Одно мгновение спустя

Мен Ги медленно шел по коридорам, тяжело дыша от злости. Впереди него шел Нам Гю. Он тоже выглядел не особо радостно… Действие наркотика уже спадало, и приближался мерзкий отходняк. К тому же оставалось всего пять минут до конца игры, а они еще ни разу не столкнулись с кем-нибудь из голубых. На трупы парни натыкались не единожды. А вот встретить живого игрока (не водящего) оказалось довольно сложной задачей. Первые несколько минут после того, как Нам Гю настоял на том, чтобы Мен Ги не трогал Таноса, он ворчал, что лучше бы они все же закололи этого репера. Еще пару минут Мен потратил на перебор всех известных ему обзывательств в сторону 124-го. А потом замолчал. Криптовалютчик даже не мог отделаться от неприятной ему компании в виде Нам Гю. Потому что доверия к этому парню было ноль. Что будет, если он убьет кого-то раньше него? А вдруг он найдет Чжун Хи? Или же... - Mg Coin! - вдруг окликнул его Гю. - Посмотри сюда. Нам Гю говорил полушепотом и указывал на приоткрытую дверь. Из нее слышалось бормотание нескольких человек. Оно было тихим, но довольно узнаваемым. Это были приспешники уже умершей шаманки. Их голоса слились в молитве, которая возносилась богам Рая и Земли. На лице 124-го появилась маниакальная улыбка. Парень выставил кинжал перед собой, тем самым показывая, что он готов к любому раскладу событий. Точнее, ему было совсем без разницы, в кого из этих фанатиков всадить оружие. Оба парня подошли к приоткрытой двери и быстро забежали внутрь. Они ожидали, что члены голубой команды будут защищаться или же попытаются убежать. Но все случилось совсем иначе. В комнате было четыре человека - двое мужчин и две женщины. Вся их компания сидела на коленях. Они расположились в ряд около стены, сложив руки ладонями друг к другу. Из их уст вылетали строчки из молитвы. Приспешники шаманки молили о пощаде, о даровании им жизни и денежного выигрыша. И о прочей херне. Нам Гю тошнило от таких людей. Просто идти на поводу у веры или религии, не думать о своем будущем и отдавать себя на произвол судьбы… точнее, как это называют верующие, надеяться на милость Бога. Все это было странно и непонятно для него. Именно поэтому Гю без зазрения совести и без малейших сомнений налетел на какую-то женщину из их «культа» и повалил ее на пол. Он уселся на живот приспешницы и, схватив рукоять кинжала обеими ладонями, стал всаживать оружие в её грудь по самое не балуй. "Игрок 009 выбыл" "Игрок 124 победил" Мен Ги соображал чуть медленней, поэтому забежал в комнату вторым. Выбора у 333-го было меньше, но ему повезло - оставалась еще одна женщина. Он решил наброситься именно на нее, так как понимал, что эта приспешница слабее остальных, и её будет легче убить. Схватив 006-ую за волосы почти так же, как это делал Нам Гю с шаманкой, он ударил ее ножом в спину. В отличие от 124-го, криптовалютчик не бил несколько раз. Он всадил оружие, затем дождался, пока жертва осядет, и после медленно вынул нож. У Мен Ги не было какого-то маниакального запала, ему не хотелось убивать и убивать. Калечить и калечить. Ему нужно просто было выиграть эту игру… и все. Он ведь не был садистом. "Игрок 006 выбыл" "Игрок 333 победил" Оба водящих почти одновременно выпрямились, отпуская тела уже мертвых женщин. Они ожидали, что оставшиеся двое мужчин уже сбежали, спасли свои никчемные жизни, бросив девушек наедине с водящими. Но все снова оказалось совсем иначе. Оба мужчины даже