На коленях

— Роджер, это точно “особые” сигареты? Потому что ты мне сейчас пихаешь пачку сраных “Мальборо” и просишь за них работающий плеер, который стоит баллов, заработанных за неделю без учета трат на еду и прочие вещи. Мне пришлось копить их и урезать траты. — Детка, я же не заставляю тебя их покупать. Да и как, по-твоему, они должны выглядеть? Может, мне еще огромную табличку повесить “продаю дурь”? Тут правда “особые сигареты”. Просто мои волшебные пальчики умеют их маскировать. Не будешь же ты с косяком по святилищу ходить. Они стояли в комнате Роджера — одного из спасителей с мерзкой козлиной бородой, которую он считал привлекательной. Роджер, как выяснила Клэр, являлся местным барыгой и мог достать интересные вещи. Клэр с подозрением смотрела на предложенный “товар”, уперев руки в бока, пока спаситель демонстрировал ей помятую и грязную пачку “Мальборо” с, казалось бы, самыми обычными сигаретами внутри. Система покупки запрещенки была достаточно проста. Баллами за нее не расплатиться, ведь они все фиксируются отдельно отвечающими за это людьми: кто сколько заработал и кто сколько и на что потратил. Вот и приходилось возвращаться к древней валюте — обмену. Клэр снова с подозрением посмотрела на Роджера: — Я принесу плеер, но если вдруг это окажутся просто сигареты… Спаситель вскинул руки в защитном жесте, ухмыляясь: — За кого ты меня держишь? Неси плеер и поймешь, что за такую дурь я еще мало попросил. Все-таки ты первый раз у меня покупаешь. Не буду заламывать цену… Пока что. — Что?! Куда еще дороже?! — Ну, для женщин есть особая система лояльности за одну маленькую услугу. Клэр возмущенно смотрит на него: — Лучше замолчи прямо сейчас, — устало трет виски, будто пытается избавиться от головной боли: — будет тебе плеер. — Вот и славно. Жду плеер к вечеру и, Клэр, клянусь — травка отменная. Ты не пожалеешь. Он протягивает руку для рукопожатия в знак состоявшейся сделки, но Кларисса игнорирует его жест и молча покидает комнату под его тихие смешки. В коридоре к ней подлетает кто-то со спины и запрыгивает на нее: — Привет! Клэр чувствует спиной твердость ее животика и, заведя руки за спину, щекочет ее. Сэм со звонким смехом спрыгивает с ее спины и хитро заглядывает ей в глаза: — И куда это ты идешь с таким сосредоточенным лицом? — Не малявкиного ума дело — треплет ее за щеку. Сэм отмахивается и с озорным блеском в глазах говорит: — А я видела, как ты выходила из комнаты спасителя — играется бровями. Кларисса легонько шлепает ее по лбу в ответ: — Смотрю, у кого-то хорошее настроение. Помирилась с Ником? Сэм немного мрачнеет, но потом снова улыбается: — Он обещал, что отвезет меня в Королевство, когда вернется. Представляешь? У них есть тигр! Кларисса усмехается: — Не верь всему, что говорят, а если я скажу, что на самом деле у меня под косынкой рожки? Сэм звонко смеется, заставляя Клариссу улыбнуться: — Я ни за что в это не поверю, ведь… Ее окликает Джек. Сэм закатывает глаза и переводит взгляд на Клэр: — Мне пора. Кларисса на прощанье треплет ее по волосам и шлепает по попе, когда та разворачивается: — Беги давай. Сэм показывает ей язык и спешит к Джеку. Клэр с улыбкой качает головой и продолжает свой путь. Кларисса проходит шесть пролетов лестницы и спускается на второй этаж святилища, который представляет из себя огромное открытое помещение с кучей лавок и торговцев. Одежда, еда, медикаменты, предметы быта. Все это предоставляет само святилище, но лишь за баллы, а торговцы — просто продавцы, что пытаются выработать свою норму. Клэр подходит к мужчине, сидящему у самой лестницы и обложенному со всех сторон тетрадками: — Фрэнк, сколько на моем счету баллов? Фрэнк — тучный мужчина лет пятидесяти с густыми усами — начинает перебирать стопку тетрадей, разложенных в порядке, известном лишь ему одному. Достает одну из середины и открывает сразу на нужной странице, водя пальцем по строчкам: — С учетом двойной ставки… — недовольно поджимает губы: — сто тридцать семь. — переводит взгляд на Клэр: — Многовато у тебя баллов. Ты знаешь, Ниган не любит, когда рабочие копят такие суммы. — Не