Твои куклы

      Лу с трудом разлепила глаза и перекатилась на другой бок. Липкий сон не собирался так быстро покидать девушку, поэтому та поудобнее завернулась в мягкий кокон и зарылась ногами в одеяло. Так она пролежала ещё несколько минут. Однако граница сна уже была преодолена: ночь уступила ясному утру, и последующее времяпровождение в кровати являлось скорее желанием ещё немного побыть в тёплых одеяльных объятиях, прежде чем начать новый день.       Лу медленно разлепила веки и поморгала. Смазанная картинка стала чёткой, и девушка поняла, что находилась не у себя дома. Этот факт сумел отогнать остатки сна и желание дальше лежать в кровати. Кроули поднялась с подушки и огляделась. Шторы чуть-чуть приоткрыты; через щёлочку в центр комнаты струился мягкий солнечный свет. На бархатном кресле аккуратно лежало платье. Девушка медленно провела рукой по лицу и чуть обернулась. Краем глаза ей удалось увидеть тарелочку с печеньем и стакан молока. Лу улыбнулась и потянулась за угощением. Несмотря на вчерашний сытный ужин, закончившийся так поздно, Кроули уже ощущала голод, поэтому печенье пришлось как раз кстати. Лу съела две штуки и запила молоком. Ей нравилось думать, что и об этом приятном пустяке позаботилась старшая Хайтани. Внимание Ран к деталям и, в особенности, к персоне Кроули грели девушке душу. У Лу появилась мысль, что, возможно, её чувства взаимны. Но им не стоило так слепо доверять.       Опустошив тарелочку с печеньем и осушив стакан с молоком, Кроули привела себя в порядок и переоделась во вчерашнее платье. Не успела Лу сделать и шаг за порог, как ей на встречу вышел дворецкий мистер Фокс.       — Доброе утро, мисс Кроули, — вежливо заговорил мистер Фокс, поклонившись. На лице мужчины сияла весёлая улыбка. — Хорошо ли вам у нас спалось?       — Доброе утро, мистер Фокс, — ответила девушка. — Вашими стараниями эту ночь я спала хорошо, спасибо вам! И благодарю за печенье с молоком, теперь у меня есть силы ехать обратно домой.       — Однако молоком и одним лишь печеньем не насытишься, мисс Кроули. Я как раз пришёл к вам с предложением от госпожи Хайтани позавтракать, прежде чем вы нас покинете.       — Не откажусь, — ответила Лу, почувствовав прилив в душе. Она была готова поклясться, что в глазах у неё засверкали искорки.       — Тогда прошу вас, — ответил мистер Фокс и взмахнул рукой, предлагая не терять время зря и пройти в комнатку с камином.       Лу готова была взять неудобные юбки в руки и пуститься туда со всех ног, но приличия и уважение к мистеру Фоксу удержали её. Девушка смиренно направилась за мужчиной. Душа Лу изнывала: она хотела снова увидеть Ран, поговорить с ней или просто помолчать наедине, побыть рядом, коснуться её руки и ощутить шелковистость кожи. Коридор казался ей бесконечным. Кроули вспомнила ночное путешествие до комнаты Рен, взглянув на портреты. Теперь они не казались жуткими и пугающими, а очень даже приятными и интересными. Как же менялся мир с наступлением темноты! Или же всему виной была мысль о Ран?       Лу не стала об этом долго размышлять, предвкушая новую встречу. Мистер Фокс, достигнув комнаты, нажал на дверную ручку и открыл её, приглашая Кроули войти. Лу затаила дыхание. Она сразу же устремила глаза на кресло возле окна, но, к своему сожалению, обнаружила его пустым. К удивлению Кроули, в комнате оказались маленькая Рен и средняя сестра Риндо.       — Доброе утро, — стараясь скрыть своё разочарование, с улыбкой ответила Кроули и направилась к своему месту.       По выражению лица Риндо Лу поняла, что свои чувства ей скрыть не удалось: её зловещая ухмылка, выросшая на устах, говорила о том, что Хайтани смогла прочитать Кроули, как раскрытую книгу. Досада взволновалась в душе девушки, и она мигом вспомнила подробности вчерашнего с ней разговора.       — Доброе утро, мисс Кроули. Как вам спалось?       — Благодарю, очень хорошо, — ответила Кроули, стараясь придать голосу более ровный тон.       