не сдвинулись с места. Они продолжали стоять на коленях и горячо взывать к богам. Нам Гю до глубины души поразило такое идиотское поведение. Они же могли уже раз двадцать убежать! Сначала парень был искренне удивлен, но через пару секунд он пришел в ярость. Сам великодушный Ким Нам Гю дал им шанс выжить, а они этим шансом не воспользовались… ну что ж, если они так ведут себя, то пусть получают по заслугам. Парня начало раздражать почти все происходящее. Но больше всего его выводило из себя бесстрашное поведение этих голубых. Ебучий отходняк. Через мгновение Гю словно гибкая кошка прыгнул на одного из игроков. Вцепившись в его плечи, он дико затряс мужчину. - Ты какого хуя не убегаешь? Спасаться нужно, урод! - Нам Гю занес кинжал над телом бедного игрока и, не думая, вонзил его в лицо 306-го. Агрессия сжигала парня изнутри, словно огонь, поглощающий все на своем пути. Включая рациональность и здравомыслие. Он бил мужчину наотмашь, даже не заботясь об аккуратности. Чужая кровь покрыла лицо и руки Гю. Движения его были резкими и хаотичными, как у маленького ребенка, который пытается поймать бабочку без сачка, но вместо этого лишь безрезультатно размахивает руками в воздухе. Парень не думал ни о чем, злость захлестывала его с ног до головы и управляла движениями. Гю даже не волновало, что он бьет уже мертвого игрока голыми руками. Кинжал валялся в полуметре от него. 124-й ударил им мужчину всего один раз. Далее он решил, что оружие только мешает ему издеваться над бездыханным телом мужчины, поэтому отбросил от себя за ненадобностью. Нам Гю не особо понимал, что делал. Его отпустило, когда раздался отрезвляющий голос Мен Ги. - Что ты творишь!? Успокойся, обдолбыш, ты уже труп уродуешь. 124-й огляделся вокруг, чуть приоткрыв рот от удивления. Что это только что было? Как будто его телом овладела неведомая сила. Хотя… он прекрасно понимал, что именно им овладело. Наркотики. Вернее их отсутствие. Он был готов срываться на ком угодно. Агрессия била как Красный ключ. Неожиданно, но пиздец как сильно. Хрипло дыша, Нам Гю поднялся с колен. Все его тело было запятнано кровью. Руки дрожали, как будто он дико замерз, хотя на самом деле его тело вымокло от жары. Не то чтобы в лабиринте было настолько жарко... - Боже, какой ты отвратительный, - фыркнул Мен Ги и в сотый раз закатил глаза. - Чертов урод! - зашипел Нам Гю и кинулся на 333-го. - Сука! Как же вы все меня заебали! Постоянно указываете мной! В клубе, на свободе… даже здесь, на играх!!! То ты, то Танос, то работодатель, то девушки. И тут и там, и тут и там. Да отъебитесь вы уже от меня! Я не ваша шестерка, я не ваша собачка… у вас нет никакого права так со мной обращаться, ясно?! Нам Гю вцепился в шею криптовалютчика, но тот, на удивление, быстро отреагировал. Отпихнув парня от себя, он прижал его к стене коридора и проворчал: "Отстань от меня. Если ты меня убьешь, то проиграешь. Ты чем слушал правила? Нам же сказано было, что красный красного убить не может. Это нарушение правил. Или ты уже не способен думать? У тебя на уме только сраные таблетки из креста того лузера? Походу, они тебе полностью разъели мозг. Если он у тебя вообще есть". Парень потер виски и быстрым шагом направился вдоль по коридору, оставляя Гю наедине с тремя трупами. Где игрок 447? Этот последователь Сон Не оказался удачливей всех своих союзников и сбежал. Теперь Нам Гю остался один посреди коридора без плана дальнейших действий.