переживай. Сегодня как раз спущу большую часть. Фрэнк подозрительно смотрит на нее, записывает сумму баллов на листочек, ставит свою подпись, а потом, резко потеряв интерес, возвращается к тетрадям. Кларисса спускается по пандусу и оказывается в толпе рабочих и спасителей. Кто-то торгуется за банку консервов, чей-то ребенок хнычет и просит игрушку, пожилая женщина умоляет дать ей лекарства в долг. Клэр сразу же тратит 8 баллов на пачку обычных сигарет и двигается дальше к стенду с техникой. Внезапно все вокруг начинают опускаться на одно колено. Кларисса оглядывается и видит его. Идеально уложенные гелем черные волосы, серая футболка, штаны, низко сидящие на бедрах, сосредоточенный взгляд. Неизменно перекинутая через плечо бита Люсиль. Кларисса сразу же опускается на одно колено и склоняет голову. Что он тут делает? Он ведь уезжал на неделю, а прошло лишь два дня. Старушка, которая пыталась взять лекарства в долг, кидается ему в ноги и умоляет позволить ей взять лекарства, которые нужны ее мужу, ведь торговец ни в какую не соглашается давать их без необходимого количества баллов. Кларисса замерла, не поднимая головы, но прислушиваясь. Ниган остановился слишком близко к ней. Она даже смогла уловить запах его одеколона — что-то хвойное с немного химозными нотками. Главный спаситель выслушал старушку и повернулся к Дуайту — своей правой руке, который семенил все это время рядом с ним. Он театрально раскинул руки в стороны, улыбаясь, обнажая ряд белоснежных зубов. Можно даже подумать, что в святилище у него личный дантист: — Дуайти, какого хрена эта милая дама не в состоянии получить чертовы лекарства? Дуайт скривился: одна половина его лица, что была обожжена после наказания за неудачный побег, осталась неподвижна: — Она мало работала на этой неделе. Ниган игриво начал перекатываться с пятки на носок: — По-твоему, это повод умереть? — Нет, но баллов она заработала недостаточно. Ниган резко переменился в лице. Игривость пропала, взгляд стал сосредоточенным. Клэр задержала дыхание, стараясь не двигаться и не привлекать ненужного внимания. Ниган вскинул биту и сделал вид, что отбивает подачу. Бита просвистела у самого виска Клариссы, и если бы она не была в косынке, то ее кудрявые, черные как смоль волосы непременно бы намотались на шипы Люсиль: — Что я говорил о людях, Дуайт? — Люди — это ресурс, — Дуайт не опускает головы и смотрит на Нигана в упор. — Именно, мой маленький подкопченный друг, ресурс. А ресурсами нельзя разбрасываться, — Ниган снова закидывает биту на плечо: — дайте ей лекарства и, Дуайт, запиши их на свой счет. Будто моментально потеряв интерес ко всему происходящему, Ниган продолжает свой путь через рынок под благодарные рыдания старушки, пока Дуайт разбирается с торговцем лекарствами. Через какое-то время все начинают потихоньку вставать с колен. Клэр чувствует, как натянутая внутри струна отпускает ее. Она тоже встает и выдыхает. Опасность миновала, и можно продолжить свои дела. Дойдя до стенда с техникой, она осматривается и примечает потертый кассетный walkman. Роджер не уточнял, какой именно плеер ему нужен, но, судя по тому, что он тут единственный, выбора особо нет: — Сколько за плеер? Худосочная женщина с уставшим взглядом, сидящая за прилавком, разглядывает покупательницу: — 60 баллов. Кларисса давится воздухом от такой наглости: — Это слишком много. Не может он столько стоить. Женщина безразлично пожимает плечами: — Он тут единственный. Не хочешь — не бери. — Я готова взять за 30. — 50. — 40. — По рукам. Кларисса передает ей бумажку с суммой баллов, на которой уже записана сегодняшняя трата на сигареты, и та удрученно цокает, понимая, что с нее можно было поиметь больше. Она вычеркивает в своем стареньком засаленном альбоме запись о плеере, записывает рядом номер рабочей и потраченную сумму, затем ту же сумму вносит на листок Клэр. По сути, Кларисса потратила сейчас 40 баллов за дурь. Это оказалось даже больше, чем она планировала, но последние дни ее постоянно преследовало чувство, что надвигается что-то… какие-то перемены. Хорошие или нет — не важно. У нее наконец-то была