и невестку. Кузя с Машей катались очень хорошо и оба получали от этого удовольствие. Майкл катался средне, но неплохо, как, например, Саша, у которого каждый спуск заканчивался падением либо столкновением с Таней, которая не всегда после своего спуска успевала отъезжать. В конце концов Сергеевой это надоело, и она доковыляла до Кузи, который вместе с Машей направлялся в гору, по которой другие лыжники возвращались вниз.       — Кузь, ты бы не мог научить Сашку кататься на лыжах? — поинтересовалась Таня.       — Танюх, блин блинский, Машку я учил кататься с четырёх лет, но и то постепенно. С малых горок начинал, — отмахнулся Кузя, а затем добавил.       — Дядя Саш, там есть трасса попроще. Я там тоже каталась, — лучезарно улыбнувшись, произнесла Маша, крепко держа отца за руку.       — Танюх, ну правда обратись к лыжному тренеру. Тут Саньку ещё рано. У меня кореш тоже так катался, а потом ноги сломал. Даже пластину в ногу вставлять пришлось. Через полтора года тоже сняли, — как бы невзначай произнёс Кузя, а затем они с Машкой стали подниматься вверх, благо подъём был не такой крутой.       — Так, Сергеев, пойдём кататься на спуск попроще, — скомандовала Таня, которая испугалась, что с мужем может повториться такая же история.       — Танюш, я тебя прошу, давай отправимся на равнину. Я даже коньком не умею. А вдруг я и там ногу сломаю, — наигранно запричитал Саша, чтобы ещё сильнее напугать Таню. Тогда жена точно откажется от этой безумной идеи.       — Ты, иди, Саш, а я покатаюсь. Только мобильник сдай, чтобы не играть со своими игрушками на телефоне, — произнесла Таня, которая слишком хорошо знала своего супруга.       — Тань, а как же мы потом встретимся? Или вдруг мне Комаров позвонит! — проговорил Саша, который понял, что его лишают развлечений и пытался это отбить.       — Саш, ты взял отгулы. Ты просто меня там дождись, и всё. Ладно, я поехала, — проговорила Таня, а затем забрала у мужа мобильный и отправилась подниматься там, где и поднимались Кузя и Маша.       — Санёк, чего грустишь? — произнёс Майкл, подкатываясь к другу.       — Танечка, решила, что лыжи мне очень нужны. И я совершенно не знаю, как от этого отмазаться. К тому же она телефон забрала, — грустно произнёс Сергеев.       — Санёк, крепостное право отменили 19 февраля (3 марта по новому стилю) 1861 года. Вероятнее всего наша Танечка об этом не в курсе? — усмехнулся Майкл.       — Майкл, мне совершенно не смешно. Как мне вывернуться-то? — отчаянно произнёс Сергеев.       — Ладно, пойдём, — произнёс армянин, который решил помочь старому другу.       Антон в это время взбодрился после сауны, а в баре заскучал, поэтому отправился стряхивать с Лили желания, которые она ему должна. Мартынов не сразу нашёл Аллу и Лилю на трассе для скандинавской ходьбы. Обняв за плечи старых общажных подруг, Мартынов улыбнулся, предвкушая, какое же у него будет развлечение.       — Лилечка, так как я уже повзрослел, женился и стал серьёзнее. Но и желания будут соответственные, — загадочно произнёс Антон.       — Антош, давай загадывай уже эти четыре желания. Но помни, что ты тоже проиграл одно, — напомнила Лиля.       — Сразу напомнило мне день рабства, когда меня, Лилю и Майкла ты заставил целый день выполнять желания, — проговорила Алла, покачав головой.       — Блондиночка, я тоже хотел восполнить компанию своих рабов. Но во-первых, я не такая сволочь, чтобы гонять беременных. Во-вторых, после того случая с отправленной фотографией, у меня включился инстинкт самосохранения. И я благополучно буду ему следовать, — проговорил Антон, а затем повернулся к Лиле, — Итак, хочу, чтобы ты написала в честь меня песню, ну или хотя бы стихи, восславляющие меня. Но использовать можно только слова на те буквы, на которые начинаются мои инициалы. Не меньше четырёх четверостиший.       — Антон, я вообще не умею писать стихи, тем более в таких условиях практически невозможно найти рифму, — грустно проговорила Лиля.       — Я вообще-то не хотел тебя ограничивать. Ну, раз ты сама изъявила желание, то да, требую оду в рифмах. Даю на всё два часа. Пойду теперь Артура Тиграновича помучаю, — усмехнулся Мартынов и удалился.       — Пипец! Как хитро у него получается. Даже в день рабства у нас не получилось от этого избавиться, — проговорила Алла, сочувствуя подруге.       — Но ничего, он тоже проиграл желание. И мы с Майклом постараемся, чтобы Антон усвоил этот урок, — проговорила Лиля, а затем в более быстром темпе зашагала в сторону базы.       Алла дошла до перекрёстка, который пересекался с лыжной трассой. Там блондинка увидела Машку и Кузю. Эдуард доехал до жены, а затем обнял её, и они слились в поцелуе. Затем Кузя предложил своим любимым женщинам отправиться на базу и немного передохнуть. Маша с Аллой согласились. Девочка поехала чуть вперёд, а Кузя снял лыжи и понёс их вместе с палками, попутно захватив Аллины палки для скандинавской ходьбы. Алла прихватила мужа за локоть, и они пошли вслед за дочкой, только в гораздо более медленном темпе. Дойдя до базы, Алла с Кузей сдали инвентарь, а затем нашли Машку и все вместе зашли внутрь ресторана. За огромным столом у окна уже сидела вся их компания. Они заказали пиццу и сок. Осталось как раз по два кусочка для каждого члена семейства Кузьминых. Кузя, Маша, Алла сняли верхнюю одежду, помыли руки, а затем сели за стол. Алла заказала ещё грибной суп, а Маша — мороженое.       После еды Маша загорелась желанием полазать по верёвочному парку. У неё восполнилась энергия, которую срочно надо было потратить. Эдуард спросил цену, а затем достал кошелёк из кармана и выдал дочке нужное количество наличных. Маша поцеловала отца в щёку, а затем надела куртку и побежала на улицу. Кузя и Алла были спокойны за дочь, так как Маша тут уже лазила ни один раз, к тому же инструктором на данном аттракционе был друг детства Кузи со времён Агаповки. Верёвочный парк был виден в окно, поэтому Машу было контролировать проще простого. Остаток дня прошёл в хорошем настроении. Антон Львович порезвился, Лиля с Майклом ему ответили также задорно. И всем от этого было весело и легко.

***

             Алла проснулась в холодном поту, сердце бешено колотилось. Блондинка осторожно отодвинула подушку для беременных и присела на кровать. Алле приснился настоящий кошмар, который очень сильно произвёл на неё впечатление. Блондинка сделала несколько вдохов и выдохов, восстанавливая дыхание. Вдруг Алла почувствовала, как проснувшийся Кузя нежно обнял её, касаясь живота, и поцеловал в шею. Затем Эдуард поднялся, обошёл кровать и сел перед испуганной женой на корточки, взяв её за руки. Алла улыбнулась, так как почувствовала себя под защитой. А сны… Да что с них взять, порой такая ерунда снится.       — Алка, ты чего не спишь? — с заботой в голосе произнёс Кузя, беря руки Аллы в свои.       — Пипец, Кузенька! Мне такой кошмар приснился, словами не передать,— дрожащим голосом проговорила Алла, которая хоть и стала чувствовать, что кошмар отступает, но всё ещё боялась.       — Ал, не бойся, я с тобой, всё нормально, — улыбнулся Кузя, а затем отложил беременную подушку чуть в сторону и сел рядом с женой, а затем поцеловал её в висок.       — Во сне мы вообще расстались. Видимо наши дневные фантазии таким образом преобразовались в моей голове,— грустно усмехнулась Алла, прижимаясь к супругу.       — Расстались? Блин блинский, Алка, ты придумаешь, конечно. Никогда, я тебя не брошу, я же люблю тебя, — нежно произнёс Кузя, а затем осторожно ткнул носом Аллу.       — Я тебя тоже очень люблю,— произнесла Алла, целуя в щёку своего мужа.       — Алка, ты кошмар на ночь не смотрела, пока мы с парнями на кухне в домино играли,— произнёс Кузя, осматривая комнату.       — Нет, ты что. Я после того случая, когда Майкл меня напугал, ужастики вообще не смотрю,— пояснила Алла, которая тоже могла понять, что именно сподвигло подсознание придумать такой сон.       — Что ещё было? — поинтересовался Кузя, который обнял Аллу и стал массировать ей голову. Ей это всегда нравилось.       — После того, как ты меня бросил. Я пыталась наладить жизнь с двумя детьми. Пока внезапно Курган не вымер. Утро. Я иду по магазинам. И никого нет. Как в городе, где был конец света. И тут резко на меня вылазят толпы зомби. И что самое обидное, ты был одним из них. И хотел съесть мои мозги,— шёпотом рассказала Алла.       — Алка, тебе надо было зомбакам башни сносить. Даже мне,— произнёс Кузя, который искренне надеялся, что его жена смогла найти то, чем смогла бы себя защитить.       — Нет, у меня была детская волшебная палочка, как у Машки, которой я пыталась заколдовывать этих мертвяков. И мне удалось выдать одно заклинание, а потом я убежала, — произнесла Алла, которая даже вздоргнула от своего рассказа.       — Насыщенный у тебя, Алка, сон получился! — поразился Кузя.       — Я потом в какой-то бункер полезла, где столкнулась с Майклом. Я сначала обрадовалась. А потом выяснилось, что он чокнутый учёный и зомби — его эксперимент. Он меня и схватил. А тут я и проснулась,— закончила рассказывать блондинка.       — Ну, всё, Алка, всё позади,— произнёс Кузя, а затем поднялся и стал поправлять подушку для беременных.       — Кузенька, а давай лучше ты меня обнимешь. И я буду чувствовать себя под надёжной защитой, — прошептала Алла, укладываясь на левый бок.       Кузя убрал подушку для беременных в шкаф, а затем лёг на свою сторону кровати и аккуратно обнял Аллу, нежно положив руку на живот. Алла ласково прихватила руку возлюбленного, а вторую положила под подушку. Эдуард накрыл одеялом их обоих. Блондинка полежала так пару минут, а затем убрала руку мужа и повернулась на другой бок. Кузя мгновенно вскочил с кровати, а затем подбежал к жене.       — Алка, если ты хочешь, чтобы я на тебя смотрел, то ложись на мою сторону,— испуганно произнёс Кузя, который чётко помнил, что беременные должны спать именно на левом боку.       — Ложусь, и я прекрасно помню, что нужно спать на боку, — с сарказмом проговорила Алла, а затем встала на четвереньки и отползла на Кузину часть кровати, а затем улеглась.       — Ну, вот, офигенски, — проговорил Кузя, который укрыл Аллу одеялом, а затем и сам залез под него.       — Может, сыну имя подберём? — неожиданно проговорила Алла, посмотрев в карие глаза Кузи.       — Алка, давай завтра утром. Можем мне тоже варианты приснятся, — предложил Кузя, который лёг на спину и уже было закрыл глаза.       — Ладно. Знаешь, а тебе не кажутся эти обои слишком мрачными? Я бы их поменяла,— неожиданно проговорила Алла, которая включила ночник и, увидев обои, ужаснулась.       — Ал, я тебе доверяю. Ну, если захочешь, чтобы я посмотрел, то скинь варианты в ватсап,— произнёс Кузя, а затем открыл глаза, поцеловал Аллу в губы и снова улёгся спать.       — Милый, мне кажется, что ты меня совершенно не понимаешь. Да и я, честно говоря, тоже себя не всегда понимаю. Прости, что я тебя мучаю. Иногда трудно держать эмоции под контролем,— произнесла Алла, а затем села и стала плакать.       — Алка, ну блин блинский, прости меня, эгоиста. Хочешь, прямо сейчас и имя для сына выберем, и обои. Сейчас только за планшетом схожу,— произнёс Кузя, который даже мысленно назвал себя тупым за такую нечуткость к беременной жене. Да даже если она сейчас попросит оливок, которых нет, он оденется и сходит. Благо, такие перепады настроения у беременной Аллы были редко.       — Кузь, не надо! Ты же выспишься. А я так из-за этого переживаю,— всхлипывала Алла, которая теперь чувствовала себя виноватой.       — Алка, ну не высплюсь и хрен с ним. Главное, чтобы ты выспалась,— произнёс Кузя, который обнял Аллу и стал гладить её по спине.       — Милый, ты у меня такой заботливый, — прошептала Алла, а затем поцеловала мужа в губы, обнимая его спину.       Вдруг на кухне раздался грохот и оглушительный вопль Майкла и Лили.       — Если Майкл опять из-под раковины пугать решил, то я ему точно башню снесу. Ведь на месте Лильки могла быть ты и Машка,— раздражённо произнёс Кузя, на ходу надевая джинсы.       — Пипец! — лишь смогла произнести Алла, попутно накидывая халат. Затем супруги отправились на кухню.       На кухне горел свет. В одном углу стояла Лиля, у которой была синяя маска на лице, и она держала швабру. В другом углу стоял Майкл, держащий табуретку.       — Майкл, ты что, охренел? А если бы Алка или Машки решили мусор выбросить,— высказал Кузя, который даже не мог поверить в том, что Майкл взялся за старое.       — Кузенька, успокойся. У Майкла просто в одном месте детство заиграло,— проговорила Алла, поглаживая мужа по спине.       — Майкл не виноват. Он просто увидел меня в маске и испугался, закричал. А тут я уже испугалась. Никто меня из-под раковины не хватал, — произнесла Лиля, поясняя, как всё было.       — Ребята, я бы не стал устраивать этот розыгрыш. После того случая с воскрешением Аллы я реально зарёкся пугать кого-либо, — честно произнёс Майкл.       Тут на кухню с воинственным кличем, вооружившись игрушечным мечом, забежала Маша. Девочка тоже слышала крики, и поначалу ей было страшно. Но потом девочка собралась и побежала страху навстречу.       — Майкл, блин блинский, вы с Лилькой Машку разбудили, — возмущённо произнёс Кузя, а затем подошёл к дочери и спросил у неё,— Машка, ты как, в порядке?       — Доченька, ты, наверное, очень сильно испугалась сначала,— с беспокойством проговорила Алла, подходя к дочери.       — Пап, мам, всё хорошо. Да мне было страшно. Но потом я решила, что надо бежать страху навстречу,— пояснила Маша, а затем взяла родителей за руки.       Тут из прихожей послышалась нецензурная брань Антона. Кузя попытался закрыть дочери уши, но куда там, Машка ловко ускользнула от родителей и побежала в прихожую. Там перед зеркалом стоял Антон. На его лице был макияж, а на ногтях розовый лак. Маша встала, вытянувшись как гвардеец на службе. Она безумно гордилась своей работой, которую создала сразу после того, как Мартынов заснул. Прибежавшие взрослые все синхронно засмеялись, так как Антон выглядел очень забавно.       — Пап, мам, а что значит фак и битч, — проговорила Маша, которая из английской матюгальной речи Антона запомнила только эти два слова. Затем девочка с интересом посмотрела на родителей, ожидая ответа.       — Машенька, это такие нехорошие слова, которые даже не стоит произносить,— пояснила Алла, которая не хотела, чтобы Маша рано прикоснулась к матюгальному языку.       — А, поняла, такие же как на «х» и на «б»?— сделала вывод Маша, невинно хлопая глазами.       — Да, Машка, именно так,— пояснил Кузя, который сразу поймал на себе взгляд жены.       — Кузенька, а откуда Маша знает про слова на «х» и «б»? — строго произнесла Алла, положив руки на грудь.       — Мам, да я не только эти буквы знаю,— гордо призналась Маша.       — И главное, я ведь ни разу не слышала! — шокированно произнесла Алла, переводя взгляд с дочери на мужа.       — Алка, блин блинский, это пару месяцев назад произошло. Я забрал Машку из садика, и она вывалила на меня кучу матов, требуя их значение. Ну, я и разложил ей всё по полочкам. И также объяснил, что ругаться матом плохо. И мол, если взрослые матерятся, то им просто невыносимо больно или они очень сильно расстроены либо шокированы. Ну и Машка сразу всё поняла, — произнёс Кузя, который чувствовал себя виноватым за то, что Маша всё-таки познакомилась с миром матов, хоть и не от него.       — Ладно, это неизбежно было. Дети повторяют друг за другом, — успокоилась Алла, а затем погладила дочь по голове и произнесла: — Доченька, никогда не используй эти слова в обществе. Знаю, у нас с папой умная девочка, но я просто волнуюсь.       — Мам, не волнуйся, при тебе с братиком не буду, — улыбнулась Маша, касаясь маминого живота.       — Ал, я просто пояснил Маше, что ты расстроишься, если услышишь эти слова. Ну и братик тоже, — улыбнулся Кузя, а затем подошёл к Алле с дочкой и обнял их.       — Кузенька, это так мило, — лучезарно улыбнулась Алла, целуя мужа в щёку.       — Так, Машка, ну что, пойдём спать. Я тебе сказку почитаю, — произнёс Кузя, беря дочь на руки.       — Пап, я не хочу спать, — проговорила Маша, зевая.       — Машка, вставать рано. Мне на работу, тебе в садик. А потом у тебя тренировка. А если ты не выспишься, то и на тренировке вялая будешь, — проговорил Кузя, ставя дочь на пол.       — Это полный пипец будет, — вздохнула Маша, а затем убежала в свою комнату, громко хлопая дверью.       — Макияж можно как-то смыть? — с надеждой произнёс Антон.       — Антон, это будет очень трудно сделать, так как это водостойкий мейкап, — с улыбкой проговорила Алла, а затем они с Кузей удалились в свою комнату. Следом разошлись Майкл и Лиля, а Антон направился в ванную с надеждой отмыть нанесённое ребёнком Аллы и Кузи безобразие. И вскоре все, кто находился в квартире, погрузились в сон. Завтра был непростой день. Отъезд всей честной компании. Поезд отходил поздно из Тюмени, куда Кузе ещё предстояло закинуть друзей и подруг. Это было классное времяпрепровождение. Но, всё-таки, взрослая жизнь подразумевала, что у всех есть свои дела, работа и прочее.       Саше нужно работать, чтобы обеспечивать Таню и Алёшку. Тане тоже нужно лавировать между бизнесом и ролью хранительницы очага. Майклу преподавать, быть отцом и мужем. Антону заниматься бизнесом и опекать Вику, которая тоже беременна. А Лиле нужно учить людей управлять своими чакрами и тоже быть хранительницей очага. В конце концов, Майкл и Антон соскучились по своим жёнам. Саша и Таня по сыну Алёшке. Лиля по Мише.       