***

Мин Су и Сэ Ми почти всю игру ходили вместе. Девушка, будучи намного храбрее, водила паренька по коридорам, крепко держа его за руку. 125-й доверчиво шел за ней, не отпуская ее ладонь. Мин Су трясло от страха, слезы наворачивались на глаза. Хотелось поскорее спастись из этого ада. Он даже не думал о будущем. Все, что его волновало - это благополучие девушки рядом с ним. И первую половину игры все было очень даже хорошо. Они успешно спасались от других водящих, бросавших на них странные взгляды. Мин Су один раз увидел 124-го, но быстро увел Сэ Ми подальше, боясь даже мимолетной встречи с этим нариком. Как хорошо, что тот не заметил их. Вскоре они нашли комнату в каком-то из закоулков лабиринта и спрятались в ней. Время пролетело быстро. Сэ Ми была первой девушкой, которая так относилась к Мин Су. Он привык быть в тени, терпеть неуважительное отношение со стороны других людей… словом, он всегда был просто грушей для битья. Тем, об кого вытирали ноги. Но 380-я заметила парня, предложила стать частью команды, на протяжении всех игр заботилась о нем. Заперевшись в комнате, они проговорили без остановок почти всю игру. Мин Су казалось, что девушка была его родственной душой. Она понимала его с полуслова, слушала, рассказывала о своей жизни… Для парня это казалось чем-то невообразимым. Неужели он правда кому-то интересен? Ему казалось, что он находится в раю. Даже несмотря на то, что все это происходит в таком адском месте. Но, увы, счастье не может длиться вечно. Их милую беседу прервало осознание того, что до конца игр осталось две минуты. - Мин Су, - испуганно прошептала 380-я и крепко схватила мальчишку за руку. - Ты должен убить меня. Иначе ты проиграешь. - Я не... - хотел возразить 125-й, но девушка быстро перебила его. - Я хочу, чтобы ты вышел. Ты очень милый мальчик, и у тебя есть будущее. У меня будущего нет. До того, как я сюда попала… я была мошенницей. Я делала очень много плохих вещей, Мин Су. Мне будет страшно выйти отсюда одной... Деньги не решат мою ситуацию. Да, сначала я думала, что с деньгами все можно решить. Да, я хотела выйти отсюда. Но я хотела сделать это только ради тебя. Я хотела выйти с тобой. Снаружи у меня никого нет, поэтому так будет лучше. Сейчас выигранных нами денег хватит, чтобы погасить долги. И твои, и мои. Но в этой ситуации… лучше убей меня. Тебе же будет лучше. Ты спасешься и начнешь новую жизнь. - Но она будет без тебя! - выпалил 125-й, всхлипывая и дрожа как осиновый лист. - Без меня. И от этого она будет намного лучше. Ты слишком добр, чтобы провести жизнь со мной. Я испорчу тебя. Мин Су захлебывался слезами и не мог ничего сказать. Бедняга выглядел совсем плохо: он трясся, щеки покрылись красными пятнами, а руки похолодели. Кинжал упал на пол с громким звяком, а паренек подошел к Сэ Ми и крепко обнял ее. Его небольшое тело прижалось к более теплому телу девушки, их руки переплелись, лицо 125-го уткнулось в шею 380-й. Слезы смачивали кофту девушки, образуя небольшое мокрое пятнышко. - Нет, я не могу тебя убить. Ты хорошая девушка. Я знаю это. Ты стала мне настоящим другом. Ты выбрала меня, а не кого-либо другого. Ты защищала меня и заботилась так, как не заботился обо мне никто и никогда. Ты изменишься, правда. Я верю в это. Сэ Ми выдохнула и на ее глаза навернулись слезы. Она редко плакала, но сейчас... сейчас, когда к ее телу прижимается этот беззащитный парень, когда он говорит, что верит в нее, когда он жертвует собой ради спасения ее никчемной жизни… хотелось плакать. Она не могла ничего сделать. Контроль над ситуацией был уже не в ее руках. Таймер пропикал. Эти адские для обоих две минуты подошли к концу. "Игра окончена. Просим сотрудников вывести победителей и устранить проигравших", - раздался механический голос из динамиков. - Сэ Ми, когда ты выйдешь... у меня есть младшая сестренка, - забормотал Мин Су и на его лице появилась предсмертная улыбка. - Ее зовут Пак Бан Сок, она работает в кафе "Сундэ-чжип" в Мёндоне. Если встретишь ее, то… прошу, передай ей, что я ее люблю. Она была прекрасной сестренкой. Это были его последние слова. Охранник, неожиданно появившийся в дверях, устранил проигравшего. Выстрел эхом раздался по лабиринту. Тело юноши осело в руках Сэ Ми. Девушка прижала умершего к груди и тихо прошептала ему на ухо: "Прости меня, Мин Су". В этот момент что-то сломалось внутри нее. - Пойдемте, - механически проговорил треугольник, протягивая 380-й руку. Голос, несмотря на то, что был искажен маской, оказался довольно приятным. Сэ Ми последний раз взглянула на лицо 125-го. Она аккуратно пригладила волосы парня и мысленно попрощалась с ним. Кивнув сотруднику в красном, девушка молча последовала к выходу из лабиринта. 380-я должна была радоваться тому, что выжила. Но, даже несмотря на то, что Сэ Ми победила, она чувствовала себя проигравшей. В этот момент она потеряла всё.