размеренная жизнь, которую она не хотела менять. Травка даст ей возможность отвлечься и расслабиться, если только ее не поймают с ней. Обменяв наконец этот чертов плеер на “сигареты” и вдоволь насмотревшись на довольную рожу Роджера, пока он проверял, рабочий ли плеер, Клэр вышла из здания бывшего завода на улицу и вздохнула полной грудью. Восхитительный закат, свежая прохлада, пение редких птиц и… Рычание ходячих, привязанных к забору. Даже такой прекрасный вечер был омрачен напоминанием о месте, где она находится. На улице располагались теплицы, небольшой сад, амбары и парковка с множеством машин разных марок. Какие-то были на ходу, какие-то предстояло восстановить, какие-то пойдут на запчасти. Все шло в ход. Сновали туда и сюда рабочие, у которых была вечерняя смена. Садовники, уборщики, механики. Спасители курили в саду под кронами деревьев. Клэр шла мимо, окидывая огромное пространство внутреннего двора взглядом и ни за что не цепляясь. Она шла к Черному входу, где всегда было тихо и малолюдно. Она наконец собиралась покурить. Опустившись на ступени пожарной лестницы, Клэр достала косяк, искусно замаскированный под сигарету, спички и прикурила. Первая затяжка — и по телу растекается расслабление. Закат красивее, спасители симпатичнее, а ходячие совершенно не раздражают. Роджер не обманул. Хорошая дурь. Напоминает времена в университете, когда жизнь была легкой, а самой большой проблемой было, что преподаватель по физике завалит на экзамене. — Мне кажется, или тут пахнет травой? Со спины раздался насмешливый голос. Клэр дернулась, пытаясь спешно спрятать косяк, обернулась и усмехнулась в ответ. Саймон — мужчина с проплешиной на голове и усами. Если Дуайт был правой рукой Нигана, то Саймон однозначно был левой. Особо не используешь, но в крайнем случае ею можно подрочить. — Смотрю, у тебя особый “нюх” на подобные вещи, — отодвигается, давая Саймону место рядом на ступенях, и протягивает ему косяк: — неделя была дерьмовая. Мужчина опустился на ступени рядом так, что их бедра соприкасались, и принял косяк из ее пальцев. Затянулся и откинулся на локти: — Понимаю. Клэр легонько пихнула его коленом: — Тяжело обворовывать общины? — тихонько посмеивается. Саймон вскидывает указательный палец: — Не обворовывать, а взимать плату за безопасность. Кларисса забирает у него косяк и затягивается, смотря вдаль: — Один черт. Вы берете слишком много. Саймон пытается выхватить у нее косяк: — Скоро сможем снизить плату для общин. Клэр замирает и отдает ему травку: — Ты о чем? — Да на придурков новых наткнулись. Пока ничего не понятно, но Ниган теперь ищет их поселение. Сможем и с них плату взимать. Кларисса недовольно поджимает губы и качает головой: — Доиграетесь так когда-нибудь. Внезапно Саймон стягивает с ее головы косынку, и черные кудри струятся по шее. Клэр не успевает ее перехватить, и Саймон уже забрасывает косынку за спину, запуская пальцы в ее локоны: — К черту эти разговоры. Не хочешь вернуться? — он не смотрит ей в глаза, а следит за движением своих пальцев в ее волосах. Клэр замирает на секунду, но потом откидывает голову навстречу его рукам, позволяя массировать кожу: — Нет. Мне вполне спокойно одной — в блаженстве прикрывает глаза. Саймон переводит внимательный взгляд на ее расслабленное лицо: — А что на счет просто секса? Кларисса смеется заливисто, откидывая голову и прикрывая рот рукой: — Я подумаю об этом. Спаситель смеется в ответ: — Как всегда без конкретики. Рация на его поясе шипит. Его вызывают на стену. Он берет у нее из рук косяк, делает последнюю затяжку, возвращает “сигарету” и встает, оставив на ее щеке поцелуй: — Ну подумай. Клэр окликает его, когда он уже собирается уйти: — Куда отправляют Ника? — Спутниковый форпост. А что? Кларисса затягивается и отводит взгляд: — У меня плохое предчувствие. Попроси там приглядеть за ним… Он хороший малый. — Ты с ним как курица-наседка. Я уже ревновать начинаю, — подмигивает ей и уходит, бросая через плечо: — попрошу ребят присмотреть. Так уж и быть. Клэр остается одна на ступеньках, докуривает сигарету, смотря на лес за забором. Что-то надвигается.