Присутствие Риндо разрушило все воздушные замки, которые намечтала Кроули у себя в голове. Стоило Хайтани лишь заговорить, как по спине и рукам девушки пробежали толпы мурашек, выдававшие её беспокойство и появившийся страх. За мыслями о Ран Лу беспечно позабыла страшный разговор со средней Хайтани, оставивший после себя немало вопросов. Но Лу не собиралась заводить об этом беседу, тем более в присутствии малышки Рен. По крайней мере, пока что. Девушка была уверена: в будущем у неё состоится ещё немало встреч с Ран, чтобы объяснить этот неприятный разговор. А пока Лу улыбнулась и повернулась к средней Хайтани со словами:       — Благодарю вас за вашу заботу и завтрак. Я смогу спокойно вернуться к себе домой.       — Я рада, что вам пришлось у нас по душе, — натянуто улыбнулась Риндо.       Лу обратила взгляд на девочку. Рен лучезарно улыбнулась, пододвинув чашку с молоком к себе поближе.       Слуги как раз принесли еду, избавив девушек от дальнейших разговоров. Лу подали запечённого лосося с большим количеством овощей, что ей и пришлось по вкусу, а в тарелках сестёр Кроули обнаружила необычного вида омлет — скрученный, напоминающий рулет. Заметив её изучающий взгляд, девочка поспешила объяснить:       — Это тамагояки, омлет такой.       Лу поблагодарила за объяснение и принялась за рыбу. В установившейся тишине слышался только звон столовых приборов Лу и постукивание палочек в руках сестёр. Мыслями Кроули возвращалась к предмету своего воздыхания: где же Ран? Почему она не спустилась к завтраку? Девушка надеялась увидеть её ещё раз перед отъездом, ведь их следующая встреча была пока что неизвестна. Расправляясь с рыбой и предаваясь тягостным раздумьям, Лу и не заметила, как выражение лица потеряло яркие краски и улыбку, с которыми она так весело вошла в комнату. Оно приобрело более серьёзный оттенок: аккуратные брови сошлись к переносице, говоря смотрящему о её задумчивости, розовые губы превратились в тонкую полоску. Светлые глаза, горящие желанием увидеть утончённость и грацию в фиолетовых глазах, потухли и словно потемнели.       Лу украдкой посматривала на Риндо, но не решалась задать вопрос о Ран. Сцена ночного разговора неприятной картинкой вставала у неё перед глазами и заставляла сердце сжиматься в тисках страха. О каких страшных последствиях шла речь? Её слова звучали жёстко и угрожающе, и Кроули солгала бы, сказав себе, что не боится. Она ужасно боялась, поэтому присутствие Риндо под боком давило на неё тяжёлым камнем. Девушка не могла решиться ни заговорить с ней, ни даже прямо посмотреть в лицо. Сейчас бы сильно помогла Рен, заняв мысли Кроули каким-нибудь невинным разговором о куклах, но та по примеру сестры хранила молчание. Времяпровождение с сёстрами Хайтани без Ран оказалось не таким интересным и весёлым, как предполагала Лу. Девушка чувствовала себя зажатой в тисках. И это чувство ей не нравилось.       Тарелка незаметно опустела. Лу положила приборы и опустила плечи. Она ещё раз взглянула на Риндо. Сейчас Хайтани выглядела не такой угрюмой, как вчера за чаепитием. Уголки губ девушки были подняты. Иногда она словно застывала, зажав палочки между пальцами, и смотрела в окно, на яркое утреннее солнце, думая о чём-то явно приятном. Почему-то её расслабленный облик напоминал Кроули Рен. Как будто от неё исходило такое же сияние, какое чувствовала Лу при разговоре с девочкой. Это был первый раз, когда Риндо не казалась ей угрожающей. И всё же не стоило забывать о её словах.       Слуги унесли тарелки и подали чай с булочками и пирожными. Булочки явно предназначались для младшей Хайтани, а сладкие угощения — для взрослых. На лице Рен Лу прочитала досаду от того, что красивые пирожные, украшенные клубникой и черникой, предназначались не ей. Она несколько минут жалобно их разглядывала, видимо, надеясь, что Риндо разрешит съесть хоть один кусочек, но, смирившись, придвинула тарелку с булочками. Кроули не могла не вспомнить их ночную беседу на этом же месте и оставшиеся крошки после пирожного, которые девочка не смогла вот так просто оставить. Это позволило Лу отвлечься и улыбнуться.       — Что-то не так? — прервала молчание Риндо, покосившись на Кроули.       — Ничего, просто кое-что вспомнила, — ответила Лу и отвернула лицо от средней сестры, чтобы незаметно подмигнуть девочке. Та благодарно улыбнулась и осторожно обхватила кружку с чаем маленькими пальчиками.       Риндо недоверчиво покосилась на Лу, но промолчала, предпочтя снова оказаться в тишине. В это время девушка не могла отделаться от мыслей о старшей Хайтани. Она была почти уверена, что ночной разговор и её отсутствие на завтраке могут быть связаны. Кроули придумала уже сотню вариантов ответов на вопрос, который волновал девушку с момента прихода в комнату, но ни один из них не мог её утешить. Лу почти на все сто процентов была уверена, что в этом постаралась Риндо.       — А Ран к нам так и не спустится? — вдруг прервала молчание Рен, заставив Кроули чуть вздрогнуть и моментально вернуться в реальность. Девушка с напряжением повернула голову к средней сестре.       — Ты же знаешь, в такое время она ещё десятый сон видит. Будить её сейчас бесполезно, — спокойно ответила Риндо и отпила из кружки с зелёным чаем.       — Я думала, что она поест с нами, ведь у нас мисс Лу, — со вздохом ответила Рен, взяв булочку.       Риндо пожала плечами. Кроули почувствовала себя ужасно за глупые догадки и злые мысли, которым она уже успела придать большое значение. Она ведь почти обвинила Риндо во всех смертных грехах, а сама забыла о такой простой черте характера Ран! Может быть, Риндо и была не самой приятной личностью среди остальных сестёр Хайтани, но злодейкой она уж точно не являлась. Даже в напряжённые минуты тишины, когда никто не мог найти нужных слов и завести разговор, невозможно не заметить их взгляды и улыбки, говорящие громче любых фраз. Это, безусловно, и есть настоящая любовь.       Лу постаралась завести разговор, в котором бы участвовали все присутствующие в комнате, и Рен, уже без тени стеснения, подхватила новую тему. Тема кукол не слишком интересовала среднюю Хайтани, поэтому та некоторое время лишь слушала, но, когда беседы начали перетекать из одного предмета к другому, она потихоньку тоже вклинилась в разговор. Кроули старалась проявлять к ней дружелюбие, всё ещё чувствуя в груди холод от глупых обвинений, надеясь хоть немного снискать расположение девушки.       Когда завтрак подошёл к концу и слуги начали убирать стол, настало время возвращаться домой. Лу чувствовала досаду из-за того, что не сможет перед отъездом увидеть старшую Хайтани, но она и так задержалась здесь дольше положенного. Да и по Бенджамину Лу успела немного соскучиться. Стоя в холле, Кроули в последний раз окинула взглядом лестницу и попрощалась с сёстрами Хайтани.       — Вы так и не посмотрите на мои куклы? — жалобным голосом произнесла Рен, опустив голову и плечи.       — Как-нибудь в следующий раз, — Кроули опустилась на корточки и провела рукой по нежной щеке девочки.       — Мисс Кроули ждут дома, поэтому ей нужно вернуться домой, — следом заговорила Риндо и приобняла сестру.       Лу улыбнулась уголками губ. Она чувствовала неловкость перед Рен из-за не выполненного обещания взглянуть на куклы, но ей действительно пришла пора возвращаться домой. Однако в душе Лу была уверена: этот дом она посетит ещё не раз, поэтому увидеть коллекцию Хайтани она точно сможет. Под взгляды обеих сестёр Лу вышла из особняка, и кучер помог ей сесть в карету.       Дрогнули поводья, и лошади неспешно направились в город, домой. Лу поудобнее расположилась на сидении, опустила плечи и выглянула в окно. Казалось, голых деревьев стало ещё больше, между ветвей гулял прохладный ветер, из-за которого казалось, что те махали вслед проезжающей повозке. Багряных, кровавых листьев стало ещё больше. Поддавшись меланхоличному настроению, Кроули представила, что это кровь после жестокого сражения. Никогда ещё осень не вызывала у неё таких мрачных ассоциаций.       