***

Выжившие игроки медленно собирались в той самой комнате, где они проходили распределение на команды. Сначала туда привели голубых игроков, сумевших найти выход из лабиринта. Далее подтянулись те прятавшиеся, которые смогли пережить этот ад внутри локации. Самыми последними вышли водящие. Игроков довольно быстро выстроили в шеренгу и вывели на уже знакомую всем лестничную площадку.  Команда, которая поддерживала только что родившую Чжун Хи, шла в самом конце. Су Бон держал девушку за плечо, позволяя ей полностью опираться на него. Чжун Хи шла очень медленно, отчасти из-за боли в животе, вызванной родами. Ранение на ноге было заботливо перевязано 120-й, однако все еще адски болело. Хен Джу шла за ними. Девушка выглядела уставшей, но на ее губах была заметна нежная улыбка. Рука ныла, но она старалась не обращать внимания на свое ранение. Несмотря на то, что Хен Джу знатно вымоталась, ее переполняла гордость. Она смогла защитить мать, её ребенка и госпожу Гым Джа в этой ужасной бесчеловечной игре. Ен Сик шел рядом со своей матерью, аккуратно покачивавшей ребенка. В глазах престарелой женщины была видна искренняя материнская нежность, словно это был и ее ребенок. А сын 149-й робко улыбался, радуясь, что смог пережить эту игру и выйти из нее вместе с матерью. Нам Гю шел почти в самом начале колонны, нервно приглаживая растрепанные волосы. Его трясло. Казалось, будто тело бросают то в лед, то в кипяток. В лабиринте Гю было ужасно жарко. Словно он стоял у самого ядра Земли. А сейчас его бил сильный озноб. Парень закутался в свою кофту так плотно, как он только мог, и уставился на пол. Ему не хотелось смотреть по сторонам, не хотелось встречаться взглядом с игроками или видеть безликих работников. Сейчас Нам Гю бесило абсолютно все. Ноги налились свинцом, простой подъем по ступеням давался очень тяжело. Словно он только что пробежал марафон. Голова почти не соображала. Все, чего ему хотелось - это новой дозы. Снова почувствовать, как эта приятная сладость растворяется во рту, унося всю тяжесть в конечностях и тупую боль в голове. 333-й больше не подходил к Нам Гю с того момента, как они разошлись в лабиринте. Он не желал иметь ничего общего с таким идиотом. Ему вообще было плевать на этого нарика. Криптовалютчик отчаянно выискивал свою женщину. Он не смог найти ее на прятках (спасибо ебаному Нам Гю) и очень надеялся, что она не погибла. Поднимаясь по одному из пролетов, уводившему почти на самый верх огромного коридора, его взгляд вдруг упал туда, откуда все игроки начинали путь. В самый низ. Там он увидел то, от чего кровь моментально вскипела в жилах. Чжун Хи… рядом с Таносом?!! Этот чертов Танос?! Эта мразь, этот безбашенный наркоман… помогал Чжун Хи? Вот ублюдок. Как он посмел подойти к ней? Хотелось сбежать вниз по ступенькам и показать этому уроду, кому на самом деле принадлежит девушка. Но его рациональная часть и ноющие коленки подсказывали, что это будет бесполезной тратой сил и энергии. Они в любом случае встретятся в общежитии. И тогда Мен Ги покажет ему... Сейчас 124-й поссорился с этим фиолетовым ублюдком, поэтому вряд ли будет защищать его. Да и самому 333-му вряд ли кто-то поможет. Конечно, того доброго господина, 001-го, уже нет в живых, поэтому помощи от него или от кого-либо еще ждать бесполезно. Наоборот, все будут только рады, если еще один крестик погибнет. Точнее, рады будут кружки, а их большинство. Поэтому он сам справится с Таносом. Один на один. И покажет Чжун Хи, что он намного лучше (и, возможно, сможет вернуть ее). - Игроки, через полчаса начнется голосование. Просим вас подготовиться к нему, - сухим голосом объявил солдат в маске с квадратом, когда все игроки зашли в общежитие. Танос медленно усадил Чжун Хи на кровать и потянулся, прохрустывая всей спиной. Гым Джа отдала ребенка матери и прошептала на ухо, что пора его покормить. Су Бон, как настоящий джентельмен, кивнул девушкам и отошел к своей кровати. Забравшись