Всезнайка

Школа — отстой. Особенно когда не умеешь списывать. Нет, серьёзно, это настоящее чтоб его искусство на грани с преступлением — выглядеть самым нахально-непринуждённым образом и одновременно безжалостно скатывать с телефона на коленке. Кажется, что весь класс застыл в трепещущем ожидании, хотя если прислушаться, это не так. Жизнь вовсе не останавливается и даже не сужается до размеров аудитории: где-то сзади перекидываются бумажками красноволосый кузен Митчелла (как он вообще тут оказался?) и лучезарная Стелла Гарсия, тихо рубится в крестики-нолики с Лили сам задира Митчелл, пока Дэйв копошится в пенале (как можно так часто забывать стёрку??), периодически постукивает ручкой о книжный переплет всезнайка Рэйчел, глухо гудит моторный двигатель на улице и разворачивает очередной батончик обжора Майки с задней парты. Каждый раз все начинается с немого противостояния и борьбы с собой, а потом Эдди сдается и вновь начинает этот отчаянный квест на выживание. Не всем дано быть гениями, как Рэйчел Гарднер — и никого не волнует, что Эдвард Мейсон в который раз западает на ум человека, а не на заботу, внешность, улыбку (улыбки скорее НЕ в ее стиле) и прочую сентиментальную чепуху, — но кто сказал, что он собирается сдаваться? Обычно Эдди не читер, но он и не лузер. Начистоту, он даже не глуп. Неужели глупые люди стратегически высчитывают, в каком порядке миссис Робинсон спрашивает домашнее задание? Неужели они терпеливо дожидаются своей очереди, чтобы выскочить к доске и нанести превентивный удар по неравенствам? Нет, Эдди определённо не глуп. Мама всегда говорит, что умный человек любит быть в умном окружении. Поэтому в этот раз у него точно получится одолеть миссис Робинсон и злосчастные цифры, а потом он получит А+ и станет полноправным членом окружения Рэйчел. Коленка, на которой лежит телефон, трясётся с амплитудой не менее чем в пять баллов — приличное землетрясение, хоть и локальное. Ну вот почему в самый неподходящий момент, когда надо бросить все усилия на сложный тест, голова Эдди забита абсолютно бесполезными вещами! По правде говоря, при других обстоятельствах было бы безумно приятно воображать, как он приходит домой, освобождается от джинсовки и с размаху падает в свое любимое кресло-мешок, а вечерком после ужина они с родителями и братьями собираются вместе, чтобы поиграть в "Дженгу" или "Уно". По традиции, Карл сердито ворчит и бесится, когда разрушает падающую башню, а Джордж канючит, чтобы они сыграли в "Голубую лагуну", хотя сам Эдди охотнее согласился бы на "Остров сокровищ." Телефон неумолимо раскачивается на неустойчивой поверхности, рискуя улететь на пол. На этом моменте дела принимают опасный оборот, ибо когда бомба опускается на землю, она не парит как пёрышко. Ставки растут, потери удваиваются: в оглушительной тишине класса раздаётся взрыв, а Эдди переживает бурю эмоций и потерю ценнейшей на данный момент единицы боеприпасов. Дела его поистине плохи: настолько громкий звук привлекает не только соседей (несколько пар глаз косится на него), но и миссис Робинсон, которая тут же подозрительно вытягивает голову в его направлении. Проклятье, часовой на стрёме замечает его и теперь медленно приближается к его месту засады! На какой-то миг тело, охваченное шоком, предаёт его, потом тяжёлым весом наваливается паника, желая удушить его в своих объятиях, но Эдди всё ещё не сдаётся. Рано расслабляться, оружие к бою! Необходимо в срочном порядке произвести реорганизацию войск. Маневрирование требует концентрации, и Эдди концентрируется: нога отработанным движением вплывает в коридор между партами и ловко заталкивает мобильник в укрытие, под собственный стул. Когда враг уже на подходе, он склоняет голову и размещает ступню на многострадальном кирпичике с микросхемами, стараясь перенести вес на другую ногу. Тактическое отступление требует жертв. Телефон переживёт, Эдди уверен в нём — уверен даже больше, чем в самом себе и в реальности происходящего. У него затекает пятка. Открытое наступление Миссис Робинсон продолжается — шаг за шагом, движение за движением. Ох, чёрт, вот чёрт. Его уже палили за списыванием, но Рэйчел тогда болела или типа того. Оценит ли она его выкрутасы или зыркнет настолько холодно, что Эдди до конца своих дней не сможет посмотреть ей в глаза, не сгорев со стыда? Мейсон стискивает зубы и запускает пятерню в рыжие волосы, пытаясь смягчить невидимый удар. Вся операция насмарку! Знает ли противник, куда именно упал снаряд? Сможет ли он помешать? Когда пересдача? Желание сдаться резко накрывает его, когда внезапно — как гром средь бела дня — раздаётся грохот. На сей раз снарядов несколько, и они разрываются в другой части класса. Миссис Робинсон тут же отвлекается на звук, вмиг забывая про Мейсона и его аппарат под подошвой. Эдди не медлит и быстро возвращает своё имущество обратно на коленки, на этот раз крепко сжимая его между ногами. Краснеющий, как сто эритроцитов, то ли от напряжения, то ли от злости, он стоически поднимает глаза и едва не давится воздухом, когда лицезреет гору "случайно" упавших книг, а вместе с ними — и это заставляет его сердце в учащённом ритме вбиваться в ребра — кривоватую насмешливую улыбку на лице Рэйчел Гарднер, когда она окидывает его своим пристальным взглядом.

***

Когда Эдди узнаёт, что провалил тест, он долго и безудержно хихикает как поехавший.