Пока карета проезжала по лесу, Кроули пыталась высмотреть какое-нибудь животное, но так никого не смогла увидеть. С каждым днём становилось холоднее, ещё немного — и люди почувствуют жгучее дыхание зимы. Размышляя о морозах, Кроули не могла не думать о бедняках, для которых эта пора была самой сложной. Нужно как-то отапливать дома, искать тёплую одежду, работа становилась куда тяжелее из-за сильных морозов. Лу с её положением не стоило об этом волноваться, но всё же какая-то часть души не переставала думать о бедных людях.       Когда вместе с лесом закончилось красное море, карета направилась вниз по прямой дорожке прямо к городу. На пути им встретилось два человека, громко разговаривающих друг с другом с широкими улыбками и такими же корзинами в руках. Лу не успела их хорошо разглядеть или что-то сказать, но мысли об этих людях заняли весь оставшийся путь. Девушка придумала им целую жизнь, несуществующих людей, с которыми они могли бы общаться, семью, любимых, врагов и даже нафантазировала предков со странным прошлым, которые давно сгинули в памяти семьи.       От своих фантазий Лу очнулась, когда карета остановилась у крыльца её дома, и кучер вновь открыл дверцу, чтобы помочь спуститься. Кроули вошла в дом, но Бенджамина в нём не оказалось. Прислуга передала его просьбу, чтобы по возвращении девушка отослала ему записку, что она вернулась домой. Лу немедленно выполнила указание Бенджамина, отослав сообщение посыльным мальчиком, а затем переоделась в более простое и свободное платье.       Лу вернулась в мастерскую и, взглянув на свои наброски, поняла, что забыла рисунки, сделанные в особняке Хайтани. «Наверняка их уже все посмотрели», — вздохнула девушка, коря себя за забывчивость. Однако это были не окончательные варианты, поэтому волноваться о них не стоило. Девушка быстро отмела все негативные мысли и принялась за работу. Бумага и письменные принадлежности вновь ожили у неё под рукой.       Недолго думая, Кроули сразу же начала рисовать сцену из вчерашнего вечера. Примерно через полчаса все сёстры уже восседали за столом на белом листе бумаги. Во время рисования Лу пришла идея изобразить как раз тот момент, когда девушки вели безмолвный диалог. Риндо с нескрываемой злостью и раздражением смотрела на Ран, нахмурив брови, а та, прикрывшись чашечкой с чаем, самодовольно смотрела на неё с лукавой улыбкой. Рен с внимательностью смотрела на обеих сестёр, и добрая, детская улыбка выдавала её отношение к безмолвной перепалке старших Хайтани. Лу достался на этом рисунке один маленький фрагмент: макушка с вьющимися волосами и рука, держащая столовый прибор. Девушка отложила кисточку, откинулась на спинку сидения и внимательно рассмотрела работу.       Рисунок принёс ей удовлетворённость и некое душевное облегчение. Улыбка сама собой появилась у неё на лице, как если бы сейчас она видела перед собой младшую Хайтани. Это был ещё не окончательный вариант, но теперь Лу чётко представляла, что она хотела изобразить. Кроули поняла, что сделать одну куклу Ран недостаточно. Она не будет Ран, если с ней не будет её сестёр. От озарения и новой идеи, которая по-новому всколыхнула душу девушки, Лу встала, побродила по комнате, все время возвращаясь к рисунку, выглянула в окно и уже никак не могла усидеть на месте. Да, это будет не просто кукла, а целый сюжет! Кроули сделает то, чего ещё никогда не делала! Как же всё-таки хорошо, что она заказала побольше материалов!       Возбуждённая, девушка ещё раз взяла рисунок в руки и положила перед собой. Лу достала чистый лист бумаги и принялась писать письмо Бенджамину, чтобы рассказать свою задумку. Кроули представляла его реакцию и удивлённое лицо, когда она расскажет ему всё в малейших подробностях. Лу чувствовала: это новая ступень её творчества. Может быть, на выставке Ран говорила именно об этом? Это заставило Кроули замереть и на минуту задуматься. Если это так, то наверняка новая работа превзойдёт все ожидания старшей Хайтани. В душе Лу затеплилась надежда, что сможет вызвать у девушки сильные эмоции и тем самым разбить маску безразличного спокойствия.       