на твердую постель, он стал глазами выискивать игрока с номером 124. Не сказать, что он сильно ждал Нам Гю (он ждал). Ему было абсолютно плевать на него (нет). И ему совсем не хотелось услышать от этого брюнетика извинения за свое поведение (желательно на коленях с большими, как у щеночка, глазками). Он ни капли не сомневался в правильности своего поведения. А схуяли? Он же Великий Танос! Все должны спасибо говорить за то, что он просто подышал в их сторону. По крайней мере, он пытался убедить себя в том, что такая позиция единственно верная. Вдруг он заметил Сэ Ми. Шестеренки закрутились в его фиолетовой голове. Точно, где же их bro Мин Су? Быстро соскочив с постели, Танос направился к слишком уж сильно погрустневшей девушке. - Эй! Ты где our bro Мин Су потеряла? - Потеряла? - прошипела 380-я, глядя на парня исподлобья. - Он умер. Его пять минут назад расстреляли солдаты. Потому что он проиграл. Ты же вроде клялся, что будешь защищать нас? Говорил, что "you're safe" и прочую хуйню. А где теперь твое safe? Небось всю игру бегал по лабиринту под дозой, да? Ты не лучше того ублюдка Нам Гю. Такой же обдолбанный мудак. Я больше не хочу иметь дело с тобой. Ты мне только мешаешь, ясно? И даже не смей ко мне приближаться! Сэ Ми бросила последний разъяренный взгляд на Таноса и ушла. Голос девушки не выдавал всей злобы, кипевшей в ней. Да, он был выше на полтона, но не более. А вот ее глаза… в них было видно все. От чистой ярости до безысходности. Этот немой диалог, длящийся долю секунды, заставил Су Бона вздрогнуть. Он молчал, искренне сожалея о потере Мин Су. Такого милого, невинного паренька… Похоже, что Thanos team полностью распалась. Пора собирать новую.

***

Мен Ги зашел в общежитие и сразу же уселся на свою койку в ожидании Чжун Хи. Но как только он увидел ее, дыхание словно застряло в горле. Старушка, которая на протяжении всех игр помогала 222-й, держала в руках… ребенка?? Ему точно не привиделось?? Нет. Пожилая женщина действительно держала младенца, закутанного в темно-зеленую кофту. Чжун Хи родила на играх? И этот ублюдок был рядом с ней в такой момент? Тут уже была не агрессия, нет. Тут была ярость. Раскаленная добела. Почему он не заметил новорожденного в коридоре? Может потому, что с высоты было сложно что-либо разглядеть? Фиолетоволосого дылду, который так беззаботно трогал его бывшую, было видно очень хорошо. А вот маленькую бабушку с ребенком на руках не очень. Мен Ги злило даже не то, что он не присутствовал при родах. Если бы они были не на играх, то ни за какие деньги парень не согласился бы на партнерские роды. Но почему Чжун Хи позволяет какому-то идиоту приближаться так близко? Неужели его бывшая готова отдаться первому встречному, проявившему к ней хоть каплю внимания? Она держалась за Таноса так... так крепко. Этот реперок почти нес ее, словно это он был отцом ребенка. Блять, нет. Наблюдая за их милым взаимодействием, у криптовалютчика в голове созрел небольшой план. Соскочив с кровати, Мен Ги направился к 222-й, еле сдерживая свои эмоции. Естественно, его ярость была направлена только на репера. Пока что. Подойдя к девушкам, окружившим младенца, парень оперся на верхнюю перекладину койки и постарался выжать из себя максимально дружелюбную улыбку. - Какой у нас красивый ребенок, неправда ли? - мягко сказал Мен Ги. Его улыбка не спадала. - У нас? - переспросила Чжун Хи и устало потерла брови. - Послушай, не приближайся ко мне и к моему ребенку. Это мой ребенок, и воспитывать его буду только я. Ты не имеешь на него никаких прав. - Вот именно. Может ты и хочешь замутить с девчонкой, но ее ребенок - это ее ребенок, - со злорадной ухмылкой выпалил Танос, неожиданно и совсем не вовремя подлетевший к койке 222-й. Он стоял с невозмутимым лицом, опираясь рукой на изножье верхней кровати. - А ты вообще какого хера здесь делаешь? Думаешь, что один раз помог девушке и теперь все права на нее имеешь? - грубо ответил Мен Ги, оборачиваясь