Год спустя:

      Алла, Кузя, Машка и новый член семьи — мальчик Валерий — сидели в ожидании поезда «Курган—Москва». Валерию было десять месяцев, но он был активен как его папа. Даже бегал уже вовсю и имел интересные вкусовые пристрастия. От мамы он унаследовал способность успокаивать людей, словно психолог. Только оказавшись рядом с Валерием, взрослые успокаивались. А Валерий смотрел на них своими карими проницательными глазами и вручал им какую-то игрушку. И это у всех вызывало улыбку. Его старшая сестра Машка любила его искренней любовью и постоянно нянчилась. Несмотря на то, что следующей осенью пойдёт во второй класс, это никак не сказывалось на её занятиях карате. Пошли даже первые медали, и она уже готовилась к экзамену на 8 кю.       Кузя также тренировал, а Алла удалённо давала советы, как психолог. Со старыми друзьями связь всё это время поддерживали. Вика родила Антону двойняшек, и Антон Львович немного оторопел от такого, но активно помогал. Двойняшкам уже было три месяца. Лиля открыла свой эзотерический центр в Москве, и её дела шли в гору. С Мишей тоже было всё хорошо. Саша и Таня всё ещё спорили о том, нужен ли им второй ребёнок, попутно работая и любя друг друга, и сына Алёшку. Дед Алёшки — Сильвестр Андреевич — скупил несколько заводов за Уралом, и бизнес шёл в гору. Майкл всё также преподавал, баловал дочерей и любил Варю. И теперь эта огромная компания ждала Аллу, Кузю и их детей в гости. Максим, Яна и Никита Ивановы тоже обещали заскочить, как и Маша с Валей. В большом загородном доме Антона Мартынова было много места. Кисель с Никой, ждущие ребёнка, тоже планировали отправиться туда.       Алла увидела вдалеке огни приближающегося поезда и сжала крепче руку Маши, которая смотрела видео со своей последней тренировки и исправляла ошибки. За спиной Аллы и Маши были рюкзаки. Кузя взял сына Валерия в синем комбинезоне с пингвинами на руки, за спиной у него был походный рюкзак.       — Пап, ну я реально ошибки не вижу! — проговорила Маша.       — Блин блинский, Машка, сядем, и я тебе всё объясню, — произнёс Кузя, а затем рассмеялся, — Ох, Валерка, то брыкается!       — Пипец! Ну, прямо настоящий Валерий Эдуардович, — улыбнулась Алла.       Поезд прибыл, и семейство Кузьминых загрузилось в купе, выкупленное на них, чтобы жить в своём режиме и никому не мешать. Кузя объяснил Машке про ошибки, и она согласилась, затем залезла на вторую полку и погрузилась в цифровой мир переписки с друзьями. Валерий же сладко спал на маме, напитавшись её молока. Кузя осторожно забрал у Аллы их сына и положил за огороженный манеж. Валерий даже не проснулся.       — Алка, знаешь, как я тебя люблю! — ласково сказал Кузя.       — Я тебя тоже люблю, Кузенька! И после того, как ты на родах с Валеркой был, ещё больше, — улыбнулась Алла.       — Так, Алка, за третьим то пойдём? — усмехнулся Кузьмин, целуя блондинку в щёку.       — Пипец! — рассмеялась блондинка, хлопая его по руке.       — Крутяк, — ответил Кузя, а затем они с Аллой коротко обнялись и поцеловались.       Они едут в Москву к друзьям, и это будет также насыщенно, как и в Кургане год назад. И познакомятся с новыми людьми, что тоже здорово. Но это уже другая история…