Отослав новое письмо уже другим мальчиком, Лу опять принялась ходить по комнате туда-сюда, не переставая размышлять о будущих куклах и эмоциях Ран при виде её новой работы. Поняв, что она окончательно потеряла покой, Кроули заставила себя сесть на место. Если бы рядом с ней в эту минуту находился Бенджамин, он бы заставил её сделать пару дыхательных упражнений. Положив руку на грудь, Лу сделала пару вдохов и выдохов. Это и в самом деле помогло: волна мыслей улеглась, на смену ей в голову пришло спокойствие и тишина. Пустота. Душевное равновесие, потревоженное резким приливом вдохновения, понемногу начало восстанавливаться.       Лу убрала рисунки в ящик стола и достала из стопки чистую бумагу. С трезвой головой она приступила к списку инструментов и материалов, необходимых для работы над новыми куклами. Она подчеркнула то, что ей должны были прислать друзья, и оставила нетронутыми те вещи, которые хотела посмотреть сама. В том числе, это были ткани разных цветов и конские волосы. Лу уже не терпелось сесть за работу.       Время за работой прошло быстро, и настало время обеда. Первый мальчик, с которым Лу отправила сообщение о возвращении домой, наконец-то вернулся и передал послание, что Бенджамин сможет вернуться домой только к вечеру. «Вчера я тоже по тебе сильно скучал, Лу. Я был немного удивлён и раздосадован, что ты вернёшься только на следующий день. Так что вот тебе моя маленькая месть!» — прочитала Лу записку и улыбнулась. Когда Бенджамин писал ей письма, он становился и искусным любовником, и озорным мальчиком в одном лице. Кроули безумно любила в нём эту черту. Ей казалось, что не только она осталась в душе ребёнком во взрослом теле, которое вынуждено принимать сложные решения.       Принявшись за суп, девушка думала над ответом Бенджамина во втором письме. Она была уверена в его поддержке и тёплых словах, и всё же ей поскорее хотелось получить второе послание.       Мальчик принёс ответ лишь после обеда, когда Лу уже отчаялась дождаться и начала собираться в город. Второе письмо хоть и было ожидаемым его содержанием, но всё равно по-своему согрело девушке душу. Бенджамин обещал освободиться как можно раньше, выслушать идею Лу и по возможности помочь. Девушка со спокойствием в груди и улыбкой свернула письмо в четыре раза и поцеловала его. «Спасибо тебе, Бен» — мысленно ответила Кроули и положила письмо в маленький кармашек на платье.       Девушка собрала всё необходимое и направилась в центр города.       

***

      Лу нравилось бродить по городу одной, разглядывать прохожих и вывески магазинов, предлагающих самые разнообразные товары. Это было словно маленькое приключение, из которого ты можешь выйти с пустым кошельком и вещицами, которые в моменте показались самыми необходимыми. К своему стыду, Кроули понимала, что она как раз из таких людей, любящих покупать красивые безделушки. Она честно старалась разумно тратить деньги, понимая, что они достаются не просто так, но всё же магазины являлись её большой слабостью.       И так с новым желанием купить только самое нужное, Лу отправилась в город. Она не планировала точный маршрут, в голове лишь наметила места и магазины, в которые собиралась заглянуть во время прогулки. Девушка неспешно направилась по серой дороге, прислушиваясь к голосам людей. Кроули надеялась, что никого из знакомых она не встретит, а если всё-таки и повстречает, то их разговор будет коротким и быстрым.       Кроули неспешно шла по своему неизвестному пути, стараясь не засматриваться на ненужные, но такие красивые вещи! И всё же сделать это было крайне сложно! Порой разумные мысли покидали голову девушки, когда она разглядывала красивые платья на витрине или не могла отвести глаз от шляпки, которая бы красиво смотрелась на её голове, или когда собственный кошелёк ей вдруг показался слишком старым и потрёпанным перед тем, что лежал перед глазами на полке. Лу терялась и разрывалась между желанием приобрести его здесь и сейчас и поскорее уйти из этого места.       