к Су Бону. - Во-первых, ни одна señorita не является чьей-то вещью. Это на твою ебаную криптовалюту можно заявлять права, а на живого человека - нет. Во-вторых, я могу задать тебе такой же вопрос. What the hell, man? Почему ты называешь эту только что родившуюся девочку своим ребенком? - Может, потому, что отец - это я?! - не задумываясь, выпалил Мен Ги. На мгновение все затихли. Чжун Хи, которая все это время безуспешно пыталась встрять в диалог двух мужчин, чтобы прервать речь 333-го, опустила глаза и раскраснелась. Гым Джа и Хен Джу лишь удивленно уставились на объявившегося отца. А вот Танос… улыбка на его губах расползлась лишь сильнее. В глазах заиграли огоньки. - Ого, так ты отец? А мы с Нам Су рассуждали о том, почему ты так вертишься вокруг нее. Не каждый парень стал бы пытаться катить яйца к беременной… уж тем более не такой мудила, как ты. - Заткнись! Су Бону не дали договорить. Мен Ги просто врезал ему по лицу, почти задыхаясь от злости. Репер слегка осел на кровать, стоящую позади него, но быстро одумался и, подскочив, вцепился в шею 333-го. Оба покатились по полу, сцепившись как кошка с собакой. Прямо как во время драки в туалете. Тут к дерущимся парням подбежал игрок, которого никто из них не ожидал увидеть. Это был не Ки Хун, которого приковали наручниками к кровати почти сразу после прибытия в общежитие, это была не 120-я, которая еще не успела сообразить, что нужно делать в такой ситуации. Этим игроком оказался Нам Гю. Мен Ги думал, что он будет просто сидеть в стороне и спокойно наблюдать за дракой. Или на крайняк заступится именно за него. Все-таки парни были в одной команде. А Су Бон, до сих пор не понимавший, чем так сильно обидел Нама, был оскорблен тем, что его друг объединился с Mg Coin в прятках. Но теперь этот черноволосый вцепился в плечи криптовалютчика и, как в первый день игр, отшвырнул его от Таноса. Почти не думая, старший снова накинулся на Мен Ги и вместе с Гю стал избивать бедного паренька. Через пару минут этих троих начала разнимать Хен Джу, испугавшись за жизнь 333-го. Сначала она оттащила Нам Гю. Все-таки он был намного мельче, чем 120-я. А на Су Бона оказалось достаточным просто прикрикнуть. - Послушайте, вам не нужно решать все кулаками, - попыталась успокоить парней 120-я, но ее перебил Мен Ги. - Я ничего не решал. К моей только что родившей девушке начал приставать какой-то гад. Почему я должен молчать и вести себя как тряпка? Ты предлагаешь мне слушать весь его бред? - Хей! - встрял Танос, но Хен Джу вежливо отстранила его, жестом показав, что не хочет продолжения конфликта. - Мы все здесь взрослые люди. Я не хочу, чтобы кто-то из вас погиб в драке. 333-й, поймите, я не желаю вам зла. Но ваша бывшая ясно сказала, что не хочет с вами пересекаться. Чжун Хи только что родила, поэтому ей сейчас очень тяжело. Давайте дадим ей заслуженный отдых, хорошо? - Ладно, - не очень довольно буркнул Мен Ги и удалился к своей койке. - That was pretty awesome! - засмеялся Танос и, взяв Нам Гю под руку, подошел к группе девушек и Ен Сику, скромно сидящему рядом. - Мы ведь команда, верно? So you need to work nice! Понимаете? Это смертельные игры, а вы находитесь в довольно уязвимом положении. Я, великий Танос, защищу вас. А еще у меня есть прекрасный друг, my friend. Он будет очень полезен, very helpful. - Но он же весь трясется. Вы уверены, что принимать его в нашу команду будет хорошей идеей? - спросил Ен Сик, настороженно оглядывая Нам Гю с ног до головы оценивающим взглядом. - Тихо, - зашипела на него мать, а потом повернулась к Таносу и Нам Гю. - Мы всегда рады новым членам команды. Нам нужно держаться вместе. Ваша помощь, господа, будет очень полезна для нас. - Но у вас кружки на груди. Как мы можем доверять вам? - спросила Чжун Хи, хотя на самом деле не доверяла она только Нам Гю, ведь к Таносу у нее не было претензий. Все-таки он здорово помог девушке во время пряток, а также защитил её от назойливого бывшего. - Мы проголосуем за крестик, - не думая ответил Су Бон и заслужил довольно удивленный взгляд от своей шестерки. - Вот и славно. Мы надеемся на вас, - по-матерински улыбнулась 149-я. Парни кивнули и направились в сторону туалета. Точнее, первым пошел туда Танос, а Гю побежал за ним следом как верная собачка. До голосования оставалось около получаса, а потом почти сразу отбой. Так что им обоим нужно было поторапливаться. 124-й весь предыдущий диалог молчал. Хотя по его лицу было видно, что он крайне недоволен сложившейся ситуацией. «Положительных» (нет) эмоций хоть отбавляй. А чему он должен радоваться? Тому, что он попал в команду, состоящую из только что родившей, младенца, бабушки и ее сыночки-корзиночки, который шага без указаний матери ступить не может?? Нет, это не звучало как мечта всей его жизни. Единственная сильная сторона команды - это трансуха. Она бывшая сержантка, да и просто ходячая машина. Рядом с ней любой будет чувствовать себя под надежной защитой. Нам Гю сам прятался за ее высокой фигурой в первой игре, так что никаких отрицательных эмоций в сторону 120-й парень не испытывал. К сильному недовольству из-за попадания в настолько плохую команду добавился отходняк. Агрессия еще ладно. Она не сильно мешала. Но это непреододимое желание новой дозы и непрекращающаяся тоска мешали ему соображать. - Слушай… а можно мне еще одну таблеточку? - заискивающе спросил брюнет, глядя на желанную цепочку, висящую на груди не менее желанного мужчины. - Еще? Вот нарик, а... - ухмыльнулся Танос и открыл крест. Там лежала желтая таблетка. Одна. Она выделялась на фоне темного металла, словно яркая звезда в небе… словно последний свет надежды в этом прогнившем месте. Парни молча переглянулись, а потом снова устремили взгляды на единственную таблетку. Су Бон головой понимал, что нужно поделиться. Он уже съел две таблетки. Нужно отдать Гю последнюю и, наконец, выйти с этих ебаных игр. Но его тело говорило об обратном. Руки оказались быстрее мыслей. Он схватил двумя пальцами оставшийся наркотик и положил его между губ. На фоне этих бледно-розовых тонких губ желтая таблеточка казалась еще более заманчивой. Желанной. Первой мыслью было оставить все как есть. Забить. Второй - выхватить дозу пальцами. Третьей мысли не было. Вцепившись пальцами в широкие плечи репера, Нам Гю прильнул своими губами к губам старшего. И в этот момент все на фоне исчезло. Превратилось в белый шум и слилось воедино. Просто перестало существовать. Он чувствовал, что Су Бон опешил крайне ахуел от такого поворота событий. Но Гю не стал останавливаться. Наоборот, он решил, что "гори сарай - гори и хата", поэтому просунул свой язык меж бледных губ парня. Руки Су Бона нашли плечи младшего, и он крепко сжал их. Репер не отталкивал Нама, но и не притягивал ближе. Он просто ждал. Брюнета бросило в жар, колени дико затряслись, казалось, что он перенесся в самое горячее место на планете. В рот Су Бона. Мозг отказывался думать. Как вообще можно было думать в такой ситуации? Надо забыть обо всем на свете и просто наслаждаться моментом! Ведь он только что коснулся кончиком языка нежной плоти губ его возлюбленного. Ощутил эту податливую мягкость. И это была не какая-то рандомная девчонка в клубе, а он. А потом еще и проник в теплоту его рта, сплетаясь с горячим языком. Как же это было ахуенно… Хотелось, чтобы это длилось дольше, чем целая вечность. На мгновение парни отдалились друг от друга. Танос легко прикусил таблетку, раскалывая ее на две неравные части. Почувствовав, что это его шанс, Нам Гю снова прильнул к сладким губам старшего и ловко втолкнул языком большую половинку наркотика в свой рот. Танос все это время просто стоял в ступоре. Он покорно приоткрыл рот, краснея до кончиков ушей. Но чувства захлынули его как цунами. То, как тонкие пальцы Нам Гю терли его плечи, то, как его язык скользил внутри, то, как эти сухие губы прильнули к его более мягким губам... все это кружило голову. А не должно было. Это же его друг, блять! Да и вообще… Гю делал это только ради получения дозы, верно? Тут не было иных целей. Спустя несколько долгих секунд что-то в мозгу Су Бона перемкнуло и он отстранился от темноволосого. На языке был остаточный вкус шампанского и... Нам Гю. - Что это было? - тихо спросил Танос, удивленно посмотрев на Нам Гю. - Я... - парень вдруг испугался, что сейчас может произойти что-то ужасное. Вдруг репер набросится на него, изобьет, назовет пидором?