Разум, однако, одержал верх перед страстным желанием сделать новую покупку. К счастью, возле магазинчика с милыми безделушками оказался салон с тканями. Лу сразу же направилась к нему, сразу переключив мысли в другое русло и даже как-то вздохнув от облегчения. Ткани разных цветов и материалов сразу же отвлекли Кроули от лишних мыслей. Она внимательно рассматривала полки, медленно шагая по залу, словно читала корешки книг, щупала и общалась с женщиной, которая тут же заметила внимательность девушки к своим товарам. Здесь Кроули вела себя совсем иначе, чем в магазине с красивыми безделушками. Её выбор складывался не только из красоты, но и качества, материала, всех «за» и «против», мыслей, которые предугадывали применение для той или иной ткани. Здесь она потратила куда больше времени, задавая продавщице вопросы и как можно тщательнее выбирая материалы для своих работ. Наконец-то Лу достала потрёпанный кошелёк, переживший немало путешествий со своей хозяйкой, отсчитала деньги и положила на руку целую стопку бережно упакованных тканей для будущих изделий.       Из магазина Кроули вышла не с тягостным выбором, а с улыбкой и предвкушением начать с ними работу. Она надеялась, что скоро получит остальные материалы и наконец-то разложит их на рабочем столе.       Лу вновь отправилась по маршруту, неведомому даже ей, думая лишь о куклах. В этих мыслях душа словно парила, отрывалась от земли и с приятным потоком счастья и радости возносилась к пушистым облакам. Она не замечала заинтересованные взгляды прохожих, которые не могли не заметить её хорошее настроение и сверкающие глаза. И за своими мечтаниями Лу не увидела впереди идущую девушку.       Обе девушки неприятно столкнулись плечами, и только это заставило Кроули вернуться на землю и ахнуть от произошедшего. Лу сделала шаг назад и со встревоженным выражением лица о случившемся произнесла:       — Прошу прощения, мисс, я не хотела вас задеть, — поспешно извинилась Кроули, надеясь, что не доставила незнакомке волнений. В знак извинений девушка склонила голову.       — Мисс Кроули Лу? — раздался знакомый голос, заставивший Кроули выпрямиться и почувствовать досаду от встречи.       — Здравствуйте, мисс Хейли, простите, у меня не было намерений вас зацепить, это вышло случайно, — голос Лу мгновенно изменился: раскаяние исчезло, а за ним пришло жгучее желание поскорее попрощаться с этой девушкой и по возможности больше не встречаться.       — Ничего страшного, мисс Лу. Вижу, у вас сегодня хорошее настроение, — мисс Хейли скорчила крайне неприятное высокомерное лицо и кивнула на ткани. — Работаете над новыми куклами?       — Да, — сухо ответила Лу.       — Ещё на наигрались? — в ответ рассмеялась девушка, изящно прикрыв рот рукой.       Лу ощутила в груди прилив раздражения и сглотнула.       — Вас это не касается, мисс Хейли, — дерзко ответила девушка. — Прошу прощения за доставленные неудобства, я пойду дальше по своим делам.       Лу сделала два быстрых шага, но новые слова мисс Хейли заставили её вновь остановиться.       — Недавно я встречалась с мистером Кроули. У нас состоялась очень милая беседа.       Лу обернулась и нахмурилась. В груди неприятно кольнуло, а по коже пробежали мурашки. Кроули застыла, словно статуя, не веря произнесённым словам.       — Знаете, а ведь я до сих пор люблю его. Встреча с ним стала для меня глотком свежего воздуха, мисс Кроули, я уже отчаялась встретиться с ним, — девушка зло улыбнулась, любуясь побледневшим лицом Кроули.       Лу не нашла слов для ответа. Страх полностью подчинил себе её тело. Кроули с большим трудом повернула голову вперёд, сглотнула очередной ком в горле и быстро произнесла:       — Ваши слова не имеют для меня никакого значения. Бенджамин собирается сделать мне предложение, и я намерена его принять. Примите, что он выбрал меня, а не вас, и ступайте своей дорогой. Всего доброго, — не желая слушать ответ, Лу с бешеной скоростью помчалась вперёд, не разбирая дороги.       Но в этом разговоре она чувствовала себя проигравшей. Уже тот факт, что Бенджамин встретился с Шарлоттой Хейли и провёл с ней время, поселили в груди Лу холодный страх. «А ведь Бенджамин мне ничего не сказал!» — подумала девушка и быстро смахнула слезу.       Она уже не могла думать о куклах.       Лу вернулась домой, скинула ткани в кресло и стала напряжённо всматриваться в окно, ожидая прихода Бенджамина.