… Гю уже тысячу раз пожалел о своих действиях. Но тут его размышления прервал чужой голос: - Кажется, я понимаю. Ты реально пойдешь на все ради дозы? - беззаботно рассмеялся старший и похлопал по плечу своего друга. - Ну... да. Но смотри, я же заполучил то, что хотел, - натянуто улыбнулся Гю. Танос не зол на него. Ну хоть на том спасибо. - Как я понял, ты был удивлен, что я хочу проголосовать за крестик? - быстро перевел тему Су Бон, не желая копаться в своих чувствах. - Уже нет. Это из-за наркоты, да? - Ну что-то вроде того, - кивнул 230-й, незаметно глядя в зеркало на свои слегка влажные после сладкого поцелуя губы. - Так значит мы уходим отсюда? - спросил Гю, внимательно изучая реакцию своего друга. - Да. Ты тоже за крест голосуешь, - репер ответил так, чтобы было понятно, что его слова не поддаются обсуждению. Это был просто факт, который 124-й принял. Нам Гю видел, как Танос, витая где-то в облаках, медленно вышел из туалета. Он видимо забыл, зачем вообще сюда пришел. Со стороны могло показаться, что такое поведение вызвано наркотиками… или же опять проблемы с памятью, характерные для этого реперка. Но брюнет понимал, что все не так просто. Слишком уж много он наблюдал за Су Боном. Сейчас старший растерян, движения неуверенные… И хуже всего то, что Гю не знал, из-за чего все это. Что именно поспособствовало такому поведению Таноса? Он ведь решил, что нежное касание губ, томное переплетение языков, горячие прикосновения к телу… всё это ради наркотика. С одной стороны Гю хотел, чтобы его возлюбленный друг и дальше так думал. Так проще. Да, он сделал все это ради желаемой дозы. И вообще он с ним лишь из-за этих глупых таблеток. Пусть этот реперок и дальше воображает себе, что брюнет находится рядом лишь из-за ебучего креста. Но с другой стороны... пусть этот идиот поймет настолько жирный намек! В чем проблема?! Может, в его чувствах?.. Он ведь постоянно называет брюнета не тем именем. Всех из его распавшейся команды Танос называл правильно. Даже того несчастного фаната. Кен Су вроде… Но его?… Нам Гю. А еще постоянно было слово... это ебучее слово. Друг. Конечно, Нам Гю и сам его так называл. Но он начал делать это после Таноса! Сука, почему он такой неприступный?? Почему вообще непонятно, что в голове у этого репера?! Он никогда не показывал своих чувств, и от этого у 124-го скручивало все внутренности. Танос то флиртовал с ним, кидая неоднозначные шутки, то общался как с другом. Еще и такая странная реакция на их недопоцелуй… Су Бон снова замял это. Сделал вид, что ничего не было. У Нам Гю уже накатывались слезы, разъедающие глаза. Словно это были не просто слезы, а концентрированная кислота. В голове крутилась лишь одна мысль: «А если это все невзаимно?…» Выйдя из туалета, Гю увидел, как сотрудники в черных масках подготавливают общежитие к голосованию. Крест. Он рисковал своей жизнью первые две игры ради закрытия своего долга. Но потом... Нам Гю не был бедным, несчастным мальчиком без работы. Нет. Брюнет работал клубным промоутером, поэтому у него имелся достойный заработок. Но эти чертовы деньги были нужны ему для погашения долга Таноса. В радужных мечтах Гю, он вышел бы из этого треклятого места, выплатил свои долги и помог бы выплатить их своему любимому другу. А потом жил бы с ним долго и счастливо. Как этот идиот умудрился задолжать 1,3 миллиарда вон?! Нам Гю все еще изумлялся. Но раз его мальчик хочет уйти, то кто он такой, чтобы с ним спорить?